Драконьи грёзы

«Привет! Меня зовут Марк. У меня нет фамилии и отчества, ведь я принадлежу самому себе вот уже как двадцать один год. Я могу вам рассказать душещипательную историю о моем детстве, но не буду этого делать, ведь уже совсем неважно, что было так много лет назад, важнее только то, как мне спастись. Спасти себя: свои тело и душу» -Так... - выдохнул тяжело Марк, - По мне так бред. И зачем я вообще послушал Сюзанну и начал вести этот дневник. Неужели это, и правда, мне поможет? Откинувшись на спинку стула и забросив ногу на стол, мужчина потянулся за сигаретой. Эту пагубную зависимость помог приобрести Марку его старый, но отнюдь не добрый друг. Однако мужчина никак не пытался бороться с тем, что его жизнь была отвратительна. Опустил руки? Возможно, он их и не поднимал... Жил Марк на окраине большого мегаполиса. Милые, но уже дряхлые пятиэтажки стояли ровным рядом. Квартал за кварталом выстраивались вплоть до забора с колючей проволокой. В заборе виднелись большие дыры, железные прутья были ржавыми, но, несмотря на все минусы и хлипкий вид, забор из года в год переживал и морозную зиму, и знойное лето. Описывать плачевный вид окраины города можно долго, но если в мегаполисе важен дом, то в спальных и отдаленных от центра районах самым главным являются люди. Марку в этом плане повезло. Его соседями были многодетная семья, старушка и её муж, а так же тату-мастер Сюзанна. Всех этих людей объединяла бедность, как финансовая, так и душевная. Будто каждый житель пятиэтажки съел яблоко раздора, но его яд рассорил не людей друг с другом, а каждого человека самим с собой. Это касалось и Марка, хотя он осознавал, что во всех своих неудачах виноват он сам, но от этого ему было не легче. « Ох! Нет! Уже пора на рабо... - Марк невесело улыбнулся. - На какую ещё работу? Я же безработный. Ах, черт... Мне надо погулять с соседским псом». Речь идёт о старом, но верном пёсике Карамельке — в честь его золотой шерсти, жаль только, что выцвела она за долгие годы. Ещё будучи щеночком Карамелька был привезён во двор пятиэтажки, где его за рублей двести приобрела старушка, царство ей небесное. После смерти хозяйки пса приютила многодетная семья — тогда ещё не многодетная. А сейчас пёс, возможно, на последнем году жизни, повадился проситься гулять ранним утром. Скулит, царапает пол и стены когтями. А все соседи или в школе, или на работе, или ещё где-то пропадают. Никому нет дела до старого пса, которому даже лечение не нужно, только бы погулять да свежим воздухом подышать. Марк, как человек не сентиментальный, но отзывчивый, да еще и свободный, не мог не согласиться на маленькую услугу для своих соседей. В конце концов глава семьи отыскал его в темноте, когда тот ногу подвернул и два часа нос морозил зимним вечером. Накинув лёгкую кожаную куртку и завязав шнурки на старых армейских сапогах, Марк вышел из квартиры и направился за псом. Больно уж тихо было в этот раз, и мужчина насторожился. Не случилось ли что-нибудь плохое с Карамелькой. Отворив дверь прихожей, Марк свистнул. Тишина. Ни шороха, ни звука. -Гав! Гав! - послышалось весёлое кряхтение, меньше всего похожее на лай. Мужчина развернулся и посмотрел назад. По лестнице взбирался Карамелька, а следом за ним соседка Сюзанна — тату-мастер, добрая душа, но рука у неё тяжёлая. Однажды она дала отпор сразу двум недоброжелателям, которые настигли её у подъезда. Одним из этих идиотов был Марк. Напился и пошёл дебоширить. Однако Сюзанна ещё от отца узнала, как вести себя с мужчинами. Один удар ниже пояса и коленом в нос. Не зря же она занималась самбо пять лет? С того раза прошло уже больше года, но нос всё также ломит от одного лишь запаха духов девушки. -Доброе утро, леди, - с улыбкой и без капли сарказма сказал Марк. -Доброе утрецо, шалапай, - девушка строгим взглядом одарила Марка. -А ты почему Карамельку забрала? Я хотел с ним прогуляться. -Он скулил почти два часа. Ты, видать, отключился. Я и решила его сама выгулить. -Ах, а я так хотел с ним пошляться по лесу, - сделал кислую физиономию Марк. -Да ладно