влечёт (не смертельно)

Стук в окно одной из комнат мужского корпуса не потревожил никого, кроме её хозяина. Почти все ученики, утомлённые прошедшей битвой и раненые, спали богатырским сном. Парни радовались тому, что смертельная опасность, к которой так усиленно готовили студентов "Пандемониума" в последнее время, их не коснулась. Конечно, они помнили, что множество их знакомых погибло, а город в руинах, но сейчас нервное потрясение мешало трезво смотреть на вещи. И первая ночь без багрового тумана возымела своё чудотворное действие. Вот только Карина Кикмарина этой ночью почему-то не могла уснуть. Женя и Луиза в их общей комнате возбуждённо переговаривались, обсуждая увиденные чудеса и коварство Змееносцев. Карина была безумно рада, что две её самых близких подруги целы и не пострадали... Но сейчас их общество не могло принести ей желанного спокойствия и отрешения от тяжёлых мыслей. Именно поэтому она, никем не замеченная, выбралась из потрёпанного нападением здания женского корпуса и, взобравшись по дереву, постучала в незнакомое окно. Карина знала, что точно застанет своего парня одного. Тимофей после пережитого смертельного ранения не остался ночевать в "Пандемониуме", а на время перебрался в особняк Зверевых, поддавшись уговорам отца. А больше... Больше соседей у них не осталось. Вся академия только и шепталась о предательстве Стаса и Алисы. Кикмариной, которая ещё несколько дней назад уверенно называла обоих своими друзьями, было сложно в это поверить - впрочем, как и остальным ребятам из их компании - но увы, факты говорили сами за себя. Оставалось лишь как-то это пережить и осознать. Только не сейчас. Не тогда, когда Карина чуть не потеряла самых дорогих людей в своей жизни. В ответ на стук из недр зашторенной комнаты раздалось сначала сонное бурчание, потом грохот - должно быть, упали какие-то вещи. Наконец, спустя пару минут, занавески разошлись, и форточка отворилась, открывая проход в непривычно пустое помещение. При виде Карины Димка Трофимов изумлённо распахнул глаза - точно не ожидал увидеть её у себя в логове в такое время. На нём были только тёмно-серые спортивные шорты, которые парень, видимо, натянул впопыхах. По всей комнате были раскиданы неразобранные вещи и пакеты от них - ведь проломленную стену и разбитое окно в их старом уголке пока ещё не отремонтировали, а взамен временно выделили пустое помещение. Комната эта выходила окнами на старое болото, и Карина вспомнила, что пробираться сюда из разгромленного парка было жутковато. Поймав удивлённый взгляд Димки, девушка решительно перекинула ноги через подоконник и молча спрыгнула на ковёр. Трофимов посторонился, пропустил её в центр комнаты и только тогда смутно понял, зачем она пришла. Потому что только тогда разглядел на её глазах слёзы. Карина через силу улыбнулась и уселась прямо на пол, оперевшись спиной на деревянную гредушку кровати. На тумбочке рядом она приметила крупное зелёное яблоко, тут же схватила его и с хрустом откусила большой кусок. Солёные слёзы тут же потекли по лицу, смешиваясь со сладким яблочным соком. Вкус получался странноватый, но Карине нравилось. Она вгрызалась в это яблоко, как в безжалостного кровного врага, неосознанно радуясь, что может на чём-то выместить накопившиеся эмоции. Постепенно, маленькими крадущимися шажками, прилив жгучей сердечной боли отступил, оставив после себя только тупую печаль. Димка неловко замер возле окна, не зная, что ему делать в этой ситуации. Говорить девушке что-либо было сейчас бессмысленно, но и просто стоять и молчать он тоже не мог. Ему и самому, если честно, хотелось лезть на стенку после всей правды, что сегодня вырвалась наружу. Но Карина обладала, помимо власти над растениями, ещё одной удивительной способностью - каким-то уму непостижимым