‹Я рядом, сука, рядом...›

      Пятифан сегодня в школе подметил одну интересную деталь в своём дружке. Сегодня он видел не своего товарища. Обычный Бяша весёлый; сам начинает любой диалог и способен растянуть его на несколько часов так, что бы было комфортно и приятно с ним общаться и можно было наслаждаться жизнью рядом с ним; всё время рядом с Антоном Петровом и естественно по большему времени с Ромой; бегает по коридорам, доставая детей из начальных классов словесно; ржёт бесконечно на уроках с любой мелочи, даже с мимо пролетающей мухи; шутит в открытую на уроках и выкрикивает свои комментарии; за любой движ, неважно как это всё кончится; разговаривает с другими одноклассниками постоянно и почти беспрерывно. Но сегодня... Бяшу словно подменили, это не тот самый лучший друг хулигана, которого он знал чуть ли не с самого рождения. На его лице сегодня не промелькнула ни одна улыбка и не был слышен ни один смешок из его уст; убегал как только был слышен звонок в коридор и пропадал где-то на всю перемену и потом ещё умудрялся опоздать на все уроки, которые были, а их было между прочим шесть; не высовывал руки из карманов даже когда сидел за партой и ничего не писал, не смотрел на доску, не слушал слова одноклассников; было ощущение того, что если посмотреть ему в глаза, то бурят расплачется сразу же, но неизвестно из-за чего и почему.       Сегодня поле всех уроков уставший Пятифан ждал возле школьного крыльца самого Бяшу. Бурят же почему-то задержался в школе почти на пятнадцать минут и был удивлён когда увидел Ромку ждущего его на морозе. Хулиган предложил Бяшке сегодня пойти на заброшку, а там он хотел расспросить друга о его странном поведении. Пятифан предложил пойти в девять вечера, на что Бяша слабо кивнул головой, ничего не сказав и быстрыми шагами тогда ушёл в направлении своего дома, пока Пятифан с недоумений смотрел ему вслед, думая, что могло такого серьёзного с ним произойти.       Вот уже девять вечера и пять минут. Пятифан ждёт своего дружка около заброшки, в нескольких метрах от входа в неё. Вокруг темно и холодно, как никак, а уже была середина декабря. Если обернуться по сторонам то кругом заснеженные деревья и кусты, которые выглядели тёмными из-за освещения полной луны, забитой в облаках. Рядом никого нет, лишь Пятифан и немного режущая уши тишина.       Из кустов послышался шорох и Пятифан моментально посмотрел в ту сторону, где издавался посторонний шум. Человек который создал весь этот шум не заставил долго себя ждать. Из заснеженных кустов вышел с надетым капюшон Бяшей, прожигая почти мёртвым взглядом место, где был Пятифан и разрушенное здание. Ромка, увидев своего друга жестом подозвал к себе и Бяша покорно подошёл к нему.       —Ну здорово, Бяш.—Пятифан скрестил руки на груди, слегка вздыхая.       —Тебе тоже привет, Ром...—Голос бурята звучал устало, будто он недавно плакал или сейчас расплачется. Взгляд ничего не выражал только печаль и умершую радость внутри бурята-оптимиста.       —Пойдём на крышу, разговор к тебе есть небольшой у меня.—Пятифан развернулся и медленно пошёл на третий этаж заброшки, когда Бяша послушно шёл за ним.       Зайдя в здание была видна картина, которую мальчишки часто видели в этом месте. Разрушенные стены без обоев; камни и гравий вместо пола под ногами; отсутствие окон или они были разбиты; на неровных стенах были нарисованы чёрные граффити с матами или хуи. Полусломанная критичная лестница, по которой пацаны сейчас и поднимались на крышу.       