Ставлю сотку

Сердце в груди бухало как ненормальное. Эрен озвучил предложение, которое было совершенно невовремя. И ожидал от брата Микасы чего угодно. Прикосновение к нему наполнило тоской. Возникла мысль, что Эрен пытается искусственно найти аналог витаминов, на которые аллергическая реакция, но которые все равно хочет употреблять. Слишком быстро. Слишком внезапно. Слишком нервно. Эрен отсчитывал секунды до пиздеца. Но пиздеца не следовало. - Ты терпеть не можешь поцелуи, прикосновения и минет. Эрен согласно кивнул. Перед закрытыми глазами расплывались желтые круги. Он уже прыгнул в это месиво эмоций, так что нужно пройти болота до конца, а потом уже жалеть себя. - Ты ведь меня целовал и сказал, что меня не рвало. - Ты уже был полусонный. Вырвался нервный смешок. Знал бы этот парень, что даже в пьяном угаре Эрен способен оттолкнуть партнера из-за попытки поцелуя! Ох, что же делать? - Ты предлагал мне секс, - напомнил Эрен, цепляясь за единственную возможность, которую оставил брат Микасы. - Я хочу попробовать. И я согласен на все. - И на то, что я у тебя связанного возьму глубоко в рот? Эрен кивнул. Он сосредоточенно отталкивал любые мысли данного действа, чтобы не стошнило перед потенциальным партнером. Хотя его итак уже недавно рвало, но повторять не было желания. - Ладно. - Эрен ощутил тяжелый вздох, а потом брат Микасы развернулся. Эрен не успел отстраниться, как его подбородок сжали аккуратно, заставляя наклониться и смотреть в глаза. - Значит, ты хочешь попробовать. - Да, - прошептал Эрен, впервые замечая рост брата Микасы и все встало на свои места: - Так вот кого она имела ввиду. - Ты о чем? Эрен покачал головой: - Неважно. Я хочу с тобой переспать. Ты это сделаешь? - Золотце, послушай, - фраза осталась незаконченной. Брат Микасы освободил Эрена из руки, шагнул назад, увеличивая между ними расстояние и нервно поправил перчатку. - Я не тот, кто тебе нужен. Ты сейчас себя заставляешь, чтобы доказать себе, что ты нормальный и с интимом у тебя что-то стало лучше. Но, поверь, даже если я временное решение твоей постоянной проблемы, после тебе станет только хуже, если ничего не получится. - Ты не хочешь?.. - Давай попозже, когда ты успокоишься и подойдешь осознанно к своему решению. - Он продолжал нервно поправлять перчатку на единственной руке. - Когда не будешь идти против воли. Ты мне предложил, а сам не смотрел в глаза. Я не хочу тебе навредить. Не хочу все испортить. Все, что говорил брат Микасы - правда, и разумный подход, но Эрен хотел проверить сейчас. Он неделю не мог никак выкинуть предложение из головы, а сейчас, когда согласился, ему дают заднюю? Ну и где справедливость? Возможно, что сейчас чуть ли не единственный шанс Эрена убедиться нужна ли вообще ему эта самая сексуальная жизнь. Естественно, что Зик только обрадуется, если у Эрена никого не будет, но… но Эрену хотелось. - Я… - Эрен сглотнул ком в горле. - Я бежал сюда… я хотел увидеть тебя… хотел… хотел сказать, что я принимаю твое предложение… Оно же ведь бессрочное, верно? Не имеет срока годности. А теперь, когда я здесь, ты мне отказываешь… Настолько быстро любовники еще не теряли интереса к Эрену. И еще заумная лекция на тему принятия себя, изучения проблем и всего остального. Все же Эрен отталкивает людей своим нежеланием и неприятием. А Микаса еще говорила, что он найдет себе подходящего человека, который примет со всеми заморочками. Похоже, она выиграла спор. Ах да, они ведь не