Crucified

С того дня прошло много времени, и Рэндал больше не притрагивалась к алкоголю. На следующее утро она дико хотела пить, а голова кружилась, будто она несколько часов каталась на карусели. Она перестала ходить на вечеринки, решив, что это бесполезная трата времени, и Сатору ушам своим не поверила. - Я подумала, что ты права, - ответила Рэндал, заметив изумление на лице Сатору. - Мне не нужно нравиться всем. Они не нужны мне. Казалось, что Рэндал стала взрослее и рассудительнее, если бы не её всё такое же взбалмошное поведение, безумные идеи и любовь к разноцветной одежде. Просто что-то в её голове переменилось. Сатору не знала, надолго ли это, но она знала, что это не имеет большого значения, если Рэндал счастлива. А если счастлива Рэндал, то и Сатору тоже. Стоял воскресный день. За окном тепло светило солнце. Пушистые облака равномерно плыли по лазурному небу. Погода приятно удивляла. Лютер с самого утра копошился на кухне, двигаясь под песни времён своей юности. Ниен, как и всегда, сидел рядом, молча скуривая одну сигарету за другой, пока Рэндал мирно спала, а Нион пропадал во дворе, неожиданно решив погреться на солнышке. - Я чувствую себя очень хорошо, - проговорил мужчина, стоя спиной к Ниену и рассыпая корицу по тесту. - Мне кажется, что Рэндал тоже. Ты не замечал? Ниен в ответ лишь хмыкнул. Конечно, он не замечал. Какое ему дело до рыжей девочки, вечно проводящей время либо с немым коточелом, либо со своей подружкой, каждый раз косо смотрящей на него? - Она стала даже меньше пререкаться со мной, представляешь? - Лютер говорил с искренней радостью, из-за чего Ниен не смог сдержать смешка. Коточелу казалось полнейшим бредом быть счастливым из-за хорошего отношения к себе. - Я хочу устроить сегодня семейный обед вместе с Сатору. Как тебе идея? Здорово, правда? Лютер выложил стряпню на противень и поставил в духовку, довольно потирая руки. Он повернулся к коточелу с добрым взглядом, и Ниен вопросительно изогнул бровь. - Постарайся быть более... дружелюбным, ладно? - настойчиво, но с мягкостью попросил Лютер. Ниен молча смотрел в ответ и никак не реагировал, после чего, не выдержав пристального взора, неохотно кивнул, и Лютер летящей походкой вышел в коридор, что-то напевая себе под нос. На кухню зашёл Нион и подошёл к столу, наливая себе стакан воды. Ниен фыркнул, наблюдая всё это время за ним. - У тебя тупой взгляд. - выпалил Ниен, туша сигарету и уходя. Нион растерянно остался стоять на месте. Стрелки больших настенных часов показывали три часа дня. Они сидели за круглым столом и ели всё, что наготовил Лютер, кроме Ниена. Хмурый коточел на протяжении нескольких минут бесцельно ковырял картофель вилкой, которую чересчур сильно сжимал, и смотрел куда-то вниз, пока Сатору и Лютер вели милую беседу, а Рэндал шептала что-то Ниону. Он старался быть дружелюбным, и его дружелюбие заключалось в том, что он не смотрел ни на кого убийственными глазами и не выдыхал дым сигарет прямо в лицо. Окно было приоткрыто, и из него доносились нежные голоса птиц, действующие на нервы Ниену, а вот Лютеру, похоже, это нравилось. - Ах, какой нынче чудесный день! Даже братья наши меньшие согласны с этим. - восхищённо произнёс мужчина в бежевой рубашке с короткими рукавами, смотря в окно. - Ты любишь птиц? - спросил он, поворачиваясь к Сатору. Девочка слегка нахмурилась, задумываясь. Она сделала глоток апельсинового сока и ответила: - Пожалуй, да. Они маленькие и красивые. Ниен еле сдержался, чтоб не высказать что-то едкое или фыркнуть. - Рэндал, а ты? - всё не унимался Лютер, но сестра даже не услышала его, продолжая активно что-то говорить Ниону, который, казалось, лишь