115 дней до нашего взросления.

а джисон просто хотел, чтобы его любили. ну, как во всяких романах и сопливых кино: цветочки в красивой обёртке, вкусные вкусности, нежные объятия и долгие поцелуи под закатным солнцем. чтобы грудь сжималась от трепета любви, чтобы кожа приятно горела от прикосновений, чтобы дышать этой свободой. чтобы гулять долгими вечерами, держась за руку так крепко, как это вообще возможно; чтобы было комфортно и уютно, так по-домашнему. а джисон не умел любить. он даже задавался таким хорошим вопросом: умел ли он хоть что-то? а в голове было пусто. кроме одного почему, так странно звучащего в голове. было больно. почему-то больно было сразу от всего и от ничего, будто джисона то опускали на самое дно, то любовно поднимали обратно, отряхивали грязные коленки, а потом отправляли дальше. куда дальше? дальше, пока дно не станет настолько глубоким, что джисона не смогут вытащить. а джисон просто хотел, чтобы его ценили. ну, чтобы не только джисон ценил и любил всех вокруг. почему-то именно он всегда дарит окружающим людям поддержку, мелкие и не очень подарочки, а джисона почему-то воспринимают как должное. как некую константу, словно так и должно было быть; словно джисон всегда будет рядом. как же иначе? а джисон устал быть чем-то постоянным. хочется быть переменной, хочется иметь не одно постоянное значение, а быть везде и сразу. не хочется больше сквозь слёзный ком говорить, что всё наладится. почему-то никогда и ничего не налаживается. может, джисон плохо старается? он не знает. у него нет сил стараться; он отдаёт все свои силы на близких людей, а взамен получает.. получает ли он что-то? джисон не знает, чего он хочет. хочется одновременно радоваться и грустить, жить и исчезнуть, но почему-то так не хочется умирать. смерть - это путь невозврата, а если джисон не вернётся, то кто же будет опорой для его друзей? джисон не знает. хотел бы он знать, что он хочет, но в голове почему-то так пусто. так пусто, а при этом такая каша. такая, словно комок всех эмоций, которые сплели в милую корзинку. а джисон не знает теперь, как всё это расплести. а лето уже не такое тёплое. оно было тёплым два года назад - когда джисону разбили сердце. тогда он был живым. а сейчас джисон и не знает толком, живёт он свою жизнь или чью-то другую; появилась противная привычка проектировать чужие жизни на своей собственной. джисон любит персики, крепкий кофе без молока, медицину, мятный шоколад. только джисон не знает, точно ли он это любит. джисон вообще мало что знает о себе. зато он знает, что его любят. любят же? он ведь достаточно старался? стараться. почему, чтобы заслужить что-то, нужно стараться? джисон устал. почему все требует от него так много? джисон не знает. он, если честно, чувствует себя каким-то роботом. может, это не далеко от истины? а джисон просто устал. просто как человек. не как робот - они ведь не умеют чувствовать чувства. а джисон не робот, он ведь не из шестерёнок сделан, а из плоти и крови, вроде как. но почему-то никто не обращает внимание на эту часть джисона, словно это константа. что-то, что идёт не очень приятным бонусом вместе с джисоном, тоска его эта. а джисон просто хочет, чтобы ему ручку протянули, подняли с самого дна, коленки отряхнули. и не отправляли дальше. лучше бы просто обняли и сказали бы, что всё наладится. наладится же? джисон не знает. да и мало кто знает, на самом деле. а хочется.. хочется ли чего-то? а джисон не знает. джисон просто хочет.. чего он хочет? он хочет знать, чего он хочет. может, почувствовать себя роботом, чтобы изгнать из себя эту тоску? или, может, перестать чувствовать себя так плохо, когда рассказывает о своих проблемах кому-то? есть ли у джисона вообще эти проблемы или он опять украл их у кого-то? джисон не знает. он мало что знает, на самом деле. зато он знает точно - все роботы когда-нибудь ржавеют. а джисона не вытащат с самого дна.