Crucified

Рэндал любила спать. Она терялась во снах, забывая о всех проблемах, и радовалась воображаемой жизни. Сны были самыми разнообразными, с удивительными сюжетами и необычными поворотами событий: Рэндал могла сидеть на верхушках деревьев и наблюдать свысока, пока остальные её не видели; она жила вместе с Сатору, и никакого Ниена, Ниона и Лютера не было и в помине; она ходила в школу, где каждый ей улыбался. Они были такими детскими и наивными, но в них Рэндал была счастлива. С того дня, как Рэндал разрыдалась в объятиях Сатору, прошло много времени, но она никак не могла этого забыть. Она каждый день прокручивала в голове фразу, сказанную Сатору, и искала в ней скрытый смысл, которого нет. Рэндал казалось, что та всё-таки знает, что произошло. Знает, но молчит. Молчит, потому что ей противно от Рэндал. Мысли о том, что Сатору её презирает, были удушающими. Они приносили, будто бы физическую боль, и Рэндал была готова выстрелить себе в висок пистолетом Лютера, если бы не страх. Она больше не общалась с Нионом, не видя в этом смысла. Ей больше нечего было ему рассказать. Голова была забита тем, чем ей не хотелось бы поделиться. Что ж, Лютер добился своего. Рэндал хотела вернуться в детство, далёкое и беспечное, где Лютер был её героем, и где не было никаких проблем. Она снова хотела быть той маленькой любознательной девочкой, которая любила всех и радовалась из-за всяких мелочей. Но сейчас она - это замыкающийся в себе подросток, который страдает паранойей и не знает, что будет дальше. В дверь комнаты вдруг несмело постучали. Рэндал проигнорировала, продолжая пялиться в одну точку и вырывать себе волосы. Она знала, что это был он. Она знала, что он всё равно зайдет. - Рэндал, - раздался голос за дверью, а затем - подавленный вздох. - Я зайду? Дверь открылась, и на пороге показался Лютер. Он, как и всегда, был весь аккуратный, в рубашечке, рукава которой были идеально подвернуты, в выглаженных брючках, с чистыми блестящими волосами. Ему не хватало только улыбки во все тридцать два зуба для полной картины прилежного и любящего братца. - Что ты делаешь? - будто бы беспокоясь, спросил Лютер, как только увидел вокруг Рэндал завитки рыжих волос. Рэндал молчала. Если она будет молчать, то он уйдёт, напоследок драматично издав вздох. Ведь это только ему тяжело, больно и грустно. Ведь он же такой хороший брат, а Рэндал - неблагодарная, злая сестра. - Поговори со мной, пожалуйста. Лютер не заходил дальше порога. Он стоял, издалека наблюдая за ней, в то время как Рэндал сдерживалась, чтоб не закричать и не зарыдать. Один его спокойный голос выводил из себя. - Я не знаю, что сделать, чтоб ты заговорила со мной. Мне очень... - он недоговорил и замолчал. Если бы Лютер сказал, что ему очень жаль, Рэндал бы не поверила ему. Она-то знает, что ему нисколько не жаль. - Рэндал, - снова позвал он и даже чуть было не сделал шаг вперёд, но вовремя остановил себя. - Ну скажи хоть что-нибудь. Она искусала себе щеки в кровь, желая, чтоб Лютер скорее ушёл. В горле стоял ком. - Я люблю тебя и знаю, что ты меня тоже. Тебе просто нужно время, правда? Я буду ждать столько, сколько потребуется. - произнёс он, закрывая за собой дверь, и по щекам Рэндал покатились слезы. Она схватила подушку и зарылась в неё, подавляя рыдания. Что он может знать? Она уже давно не нуждается в нем, не любит его и не заговорит с ним. Уж лучше она преодолеет свой страх, чем скажет ему хоть слово. Рэндал была обречена. Слёзы, навязчивые мысли и вырванные волосы - вот, что ждало её каждый день. Она не ходила в школу, не виделась с Сатору и не вылазила из своей комнаты, лишь глубокой ночью могла сбегать до туалета и обратно. Рэндал ждала, когда что-то произойдет, когда в её голове что-то перемкнет, и она вдруг станет такой же солнечной и милой, как когда-то. В этом они с Лютером были похожи. Каждый из них безнадёжно ждал, утопая в своих мыслях, и вопрос был лишь в том, кто сможет дождаться. Если Лютер был уверен в своих силах, то Рэндал - нет. С каждым днём ей становилось всё тяжелее ждать и наивно надеяться на лучшее, а мысли были всё громче и громче. Так ли это страшно, как ей кажется? Может быть, в этом нет ничего и страшного. Может быть, это то, что даст ей почувствовать счастье и спокойствие. В этом мире нет места им двоим. Кто-то должен это сделать, и это будет Рэндал. Одной ночью она сбежит из дому и отправится на озеро, в котором они с Сатору когда-то купались, она вспомнит о детстве, о том, как хорошо ей жилось, и о Лютере, который так и не смог дождаться. Но это будет потом, когда мысли станут такими громкими, что невозможно будет уснуть, а до этого времени она продолжит гнить в своей комнате и рвать на себе волосы, изнемогая и не переставая лить слезы. Он любит её и знает, что она его тоже. Ей просто нужно время.