Смотря на ясный небосвод, я видела лишь отдаленно любимые глаза.

      — Боже, дай мне сил, — взвыла, плюхнувшись на свою мягкую кровать, тяжело вздохнув.       — А ведь я даже не приступала к перебору вещей в комнате, в доме, в саду, не ответила на сообщения от Сэцуко, Коичи, Даичи, Хины… Что за жизнь? Я ведь только заполнила документы, а ты что думаешь, Камила?       Я свесила голову с кровати, повернувшись к кукле, которая сидела на стуле, что стоял напротив кровати.       — Да, согласна, мне предстоит ещё много работы, и много извинений, и объяснений… Какая морока.       Я вернулась в нормальное лежачее положение, и прикрыла глаза от усталости. Всё произошедшее так выбило из колеи, что естественно, но это того стоило.       В целом, после всей этой конетели с наследством и «случайным» убийством, только сейчас я могу немного выдохнуть. Да и, что таить, быть владелицей этого особняка, семи машин, ещё шести домов в разных странах, трех квартир, также в разных местах, и конечно бизнеса, — было классно.       Бизнес на самом деле был самой интригующей частью, которая заинтересовала меня ещё больше, после того, как я узнала о наличии ещё одного, считай подпольного. Не то чтобы торговля оружием была чем-то таким запретным, но по каким-то причинам бабушка решила это скрыть. И так как теперь, этот бизнес тоже мой, я его, разумеется продолжу, также несильно о нем распространяясь. Кому надо, тот всегда найдёт.       Что до основного, отвлекающего простые взгляды это — детские игрушки.       Да, это что-то с чем-то, но я это обожаю. Жаль только, что в последнее время, а это с того момента как вся семья была убита, кроме бабушки Ленор, и пропавшей меня, то всё покатилось в тартарары. Может первые года два всё ещё держалось, но сейчас дела плохи. Больной на голову и не только, бабушке, было тяжело даже контролировать этот процесс. А мужчину, генерального директора не стало где-то год назад. В итоге, магазин считай забросили, поставляли какие-то игрушки, да толку. Я же надеюсь что-нибудь с этим сделать. Не бросать же семейное дело?       Я была рада наконец оказаться дома, где в действительности ощущения больше не были таковыми. В поместье было так пусто и тошно. Только дворецкие слонялись туда-сюда, казалось будто ничего тут и не двигалось.       После случившегося, я так и не виделась с Сэцуко, хотя прошла где-то неделя. Это напрягало. Было немного стыдно, что я ничего им не рассказывала, ни о себе, ни о плане, но с другой стороны, это же только к лучшему. Я не подвергла их опасности, да и справилась почти сама, мне не нужна была их поддержка и прочие слова об утешении. Думаю, что так и было бы. Может теперь альбиноска и вовсе не захочет со мной общаться? В принципе, я могу обойтись и без неё. Самое главное, что я сдала её в надёжные руки, уж эти двое о ней позаботятся. А у меня и без неё есть ещё друзья, к примеру: Бискет, Гон, Киллуа.       Интересно, какого же было жить Золдику, со знанием того, что он убивает людей, решая их судьбы, только по чью-либо велению. Наверное легче чем мне, которая по собственному желанию сделала это трижды. Я думала над этим с тех пор, размышляя, вспоминала, прислушивалась к своим ощущениям. Вмести с их смертью должно было придти успокоение, но его всё не было. Вместо него в голове закрадывалась мысли, что же я натворила, взяла грех на свою и так жалкую душу. Пыталась себя успокоить мыслями о справедливости, ведь раз они сделали мне плохо, то и я должна оплатить им тем же. Но от этих мыслей становилось только хуже, ведь тогда ко мне приходило понимание, что смерть это слишком мягкое наказание и это вовсе не боль. Скорее всего они получили только успокоение, тот чёрный точно, а то умер с мерзкой лыбой.       Я получила, что хотела, деньги и месть за любимую родительницу, но чувство вины постепенно съедало изнутри, с чем я не могла бороться. С другой стороны кому не начхать на них? Ну умер и умер, ну убила и убила, вон Золдиков все эти убийства не волнуют.       Я схватилась за голову, чувствуя гул голосов в собственном сознании. Одни говорили, что я ужасна, а другие радостно кричали о победе. Я желаю забыть об этом моменте моей истории навсегда.       Но что мне делать теперь? Цель достигнута, другого я пока не планировала. Хотя чего тут думать, займусь бизнесом, подниму его, продолжу. Да и от тренировок с Крюгер не отвертеться, раз согласилась, то должна. И так, потихоньку войду в норму будней. Или может неплохо было бы повидаться со старыми друзьями? Правда даже не знаю где они и что с ними. Можно попросить того хакера проследить за карточкой Гона, её пользованием, тогда проблема будет только если тот её не использовал. Киллуа сейчас скорее всего с ним, поэтому следя за одним, выйдешь на второго.       Ни смотря на желание с ними встретиться, я откидываю этот вариант. Пусть друзья подождут, а пока я займусь собой и делами.       Мои размышления прервал раздражающий звук, доносившийся из моего телефона. Я лениво повернулась, уткнувшись лицом в постель, рукой пыталась нащупать гаджет.       — Алло, кто это? — Только поднеся телефон в уху, спросила, даже не посмотрев на экран, где должны были высветиться данные.       — Здравствуйте, Юка, вас беспокоит Микаэль, я звоню вам по поводу работы в нашем модельном агентстве. Нам очень понравилось ваше лицо и мы хотим предложить вам работу. Понимаю, возможно вам работа окажется без надобности, но подумайте, каждый товар который вы наденете станет вашим навсегда. А ваше лицо будет светиться на каждом углу, это наверняка прибавит вашему семейному бизнесу дополнительных покупателей. Что вы думаете?       Думаю, что могу пожалеть о своём решении, но это будет проблема Юки из будущего.

***

      Я проходилась по складу с игрушками. Повсюду были коробки, из некоторых были видны знакомые мне куклы, или же части железной дороги. То, что для меня в своё время было сокровищем. Сегодня же людям, в частности детям, такие игры не приносят былого счастья. И для меня это значило, что нужно перейти на новый уровень, подстроиться под нынешнии тренды и следовать им. А лучше всего создать свой.       К сожалению, фарфоровые куклы уже многим осточертели, но их я все равно оставлю в продаже. Я бы не отказалась от такой милашки-подружки в коллекции, даже сейчас.       — Госпожа, новых партий не поступало уже два года, — доложила Джун, только вернувшись с отсчётами о делах компании. Я поманила её за собой, бросив, что посмотрю позже.       Проходя дальше, я остановилась у коробки с плюшевыми медведями. Взяла одного и начала крутить в руках. Он был таким мягким, я точно хотела бы запихать их всех в свою комнату, но увы не получится. Такого количества плюшевых косолапых, которое у нас есть на складе попросту не хватит, чтобы заполнить мои покои.       Медведей я тоже оставлю.

***

      Голову нужно поднять ещё чуть выше, но не слишком задирать подбородок. Каждая вспышка от снятого фото уже раздражала, отчего мне безумно хотелось закрыться от них.       — Поменяй позу!       Я послушалась команды, поменяв руки местами, так, что теперь правая упиралась в бок, а левая взялась за прядь розовых волос.       Глаза слипались и мне ужасно хотелось спать. Зря я вчера предпочла сну разбор каталога, продаваемых игрушек в магазине.       Это был третий день сьёмок новой линии одежды от какого-то очередного бренда, чьё название уже вылетело из головы. Честно, сегодня наряды были просто отстой. Ткань была омерзительного качества и я с трудом терпела такие муки. При каждом движении она шуршала и очень быстро мялась.       Разноцветная блузка и светло голубые брюки сочетались не самым лучшим образом, особенно учитывая крой. Бывали композици намного хуже, не спорю, но давайте не перегружать образ. И у верха, и у низа были пышные рюши вместе с пайетками, которые значительно утяжеляли образ. О, и эта одежда меня определенно полнила!       Я уже изрядно поработала, и теперь мечтала только о своей мягкой кроватке, застеленной дорогущим, пуховым одеялом. Всё ждала, когда съёмки подойдут к концу, чтобы поскорее оказаться дома.       — Отличная работа, Айчо! — Директор сам, лично похвалил меня.       Я выдавила благодарную улыбку полному мужчине, поблагодарив того за лестные слова. Сюда я больше не вернусь.

***

      Разбирая месячные отчёты я засиделась, заснув только к трём часам ночи, от чего утром подняться было тяжелее обычного. Аделин, не зная о моём ночном занятии разбудила меня как всегда, — вовремя.       Затем, я лениво поплелась в ванную, чтобы уже там привести себя в порядок и принять душ. К удивлению на сегодня у меня не было никаких планов, что теперь мне только снилось, ведь каждый день я чем-то занималась. Но сегодня день, когда я могу посвятить себе или своим харомам.       Я начала набирать горячую ванну, насыпав туда соли, для неё же. А потом, неспеша начала расплетать слабую косу, которую заплела ещё вчера днём, как только вернулась домой после съёмок и разговора с директором.       Ванная комната была достаточно просторной, но моим любимым действительно была ванна, окрашенная в золото. Ох, оба Мори бы обзавидовались. Я всё же вернулась в то место где начиналась моя жизнь.       Вода уже достигла своего предала, и мне пришлось остановить её. Когда я наклонилась к крану, кончики распущенных волос окунулись в воду, отчего я сначала раздражённо цокнула. Позже пришлось выжимать влагу из них, не хотелось мочить пол и одежду раньше времени. Я аккуратно сняла домашнюю одежду, окунаясь в горячую воду. Сэцуко говорила, что я ненормальная, будто каждый раз вхожу в кипящую лаву, или меня варят в котле. Сама она чаще предпочитала холодный, даже леденящий душ. Спрашивается, и кто из нас ненормальная?       Я чуть сполза вниз, пытаясь полностью оказаться под водой, чтобы намочить все волосы.       Да, пожалуй сегодня стоит прибраться в комнате, отсортировать вещи… Выкинуть старые, заменив на новые. В гардеробе всё так же весят мои детские вещи, которые сейчас на меня точно уже никогда не налезут. И конечно куча остального барахла.       Можно ещё пройтись по магазинам, померить что-нибудь и отдохнуть. Позову наверное Бискет на шоппинг, она это занятие точно оценит. Да и помочь мне она тоже сможет, знаю, что Джун не откажет мне и скажет прямо, идёт иль не идёт, но в моде Крюгер понимает больше. Потом стоило бы зайти в комнату мамы. Слова председателя и того уродца всё ещё не давали покоя, заставляя размышлять об этом при каждой свободной минуте.       Когда-то всё равно настаёт момент, когда ты должна распрощаться с расслабляющей ванной и приниматься за работу. Так, я, нехотя, через примерные четверть часа, вылезла из воды, укутавшись в махровое полотенце. Собрала волосы в идентичную ткань и вышла из ванной комнаты.       Немного походила у гардероба, выбирая наряд на сегодня. Выходить я никуда не планировала, в планах только разбор вещей. Поэтому я остановилась на простенькой футболке, в которой обычно проводила тренировки. А к низу подобрала шорты до середины бедра, они так же были часто использовались на моих тренировках. Одевшись, я сняла полотенце с волос. Сегодня я не стала сушить их феном, пользовалась им только в те дни, когда куда-то срочно собиралась. Мокрые локоны оставили влажные следы на футболке.       Стоило бы начать со своей комнаты, а уже потом переходить на мамину. Сначала я позвала Аделин, чтобы та вынесла все малые вещи из моего гардероба. Кроме тех, что делала моя мама, желая повторить их позже, но уже под свой размер. Да и не хотелось избавляться от них в память о ней, зная, что больше её умелые руки не сошьют мне ничего. Собственно, когда Аделин пришла, она вместе с другим дворецким действительно вынисли всё малое.       Отлично, остались ещё шкафы, тумбы, письменный стол, туалетный столик… О, должно быть я застряла на долго.