безразлично ел курицу и вовсе не слушал её. Лютер недовольно свёл брови, вдруг почувствовав очередной укол ревности и зависти. Рэндал не перестала с ним пререкаться. Она стала его просто-напросто игнорировать, и он знал это, но пытался не думать об этом, наивно предполагая, что от этого станет легче. - Рэндал, - громче произнёс Лютер. - Не хочешь и нам рассказать тоже? Она выпрямилась, переводя взгляд на брата, и тяжело вздохнула. - Что? - Это некрасиво... - А ему ты почему-то ничего не говоришь, хотя он сидит так, будто воткнёт сейчас кому-нибудь в глотку эту чёртову вилку! - перебив Лютера, возмущённо воскликнула Рэндал и указала пальцем на Ниена. Вдруг вилка в его руке согнулась пополам. Он бросил её на стол с характерным звуком и вышел из-за стола под ошеломлённые взоры остальных. Следом за ним ушёл Лютер, сказав, что скоро вернётся. - Зачем ты это сказала? - разочарованно спросила Сатору, на что Рэндал цокнула языком. - Затем, что нечего ко мне приставать! Если бы мой дорогой братец не придирался сейчас, то ничего бы и не было. Сидел же спокойно, ел, с тобой разговаривал, но нет же... - пробурчала Рэндал с полными щеками. Сатору покачала головой. - Мне кажется, или ты стала ещё хуже относиться к нему, чем раньше? - обеспокоенно поинтересовалась она, застав рыжую врасплох. Рэндал на секунду переменилась в лице, затем хмыкнула и продолжила тщательно пережевывать пищу, как и Нион. Лютер вернулся с мокрыми волосами и без Ниена. - Извини, - сказал он Сатору, присаживаясь на место. - Ниен не очень любит людей. - Ничего страшного, - отмахнулась Сатору, которая не на шутку перепугалась, думая, что мрачный коточел действительно способен воткнуть острый предмет в кого-то из них. - Я тоже не люблю людей. Не многие из них бывают приятными личностями. - Если быть точнее, то никто. - пробормотала Рэндал. - Не говори так. Есть много хороших людей. Например, ты, я, Сатору... - он сделал паузу. - Нион. И даже тот же Ниен. Она усмехнулась, изогнув бровь. - Ты говоришь о нас, братец, а я говорю о них. Они ужасные, и это не обсуждается. Лютер открыл было рот, желая вновь возразить, но решил не делать этого. Рэндал была по-своему права. - Мистер Айвори, а как дела у ваших цветов? - спросила Сатору, переводя внимание на себя. - О, всё просто прекрасно! - ответил Лютер, замечая краем глаза, как Рэндал усмехнулась и вновь вернулась к Ниону. Сатору ушла под вечер, и стало тихо. Рэндал закрылась в комнате вместе с Нионом, а Ниен где-то пропадал. Один Лютер был на излюбленной кухне и наводил в ней порядок, погружаясь в свои мысли. Он не мог думать о чём-то другом, кроме сестры и её поведения. Его не интересовали книги, фильмы и те же самые цветы. Лютер был уверен, что это он виноват, что довёл дело до такого состояния, но не мог понять, где допустил ошибку. Он всегда был рядом, всегда помогал, всегда поддерживал, почти ни в чём не отказывал и был понимающим и любящим. В какой момент всё изменилось? Разве он не лучший брат, которого можно только пожелать? Разве Нион может дать то же, что и он? Ответ, как думал Лютер, был очевиден, но даже сейчас Рэндал была не с ним. Выключив кран, он бессильно упал на стул и запустил руки в тёмные волосы. Он так устал, но не мог опустить руки и пустить всё на самотёк. Он же ответственный, понимающий, терпеливый, такой идеальный братец Лютер. Он любит Рэндал, своего единственного и самого дорогого человека, и не допустит, чтоб она отвернулась от него. Он сделает всё возможное, чтоб она вновь подошла к нему с объятиями и рассказами о приключениях с Сатору, как делала раньше. Лучший способ стать необходимым - это подчинить.