Парни оказались на знакомой им крыше. Сделав несколько шагов вперёд, Пятифан, упав, сел на сломанную крышу, рукой хлопая около себя, призывая, чтобы бурят присел рядом с ним. Бяша почти бесшумно сел рядом с Ромкой и поддал ноги к голове, кладя голову на колени и зарываясь в большой капюшон своей куртки, мёртвым безжизненным взглядом смотря на зимний лес.       —Чего звал-то, на?—Подал голос Бяша, не смотря на друга.       —Спросить у тебя хотел...—Начал говорить Пятифан после короткой паузы, смотря на Бяшу.—Что с тобой сегодня?       Бурят промолчал, пряча лицо в колени и молчал, обняв себя за коленки руками, словно не хотя говорить на эту тему. Пятифан пришёл в небольшой шок от такого поведения друга. Ромка положил одну свою руку на плечо дружка, а другой пытался повернуть его голову на себя. Возможно, со стороны это выглядело и по-пидорски, но Пятифану сейчас важно лишь моральное и физическое состояние Бяши, а ещё рядом никого нет и не должно быть вообще. На удивление Бяша поддался легко и всё таки они встретились с друг другом взглядами.       —Что с тобой сегодня?—Повторил Пятифан свой вопрос. В его серьёзном и часто в гневном лице читалось беспокойство, а глаза так и выражали страх, который хулиган пытался скрыть, но выходило у него это слабовато.       —Да пиздец со мной сегодня, вот что, на...—Бяша томно выдохнул и отвёл взгляд от глаз Ромки, вновь кладя на колени, по щеке скатилась одна слезинка, которую он моментально смахнул рукой, ведь считал, что плакать на глазах у кого-то не по-поцански.       —Так и... Что такое?—Пятифан не очень удачно выражал всё беспокойство и тревожность, но старался как-то заставить бурята рассказать про всё это.       —Мать развелась с отцом и оставила меня жить с ней.—Голос бурята слабо дрожал, ему было плохо говорить про это.       Пятифан промолчал, думая, что сказать в поддержку друга. Хулиган отлично знал кем являлся для Бяши отец, а каким чудовищем мамаша. Отец в глазах Бяши и по его рассказам лучшая душа на свете, лучший человек на планете Земля, лучшее, что было в жизни Бяши, кроме Пятифана. Батя научил его товарища почти всему в жизни, учил вместе с мелким Бяшкой уроки. Когда-то до пятого класса Роман всегда видел то, что Бяша и его отец ходят всё время вместе на детские площадки или в продуктовые магазинчики. Отец Бяши научил того пользоваться паяльником в восемь лет, что Бяша просто обожал. А мать... Сатана воплоти. Пьёт почти круглосуточно, курит всё время, избивает Бяшу до синяков, которые видны когда бурят приходил в школу, запрещала разговаривать Бяше со всеми, кроме неё.       Неожиданно для Бяши Рома обнял его своими немного холодными руками без перчаток, но так сильно и ощутимо, что Бяша сразу же поднял взор, с недопониманием смотря на Пятифана.       —Мне жаль...—Тихо сказал Рома.—Мне действительно жаль тебя, дружище.—Рома не умел поддерживать людей, так как никогда их не поддерживал.       Бяша слегка дал волю слезам, чувствуя не очень-то и тёплые руки через свою куртку. По щекам бурята скатились несколько малозаметных слезинок, когда Бяша прикрыл глаза. На что Пятифан лишь крепче прижал к себе расстроенного друга.       —Бляха... Не плачь.—Рома сразу же осознал, что это плохие слова для поддержки и добавил,—я рядом, сука, рядом. Хотя бы я, Бяш...       Бяша был немного тронут такой привязанностью Ромки к себе и всё таки перестал сдерживать эмоции и из его глаз сразу же потекло несколько ручейков слёз, а сам бурят положил голову на плечо Ромки, когда тот не был против. Ромка снова сильнее прижал к себе Бяшу, слушая его тихие всхлипы, пытаясь помочь ему с таким случаем своими слова, объятиями и своим присутствием.