***

      Я перебрала сотни своих рисунков, по итогу большенство я оставила, но велела отнести их на чердак, тот самый откуда мы сбегали при пожаре.       Мне также пришлось выкинуть все свои прошлые средства гигиены и макияжа. А жаль, ведь косметика, которой меня красили на каждое мероприятие была так хороша. Сейчас займет ещё много времени, прежде чем я найду что-то похожее, потому, что та фирма уже закрылась.       Были и игрушки, которые перенесли в игровую комнату, выкинуть что-то оттуда я пока не в силах. А больше ничего интересного я так у себя и не нашла, кроме пары украшений, которые я оставила. И на этом я закончила, велев служанкам протереть пыль, пропылесосить и помыть полы.       Теперь настала очередь родительских покоев, в которых я была слишком редко. Потом, стоит зайти в лично отданную, для маминого искусства комнату. Интересно почему же Бабушка решила так расщедриться?       Как бы то ни было, мастерская есть, а вот хозяйки теперь нет. Когда я отворила заветную дверь спальни, осмотревшись я могла бы сказать судя по порядку, что или они были безумными чистюлями, или их давно не было дома. Конечно же я знала ответ. Дворецкие наводят в каждом помещении порядки, и ни одна комната не может быть исключением если только не воля Господина.       Я неспеша подошла к их кровати, проводя рукой по мягким простыням, и остановив свой взгляд на фото в рамке, стоящей на прикроватной думбе.       На одном изображены уже знакомые мне лица: счастливая женщина, с знакомой фиолетовой челкой, закрывающей весь лоб, так она ходила в последний год перед смертью. Вторая, это розоволосая девочка с румяными щеками, у которой глаза искрятся радостью. Третьим был слегка смугловатый мужчина с пышными темными волосами, которые, как мне иногда казалось будто отливали синевой. Отец. Тоже был вроде, как счастлив.       Я приблизилась к тумбе, чтобы взять фотографию и рассмотреть поближе. Мама не выглядела шибко счастливой, хотя кто её разберёт. Сейчас оглядываясь назад, я понимала, что возможно даже толком её и не знала. Понимание, что она наверное никогда не была в этой семье достаточно счастливой, заставляло меня чувствовать жалость.       Теперь взгляд зацепился за другую раму, там было три женщины. В одной из них, той, что по середине, я с трудом узнала свою мать. До чего она была другой, совсем отличающаяся от той, которую я знала. Длинные фиолетовые, почти чёрные волосы, искрящиеся изумрудные глаза. Её единственная ямочка на щеке снова доказывала, что это именно она. Знакомая кожаная куртка тоже вместилась в кадр, напомнив мне о осенней поре, когда она носила её чаще всего.       Слева от мамы стояла похожая на неё женщина. Фиолетовые волосы, которые под конец закручивались волнами у лопаток. Её глаза были так похожи на глаза матери и третьей девушки. Но, несмотря на схожесть цвета глаз и их разреза, было что-то совершенно отличающееся. Цвет точно был темнее. Одета вязанная кофточка, берюзового цвета, которая отлично подходила к ней. Только больше всего мне запомнилась подвеска на её шее, такая же сейчас висела на моей. Это ввело меня в замешательство, из которого я быстро вышла. Она также ярко улыбалась на камеру, показывая свои ямочки на щеках, она была счастлива приобнимая одной рукой мою маму.       Третья девушка имела короткие розовые волосы, напоминающие жвачку по цвету, а глаза точ-в-точ мои. Это было невероятно, будто та была моей копией, точнее, это я должно быть была её. Из-за длинны её волос, хорошо были видны её уши, украшенные интересными серьгами, только на правом ухе у неё было три прокола. Жаль второе ухо, я так рассмотреть не смогла, она так неудачно повернула голову. Она была довольно бледной, может даже бледнее моей мамы. А вот когда она улыбалась, мне сразу стали заметны её небольшие выпирающие клыки, это было необычно, и быть может даже мило. На ней была обычная серая блузка, поверх которой разные цепочки с подвесками. На вид ей было лет восемнадцать, она выглядела самой младшей из троицы.       Они все были до ужаса похожи, и я уже догадалась, что они втроём являлись сёстрами, о которых мама упоминала лишь вскользь. Я решила перевернуть фото, вдруг на обратной стороне написанны имена, или хотя бы даты. К сожалению ничего не было.       Тогда я поставила фото на место, решив пробежаться по тумбе глазами, но ничего серьезного я на первый взгляд не заметила. Потом решила посмотреть в шкафу, но там была только одежда и постельное бельё. Я посмотрела и в тумбе отца, но там нашла лишь фото нашей семьи, а так же мои рисунки, разные журналы и куча проводов для заряда.       После увиденного фото, мне ещё захотелось покапаться в маминых вещах, желая узнать больше об этих леди на фото. Осталось только пойти в мастерскую, или в таком случае придётся лезть на чердак, хотя я и так планировала туда зайти. Вдруг чего интересного найду.       Первым в списке была мастерская, туда я и направилась, войдя в уже давно пустующую комнату с любопытством. Повсюду были картины, ужасно много красок, карандашей, и очень много полок. Весь стол был словно механизм, то там, то тут что-то отодвигалось, а полки разных размеров доходили до потолка. Именно из-за них в углу комнаты стояла складная лестница. Ещё я заметила пару манекенов справа, их было около шести, один подогнан под мужчину, две женщины, и оставшиеся под ребёнка. На одном из манекенов, подогнанных под дитя, уже красовалось недоделанное чёрное платье маленького размера. У меня проскользнула мысль, что платье готовилось для меня.       Метнув взгляд влево, снова увидела картины, а с ними рядом была трехъярусная тележка с разными клубками пряжи. На её столе было разбросанно куча вещей, начиная с бумаг, где были разные эскизы, портреты, чертежи и дизайны комнат. Это уже не говоря про карандаши, ручки, линейки, и прочие принадлежности. Было и отдельное место для ткани.       Что-ж, наверное стоит начать сверху.       Я подошла к лестнице, которая оказалась тяжелее, чем я представляла. К счастью, с небольшими перерывами, я всё же смогла дотащить её до нужного места и разместить. Неспеша забиралась по ней, стараясь так же не смотреть вниз, я добралась до самой верхней полки. Там были разные книги, тетради, документы, в общем все бумаги. Я решила открыть первую попавшуюся, и это оказалась книга о живописи. В раскрытии информации вряд-ли она мне поможет, откладываем. Следующей была тетрадь с эскизами нярядов от руки, скорее всего мама сама рисовала их.       Прошло достаточно времени, до того как я наконец наткнулась на что-то действительно интересное, что-то рассказывающее больше о её жизни. Фотоальбом.       На первой странице мне встретилась черно белая фотография, на которой были изображены на первый взгляд мама с дочкой. Старшая была в форме прислуги, а девочка стояла в простеньком платье, перебирая короткие волосы пальцами. У молодой женщины волосы были намного темнее, чем у ребёнка, а вот глаза вроде одного оттенка. Что именно за цвета я затрудняюсь сказать. Женщина была невероятно красивой, чёткие линии подбородка и носа, пухлые губы и шикарные, пышные, кудрявые волосы. Ну просто пожар, а не женщина, слишком яркой, дерзкой и игривой выглядела.       Следующая фотка уже цветная, на ней стояла женщина с розовыми волосами, как у меня, и золотыми глазами. Рядом с ней стоял мужчина с фиолетовыми волосами, прямо как и у моей мамы, и глаза точ-в-точ мои, прямо как у мамы. Они оба держала маленький свёрток, видимо с малышкой в нем. Наверное это и есть бабушка с дедушкой, а малышка это старшая сестра мамы. Бабушка выглядит уставшей, разумеется, ведь она после родов.       Было ещё около десяти фото, на которых была изображена старшая сестра мамы. Достав одну из тех фото, я перевернула его, и к моему счастью там было написано имя и дата, « Юми, 27 октября «, это было фото со дня рождения Юми. На последнем фото из того времени, когда Юми была единственным ребенком, ей исполнилось всего два года. Потом появилась моя мама, а за ней и самая младшая сестра.       Что-ж, в итоге на семейство получилось три сестры. Юми, — самая старшая, в будущем женщина с волнистыми фиолетовыми волосами. Амея, — моя мама, средняя из сестёр, обладательница светло фиолетовых волос, и изумрудных глаз. Энид — как чаще всего обращалась к ней семья, полное имя Энида, и она самая младшая из семейства Айчо.       И да, именно Айчо, это была самая странная деталь. Мама не меняла фамилию при замужестве, потому, что у неё уже была точно такая же. И что же это значило? Что мои родители родственники, или простые однофамильцы? Мне хотелось верить, что я не являюсь жертвой инцеста.       Как звали бабушку я всё же смогла откопать, но уже в мамином дневнике, где она писала не слишком часто, и обычно там расписывала свои планы, но несколько раз всё же знакомые имена промелькали. Где-то она упоминала о могиле, которую должна посетить, а где-то про наследство. Бабушку звали — Натали.       Я провела за прочтением дневника и просмотром альбомов около часа. Результатов это больше не дало. И так, на протяжении ещё двух я рылась в её вещах, пока на меня не упала тетрадь, в ужасно красивой обложке с бабочкой.       Открыв её, я сразу наткнулась на аккаунтый почерк матери. Вначале было написано: « Моей дорогой Юке, зная, что я не доживу до 29, вынуждена оставить тебя одну с дальнейшими наставлениями… «.       В голове неожиданно всплыли слова того мерзавца, — « …она знала, что умрёт».       Это было только первая страница, текст у которой резко прерывался, поэтому я попыталась быстро перевернуть её, чтобы увидеть продолжение. Только листы упрямо не разъединялись, прилипнув друг к другу, как банные листы. Чем я только не пыталась заставить их раскрыться, всё было без толку.       Я не могла понять, в чём же дело. Психанув, я швырнула предмет куда подальше, и на удивление с ним абсолютно ничего не случилось. Будто покрытый невидимым щитом, он пережил удар о стену, задев ещё и пару сюрекэнов рядом. Я задумчиво перевела взгляд туда, не ожидав увидеть такое у своей миролюбивой матери. Как я их раньше не заметила?       