Спаси себя

      — Сдалась мне эта вечеринка! — Саша показательно закатила глаза, что за последние три часа делала слишком уж часто, и подруги, честно говоря, уже начинали за неё переживать, — тем более сегодня мой выходной. Ваш Кондратюк мог родиться в другой день? Четвёртого сентября например? Или второго? Третье число ему не идёт. К Кондратюку ей не хотелось вовсе не потому, что за то время, которое они с девочками находятся в торговом центре, Саша не нашла ни одного подходящего для себя платья, а потому что ненависть к нему копилась последние три месяца стремительно и бесповоротно. Заявиться на День Рождения к человеку, которого ты буквально ненавидишь, да ещё и придерживаться абсолютно глупого дресс-кода? Саша, кто тебя укусил? Не заболела? Что на тебя так действует? А, точно! Это ведь её самые лучшие подруги, святая тройка: Анька Щербакова, Камилочка Валиева и Алёнка Косторная. Мысленно Трусова обматерила Марка всего четвёртый раз. Уже столько магазинов обошли, а ничего нет, ни-че-го, что могло бы сразить Кондратюка наповал. Не то, чтобы Саша искала самый сногсшибательный наряд ради него, но такая идея в её голове явно присутствовала. Придумал тематику «Огонь и лёд»? Будет тебе огонь, Кондратюк! Правда, Саша не была уверена, его ли это затея или гугловского сайта 2014 года.       — Са-а-аш, — довольно протянула Аня, как только они зашли в следующий магазин. Девушка глянула на подругу и то, что она держала в руках. Глаза Саши медленно полезли на лоб. Не от вида Ани, нет.       — Мне кажется, вы будете идеально сочетаться, — Алёнка ухмыльнулась. Красный костюм: укороченный пиджак, мини юбка с серебристой цепочкой. Вафельная ткань. И элегантно и, что говориться:       — Реально огонь! — восхитилась Камила.       — О, девочки, Туктик написала, что скоро подъедет, а потом мы едем к ней собираться, — Косто довольно улыбнулась, показывая всем сообщение на телефоне. М-да, что-то намечается. Саша почти без возражений забрала костюм из рук Ани, посылая ей воздушный поцелуй и отправилась прямиком к примерочным. С ней пошла и Щербакова, за ней — Валиева. Алёне, как самой энергичной, было поручено пойти пока заказать для всех кофе на первом этаже. Получив однозначное «да» ото всех подруг (и даже от Алёны сообщением), Саша с радостью и спокойствием на душе заплатила за ещё один новый костюм в её гардеробе. Было бы куда ходить в таких. Не на тренировки же. А такое чувство, будто она ходила только в ЦСКА.       — Девочки, давайте скорее, там уже кофе остывает, и Лиза приехала, — подзывала Камила плетущимся чуть позади Ане и Саше.       — Слушай, я тебе не уже не семнадцатилетняя молодушка, чтобы так бегать. Особенно после таких походов.       — Ах да, ты же теперь восемнадцатилетняя старушка. Ань, а ты так вообще уже пенсионерка.       — О каких пенсионерах речь? — уловив вдали разговор, спросила Туктамышева, подходя к компании. Девочки принялись её по очереди обнимать, отмечая уже готовый яркий, с акцентом на губы и подведённые глаза макияж.       — Успеваем, — подбадривала всех Косторная, когда подруги уже подъезжали к дому Лизы. Пока были на несанкционированном незапланированном шоппинге, успели забыть, что им нужно доехать до квартиры и собраться собрать Сашу. В первую очередь морально. После (для успокоения Сашиных нервов), у девочек в планах было ещё заехать за дополнительным алкоголем. Марк попросил. Видимо, плохо подготовился. Девочки всё-таки надеялись, что их привезённые ящики будут не единственными. Марк же не решил устроить вечеринку приличных спортсменов, коими никто из них, впрочем, не являлся?

