Странный

После инцидента с Убийцей Героев, многое в личной жизни Шото стало идти как по маслу: каждое воскресенье он ходил к матери в больницу, а на неделе писал ей письма; лучше узнал своих одноклассников; появилась целая гора общения, что хорошо поднимало настроение, хоть и был по большей части просто "слушателем"; и наконец, влился в одну компанию. «Декусквад» – спонтанно придуманное Ураракой название. Мол, потому что Мидория всех связал, но тот до сих пор не согласен, что его "имя" должно быть там. Всё было прекрасно, за исключением летнего лагеря, который, к сожалению, завершился не очень удачно. Однако благодаря этому студенты, спасавшие в ту ночь Бакуго, стали чуточку ближе друг к другу, а весь А класс переехал в общежитие. Учёба, тренировки, совместное выполнение домашнего задания, экзамен на временную лицензию, культурный фестиваль – это пролетело так быстро и... весело. Тодороки соврёт, если скажет, что ему были неприятны все эти события. Наоборот, он сохранил каждую минуту в своём сердце; каждый диалог в своей памяти. Шото думал, что никогда не изменится и ничто не заставит его поменять точку зрения. Но кто бы знал, что он сломается сразу же, от одного лишь предложения, после которого внутренний социофоб станет превращаться в тактильного человека, сам того не осознавая. Гетерохром и представить не мог, что в будущем ему будет абсолютно всё-равно, когда кто-либо нарушит его личное пространство; что появится желание находиться в общем зале и говорить, нежели закрываться в своей комнате, постепенно увядая в тишине. Вот и в очередной раз мозаик сидит на зелёном диванчике, сжимая и разжимая левый кулак – потянул мышцу на тренировке. Исцеляющая Девочка помогла, но всё ещё немного болит. На первом этаже царила идиллия, ровно до того момента, пока телевизор и кондиционер резко не вырубило. –А-а-а, на самом интересном! – Воскликнула Мина, возмущённо разводя руками в стороны. –Что случилось? –Может, как в тот раз, опять щиток вырубился? – Высказала свою теорию Хагакуре. –Учитель Айзава написал, что во всём городе нет электричества, – Ответила Яойрозу, показывая чат с Сотриголовой. –Включат только через час. –И что нам делать? –Давайте поиграем во что-то? – Предложил Киришима. –В слова там или что-то подобное? Это быстро убьёт время. После этих слов у Ашидо выпрыгнула лампочка с идеей, заставляя девушку вскочить с дивана, закрыть глаза, вытянуть палец вперёд и начать крутиться вокруг своей оси, что вызвало замешательство у всех присутствующих. Рандомно замерев на месте, её палец указал на Денки. –Каминари, с чем у тебя проблемы на уроках Цементоса? Парень ненадолго задумался, вспоминая о своих недочётах, а затем сказал: –Ну... думаю, мне проблематично быстро подбирать синонимы. –Решено, играем в это, – Самодовольно закончила Пинки. –Всмысле? –Сливы скисли! Говорю, играем в интелектуалов! Один задаёт слово, а другой подбирает похожее... за пять секунд! Кто не успел – проиграл. –Звучит интересно, – Первая согласилась Момо. –Хорошо, тогда я начну! Тебе, Яойрозу. Маленький. –Миниатюрный, – За считанные секунды среагировала Креати. –Иида-сан. Бесцельно. –Впустую, – Также легко отозвался староста. –Каминари-кун. Корабль. –Эм... – Денки нахмурил брови и взялся за подбородок, пытаясь найти в голове синоним, а Мина стала считать вслух, тем самым мешая ему. И на «четыре», он таки успел выкрикнуть: –Судно! –Ого, а я думала, ты сразу же вылетишь, – Озвучила мысли Кьёка. –Эй! Тогда давай ты. Грубость, – Задал слово Электрозум, как бы намекая, что она вечно жестока к нему. –Дерзость, – Ответила Джиро, наматывая на палец свой ушной разъём. –Аояма. Безнадёжный. С Югой случилось тоже, что и с Каминари. Ему пришлось не сладко, но он успел. Не