Подойдя ближе, я осторожно вынула один, тут же пытаясь проткнуть блокнот, но оружие ожидаемо отскочило. Я приложила ладонь к подбородку, хмыкнув. Всё же тетрадь не обычная, раз её так тщательно укрыли. И видно именно мне нужно разгадать, как сбросить с неё какую-то магию, правда как это сделать я без понятия. Когда ей не причиняют вреда она исправно даёт открыть свою первую страницу, но дальше хода нет. Если так подумать, то никакой магии кроме нэн я не знаю, так, что может быть…? Сосредоточившись, я постаралась выпустить максимальный уровень нэн, и тут же тетрадь раскрылась ровно на середине.       Довольно ухмыльнувшись, я вернулась к началу, на тот момент где остановилась.       »… Мне так жаль, что пришлось оставить тебя. Я ведь с самого начала знала, что не смогу увидеть тебя взрослой, никогда бы не узнала какой красавицей ты вырастешь, не посмотрела бы никогда как ты выходишь замуж за достойного мужчину… Никто из нас не мог этого увидеть. Я сама много думала, почему же именно мы, но ответа у меня не было, и даже сейчас я не знаю и половины.       Мою мать убили воры, когда прокрались к нам в дом поздней ночью. Пуля попала точно в сердце и она быстро скончалась. Мы тогда с Юми и Энид были у соседской девочки на ночёвке. Эни было всего 4-года, но мама отправила и её к соседке, сказала ей, что есть какие-то дела, и попросила за нами присмотреть. Знала бы только я, что тогда произойдет, и больше маму я не увижу. Мне только исполнилось шесть, а вот маме только двадцать восемь. Что-ж, в то время ни одной из нас не хватило мозгов что-то заподозрить. Перед тем, как отвести нас к милой старушке Перри и её внучке Хине, она собрала каждой по огромному рюкзаку, подкинув Юми записную книжку и свой кулон, с которым та никогда не расставалась. Только потом мы всё узнали, через годы снова нашли книжку и прочитали. Всего две страницы, исписанные её маленьким почерком. Она писала что-то про нелепое проклятие, которое забирает каждую женщину в нашей семье, стоит той стукнуть двадцать восемь лет отроду. А её любимый кулон, как мы думали всё время, оказывается был каким-то волшебным, тем, который снимает тяжесть этой ноши. И честно, мы не поверили, ни одна из нас, особенно старшая сестра. Она никогда не верила ни в призраков, ни в экстрасенсов, её ни брала ни одна мистическая чушь.       Мы с Энид отнеслись к этому скептически, что с нас взять тогда было… Всего двенадцать и десять лет. Не смотря на всё, Юми таки носила кулон, вплоть до своей смерти. Когда это случилось, сомнения начали прорастать в моей душе. Потому, что моя дорогая Юми, которая заботилась о нас с сестрой, умерла в собственный день рождения. Ей стукнуло ровно двадцать восемь, когда на неё напала стая бездомных собак, серьёзно ранив. Её сердце ещё билось, но голоса чтобы кричать не было. Она провалялась на улице около двух часов, прежде чем издать последний вздох.       Нас пригласили на распознание, тогда меня и Эни вырвало. На сестре не было живого места, только права часть лица и руки были относительно в нормальном состоянии, без повреждений и гематом. Повсюду были следы зубов и когтей, а из левой ноги торчала кость. Прости, мне не стоило этого писать, ты ведь ещё совсем не готова… Хотя откуда я знаю когда ты откроешь мои записи… Не раньше двенадцати думаю, если только не запросишь помощи. Интересно, пойдёшь ли ты по моим стопам и станешь Хантером? Я сдала свой экзамен со второго раза, когда мне было шестнадцать. Боюсь только, что ты так и останешься сидеть в особняке и слушать этих дебилов. А если решишь выбраться в люди, тебя уничтожат, растопчут. Я так переживаю, как же ты будешь одна, в кругу этих змей. Знаю ведь, что эта мымра использовать тебя хочет, выдаст за старика, а ты отдуваться. Я уговорила Эн, что та сможет забрать тебя, точнее выкрасть, я оставила ей денег, чтобы нанять одного моего знакомого. Тогда ты поживёшь с ней ещё два года, а потом с Бискет. Она натренирует тебя, ты станешь настоящим профессионалом и я буду уверена, что ты не пропадешь. Крюгер настоящая охотница за потенциальными ребятами, и тебя, мою дочь, она точно не упустит.       В общем, кулон после Юми стал моим, мы решили, раз я старше, то он мой. После случившегося я захотела вернуться в наше старое жильё, где раньше мы жили с мамой. Дом остался нетронутым, точнее заброшенным, после того, как он перешёл государству они так ничего с ним не сделали. Знаю, это было незаконно, но я должна была что-то узнать. Там всё ещё лежали некоторые наши вещи, которые нам запретили брать. Да и некуда было собственно. Я полезла через окно, отцепив деревяшку. Рыскала по шкафам, тумбам полкам, проверяла книги и документы. И нашла, действительно отыскала зацепки. Моя бабушка Алейна тоже умерла в свои двадцать восемь, оставив девятилетнюю маму одну. Она рассказывала дочери о таинственном доме у пруда, двухэтажный домик из зелёного кирпича, что хранил в себе воспоминания. Маленькая Натали посчитала это глупой сказкой. Я же поняла, уже научившись на ошибках, что в каждой «сказке» в нашей семье была огромная доля правды. Тогда начались мои поиски загадочного дома, окружённого лесом. Я тратила деньги на поисковые отряды, на дронов, карты, информацию… Только через два года я узнала где он прятался.       У края территории Какина в Азии. Казалось бы теперь я могла вздохнуть с облегчением, но нет. Времени оставалось совсем немного, я начала быстрее уставать, а иногда мне снились женщины, все безумные красавицы. Началось всё с Юми, я будто своими глазами наблюдала как на неё набросились собаки, почувствовав заветную косточку. За ней была мама, чьё лицо уже стёрлось из памяти, но обстановку и её салатовое платье выбросить из головы не могла. Третьей была бабушка Алейна, которую я видела лишь раз на черно белом фото. Она оказалась такой жгучей, красноволосая и кудрявая. У неё внезапно остановилось сердце посреди дня, на глазах у своей дочери, пока они занимались уборкой. Следующих девушек я не знала, симпатичная и крепкая шатенка с короткими волосами утонула. А розоволосая с ангельским лицом, перерезала себе шею осколком зеркала. Мне снилось что-то ещё с их участием, но что именно происходило в эти моменты я не запомнила.       Через неделю мне исполнится двадцать восемь лет. И никогда ещё я так не боялась своего дня рождения.       Я понимала, что не успела бы всё разузнать и вернуться к тебе, чтобы увидеть тебя в последний раз. Поэтому я отказалась от этой идеи, решив оставить эту миссию тебе. Если всё пройдёт по плану, ты вырастешь прекрасной и сильной девушкой. Интересно какой нэн у тебя будет? Я вот материализатор. О, ты ведь не знаешь обо мне совершенно ничего. Какой я была в свои лучшие годы, когда я активно пользовалась полномочиями охотника. Честно, это было самое лучшее время для меня, я завела много друзей и заработала достаточно денег, выполняя заказы. Я занималась защитой клиентов, иногда подрабатывала наёмницей. Пойми, вырости в бедной семье, когда нам даже есть нечего было такое себе удовольствие. Я всегда стремилась к изменениям в своей жизни. Юми и Энид довольствовались тем, что есть, зарабатывая гроши. А я делала всё, о чём мечтала, красила волосы, подстригала разные прически, шила одежду и занималась танцами. Больше этого наверное мне нравилось только чувство адреналина, когда ты запускаешь сюрикэнов в противника, он блокирует удар, а ты тут же создаёшь кинжал и втыкаешь в ногу, а дальше… О, ещё моя любимая винтовка, я всё же предпочитаю сражаться с дальнего расстояния. Я была довольна своей работой. Но в какой-то момент встретила его, твоего отца и поняла. Он был из богатой семьи, высокий, красивый, милый.             Могла ли я не влюбиться? В тот момент я подумала, что мир стал наконец ко мне благосклоннен. Жизнь оказалась реальней, и меня о неё разбили в тот вечер, когда я знакомилась с его семьёй. Тогда я поняла, что всё не совсем так, как я представляла. И всё же, замуж за него я вышла, думала, что трудно будет одной с ребёнком, и не хотела быть опозоренной. Так и осталась жить там, терпела их издёвки, подколы, и уже прямые оскорбления. Ты была ещё слишком мала, я не могла тебя просто так оставить. Даже не хочу вспоминать.       Зато ты была моей надеждой, лучиком света. Я была безумно рада, что ни одна черта этой семейки тебе не передалась и ты была моей копией, хотя кое-что досталось и от бабушки. Вместе с этим я понимала, что проклятие может постигнуть и тебя. Всю беременность я мечтала о малышке, но когда увидела эту маленькую череду нелепых смертей я начала беспокоиться. Поняла, что и ты окажешься среди проклятых. Мне было двадцать шесть, когда я впервые начала бояться за тебя. Я делала это и раньше, думала, что если кто-то из моих врагов узнает о тебе и тогда… »       — Госпожа Юка! Наконец человек откликнулся на вакансию генерального директора в магазин игрушек. Он хочет назначить встречу в ближайшую неделю, — начала тараторить шатенка, распахнув дверь на распашку.       Я растерянно сморгнула капли слёз, повернувшись к ней.       — Да? Э, здорово, посмотри в моём графике и назначь встречу, — неожиданно осипшим голосом ответила той.       — Госпожа, вы в порядке? — обеспокоенная Джун быстро оказалась возле меня, дотрагиваясь до лба ладонью.       Сэцуко тоже часто так делала, желая позаботиться. Только она постоянно путала мою нормальную температуру с высокой, у неё самой довольно низкая температура тела, в отличие от меня.       — Странно, жара нет, — девушку это явно озадачило.       — Не переживай, всё в порядке, просто немного понервничала, знаешь как это бывает, — я попыталась как можно убедительнее улыбнуться, заверив, что всё точно в порядке. Отчасти это правда, ведь ничем таким я не больна, просто… Проклята.       Помощница вновь начала говорить, чтобы я сделала за своим здоровьем, не засиживалась до поздна и вообще уже пора в кровать. Пока она уводила меня из мастерской, пальцы всё ещё крепко сжимали блокнот.