***

И вот Алёна, совсем недавно получившая водительские права, везла их в загородный дом. Саша угрюмо смотрела на дорогу, сидя на переднем сидении. Осень за окном уже раскрашивала былую роскошь — жару и зелень своими оттенками приглушённого жёлтого и другими прохладными цветами. С тех пор, как Косторная получила права, подруги ездили у неё пассажирами третий раз. И всегда это было какое-то весёлое, удивительное приключение. Они подпевали любимому плейлисту Ани, заезжали за кофе и булочками в любимую кофейню Камилы (но теперь их общую), обсуждали новые программы на сезон и самое главное — кайфовали. Когда едешь по пустой трассе на большой скорости с людьми, которые играют одни из важнейших ролей в твоей жизни, становится так спокойно, и они с девочками всегда отстраняются от внешнего мира. Им вместе хорошо, свободно. И Саша старается отпечатать в памяти каждый такой момент. Она отвела взгляд от окна и повернулась к девочкам, с улыбкой глядя на каждую. Аня в их компании та, кого все безмерно любят. Потому что она часто зовёт на ночёвки, она может говорить о чём угодно, пока ты не устанешь. У Ани сердце, наверное, самое доброе на свете. Как её можно не любить? Камила — та, кого любят не меньше, но над кем всегда подшучивают. Валиева не против, ей, на самом деле, тоже это нравится, но об этом ведь не обязательно говорить? Камила хоть и младшая, но мыслит она чуть ли не гениальнее каждой из них. Иногда Саше кажется, что за неё говорит внутренний взрослый, мудрый, видевший жизнь человек. Алёна это Алёна — тут даже говорить нечего. В ней, мать вашу, пропеллер. Вот она — это олицетворение фразы «за любой кипишь кроме голодовки». Саша действительно безумно их любит. Кажется, у неё было как минимум пять душевных разговоров в четыре утра на балконе с каждой из компании, что ещё больше укрепляло доверие к ним. Если говорить максимально честно, то без девочек Саша бы зависла дома еще в августе, после перехода к Светлане Владимировне, и в её расписании было бы только подъем-завтрак-тренировка-обед-тренировка-сон и так по кругу. Но от неё никто не отвернулся, чему Саша до сих пор рада. Саша повернулась обратно и откинулась на сиденье, наблюдая за быстро сменяющимися деревьями и машинами. Иногда она задумывается, куда едут люди, какие у них цели на жизнь, и в целом чем они занимаются. Вот она например, сейчас сидит в ярко-красной машине на пассажирском и проклинает причину, по которой вообще оказалась здесь. От улыбки вновь не осталось и следа.       — Да ладно тебе, Саш! — Камила всегда разряжает обстановку своим звонким голосом. — Какая разница, что это днюха Марка? Вы там встретитесь с ним от силы раза три. Зато мы повеселимся: дом, развлечения, еда и напитки с него. Кайф же?       — Давайте просто забудем, к кому мы едем!       — Повеселимся? — с улыбкой спрашивает Аня.       — Повеселимся! — хором в ответ.