зря же они ученики UA? Плюс Ультра! –Неисправимый, – Блондин облегчённо выдохнул, когда ему положительно закивали. –Киришима. Сиять☆ –О, да это легко! Сверкать или озарять, а ещё блистать! – Воодушевился Эйджиро, ликуя, что очередь наконец дошла до него. А то бы уснул. –Тодороки. Свобода. Шото, который намеревался просто наблюдать, сначала затормозил, а затем погрузился в раздумья. Свобода, да? А какой у неё синоним? А что вообще значит быть свободным? Ведь, чтобы найти похожее слово, нужно знать значение исходного. Он, конечно, помнит определение – школьная программа по обществознанию, как никак, но вот каким образом объяснить это по-своему? Одним словом? Юноша бы подумал об этом лучше, однако у него всего пять секунд, которые вот-вот кончатся. –Море, – На последней "ноте" выпалил двупричудный, получая в ответ лишь тишину и удивлённые лица одноклассников. Во-первых, где это видано, чтобы пятый по успеваемости не ответил на то, что они уже проходили. Ладно Киришима – забыл об этом, но Тодороки... Ах, точно, он, вроде как, в тот момент снова выпал из реальности и не написал абсолютно ничего о свободе. Ну а во-вторых... море? Чё, серьёзно? Шото, ну ты кадр. –Оу... Мне кажется, Тодороки не особо понял смысл игры, – Почесал затылок Серо, искоса смотря на друга-по-манге. –Тебе нужно было- –Нет, я понял, – Невозмутимо перебил мозаик. –Подобрать синоним. –Ладно бы ты сказал "небо", с ним обычно ассоциируют свободу, но "море"? – Озадаченно наклонила голову Тору, хоть этого и не было видно. –Странный ты. –Странный? – Эхом переспросил гетерохром, с замешательством поднимая брови. –Ещё какой. Не обессудь, но иногда ты правда бываешь очень... мягко говоря, "загадочным"... –Давайте перестанем это обсуждать. Тодороки выбыл, потому что не уложился во время, а не из-за приведённого им синонима, – Прервала разговор Джиро. –Играем дальше или как? Будущие герои продолжили, а вот Шото впал в ступор. Что же это... странным здесь был только он? Или как это вообще работает? Если так посмотреть, то парень всегда сторонился людей, которых не понимал. Для него они были причудливыми, а иногда даже полными придуркамм, хоть он и не любит особо грубых выражений. Неужели, подобное поведение тоже вызывает сомнения со стороны? Встав со своего места, сын Старателя двинулся к двери, обулся и вышел на улицу, намереваясь сходить на море, раз уж о нём вспомнил. А то из-за большого скопления дел, давно не был. К тому же, там ему легче думается. –Он же не обиделся на нас, да? –Где «Тодороки» и где «обиделся»? Мы тут синонимы подбираем, а не антонимы, – Пошутила Мина, что хорошо зашло. –В любом случае, он не Бакуго – долго дуться не будет. –Чё сказала?! Рогатая, жить надоело?! – Взорвался Кацуки, который как раз таки шёл мимо гостиной на кухню. –А, ой... О чём это мы... Ах, и впрямь, вернёмся пожалуй к Шото, пока в спину Ашидо дышит смерть. Тодороки судорожно копался в воспоминаниях, стараясь найти события, когда он вёл себя странно. И таких моментов, оказывается, не мало. Один спортивный фестиваль – уже целая страница толстого тома с его не ясными действиями. Действительно, сказать человеку, что он, возможно, внебрачный сын Всемогущего, только из-за похожей причуды... Как он до этого додумался вообще? Выражение лица Мидории тогда... Гетерохром приподнял уголки губ, рассматривая плитку под ногами. Н-да, над самим собой он ещё не смеялся. А стоило бы, ведь такого в комедиях не показывают. К слову, раз мы заговорили о Мидории, то вот он, собственной персоной – стоит на пляже и делает дыхательные упражнения. Точно, он ведь обычно в это время на пробежке. Мозаик спустился с набережной на пляж, подходя ближе к однокласснику. Что ж, похоже, ему и правда стоило идти в