***

      Успешно покончив с делами на сегодня пораньше, у меня появились пару свободных часов, которые я снова потрачу на чтение маминых записей. Я уже дошла до середины, она рассказывала о своей жизни в подробностях, где она жила, с кем училась, какого ей было в этой семейке.       Сейчас правда я была на пути к дому, после съёмок и собеседования, поэтому тетради с собой у меня не было. Зато был телефон и вопрос, который мучил меня по сей день.       Вынув телефон из кармана, я принялась набирать запрос, желая узнать ответ, найти ещё зацепку. « Энида Айчо». Загрузка шла мучительно долго, от того промелькнула мысль, что или причина её смерти неизвестна, или она всё ещё жива, и у меня даже начали появляться надежды с ней встретиться, только появившиеся ссылку на сайт с заголовком — « страшная авария на четвёртом шоссе… «.       Я быстро перешла по ссылке, стараясь также пройтись по строчкам старой статьи.       »… 26-летняя, незамужняя женщина, работающая в зоомагазине, попала в страшную аварию. Это первая крупная трагедия за месяц, после иницдента с семьёй Айчо. Говоря о них, невозможно забыть о недавно пропавшей без вести Юке Айчо. Уже прошло больше месяца, как шестилетняя девочка пропала, и с каждым днём надежда на её возвращение угасает.       Энида, так звали погибшую, столкнулась с грузовиком глубокой ночью, когда небо было особенно тёмным. Водитель грузовика не пострадал, в отличие от бедной женщины. Он отделался лёгкими травмами, так удачно сработала подушка безопасности, что… »       Ком застрял в горле. Я не понимала, почему же это произошло. Могло ли быть так, что никакого проклятия нет, раз она умерла, так и не достигнув того возраста. А мама, тётя, моя бабушка и прабабушка умерли в двадцать восемь по случайному совпадению?       Вспомнив информацию с третьей страницы блокнота я поняла, был только один выход узнать правду, — отправиться в дом Айчо, о котором рассказывала Алейна.

***

      Джун шла впереди, довольно энергично покачивая головой, заставляя свой хвост качаться из стороны в сторону. Ей было всего пятнадцать, и иногда она действительно вела себя на свой возраст. Хотя обычно пыталась показаться намного взрослее, даже со мной первое время, но теперь всё изменилось. Мы достаточно сблизились чтобы проявлять какие-то слабости, конечно не всё, но расслабиться точно могли.       Мы только что приземлились в Какине, теперь направляясь к такси. Эта поездка будет очень долгой. Нам нужно приехать к отшибе страны, а учитывая, что мы в центре дорога займёт больше пары часов точно. С собой мы взяли только необходимое, по чемодану на человека. Я очень долго думала, ехать ли мне одной или же нет и в итоге взяла с собой только Джун и Бискет Крюгер. Блондинке я просто предложила поехать со мной, как она тут же согласилась. Именно с ней я решила поделиться причиной своей поездки, раз уж они с мамой были довольно близки, то я решила почему бы и нет. Ну, или же я так поступила, потому, что снова получить в глаз от Хантера я не желала. Своей верной служанке я пока ничего говорить не стала, нечего её загружать. А вот Крюгер могла бы даже дать мне совет, она ведь двух звездочных Хантер, может слышала о чем-нибудь таком и да, я была права. Она подтвердила, что проклятие действительно может существовать, хоть это и достаточно редкое явление и чтобы оно передавалось из поколения в поколение, нужно безумно много силы. И всё же, оно действительно может существовать. Примечательно ещё и то, что присмотревшись к моему кулону поближе, она ошарашила меня тем, что никогда не видела подобного камня, хотя является охотником за драгоценными камнями. Дело становилось только запутаннее.       — Бискет-сан, а сколько же вам лет? Раз вы сдали экзамен на Хантера только в семнадцать, а выглядите ровестницей Юки, — усевшись поудобнее в машине, Джун наклонилась через меня, чтобы обратиться к моему сэнсэю.       — Спрашивать возраст у женщины неприлично, маленькая соплячка, — надувшись, Бискет отвернулась к окну, именно в тот момент, когда транспорт тронулся, унося нас дальше от аэропорта.       — Но это же важно! Как вы смогли омолодить себя настолько? Это из-за нэн или операций? — всё не унималась шатенка.       Я сама задумалась. Крюгер стала охотником только в семнадцать, ещё какое-то время ей понадобилось чтобы освоиться, заслужить хотя бы одну звезду, и потом она также стала наставницей моей мамы, а это было ещё задолго до моего рождения. Матери было около восемнадцати, с того времени прошло где-то шестнадцать лет. Тогда, Бискет точно должно быть больше тридцати пяти.       — Это трансформация тела, вам пока не доступна, — видимо смирившись, Крюгер таки ответила.       — Надо же, а так все могут со временем?       — Нет, это из-за моего типа нэн, я трансформатор и научилась трансформировать своё тело. На счёт тебя, Джун, я пока не знаю, потому, что мне не известен твой тип, да и нэн ты не до конца освоила, но мне кажется ты выделитель. А Юка материализатор, если будет сильно стараться в освоении трансформации, то может и получится.       Мы с кареглазой заинтересовано покосились на старшую, ожидая продолжения. Увидев наши выражения лица, блондинка цокнула, но объяснила.       — Я скоро и так бы об этом рассказала, но ладно. Ты можешь выучить все типы нэн, но к их изучению придётся приложить в два раза больше сил, а может они вообще не дадутся тебе. В зависимости от твоего основного типа, можно узнать на сколько процентов другие тебе могут даться. Ты материализатор, значит ближе к тебе специализация и трансформация, на них тебе стоит сделать упор. Усиление и манипуляция тебе дадутся ещё сложней, а выделение ещё больше, — пока она рассказывала, я даже не заметила, как она успела вынуть свой пахабный журнал и начать любоваться красавчиками.       Что-ж, примерно поняв о чём она, мы решили больше ей не мешать, раз она отвлеклась.       На время я действительно забыла о нашей миссии, сосредоточившись на своём нэн и его возможностях. Возможность всегда выглядеть моложе меня привлекала, поэтому тема трансформации мне понравилась. Но тренироваться придётся позже, а сейчас стоило бы последовать примеру наставницы и что-нибудь почитать. А именно мамин блокнот, мне осталось ещё буквально пару страниц до конца.       »… А так, я надеюсь, что всё у тебя будет хорошо. Познакомишься с добрым мальчиком, заведёшь себе много верных друзей. Но будь с ними осторожно! Многие могут обманывать твоё доверие. Веселись, получая от жизни всё пока можешь. Я очень тебя люблю, поэтому помни, мама всегда будет рядом. »

***

      Нас высадили в деревушке, совсем недалеко от леса. Я оставила водителю хорошие чаевые, всё же дорога и вправду была долгой.       Ещё дома я переписывалась с девушкой, которая согласилась нас приютить на время, точнее её бабушка нас примет. Мы быстро нашли её дом, постучались, нам открыла милая бабулечка уже преклонного возраста, хотя ходила она довольно резво. Бискет сразу нахмурилась, а я заметив это присмотрелась к старушке. Активировав Гё в глазах, недавно выученную технику, я заметила как от неё шли тоненькие нити, направленные на весь дом. Посуда, мебель, даже паркет и стены, всё было будто окутано её аурой.       Джун вошла первой, не заподозрив ничего, а я нерешительно последовала за ней, пока Крюгер меня не остановила.       — Опасно заходить на чужую территорию, когда тут всё буквально кричит о её чувстве собственности, — прошептала наставница, беря меня за локоть и ведя меня за собой внутрь.       — Я смогу с ней справиться, но стоит надеяться, что она безобидная, в чём я собственно сомневаюсь, — предупредила та в последний раз, прежде чем остановиться рядом с хозяйкой дома.       — Вот, прошу, располагайтесь в этой комнате, к сожалению больше свободных комнат у меня нет, да и в деревню к нам редко кто приезжает, — дружелюбным тоном оправдывалась нэн пользователь.       — Большое спасибо за гостеприимство, не переживайте, нам хватит и одной комнаты, — также любезно ответила Крюгер.       Женщина улыбнулась в последний раз, пожелав нам хорошей ночи и скрылась за поворотом. Уже было поздно, поэтому мы сразу решили переночевать тут, а на поиски отправиться завтра с утра.       Положив сумки у стены и разложившись на футонах в круг, каждая из нас облегчённо выдохнула. Пока всё было спокойно, хотя легкое чувство напряжения, нас до сих пор не покидало.       — Юка, Бискет-сан, — тихо позвала Джун, — я так подумала, а если дом мы не найдём?       — Ну, значит поедем обратно, — спокойно ответила ей, хотя внутри всё сжалось, ведь я не рассматривала вариант провала поисков. Если я ничего не узнаю, то моя смерть будет неизбежной, я буду ждать её, так и не сумев выдохнуть полной грудью.       Я обязана узнать, что таит в себе это проклятие, есть ли оно вообще, и как от него избавиться.       — Ладно. А потом давайте сделаем себе выходной? Может сгоняем в Йорк-нью? Хотя лучше подождать до аукциона, говорят там много интересных вещей можно найти, — мечтательно пропела шатенка, сдерживая громкость.       — Ближе будет полететь в Очиму, там как раз скоро должен быть фестиваль, — наконец отозвалась Крюгер, хотя мне даже показалось, будто она задремала.       — Тогда решено, поедем? — с надеждой вопросила помощница.       Я хмыкнула, уставившись в потолок, размышляя. Поездку я планировала где-то на неделю, а потом нужно было снова заниматься делами. С одной стороны вроде больше ничего срочного у меня не было, разве что договаривалась сняться в двух рекламах. В принципе, я не многое потеряю, личность я всё же занятая, так, что не думаю, что они будут в обиде. А если мы ещё и быстро закончим тут, так вообще может я всё успею.       — Поехали, — выдохнула в подушку, перевернувшись на живот.       Джун прошептала победное «ес!», а Крюгер одобрительно закивала. Теперь мы наконец провалились в сон, под тихое уханьем совы за окном.