тебе, - фыркнула девушка. Кстати, ты начал вести дневник, как я тебе говорила? -Кому нужен этот дневник. Пустая трата времени. Взрослым людям некогда заниматься такими глупостями, - махнул рукой Марк и направился в свою квартиру. -Да? А ты я смотрю такой взрослый... Как что, так сразу истерику закатываешь и напиваешься. Если, конечно, ничего хуже не делаешь, - Сюзанна задумчиво отвела взгляд на потолок, а после сказала, - Это твоя жизнь, Марк. Не займёшься ею сейчас, тогда — уже будет поздно. Мужчина сделал вид, что не расслышал, но про себя ответил девушке: «Я знаю, Сю. Ты даже не представляешь, как ты права». Вдогонку она крикнула: -Не сегодня, так завтра твоя прокрастинация закончиться и ты займёшься делом. Вот увидишь! Всё у тебя получится, только начни делать хоть что-то!» «Ладно, ладно. Займу я себя чем-нибудь. Хотя, может, родителям позвонить? Однако они прекратили со мной общение ещё год назад... Хмм... Ну я не думаю, что они могут так долго на меня обижаться. В конце концов, это же я в маму такой отходчивый, и в папу такой упёртый. Так, запишу ка я кое-что». Марк остановился в прихожей и достал из внутреннего кармана блокнот и ручку, взятую взаймы у продавщицы в ларьке — та самая многодетная мать из соседней квартиры. Открыв блокнот посередине, Марк занёс карандаш и писал что-то не очень долго, но каждую букву вырисовывая и делая её более понятной. Будто писал не для себя, а для кого-то. Остальную часть дня мужчина провёл на диване, пребывая в философских размышлениях о мире. Пожалуй, это очень забавно. Мы так много думаем о разных вещах, будь то проблема всемирного голода, нападения террористов или же мечты о чистой любви, но как только появляется шанс геройничать, показать себя, так страх сковывает тело. Да, трусость – это порок. А можно лишь одним способом – не раздумывая броситься в бой. Ведь по своей натуре, многие люди трусливы, а хуже всего, что мы об этом не подозреваем ровно до того момента, пока не встретимся лицом к лицу с опасностью. Нас обволакивает чувство страха и разум не даёт сдвинуться с места ровно до того момента, пока человек не пошлёт всё к черту и не сделает шаг вперёд. Однажды Марк встретился лицом к лицу со своей трусостью, и эта встреча была не столь неожиданная, сколь просто пугающая. И даже сейчас, спустя семь лет с той страшной ночи, мужчину не покидает мысль, что он трус. Конечно, он может придумать тысячу оправданий, но он никогда не простит себя за то, что не нашёл сил идти против обстоятельств. Больше всего в жизни Марк ненавидел те моменты, когда он не сделал того безумства, которое спасло бы его от сожалений и серых раздумий о прошлых ошибках. -Бамс! – мужчина неохотно открыл глаза и посмотрел по сторонам. -Что такое? – сонным охрипшим голосом спросил Марк. Его взгляд пал на открытую книжку, валяющуюся на полу. « Неужели, грабители?» – подумал мужчина, поднимаясь с дивана. -Выходите из квартиры! У меня нет желания ни драться, ни разговаривать. -А еда есть? – послышался тихий, но уверенный голос из-за угла, где, видать, прятался «грабитель». -Еда? Ты хотел украсть еду? – изумлённо поднял брови Марк. Он отбросил вязаный плед в строну и встал с дивана. -Не подходите, я буду обороняться! – пригрозил голос из-за угла. « Судя по всему, это мальчишка-беспризорник. Да уж! В этих краях нет ни тюрем ни детских домов… От куда же он?» – размышлял Марк, а после всё-таки нарушил запрет и подошёл к проходу. Мужчина аккуратно наклонился вперёд и повернул голову. Он был в состоянии алертности, и любое движение «грабителя» могло быть пресечено тут же. Какого же было удивление Марка, когда он увидел перед собой невысокого парнишку. Всё лицо у него было в саже, ссадинах, и разбитая бровь дополняла бедственную картину. -Ты… -Моё имя Турма, - улыбнулся парнишка и тут же зашипел от боли, из-за потрескавшихся губ. Марк стоял в оцепенении. Он не знал, что ему делать. Вызвать полицию или скорую помощь. А вдруг этот мальчишка в розыске? Из всех возможных и невозможных действий он предпринял только одно. Протянул руку и представился: -Я Марк.