***

Асфальт под колёсами сменился на гравий, когда машина Косторной подъезжала к большому панорамному дому на берегу реки, большая терраса которого стояла на воде. Алёна остановилась, и Саша быстро вышла на улицу, вдыхая свежий воздух и разминая спину, одновременно осматривая локацию. На окнах, перилах лестницы, крыше и других местах висели шарики, имитирующие льдинки и пламя. Но больше всего Саша отметила красные и голубые бумажные фонарики, которыми удачно увесили периметр дома. Старался явно знающий человек. Очевидно, не Марк.       — Вау, красота! — заворожённо сказала Камила, выходя из машины и поправляя платье на себе. Аня негромко хлопнула дверью и встала рядом с ней, разглядывая место. Было действительно красиво, но Саша не горела желанием кричать об этом.       — Девочки! Помогайте! Я одна не дотащу, — прозвучал голос Алёны вперемешку со звуком стукающихся бутылок. Саша обернулась в сторону багажника. Ну, кто бы сомневался, Кондратюк сам не может даже выпивку привезти. Саша мысленно посочувствовала будущей возлюбленной Марка, ведь не каждому под силу ужиться с бытовым инвалидом. И умственным. Какой уже раз за прошедший день она мысленно оскорбляет его? Кажется, таких больших чисел ещё не придумали.       — Только не говорите, что он не покупал алкашку, и это, — Саша обвела взглядом четыре ящика махито, — всё, что имеется.       — Нет конечно! Он купил, вроде говорил что достаточно, но позвонил и попросил взять ещё немного, на всякий случай, — ответила Косторная, доставая один ящик.       — Очень спортивное мероприятие. Надо предупредить, чтобы на фотки поменьше бутылок попадало. А то этот чемпион Европы в рехаб попадет, — Камила начала пересчитывать бутылки, пока Алёна поднимала ящик. Но внезапно его перехватили чужие руки и бережно забрали у неё.       — Не утруждайтесь, дамы, проходите в дом. Мы всё сами донесём, — подошедшие Женя Семененко и Саша Самарин стали вытаскивать ящики и приветствовать компанию. Алёна благодарно кивнула и четвёрка подруг прошла внутрь. Помещение было просторным, но душным. Саша осмотрелась и увидела, что здесь собралось немало народу. Возможно, около двадцати человек. И это при том, что ещё не все гости приехали. Пройдя в главный зал со столами, Саша слегка приоткрыла рот от удивления. Виновник торжества, Марк Кондратюк стоял в своём костюме Иисуса. На коньках. Как будто минуту назад закончил катать произвольную и идёт в КиК. А ещё, как будто его хорошенько приложили об лёд. Потому что Саша искренне не понимает, как можно праздновать в костюме к своей программе. И чего она с нарядом мучилась? Нацепила платье с Фриды и пошла. Делов то. Ладно, Марк хотя бы догадался чехлы надеть. Может, не всё потеряно. Он обернулся и заметил Сашу, которая отошла от шока, но улыбаться и поздравлять его не спешила. Помахал ей рукой и подошёл поближе. Оба откровенно пялились друг на друга.       — Привет! Как добрались? — спрашивает Марк, чтобы не молчать.       — Тематика отстойная, — вместо ответа на вопрос прохладным тоном бросила Саша и посмотрела Марку прямо в глаза, — а твой прикид ещё хуже.       — Зато твой тебе очень идет. Прямо пылаешь огнём, — подмигнул Марк, и Саша закатила глаза.       — Не огнём, а желанием свалить отсюда. Но Саша не уходит, а остаётся и упрямо смотрит на него, пока Марк первым не отводит взгляд на пёстрые колпачки в руках проходящего Макара. Саша успела обрадоваться маленькой победе всего на секунду, потому что Марк быстрым движением схватил один колпачок и нацепил на неё. По всей видимости, у этой вечеринки больше нет организатора, потому что такую наглость Саша ему не простит.       — Кондратюк, — прошипела Саша и резким движением сорвала колпак так сильно, что веревочка порвалась с одной стороны. — Я сейчас засуну это тебе в…       — Саша! Вот ты где! Пошли быстрее, надо помочь с плейлистом, — громко перебила Камила и быстрым шагом направилась к подруге, хватая ту за локоть. — О, Марк, привет. С днём рождения! Тост скажу за столом, пока пожелаю только больше не сталкиваться с нашим огонёчком, — с шуткой поздравила Валиева, имея в виду как раз Сашу.       — Спасибо! — улыбнулся Марк, отрывая взгляд от Саши, — постараюсь, но ничего не обещаю! — поднял руки в примирительном жесте и ушёл в другую комнату. Настроение такая выходка явно подпортила, но девочки в ту же секунду загрузили её столькими обязанностями, что в миг Саша забыла о недоразумении. То бишь, о Марке. Ей в руки влепили бокал с оранжевой жидкостью, не спрашивая и особо не церемонясь. А что, пьянка уже началась?       — Сок, — с ехидной улыбкой сказала Косторная. Саша смело глотнула, потому что пить действительно уже хотелось, после перепалки с Кондратюком.       — Алёна, блять! Ну, пьянка видимо началась. Горечь во рту после стакана мартини, разбавленым, кажется на одну десятую апельсиновым соком, хотелось закусить. Саша покинула общество подруг, потому что уже не видела смысла быть там. Аня с Алёной сами прекрасно справлялись с плейлистом, Камила им помогала, другая помощь не требовалась. Девушка прошла до стола в зале, где стояли красиво выложенные закуски, фрукты и напитки. Молодец, Кондратюк, хоть догадался воспользоваться услугами кейтеринга. Саша украла бутерброд, сделав вид, что дырка на тарелке так и должна быть там, задумка. И вышла на террасу. Ветер аккуратно разнёс её рыжие (в красный) волосы в разные стороны, и теперь Трусова точно косплеила огонь.       — Эй, огонёк! — голос, раздавшийся прямо за спиной напугал Сашу.       — Придурок! — выругалась она. — Хватит ходить за мной! — его вид оставлял желать лучшего. Забавно смотреть, как бегает по дому в коньках, а сейчас ещё и по дощатой террасе.       — Я пришёл позвать тебя на задний двор. Если ты конечно хочешь, чтобы шашлык тебе достался, — Марк развернулся, чтобы уйти, а Саша, ещё чуть постояв, проследовала за ним. Чтобы не думали, почему они вместе пришли. И чтобы не терпеть его компанию.       — О, Саша, ты где ходишь? — Камила приобняла подругу за талию, глядя на неё снизу вверх, в силу роста.       — Прячусь от этого чокнутого, — она сделала ещё глоток мартини, а потом увидела, как Макар насаживает сырое мясо на шампур. — Марк, — позвала она, отлепив Валиеву от себя. Парень подошёл ближе, чтобы раслышать, что она хочет ему сказать. — Смотри, я с тобой так же сделаю, — и с улыбкой ушла от греха подальше. Он, опустив голову немного рассмеялся и ушёл в дом. Обиделся что ли? Внутри Саши проснулась жалость. Или совесть. И ей подумалось, что услышать столько оскорблений в свой же день рождения — довольно неприятно. Но тут же Саша вспомнила, как недавно Светлана Владимировна пообещала банку мороженого тому, кто приземлит четверной лутц на тренировке. И конечно же, она недокрутила и упала, а Марк выполнил чистейше, там даже не придерёшься. Саша тогда психанула окончательно. Не из-за мороженого, ей показать хотелось, что квады не утеряны.       — Алё, Саша! — Косторная подошла так резко, выведя Трусову из транса. — Чё стоим, о чем думаем? Там Анька уже разливает коньяк.       — Алён, ты не пила бы. Нам обратно ехать ещё. Это долго, мы за городом. Завтра у всех тренировки. Но разве Косторная когда кого-нибудь слушала? Опрокинула коньяк залпом и ушла. не забыв кинуть напоследок едкое:       — Тренировки только у тебя, зайчик. Мы то догадались выпросить выходной. Пиздец, Алён.       — Дорогие гости, я снова с вами, — а вот и Марк вернулся. В адекватной, слава Иисусу, одежде.       — Вау, а где красные штанишки? — несмотря на то, что Саша обещала не связываться с Кондратюком, сейчас она липла к нему сама. И даже недавно проснувшаяся совесть уснула обратно.       — Если ты хочешь примерить, то они наверху в комнате, — Марк отвечал так, словно уже не хотел разговаривать с ней, а пытался скорее отвязаться. Бедный мальчик, видимо действительно обиделся.       — Да сдались они мне! Хотела просто тебя уже на загородное шоссе во второй дом отправлять. Там бы за своего приняли.       — Да? А что там? Саша, наконец, допила свой бокал мартини, пожала плечами и ответила:       — Не знаю. Пошла к Ане. Нужно что-то покрепче. Меж тем, тучи на улице сгущались. На сегодня и не передавали никакой хорошей погоды, дождь должен был начаться ещё утром, но видимо, повременил специально для именинника шашлыка. Саша уже не чувствовала надобности возвращаться во двор, она уселась на диван рядом с Анькой и спокойно потягивала врученный ей только что коньяк.       — Сашуль, не налегай, — Щербакова удобно уложила свою голову на плечо подруги и сняла с себя тот самый колпак, в которых ходили все, кроме Саши.       — Вы такие милые, что аж тошнит!       — Алёна! — в один голос выругались девочки. — Где Ками вообще? — поинтересовалась пока что вполне трезвая Аня. Алёна в ответ пожала плечами, когда в дом начали возвращаться все гости. Забушевал ветер на улице, по открытым окнам забил частый дождь.       — Дождь, между прочим, к счастью! — голос Туктамышевой из всего шума выделился слишком неожиданно.       — Девочки, может быть поедем домой? Алёна и Аня удивлённо уставились на Сашу. Она серьёзно выбирала часа два этот костюм, она ехала столько времени загород на день рождения к Кондратюку чтобы… так скоро уехать?       — Ну уж нет! — запротестовала Алёна.       — Саш, давай хотя бы ещё пару часиков. Скоро ли у нас ещё будет такая туса? Думаю, между гран-при и не до этого будет. Так что, веселимся сегодня и наполную. Музыка в помещении, темнота, создаваемая погодой за окном и голоса, много голосов, смешаных в одну неразборчивую шумиху давили Саше на виски. Она согласилась потерпеть ещё, но только ради подруг. Ради них. Девушка отправилась на поиски чего-нибудь безалкогольного в этом доме, если здесь вообще такое имелось. Вода и тишина — всё что было нужно сейчас. Забрав стакан с собой, Саша поднялась на второй этаж. Музыку всё ещё было слышно, но уже не так громко, в комнатах, наверное, будет только эхо отдаваться. Не зная, можно ли вообще куда-то заходить, она медленно опустила ручку первой двери. Кажется, это та самая комната, где переодевался Марк. Здесь можно было остаться. Оставив стакан на столе, Саша открыла окно. Мелкие капли дождя начали залетать вместе со свежим воздухом. Сейчас бы высунуть голову в окно и наслаждаться. Кажется, Саша окончательно словила эйфорию от выпитого алкоголя. И наверное, стоило возвращаться обратно, чтобы девочки её не потеряли и не начали волноваться. Если их пьяные головы были на это способны. Ещё немного полежать на кровати рядом с красными штанами от Иисуса и можно спускаться.