***

      Проснулась я ужасно уставшей, было ли дело в новом месте или в кошмаре я не знала. Назвать свой сон кошмарным я могла, тревожная атмосфера, липкий страх и силуэт женщины в окровавленной одежде. На ней было множество платков, разных бусин и символов, как на теле, так и на одежде, а кожа неестественно серого цвета, отдающего фиолетовым — пугала.       Во сне я была на открытой местности, где меня окружали ужасно высокие деревья, настолько большие, что даже верхушки зелёной копны листьев я так и не заметила. Воздух вокруг был будто задурманен, красный туман закрывал обзор, заставив напрячь другие чувства. Тогда и появилась она, или это было оно, с виду фигура относительно могла напомнить женщину, но уверена в этом я не была.       Она тянула ко мне руки, её тело подрагивало, хотя стояла она уверенно, даже слишком, учитывая сильные потоки ветра. Меня уже пошатывало, оставаться на месте было тяжело. Учитывая, что по мне несколько раз попадали предметы, вроде веток и камней, принесенных порывами. Было мягко сказать неприятно. Одна из них попала мне по лицу, поранив нежную кожу. Я тут же схватилась за рану, и также быстро её одёрнула, почувствовав жжение. На пальцах осталась ели заметная кровь.       Не смотря на желание броситься наутёк, сдвинуться я не могла, будто разом примёрзнув в земле. В отличие от меня, женщине наоборот начала идти, направляясь явно ко мне, демонстрируя свою кривую походку. Я видела шевеление её губ, но ни звука не дошло до меня, только гул ветров и шелест листьев с высокого дерева.       Последнее, что мне удалось увидеть, прежде чем исчезнуть в тумане, — был до боли знакомый камень, который она сжимала в руке.       Так я встретила утро, вскочив с матраса, задев ещё спящую Джун ногой. Та недовольно поморщилась, но вроде не проснулась. Я пыталась восстановить сбившиеся дыхание, будто я бежала десять километров, а не спала и видела жуткий сон, где даже шагу не сделала. Краем глаза я заметила пустующее место Крюгер, что насторожило меня. Знаю, может она пошла в туалет, или на завтрак, а может просто прогуляться, но в компании блондинки мне самой было комфортнее.       Нормализовав своё состояние, я разблокировала телефон, посмотрев на время — 7:30. А мы всё ещё в постели, хотя к девяти уже собирались отправиться на поиски. Я пролистала мессенджер, надеясь увидеть сообщение от наставницы, но его не было. Тогда я решила начать собираться, растолкала свою работницу, и взяв мыльные принадлежности вместе с одеждой, мы направились в ванную. Никого не встретив ни по пути, ни в самой комнате, мы спокойно почистили зубы. Я тут же заняла ванну, ни капли не стесняясь присутствия девушки, а Джун в это время делала себе маску, предварительно умыв лицо. Когда я ещё жила в приюте, мы с другими девочками обычно мылись в одно и тоже время, разумеется перегородок и прочего там и в помине не было, так, что о стыде я за это время успела позабыть. Перед девушками естественно.       Я с несвойственной мне скоростью закончила и освободила место для шатенки, теперь поменявшись занятием с ней. Я нацепила на себя только полотенце, решив переодеться позже. В момент, когда я снимала ткань с лица, в дверь постучали. Мы с девушкой подпрыгнули, не заметив приближения человека, что насторожила меня в первую очередь. Расслабилась дура, а ведь Бискет-сан говорит мне постоянно быть начеку. Дверь медленно заскрипела, не спеша показывать того, кто за ней находится.       — Вот вы где, — слащаво-ласково проговорила старушка, сжимая в своей полной, сморщенной руке кухонный нож.       По телу пробежали мурашки. Я переглянулась с подчинённой, нервно сглатывая. Атмосфера резко начала сгущаться.       — Идём же, на стол я уже накрыла, — женщина похлопала своими большими серыми глазами, будто заманивала в капкан.       Мне стало по настоящему жутко. Она вмиг показалась такой серой, бледной, особенно на фоне тёмного коридора. Будто призрак, явившийся к нам. Её милейшая улыбка, которая с каждой секундой молчания становилась только шире. Присмотревшись к её рту, я заметила насколько острые у неё зубы, особенно пожелтевшие клыки. Я неотрывно следила за её движениями, не заметив, как сама перестала дышать. Её пышная грудь не вздымалась. Кап. Совсем ели слышный звук, но такой различимый в тишине, созданной между нами. Я перевела взгляд туда, откуда примерно он был и точно застыла. С её руки, той, что держала оружие капала алая жидкость. Только теперь мне в нос ударил запах металла, я бы назвала его больше похожим на смрад. Откуда же на её ночной рубашке кровь?       И где Крюгер?..       — Сегодня на завтрак будет мясной пирог, — скрипучий звук, доносившийся из её рта резал слух. А от сказанных слов начало трясти.       Мне нравилось смотреть фильмы ужасов, пересматривала по несколько фильмов, и этого хватило, чтобы понять эту закономерность клише. Глупость главных героев, или их отвага, приводили к смерти. А казалось бы обычные фразы, значили гораздо больше.       — Что с моей подругой? — ни смотря на явную дрожь в голосе и теле, я осмелилась подойти ближе.       — Блондиночка… Хорошенькая была, — немного погодя, Ро, как она называлась нам, ответила, задумчиво, или даже мечтательно прокрутив нож в грубых пальцах.       И что… Что теперь? Как же… Если она вот так справилась с Крюгер, у нас и шанса нет. Я… Может могла бы.? Глупо. Идиотка, зачем полезла сюда. Как сбежать? Проход закрывает она, окно слева, но слишком узкое и длинное, голова у меня не пролезет. А драться — идиотизм, так что…       — Обойдешься, карга старая, — выкрикнула Джун, совершая ряд действий в одно мгновение.       Пулей вылетев из ещё тёплой воды, она обмотала себя полотенцем, кинув второе в лицо карге. Та замедлилась, расстервшись, эта ведьма неуклюже попыталась снять его с себя, но из-за своих коротких ручек выходило плохо. Шатенка же, взяла меня за руку, больно обхватив запястье и потянув к выходу ошалевшую меня, оттолкнула преграду, приложив очевидно не мало усилий. Пока мы бежали, внтури дома начало что-то происходить, он будто менялся, точнее, оживлялся. Доски затрещали, а оконные рамы задрожали, гвозди вылетали из дерева, попадая в нас.       Запинаясь, Джун на бешеной скорости, которую та только могла себе представить нашла выход, и буквально вытолкнула меня за дверь, прежде чем та захлопнулась прямо перед ней самой.       Как же так.? Я же… Не может быть. Вышвырнутая из-за порога, я покатилась по асфальту, заработав себе неплохие ушибы и ссадины. Полотенце распахнулось, открыв оголённое тело прохладным потокам ветра, от которого я поёжилась. Я смотрела в последний раз в эти карие глаза, которые светились каждый раз стоило ей увидеть прибавку к зарплате, или посмотреть на проделанную ею работу, как она убрала кухню до блеска. Джун. Моя помощница, верная прислуга и может ещё… Спасла меня? Почему?       Мне становилось физически больно, вспомнив, её вскрик, стоило старой деревянной двери захлопнуться с такой силой, будто сейчас по всему дому пойдут трещины.       Отвлёк меня о мысли странный гул, кажется доносящийся из-под земли, прямо под её домом. А от него расходиться белые тонкие нити, будто сплетая паутину, они медленно ползли ко мне в том числе. Я испуганно дёрнулась, вставая на ноги и хватая грязную ткань, пытаясь немного прикрыться, всё же было холодно. Узор на асфальте не отступал, наоборот, рос с невероятной скоростью, загоняя меня в угол, точнее отгоняя от деревни, в сторону леса. Поддавшись его натиску, я действительно отступала, пока не перестала видеть очертание этих белых линий, которые подобралось к границам леса. Дальше им будто что-то мешало пройти. Это не могло быть чем-то хорошим, я знала точно, и не смотря на ясную мысль о справедливости, желании вернуться и спасти Джун, я не могла даже сделать шаг в ту сторону. Пыталась, думала, решалась, но не могла. У меня не было и шанса, что я могла сделать, если даже Бискет, опытный охотник не смогла? Шатенка сделала это ради меня, чтобы спасти меня. Снова, прямо как моя мать, оттолкнувшая также. А я опять беспомощна, никчёмна. Что толку от Нэн? Что толку от тренировок, если я не смогла ни разу в жизни спасти кого-то?       На негнушихся ногах, я бездумно шла дальше, не было никакой тропы, только колючая и засохшая трава, шишки, палки и кора деревьев, упавших с них. Я чувствовала боль, она отзывалась не только в ногах, но и в сердце. Если бы не моя глупая идея, они бы не пострадали, я ведь несла за них ответственность. И я не справилась. Они все, каждая, нераздумывая выбрала меня, доверились, думали, что так будет лучше. Если бы, может если бы, всё было наоборот? Было бы лучше. Почему она, а не я? Зачем вы так поступили?       Я не думала о количестве времени, что я шла, ни о боли и саднящих ранах, я только глубже закапывала себя в яму, мечтая утопиться там же. И вот, моё желание исполнилось, не посмотрев куда иду, провалилась на самое дно. Вода оказалась ужасно отрезвляющей, наверное из-за своей температуры, но я тут же пришла в себя, покрывшись мурашками. Вынырнув и освободив глаза от мокрых прядей волос я ахнула, увидев двухэтажное здание, из выцвевшего зелёного кирпича, во всяком случае раньше он был точно такого цвета. Неужели?..       Поддрагивая от холода, я уже стояла на пороге, аккуратно открывая скрипучую дверь, заперто естественно не было. Заходя в дом, я сразу почувствовала запах сырости, на вид доски тоже отсырели, всё-таки рядом был водоём. Что-ж, если тут и оставались какие-то записи, то всё наверняка отсырело и развалилось. И всё же, я прошлась по всему первому этажу, открывала ящики, которые держались из последних сил, чтобы не рухнуть. Казалось даже дом как дом, только очень уж старый, около сотни ему уже было, по виду.       Наткнувшись на печку, я из любопытства и мелькнувшей надежды полезла туда, вдруг там что-то спрятали, слышала, что такое часто практиковали. И я не ошиблась, сразу же нашла коробку. По ощущениям стекло или какой-то камень, что вероятно, учитывая его прочность, а выглядит как настоящий сундучок. Я осмотрела механизм, подёргала, но ничего не выходило, закрыто и всё. Я прикусила губу, это ведь моя последняя надежда, но если я не смогу открыть, то всё будет бесполезно, и девочки… Повернув ларец, я заметила выемку под определенную форму похожую на ромб, прямо как на мой кулоне. Догадка быстро озарила меня. Поднеся кристал к отверстию, я чуть не выронила сундук из рук, стоило крышке подпрыгнуть. Внутри действительно были пергаменты, старые до ужаса, но текст был разборчив.       На дне, скрытые горой бумаг лежали старые украшения и камни, тут был жемчуг, золото и серебро, уже успевшее почернеть. Кажется рубины и изумруды, судя по цвету во всяком случае, возможно и янтарь, честно, глаз у меня не настолько намётан, чтобы определять точно. Украшений было не так много, знаю, что у Бабки по отцовской линии таких сундуков с драгоценностями в десять раз больше, а теперь они мои. В общем, ничего особо интересного, простые украшения, кроме одного, будто и незаметного. То-ли брошь, то-ли заколка, слишком непонятное крепление было, но акцент не на нём.       Моё внимание привлекла бабочка, аккуратно вырезанная из неизвестного мне камня голубого оттенка, совсем светлого, будто серебряно-белого с разных углов. Стоило мне взять его в руки, тело покрылось мурашками, снова. Я списала это на мороз, подкравшийся уже под кожу. Но всё же, было в этой бабочке что-то будоражащее до дрожи, и в то же время приятное тепло. Решив оставить возможную брошь, я переключилась на листы, с оставленными записями.       Все они были разбросаны в разном порядке, так, что определить, что писалось первее было тяжело. Также тяжело, как и понять написанное, почерк был не совсем разборчив, тем более всё было таким древним, готовым рассыпаться в секунду от моих прикосновений. Но я это сделала, провела наверное добрые часы, накинув себе на плечи старый плед с дивана и читая предсмертные записи Юкимии Айчо. Ведь именно с неё и пошли все беды. Юная девушка, отправилась на некий тёмный континент, воспользовавшись рейсом для незарегистрированной экспедиции. Тогда она познакомилась с неплохими и сильными ребятами: Нетеро, Зигг и Ринне.       Позже они вчетвером наткнулись на странного парня, Юкимия описала Дона Фрикса как отшельника с капризным характером, отметив, что нрав у него был намного хуже чем у Айзека или Золдика. Он постоянно занимался бумажками и делал разные заметки, назвав это путеводителем по континенту. Юкимию интересовала его сила, она уливлялась тому, что он столько времени выживал на континенте и так и не вернулся домой, в то время как она сама мечтала вернуться к человеческой жизни, более спокойной, подальше от огромных монстров и ядовитых растениях. Но в то же время она этим и наслаждалась, успев привязаться к своим друзьям, а особенно узнавать что-то новое, исследовать и изучать.       Только в какой-то момент всему приходит конец, и её история на тёмном континенте закончилась, когда она встретила странную женщину, больше похожую на чучело. Айчо столкнулась с ней у корней мирового дерева, тогда был сильный уроган, который отделил её от друзей, так её унесло в неизвестную сторону. Встреча была спонтанной, как она помнит, её буквально принесло туда, столкнув с кем-то очень тёмным, до ужаса холодным и жутким. Дотронувшись до неё она чувствовала, как холодеет душа, а руки леденеют вместе с душой.       Это было последнее, четкое воспоминание с тёмного континента. В следующий раз Юкимия пришла в себя уже на земле, отдыхающий в поместье Золдиков, куда её притащил Зигг, решив позаботиться. Уже он рассказал, что произошло с ней, но только с его стороны. Женщину они нашли всё у того же мирового древа, с жаром и лихорадкой, а рядом камень, белый, даже прозрачный. Ринне предложила взять камень с собой, изучить и показать Дону, так и поступили. Тот самый отшельник и бывалый обыватель темного континента ничего путного не сказал, уверив, что видит штуковину впервые. Но даже так, от камня не избавились, заметив, что чем ближе тот был к пострадавшей, тем лучше она себя чувствовала, жар отступал. Вскоре, все четверо вернулись на свои родные земли и снова зажили своей жизнью. Сама Юкимия помнила только смутные отрывки, голос, зовущий из темноты, размытые фигуры, и обрывки фраз.       После окончательного выздоровления она отправилась домой в Какин, где познакомилась с мужчиной и родила дочь. Она действительно попыталась забыть о пережитом, вспоминала только в кошмарах или дотронувшись до камня, что стал её вечным спутником, ведь без него было трудно дышать. Всё было хорошо, пока ей не начали приходить видения из будущего, везде, где она отражалась видела силуэты, знаки и символы. Это был её нэн, видение будущего через зеркала, поначалу она и не замечала изменений, видение как видение, пока не смогла больше никогда смотреться в любые отражающие поверхности, каждый раз видя что-то, не в силах контролировать. В последнем письме она написала, что думает, будто её прокляли, точнее она в этом уверена, или что подхватила болезнь на тёмном континенте. С каждым днём ей становиться всё хуже, сна нет ни в одном глазу, а голова кружится, будто ветром уносит. Скоро её день рождения, почти тридцать лет, а она уже чувствует как силы её покидают. Последняя её сторочка была полна сожаления и раскаяния, Юкимия просила прощения за беду, что навлекла, говоря, что не знает где так согрешила.       Переварить всё было сложно, в голове стало только больше вопросов, а ответов по прежнему не было. Я никогда раньше не слышала о тёмном континенте, и о проклятих ни слуху ни духу. Я задумчиво прокрутив кулон, осторожно прикасаясь к камню. После его получения я никогда с ним не расставалась, но лишь потому, что это мамин подарок. Но мамина сестра погибла, именно после того, как камня больше не было в близи. А если это и есть проклятие, неужели его нельзя снять? Всегда должен быть способ. Только наверное в этот раз всё по другому, способа я не знала, и никто больше не узнает. Та, кто должна была знать уже давно умерла, а другие ничего не могли бы и подавно. Глупость. Полнейшая глупость.       Я взвыла, схватившись за волосы и зарыдала. Тянула пряди, будто это они были виноваты в моём горе и бессиллии. Я не смогла никого спасти, ни мать, ни людей, которые сделали столько для меня, а теперь даже сама себя спасти не в силах от какой-то жалкой недо-болезни с тёмного континента. Дура!       » Это не твоя вина. » — пронёсся тёплый голос в моей голове, и что странно, он принадлежал не мне, совсем.       Я дёрнулась, вскидывая голову, но никого в помещении не было, это действительно лишь моей голове. Только моё богатое воображение, всего-то.       » Разве ты из тех, кто отчаивается? » — уже второй, более низкий тембр.       Я ещё больше напряглась, понимая, что кажется начинаю сходить с ума.       » Соберись, если не хочешь потерять всё окончательно. » — третий голос разнёсся строгим, приказным тоном.       К явным глюкам в голове, у меня прибавилось странное ощущение у груди, вроде лёгкого покалывания или мурашек. Приклав руку ближе к середцу, я наткнулась на гладкую поверхность кристалла, соприкасающегося с оголённой кожей.       » Когда что-то стоит на пути, не вздумай с него свернуть. » — прозвучало так ласково, хоть и с укором, но по материнске знакомо, как говорила моя мама. И голос совсем как у неё, очень…       — Мама.? — неожиданно осипшим голосом вырвалось у меня. Новая волна слёз уже стояла в глазах, медленно скатываясь по щекам.       » Прекрати заниматься самобичеванием, лучше подумай, как всё исправить. » — раздалась последняя, решающая речь от незнакомок.       В миг, всё будто замолкло, не было шума с улицы, где ветер дразнил листву, а трава шелестела, не было противного скрипа окон и дверей в старом доме. Абсолютная тишина. Я замерла в пространстве, с трудом осмысливая и прокручивая каждую фразу. Тёплое покалывание у груди прекратилось.       Хватит прятаться, я должна быть сильной.