разведку, раз Изуку опять его не заметил. –Мидория? Реакция последовала мгновенная: юноша вздрогнул, резко повернулся и встал в боевую стойку, готовый в любую секунду заехать в челюсть. –Ах, это ты, Тодороки-кун, – Облегчённо выдохнул Деку, опуская кулаки. Видимо, внезапное появление разных злодеев его уже доконало. –Не пугай так больше, ладно? –Прости, – Извинился парень, переводя виноватый взгляд на волны. О Всемогущий, как давно он не был возле моря. –Скажи, я странный, да? Подобное заставило зеленоволосого вытянуть лицо в удивлении и неком замешательстве. –Посмотри туда, – Вместо ответа сказал Мидория, указывая наверх. –Что ты видишь? –Эм... – Настала очередь Тодороки находиться в небытие. –Облако. –Кто смотрит на облако и видит только облако? – Задал риторический вопрос девятый носитель Один За Всех, выгибая бровь. –Вот же, это овечка! И она такая... ну, знаешь... словно из сахарной ваты! Мягкая и пушистая. Шото нахмурился в непонимании, смотря то на друга, то на "овцу", которую он всеми силами старался рассмотреть, однако видел лишь белую массу на синем небе и ничего более. –Ты не странный, а просто живёшь в своём мире, который не даёт тебе воспринять окружающее с моей стороны. И это нормально, – Изуку улыбнулся, закрывая глаза и вдыхая полной грудью морской воздух. –Люди боятся того, чего не понимают, поэтому обзывают "дурным" и обходят, не пытаясь даже разобраться в этом. И... правда... Всё время Тодороки считал Мидорию странным, хотя сам был не лучше. С того самого дня, когда увидел этого парня возле свалки, плывущим в ледяной воде, он называл его таким. Но почему? В тот момент ноги двупричудного были опущены в ту же воду; когда Деку бежал под дождём – он находился в точно таких же условиях; когда получил бесплатный билет, он просто профукал шанс попасть на крутое мероприятие, буквально выкинув его; на фестивале рассказал всё сопернику, лишь потому что причуда у него, видите ли, как у Всемогущего. Однако Шото вовсе не боялся. Наоборот, его постоянно тянуло и влекло. Было до жути интересно наблюдать за этим человеком. В чудачествах Изуку – непосредственность и воображение, которых так не хватает ему самому. Возможно, он просто хочет, чтобы Мидория немножко поделился этими качествами, научил искренне веселиться и мечтать о невозможном. –Думаю, каждый из нас слегка спятил по-своему, – Усмехнулся веснушчатый, направляясь ближе к морю. –Но благодаря этому, мы остаёмся теми, кто мы есть. Мозаик двинулся следом, словно в гипнозе. Его всегда удивляло то, как красиво Изуку умеет излагать свои мысли. Иногда это бывает абсурдом, не редко – длинным монологом вперемешку с бубнежом, но он всё же пытается внести свой вклад во что-либо. Хочет быть особенным. Хах, а они вправду... такие противоположности. Деку присел на корточки, трогая израненной рукой спокойную воду. Прохладно... Однако это его совсем не остановило: зачерпнув полные ладони, парень брызнул в половинчатого, у которого незамедлительно намокла передняя часть футболки. Зеленоволосый резко встал и, показав язык, побежал по берегу, оставляя сына Старателя позади. У Тодороки по всему телу прошли мурашки, но вовсе не от холодного моря, а чего-то другого... Его обволокло каким-то новым чувством – тёплым, таинственным и огромным запасом энергии. Веселье? Радость? Восторг, ребячество или забава? Возможно, даже не что-то одно, а целый табун синонимов к этим словам. Интересно, а «любовь» к ним относится? Эх ты, Шото, нужно внимательнее слушать уроки Цементоса, может тогда перестанешь подолгу думать над ответами. Что бы не "проиграть" из-за потерянного времени, как это случилось в общежитии, гетерохром выкинул всё из головы, доверившись своим эмоциям, которые заставили его улыбнуться