спорили. Как хорошо, что… постойте. - Поцелуй. Эрен посмотрел в лицо напротив, не совсем понимая смысл, когда мысли сосредоточились на другом. - Всего один поцелуй. Он же рассказал брату Микасы о том, что ненавидит поцелуи и почему. Или это эксперимент, чтобы доказать собственную правоту? - Один раз? - переспросил Эрен. - Поверь, золотце, я больше всего на свете хочу тебе отсосать, а удовлетворить тебя и растянуть мне хватит моих трех пальцев одной руки, - на хмуром лице появилась нервная улыбка, а интонации голоса заигрывали. - Но сейчас все упирается в один поцелуй. Большего не получится. Нельзя. - Из-за спора? - М?.. И пока брат Микасы растерянно хлопал глазами от удивления, Эрен приблизился к нему, наклонился и захватил его губы в свои целуя так долго, как мог. Ведь если разорвать поцелуй, он закончится - и больше не повторится. Если почувствует рвотные позывы - все закончится и не повторится. Если оторваться на вопросы - все закончится и не повторится. Если сейчас получит по печени - все закончится. Поэтому ни при каких обстоятельствах нельзя разрывать поцелуй и целовать до потемнения в глазах и потери сознания. Эрен целовал как в последний раз в жизни, потому что так оно и было. Потому что пока все было нормально. Потому что пока он первым проявил инициативу и подтолкнул брата Микасы к кровати. Руки притянули ближе к себе тело, вылитое из стальных мускулов. Они легли на кровать и Эрен оседлал тело под собой, не разрывая поцелуя. Он как голодный накинулся на чужие губы, поддавшиеся напору, за которыми последовали ладони, оказавшиеся в его волосах. Они сняли резинку и сильнее прижали к себе. Эрен плавился, думая, как не растаять, не потерять между ними нить поцелуя и не сделать ничего неправильно… пока не почувствовал ладонь в перчатке на ягодицах и резко не отпрянул. Часто дыша, в ужасе глядя на черную ладонь, Эрен запаниковал. Выброс адреналина словно ударил головой об землю, возвращая в реальность. В голове билась мысль: нет. И в то же время Эрен чувствовал, как подступает к горлу тошнота. Он поспешно зажал рукой рот и зажмурился. Раз, два, три… - Извини, - голос брата Микасы звучал пристыженно, - я не должен был… увлекся и забыл, что я… такой. - Какой? - прошептал глухо Эрен, продолжая считать. - Урод. Глаза открылись. В смысле урод? Кто такое сказал? Почему? Из-за чего? Каким боком его рука на заднице Эрена является уродством? - Старуха и вся семейка меня таковым называет из-за… - Брат Микасы махнул рукой в перчатке. Эрен все еще не понимал. - Зик назвал тебя шлюхой Аккерманов, - припомнил Эрен. - О, и это тоже, - брат Микасы приподнялся на локте: - Извини, я слишком перевозбудился. Всю неделю о тебе мечтал и фантазировал… ты как? Эрен кивнул, прислушиваясь к ощущениям: не тошнило. Внутри все пришло в норму, только губы горели огнем от поцелуя длиною в вечность, а тело хотело повторить подобные чудесные ощущения без последнего акта. - Я в порядке. - Не тошнит? Эрен помотал головой. Мысленный счет и отвлечение помогло. Вот бы всегда так. - Это чертовски отстойно, - брат Микасы закрыл лицо ладонями и упал на кровать. - Блядь. - Это хорошо. - Эрен, милый, у меня стоит колом от тебя и на тебя. И если я сейчас что-нибудь не сделаю, я обкончаюсь. А на сменку… Эрен, совершенно не ожидая от себя такой беззастенчивой наглости, положил ладонь на очевидную выпуклость на джинсах и сжал пальцы. - …нет, - последнее простонал в голос Ривай, запрокидывая голову и зажмуриваясь.