***

      Тряхнув головой в разные стороны, пару капель лишней влаги всё же отлетели. Я ещё раз обмотала волосы полотенцем, надеясь, что те быстро высохнут. Неподалеку, как оказалось была речка, я услышала знакомый звук и решила проверить. После, наконец привела себя в порядок, материализовав себе всё самое необходимое. А затем вернулась в дом, как раз к закату.       Немного отойдя от пережитого, не сильно зацикливаясь на происхождении голосов, я проанализировала всё, что знала. И пришла к выводу, — я должна найти выход из этой ситуации. Во-первых, проклятие сейчас должно отойти на второй план, до двадцати восьми мне осталось ещё пятнадцать лет, а до этого мне нужно выбраться из леса. И тут уже начинается проблема, потому что я окружена океаном и захваченной деревне той ведьмой. И соответственно единственный выход это через деревню, потому, что я даже корабль вызвать не могу, до материализации телефона или какого-либо приёмника мне далеко, да и сомневаюсь, что связь тут ловит. Без еды я тоже долго не переживу. Есть вариант поохотиться, но я ещё ни разу не встретила кого-то больше жука, даже следов никаких не заметила.       Поэтому, план таков: я подготавливаюсь как можно тщательнее, иду в деревню, а дальше… Импровизирую. Я не знаю чего можно от неё ожидать, поэтому придётся смотреть по ситуации. И надеяться, что я смогу выйти оттуда живой.       Уже переодевшись в стандартный комплект штанов и футболки, я поднялась на второй этаж. Там я ещё не была, но предполагала, что там были личные комнаты и прочее. Так и оказалось, три спальни, одна по виду была родительской и две поменьше, вероятно для детей. Заходить в комнату парня я не стала, остановившись у порога, вместо этого я прошерстила родительскую и комнату дочери, думая, авось и здесь что найду.       На моё удивление в девчачьей обители под кроватью было спрятано слишком много оружия, настолько, что я пришла в замешательство. Не могло всё это здесь поместиться. В основном это были различные колющие и режущие предметы, по типу ножей, кинжалов… Больше всего на удивление было мачете, видимо её излюбленные. К сожалению, больше ничего интересного тут не было.       Перейдя к помещению побольше, я сразу заметила кровавый развод, тянущийся от входа до дальнего угла, хотя скорее наоборот, от туда до двери. Паркет уже впитал в себя краску, а время сделало цвет ещё более блеклым, но он всё ещё различим. Немного помешкав, я отправилась прямо по следу, дойдя до стола с разбитым зеркалом. Рядом валялись осколки, а пятно некогда пролитой крови наводило на мысли. Мама писала про свои сны, где видела женщину, перерезавшую себе шею осколком зеркала. Был бы у меня её дневник, да остался он у этой Карги в деревне. Может попробовать вернуть его?       Рядом с зеркалом валялось много рисунков, очень неплохих и на удивление чётких, видно умелого мастера. Нарисованно всё было карандашом и в большинстве своём походило на наброски. На первом листе мне попалась женщина с знакомыми кудрявыми волосами, доходящими до лопаток. Она лежала без сознания на полу, не выпуская из рук метлу.       Я нахмурилась, продолжив листать дальше.       Маленькая девочка с двумя хвостами, сидевшая на камне с другой, видимо под светом луны на поляне. Что-то до боли знакомое.       На третьем рисунке была женщина, скорее даже девушка, совсем молодая. Длинные темные волосы, кошачий разрез глаз, пышная чёлка и необычное сочетание одежды. А лицо её точное копия мамы. Она чего-то ждала, сидя в кафе и медленно попивая коктейль.       Четвёртое. Снова кудрявая женщина, но уже в виде ребёнка. Она несётся по лесу босиком, в одном лишь порванном платье.       Пять. Миловидная женщина со светлым каре, которое прикрывала шляпа с большими полями. Она вела за руку двух девочек, маму и её старшую сестру, а в другой несла самую младшую. По выражению лица видно, как она беспокоится.       Шесть. Уже совсем незнакомая мне женщина, совсем короткие темные волосы, подстриженные под мальчишку. Она держала в руках две мачете, готовясь к чему-то.       Я быстро перебирала бумаги, уже догадываясь, что это и откуда такие картины.       Семь. Светловолосая, с длинными прямыми волосами, кепкой на голове и модным нарядом. Девушка лет восемнадцати- двадцати, держала в руках две рапиры, блокируя удар огромного чудища.       Вот оно, будущее, которое Юкимия видела.