***

Саша опустилась на родное переднее пассажирское и громко выдохнула. Этот ад закончился. Завтра нужно будет заехать в химчистку, пополнить запасы корма для собак и постараться по максимуму накатать новую короткую программу для предстоящего сезона. Планов много, желания взять выходной ещё больше. Саша не чувствует себя сильно пьяной — опыт научил не переходить черту своей нормы. Чего не скажешь о девочках. В рейтинге трезвости первое место гордо занимает Саша, следом Камила, а вот Аня с Алёной яро борются за бронзу. Дай бог, выиграет Алёна, она за рулём всё-таки. Саша тихо молилась, чтобы по пути им не попались гаишники. Алёна ведь не остановится, а крикнет: «попробуй догони» и удерёт на скорости.       — Ну что, поехали? — спросила Косторная, когда все расселись по местам. Включила фары и вывернула руль вправо, выезжая на ровную трассу.       — Тут Марк уже фотки выкладывает, — сказала Камила, листая ленту инстаграмма. — О, Саш, ты попала на фон. Сзади костюмчик такой же шикарный.       — Плачу от счастья, — холодно бросила Саша и открыла бардачок, с надеждой найти там наушники. Камила хмыкнула и наклонилась к Ане, показывая видео с праздника. Наушники были успешно найдены, и так же успешно разряжены. По лобовому били крупные капли дождя, ещё немного, и дворники перестанут справляться. Алёна набрала скорость до восьмидесяти, и понемногу вдавливала газ дальше. Саша молилась чуть громче. Когда стрелка поползла к 110 и колёса слегка заносило, Саша забеспокоилась.       — Алён, сбрось немного. Косторная на секунду кинула на неё скучающий взгляд, но послушала. Дождь усиливался.       — Может вернёмся и переночуем в доме? — Саша вцепилась пальцами в край юбки и нервно теребила его. Наверное, стоило соглашаться, когда им предлагали уехать завтра утром. Но Саша слишком хотела убраться из этого места, а девочкам было всё равно. Чёрт.       — Да тут не так много ехать. Расслабься, — заверила Алёна и прибавила музыку, подпевая на куплете. Расслабься. Ага, ночью на мокрой трассе только расслабляться и кайфовать. Саша заглянула через плечо. Аня с Камилой всё ещё пялились в телефон и что-то обсуждали, кажется, вообще не обращая внимания ни на что. Ладно, может и вправду не стоит так напрягаться. Алёна снова прибавила скорость. Дворники быстро ходили туда-сюда, но гроза явно действовала на обгон. Кошмарный ливень застал их на дороге домой. Прекрасно. Просто ахуительно. Саша постаралась прикрыть глаза, но чувствовала своим долгом с болезненной внимательностью следить за белой полоской на дороге. От выпитого алкоголя и затуманенного сознания не осталось и следа. Странное чувство в груди изводило её и вышибало весь воздух из лёгких. Алёна слегка притормозила на повороте, но после него вновь стала набирать обороты. Саша чувствовала, что что-то произойдёт, что-то неимоверно плохое. Саша никогда так сильно не хотела ошибаться. Звуки дождя, безжалостно бьющего по машине, становились всё громче и отчетливее, руки Косторной напряжённее, а колёса всё меньше поддавались контролю. Саша укусила губу до крови. Железный привкус на языке, и бешено стучащее сердце в груди. Идеальный стартер пак для такой поездки. Она всё же закрыла глаза и откинулась назад, стараясь успокоить себя. Ничего ведь не случилось, правда? Саша распахнула глаза ровно за секунду до резкого звука от удара по тормозам. Алёна выворачивает руль влево. Покрышки ужасно скрипят. Телефон Саши выбивает из рук. Саша каждой клеткой ощущает, как машину заносит. Алёна не успевает вырулить. Девочки на заднем сиденье громко взвизгнули, но Саша слышит их фоном. Саша видит толстый ствол дерева перед собой. Кажется, она даже может сосчитать мелкие царапинки на нём. Кажется, Саша уже ничего не может.

***

Саша зажмурилась от солнечных лучей, сумевших пробиться сквозь небольшую щель в шторах и уложила голову на другую сторону подушки. Нужно просыпаться, но очень не хочется. Так, что там сегодня по плану? Кажется, корм для собак, тренировка и... о чём она там ещё вчера думала? Вчера. Саша резко приняла сидячее положение и широко открыла глаза, предпологая, что она в больнице. Но назойливого шума аппаратов нет, как и больничной палаты. Саша сидела на своей кровати, в своей комнате. Тело не болит. Это настолько странно, что Саша не сразу понимает, что нужно сделать в первую очередь. Девочки! Нужно позвонить девочкам! Может они просто потеряли сознание и так же, как Саша, сейчас находятся у себя? Саша включила телефон и одними губами прошептала:       — Третье сентября. Девять сорок семь.