и наконец ринуться в след. Мидория бежал не быстро – камни не давали этого сделать, поэтому через пол минуты Тодороки уже схватил его за запястье и развернул к себе лицом. Детский азарт горел у обоих в глазах, так и норовя засмеяться в голос. Шото не придумал ничего лучше, кроме как топнуть ногой и тем самым обрызгать их обоих. Да, с мокрой кедой не приятно, но сейчас ему было абсолютно плевать. Перед ним лишь Изуку, море и ясное небо – остальное совсем не важно. Наверное, это и есть свобода? Деку отступать не собирался: вывернулся из крепкой хватки и пнул ногой по поверхности воды. Так и началось официальное противостояние двух "странных" одноклассников. Как дети малые, ей-Богу. Однако в этом нет ничего плохого. Они всего-лишь подростки, которые не наигрались в детстве. И даже если им не хватит этого – будут приходить сюда снова и снова, пока не надоест. А Тодороки не надоедает море, уж тем более с Мидорией. Зеленоволосый не удачно наступил на булыжник, на котором подскользнулся и стал падать, успев ухватиться лишь за гетерохрома, потянув того за собой. Громкий всплеск пролетел эхом по всему пляжу, но этого никто не услышал, ибо на набережной близ UA люди обычно не ошиваются. –Ой, извини, Тодороки-кун, ты в порядке? Юнаша сидел по пояс в воде, убирая мокрые пряди с глаз. И всё бы ничего, если бы увиденное не заставило его надуть щёки и закрыть рот ладонями, сдерживая новый порыв смеха. Увы, он приучил себя не смеяться над другими. Мозаик лежал формой звёздочки, всё лицо было сплошь закрыто спутанными разноцветными волосами, ну а следующие действия таки проломили плотину Изуку – он выплюнул воду "фонтанчиком", прям как в мультфильмах. –Это не смешно, – Возмутился Шото, хотя на самом деле был рад, что смог развеселить кого-то своей скучной натурой. –Вода не вкусная. Но Деку уже не мог остановиться – дамбу снесло окончательно, что никакое недовольство не поможет. Он схватился за живот, пытаясь успокоить себя и продолжал смеяться. Тодороки, который сначала просто наслаждался атмосферой, через пару мгновений подхватил этот заразительный смех. –Ой, Тодороки-кун, – Будущий герой смахнул подступившие слёзы, глубоко дыша. Фух, аж щёки заболели. –Прости, я не удержался. –Ничего, – Парень взял чужую руку в свою, двигаясь чуть ближе. –Спасибо. –За что? – Мидория покрылся румянцем, неуверенно сплетая их пальцы между собой. –За... многое, знаешь, – Улыбнулся Шото, смотря, что они до сих пор сидят в воде, между прочим, в конце октября – определенно сумасшедшие. Но ему всё-равно, как это воспримут другие, потому что в его и Изуку мирах – такое в порядке вещей. –Если я начну перечислять, мы не успеем до комендантского часа. Гетерохром хотел добавить ещё что-то, однако это выбило из головы одним лишь ударом... по губам. Таким нежным, аккуратным, немного обжигающим, что совсем не удар, а поцелуй. Дрожащей ладонью коснувшись веснушчатой щеки, он ответил и всем телом ощутил себя так легко, любовно, счастливо, без лишних мыслей и тревоги. –Я поцеловал тебя... – Шёпотом озвучил факт Деку, покраснев настолько, что веснушки было сложно разглядеть. –Ха-а, я не подумал, прости, – В своей манере он начал ерошить волосы и бубнить, на что Тодороки воспользовался уже проверенной техникой. Всё-таки, поцелуй – это милый трюк, придуманный для того, чтобы остановить разговор, когда слова становятся лишними. Всего одно прикосновение и первый перерос во второй, а затем и в третий. Также, есть вещи, которые можно выразить лишь через поцелуи... Самое глубокое и самое чистое – только когда две души встречаются между собой кончиками губ. Изуку, море, любовь, свобода – всё это синонимы. Символы бесконечных тёплых чувств. И никто не сможет переубедить Шото в этом.