***

      Стоило солнцу сесть окончательно, именно в этот момент я и добралась до границы между деревней и безжизненным лесом. Это была не самая лучшая идея идти именно ночью, наверное самая ужасная в моей жизни, но именно теперь меня сюда тянуло. Посчитав, что и ночью у меня могут быть шансы на успешную вылазку. Сказать, что я беспокоюсь, это не сказать ничего.       От нервозности аккуратно поправила шорты и лямки рюкзака, куда я сложила все найденные рисунки с предсказаниями, сундук и его содержимое. Вес был далеко не лёгким, наоборот, доставлял немалый дискомфорт. Двигаться, неся такие тяжести будет намного тяжелее, нежели была бы я налегке. Но и оставить я их не могла, это ведь то, ради чего я сюда приехала, я ещё до конца не рассмотрела все наброски Юкимии.       Глубоко вздохнув, я сделала шаг вперёд, касаясь подошвой белых нитей.       Прислушалась, вроде ничего не изменилось, поэтому сделала второй шаг, чуть смелее. Снова тихо. Всё ещё озираясь по сторонам, но уже чуть расслабившись я поспешила вперёд, переходя на бег. Уже пробежав добрую половину посёлка, я неожиданно споткнулась и упала. Это было странно, ведь я кажется смотрела под ноги и была осторожна, но все вопросы отпали, стоило мне посмотреть назад. По моим ногам ползли пауками, самых разных размеров, маленькие, чуть побольше, с мою ладонь, но самым огромным был тот, смотрящий прям на меня. По росту где-то мне по колено, кажется, что не сильно большой, но не мне. Знающей, что до ужаса боюсь жутких насекомых, куда пауки входили в первую очередь.       Я застыла. Снова.       Испугалась чёртова паука. Поняла я свою оплошность, только когда в лицо мне брызнуло чем-то липким. Удар был слишком сильным, таким, что от отдачи меня потянуло назад. Голова столкнулась с асфальтом и я потеряла связь с миром, перестав чувствовать что-либо.       Очнулась я уже совершенно в другом месте, больше не видя света луны или звёзд, только тьма. Видеть мне правда всё ещё мешала неизвестная субстанция на лице, хотя я предполагала, что это, но предпочитала об этом не думать. Голова кажется всё ещё немного кружилась, но раз я соображаю, то всё в порядке? Верно ведь? Попытка двинуться не увенчалась успехом, будто меня что-то держало и крепко прижимало. Ком встал в горле, но я материализовала рапиру, разрезая свои оковы. Руки теперь были свободны, чтобы отодрать эту штуку с моего прекрасного личика. Разомкнув глаза я поняла, что нахожусь в самом что ни на есть складе людей. Повсюду были коконы, где-то выпирали человеческие конечности, которые уже не двигались. Какое-то волнующее чувство не давало мне покоя, слева, было два кокона с подозрительно сильной аурой. Она была сильнее чем у остальных, или точнее сказать ярче, ещё живая энергия. Решив подойти ближе, я начала ощущать знакомую ауру, перемешанную с какой-то гадостью. Жизненная энергия прямо как у Бискет-сан и Джун… Руки затряслись.       Я подбежала к ним на дрожащих ногах, нервно разрезая оружием противную паутину, молясь, что я успела, что они живы. Первой в мои руки упала блондинка, ели дышащая, безумно мокрая и холодная. Её пижамное платье едва ли согревало, учитывая какой тут был дубак. Мы наверняка были под землёй. Я на секунду расслабилась, поняв, что Крюгер таки дышит, но также быстро в моей голове всплыл момент из похожего фильма, где всё закончилось просто ужасно. Кажется пришельцы откладывали яйца в людей, и даже если они дышали, всё ещё жили, это было ненадолго. Плод уже развивался в них, а когда выходил наружу разрывал всё внутри, прорываясь наружу. Чёрт, почему Джун показывала мне его.       Стараясь ничего не задеть, я отложила Хантера в сторону, принявшись теперь освобождать шатенку. Чёрт, лишь бы в них не было никаких яиц и мы бы просто вернулись домой. Пара слезинок всё же прокатились по моим щекам, от страха, жалости и гнева. Я боялась, что сейчас, снова обретя надежду на спасение девочек, я её тут же потеряла. Тем более, я не знала как выбираться отсюда самой, я боялась, всегда. Жалость к себе и ним, что теперь их жизнь больше не будет прежней, возможно они умрут, а я, или последую за ними, или меня будет мучить моё подсознание. И гнев, направленный на неё, на эту уродливую, толстую и паршивую мразь.       Джун упала на меня в таком же состоянии, что и старшая в нашей компании. Она дышала, но очень слабо, даже медленнее, чем Бискет. Я погладила её по мокрым волосам, приговаривая в сбившемся шёпоте.       — Прости… Это я виновата. Пожалуйста очнитесь, вы мне нужны, я не знаю, что делать. Почему вы, а не я. ?       С противоположной стороны коридора раздался звук, шипящий, похожий на мерзкие звуки, издаваемые пауками. Я быстро запихнула шатенку с Крюгер поглубже в какую-то щель, куда протиснулась сама, встав у входа. Материализовала вторую рапиру и приготовилась отражать атаку, прислушиваясь ко всем своим ощущениям. Членистоногие, ещё крупнее того, что я встретила, потащили маленькую девочку, неплотно замотанную в паутину. Она ещё была жива, скорее всего её только недавно вырубили, может она даже сможет придти в себя. Я наблюдала как они прикрепляют русоволосую к стене, пуляя в неё из своего зада. Стоило им закончить и уйти, как я тут же выбежала освободить малютку. На вид ей было около шести, совсем ведь слабачка. Девочку я поймала, она повисла на моём плече безвольной куклой.       Вопрос, что же делать, остаётся открытым.       Положив и её возле Джун и Крюгер, я ощутила ещё больший укол вины, взглянув на их спокойные лица. Только подумать, их жизни теперь зависли от меня, и только от меня.       Я не могу больше прятаться. Сколько так может продолжаться? Если нас не убьют, мы всё равно умрём от голода и жажды.       » Прекрати заниматься самобичеванием, лучше подумай, как всё исправить. » — всплыло в голове.       Может пойти одной? Так будет легче… Но Джун почему-то подумала обо мне, спасла меня, а не себя. Также поступила и мама, почему-то. По какой причине они не думали о себе? Разве может быть что-то важнее тебя самого?       Я заглянула себе за плечё, посмотрев на трёх бессознательных девушек. Они ведь обе пожертвовали чем-то ради меня, чтобы помочь. Они сделали это для меня, а я, просто не могу набраться смелости и действовать.       Знаю, что карга сильнее, что на её стороне ещё и помощники, а територия полностью под её контролем. А у меня нет и малейшего понятия, как же быть. Местности я не знаю, силы тоже не равны, об этом говорила и Крюгер. Я абсолютно бесполезна, а помощи мне ждать неоткуда.       Я осталась совершенно одна.       Шансы на успех резко упали, потерпев поражение один раз, особенно по самой идиотской причине. Где гарантия, что я не грохнусь в обморок ещё раз, если встречусь с кем-нибудь?        « Соберись, если не хочешь потерять всё окончательно. » — новое воспоминания.       Терять? С одной стороны, я могу умереть, но какая разница если никто всё равно не будет беспокоиться? Больше не осталось таких людей. Может Джун бы беспокоилась? Глупая мысль, видимо слишком сильно головой ударилась.       Я тихо взвыла, прижавшись лбом ко лбу шатенки. Почему-то я надеялась, что таким образом она сможет мне передать свои мысли.       Хватит! Я виновата, притащила их сюда, и теперь они пострадали. Мама успела научить меня ответственности, и я её беру! Как бы позитивно и приторно это не звучало, но я должна спасти хотя бы нас троих, в лучшем случае ещё и девчонку деревенщину.       Чтобы легче было переносить Крюгер и Джун, я материализовала им одежду, переодев их в вещи потеплее. Девочке я одела только куртку, потому что низ был и так достаточно закрыт. Другой же проблемой была переноска, нести троих людей хоть в каком-то смысле возможно, но точно не для меня. После дополнительных тренировок от Мисс Хины и Крюгер, которая уже успела меня напрячь, я могла с лёгкостью поднимать восемьдесят килограмм. На двоих такого веса хватит, но третьего вряд-ли унесу. Тем более напрашивается вопрос, как именно это сделать, одну на спину, а двоих на руки? Слишком тяжело, и движения мои будут ограничены. Значит, я делаю тележку и качу сразу троих. Могла бы конечно понести малышку на спине, но, что если на нас нападут? В бою я надеюсь на свою скорость и гибкость, поэтому лишний груз мне будет мешать.       Так я и поступила, поместила девушек в телегу, закрепив их ремнями, чтобы не падали и аккуратно выкатила их. Пауки направлялись куда-то в ту сторону, значит там выход? От одной мысли о них у меня снова пробежали мурашки, это было так мерзко. Крадучись, я кажется добралась до выхода, пару раз взбираясь по крутым горкам, лишь бы попасть наверх.       По пути я встретила троих мерзавцев, с которым успела разобраться до того, как пришла бы подмога. Это было действительно чудо, сразиться, а не встать в ступор.       Туннель, по которому я шла привёл меня в тот самый дом, откуда всё и началось. Что-ж, это было ожидаемо. Тем не менее, нервозности мне это добавило. От одного воспоминания о её виде меня в дрожь бросает, настолько она была жуткой.       Рука, держащая рукоять телеги уже ныла, хотя я часто чередовала их. Честно я сама немного устала, всё-таки целый день на ногах, сколько шла от домика до деревни хотя бы. Не то чтобы путь из подвала был длинным, но изматывающим точно. Я чувствовала, словно была в логове паука. Хотя, впрочем я действительно попалась в сеть.       Дом стал выглядеть намного хуже с того раза, как я его видела, тогда он только начал преобразовываться, а теперь видимо завершил преображение. Внутри, как и снаружи по всему периметру были белые нити, появилось больше мелких паучков и сама атмосфера изменилась. Доски будто разом сгнили и почернели, пахло сыростью и старостью, хотя не только. Присутствовал запах протухшего яйца, от которого меня тошнило.       Стараясь бороться со своими чувствами: прочистить и так пустой желудок, или сбежать, я решила сосредоточиться на цели. Я отчаянно хотела вернуть свои вещи, куда входил мамин дневник, ведь это единственный источник к её мыслям, её прошлому, всё, что касалось её, было для меня важно. Поэтому, я направилась в нашу временную комнату, надеясь, что там всё ещё лежали рюкзаки. Я шла очень осторожно, хотя и так предполагала, что королева этого паучьего царства уже в курсе моего присутствия. Её Нэн я так и не почувствовала.       Нужная дверь ужасно громко скрипнула, от чего я даже подумала, — ну всё, конец нам. Зная об этом, я забежала в комнату, сразу натыкаясь на наши вещи и отправляя их в тежку к пострадавшим.       Там уже лежал мой рюкзак с ценностями из укромного дома Айчо, который я тоже закрепила ремнём. Как собственно поступила и сейчас с тремя сумками каждой из нас. Я обернулась к выходу из комнаты, не замечая ничего подозрительного. Вела я себя на удивление спокойно, но только на первый взгляд, потому что сердце у меня готовилось выпрыгнуть из груди в любой момент. Никаких чувств, энергии, зрение, запах и слух мне не помогали. В поле зрения ничего подозрительного не наблюдалось, а едкий запах стоял по всему дому и различить в нём что-то было сложно. Я осторожно двигалась к выходу из дома, хотя безумно хотелось побежать сломя голову.       Когда входная дверь уже была прямо по курсу, проход кто-то загородил, одновременно с тем, как все мои пять чувств тут же напряглись. Я сама вытянулась по струнке, уже чувствуя неладное. А подняв глаза на нарушителя моего идеального побега, я снова застыла, с трудом найдя в себе силы сделать вдох.       Она выглядела ещё хуже, намного больше и уродливее. Её всю облепили пауки, настолько, что я видела только её лицо, они были абсолютно везде. Это паучье нечто вытянулось будто в два раза, раз уж я не видела её ног, она точно стояла не на своих двоих. Её взгляд кричал о жажде крови, настолько хищно она смотрела. Наверное, Ро никогда и не была человеком.       — Ты мне помешала, у блондинки очень большой запас энергии, я её хочу, — с противной отдышкой и шипящим голосом, не своим точно, произнесло «это».       Я не ответила, стараясь за это время успокоиться и не робеть, даже когда вижу это безобразие. Вдох-выдох.       — Дай мне её, — жалкая просьба, сопровождаемая протянутой рукой, состоящей из членистоногих.       — Нет, — отчеканила ровным тоном, удивляясь своим самообладанием.       — Нет?.. Тогда беру силой, — сказала карга, причмокивая, будто облизывалась в предвкушении.       И она начала действовать. Часть пауков на ней рассеялась, одни направились к телеге, а вторая часть ко мне. Плохо. Тут было много мелких особей, которых рипирой я с одно удара не снесу, мне бы другую способность. Материализовав огромную крышку, я спрятала за ней ребят, пока сама перебирала в голове все виды оружия, что сейчас были бы самым эффективным. Хм, что-то мощное, чем можно их снести.       Один, что покрупнее прыгнул на меня, едва не повалив, хоть я и отскочила, тот всё равно приклеился одной из лап к моей кофте. С помощью оружия в левой руке, я отрубила ему голову, а другой частью веера откинула его от себя. Делая замах обеими руками, и отправляя его малышам, получилось откинуть их назад к мамаше. Также я и поступила с другими, уже пытавшимися прогрызть купол над телегой. С крупными восьминогими разговор был коротким.       Так повторилось ещё пару раз. Она выпускала своих голубчиков, я отбивалась и отправляла их обратно. Был бы у меня огонь, или ветер посильнее… Только я даже веерами нормально пользоваться не умею. Последние пару атак я всё думаю об огоньке, стоит поджечь один раз и делу конец. Ха, что-то мне кажется это мой любимый способ избавления от проблем. Но ничем разжечь я не могу, зажигалок у нас не было, как и спичек, а я то немного занята. Гадство.       Всё, надоело. Эта ведьма всё никак не успокоится, а я у меня уже кончаются силы.       — Перестань, — прошипела, устало глянув на меня, восстанавливающую дыхание.       » Когда что-то стоит на пути, не вздумай с него свернуть. »       — Нет! Когда Вам не дают пройти, не вздумайте свернуть с пути! — яростно выкрикнула, знатно устав от этой игры.       Всё внутри меня будто вспыхнуло огромным пожаром, в один миг воспряв духом, и будто набравшись сил. Переворачивая веера, я уверенно приблизилась к ведьме, делая замах в воздухе после переворота. И вместо того, чтобы просто ударить острыми концами её лицо, а ветром сдуть некоторых пауков, я их подожгла. Из оружия разом вырвались языки пламени, задев большую часть её пирамиды из живых существ. Острие спиц снова столкнулись с её лицом, отчего заискрились. Она тут же оттолкнула меня.       С чего бы такая реакция? Стальные спицы не могли просто так загореться, точнее разжечь огонь. Только если не встретятся с кремнем. Но не могла же она быть каменной, верно?       Отбив ещё стаю пауков, направляющихся ко мне, я попробовала ещё раз ударить по ней, но уже стальной арматурой. Приблизилась, взмахнула двумя веерами в одной руке, чтобы очистить её лицо от ненужных тварей, а затем хорошенько проехалась по её лицу. Искра, вспышка и огонь вспыхнул, прицепившись к её редким волосам. Я ударила ещё пару раз своей тяжёлой палочкой по ней и по её детишкам, прежде чем бросить её.       Материализовав гору бумаги, которую я скинула ей на голову, а те подхватив пламя начали распространять его. Карга завизжала, будто потеряв свою неуязвимость. Деревянный пол хорошо принял огонь, почти молниеносно, а паучки пытаясь оторваться от своей хозяйки так и замерли, окружённые жгучим чувство природы. Я успела отойти от неё, бегом направляясь к телеге, снимая огромную крышку и унося ноги. Вернулась в ту комнату, где мы ночевали прошлой ночью и выбила дыру в стене молотком, начиная с окна. Тележка ели поместилась, из-за чего я ещё немного поковырялась там, но вытащила их, выбравшись самой.       Оказавшись на улице, я вздохнула, снова подгоняя себя к движению. Так быстро как могла, я неслась прочь из этого проклятого места, жалея, что не послушала Крюгер раньше. И надеясь, что больше я никогда не увижу эту ведьму, которая ещё ни раз будет приследовать меня в кошмарах.

***

      — Я ведь говорила, что в Очиме сейчас будет лучше всего, — самодовольно протянула блондинка, помешивая свой алкогольный напиток. Интересно как ей его продали, неужто приняла свой настоящий облик? Или избила бармена до полусмерти?       — Да, верно-верно, — небрежно отмахнулась шатенка, нарочно громко потягивая молочный коктейль. Шоколадный как ни странно, прямо под цвет её волос.       Я тихо наслаждалась клубничным коктейлем, под их разговор. В сердце снова появилось давнее чувство, какое-то тепло и спокойствие в их присутствии. Обе девушки поправились, на щеках снова был румянец, а глаза искрились.       Когда я вышла за пределы проклятой деревни, телефоны из наших сумок начали трезвонить, сигнал появился. Я вызвала полицию, добавив, что было бы неплохо подключить и Хантеров. Деревню я по итогу сожгла, пламя слишком быстро распространилось, всё сгорело, даже тело этой ненормальной вроде нашли. Троих бесхознательных девушек осмотрели и госпитализировали, выписав через пару дней двух старших, а девочку оставали до конца недели.       Кстати о ней, я оставляла свои контакты, чтобы со мной связались, как она очнётся. Так и случилось, девочка оказалась сиротой, некуда податься и все дела… Я этого ожидала, поэтому и оставила свои контакты. Я давно знаю, что кухарка из моего поместья хотела дочь, да только забеременееть не могла, вот я и решила, может произойдет коннект? Вроде как, сейчас Лила направлялась к особняку Айчо, что впрочем было неплохо.       —… Ха, фиг тебе, осталось всего два дня до конца фестиваля, мы не успеем посетить всё и сразу. Поэтому нужно выбрать что-то одно, и ярмарку у северной части города мы обязаны посетить! Там же столько всего интересного! — Джун активно затрясла трубочкой у лица Хантера.       — Выставка камней намного ценнее, там как раз будет аукцион редкого минерала. Ты знаешь сколько я за ним уже лет охочусь?! — Бискет опустила солнечные очки, пронзив шатенку взглядом.       — Что эти камни… — нахмурилась помощница.       — Это искусство, не просветлённая ты моя.       — У меня всё равно денег нет.       — Ты наверное просто транжирка, вы молодежь вообще за кошельком не следите.       — Нашлась тут, моя зарплата, что хочу, то и-, — замолчала Джун, стоило мне протянуть ей свой стакан.       — Сходим и туда, и туда, — пообещала я, поправив новую заколку.       — Ха-ха, — усмехнулась подчинённая, дразня Крюгер.       Я заглянула в зеркало на столе, засмотревшись на голубую бабочку в волосах. Очень уж она мне шла, о чём нираз мне сказали попутчици. Устав смотреть в одну точку, моё внимание снова привлёк мой рюкзак, так не вовремя молния разошлась на нём, открывая вид на содержимое. Рисунки с предсказаниями Юкимии Айчо, так и не давали мне покоя.       Я хмыкнула, стараясь убедить себя, что сейчас не время, всё-таки мы тут отдыхаем женской компанией, надо расслабиться.

С этого момента, я беру от жизни всё.