образом она заставляла его отключаться от собственных проблем, просто забывать о них. И прямо сейчас он лихорадочно раздумывал лишь над одним вопросом - как успокоить, поддержать, отвлечь. А ответа на этот вопрос, как назло, не находилось. Тут ситуацию спасла сама Карина, даже не подозревая об этом. Полностью уничтожив несчастное яблоко и утерев кулачком мокрые глаза, девушка наконец подняла взгляд на Димку. И тут же тихо ойкнула, наконец обратив внимание на кое-что важное. Её щеки медленно залил густой, видимый даже в темноте румянец. Ничего не понимая, парень опустил голову, тупо посмотрел на себя сверху вниз, и тут до него дошло. - Ой, прости! - он торопливо заметался среди стопок одежды, выискивая домашнюю растянутую майку. - Я просто не думал... - Что я приду, - закончила за него Карина. - Я тоже не думала, не поверишь. Вопреки внешнему волнению, голос её звучал спокойно. - Да куда же я её сунул, - пробурчал Димка, откидывая в сторону очередной пакет. При виде того, как он суетится, словно перепуганный воробей, Карина вдруг тепло улыбнулась. Впервые за этот вечер без печали. - Не надо ничего искать, - тихо сказала она, пряча лицо за чёлкой. - Мне так больше нравится. Трофимов резко развернулся и замер, словно не был уверен, что ему не послышалось. - Ты как, в порядке? - осторожно спросил он. Карина поднялась с пола, предварительно задвинув огрызок яблока под кровать. Всё равно завтра сотрудники будут проводить капитальную уборку - найдут. - Мне так больше нравится, - твёрже и увереннее повторила она. В голове заиграла яркая сцена из какого-то сопливого американского сериала для подростков. Димка опять завис посреди комнаты, переваривая только что услышанные, совершенно неуместные слова. Он ожидал чего угодно, но только не этого. Карина молча подошла вплотную и подняла голову, чтобы иметь возможность видеть его лицо. Холодные пальцы, подрагивая, коснулись скул, осторожно огладили огромный фиолетовый синяк на щеке. Параллельно со взглядом Кикмарина неспешно опускала и руки, проводя ими по чужой шее, ключицам, смыкая ладони на левой стороне груди. Найдя наконец то, что слепо искала на его теле, почувствовав подушечками пальцев мерный стук, Карина снова улыбнулась. - Ты не лучше Тимофея, - утыкаясь лбом в собственные неподвижные руки, прошептала она. - Так напугал меня сегодня... Стук сердца под её пальцами ускорил темп, и девушка, вдруг отчего-то испугавшись, торопливо убрала оттуда ладони, размещая их на плечах парня. - Я чуть не умерла, пока этот гад замахивался на тебя мечом, - так же тихо призналась она, оставляя лёгкий поцелуй на его посиневшей щеке. - И так благодарна судьбе, что твоя мама оказалась поблизости... Димка прикрыл глаза и, кажется, забыл, как дышать. Карина прислонилась ухом к его груди и почувствовала, что сердце ещё сильнее ускорилось. Сердце, которое этот жестокий убийца Миккель мог сегодня проткнуть клинком. - Так хорошо... Стучит, - почти бессознательно шепнула Карина, судорожно и крепко сжимая пальцы. - Вот сейчас мне не хочется думать о том, что сегодня было. И Димка вдруг наклонился ниже, и обхватил руками её голову, и крепко поцеловал в губы, и это произошло так неправильно-вовремя, что Кикмарина даже не подумала ответить - только застыла с полуприкрытыми глазами. А вот парень расценил это бездействие по-своему. - Прости, - он отпустил её и сделал шаг назад, отшатываясь, как от прокаженной. - Наверное, я должен был спросить разрешения... - Дим, мы встречаемся уже который месяц, - криво усмехнулась Карина. - О каком разрешении может идти речь? - Я такой эгоист, - Трофимов её как будто не услышал. - Опять забыл, что не мне одному паршиво. Как тогда с Тимом. Тебе тоже нужно время после всего, что мы пережили, а я... Карина встряхнула головой, прогоняя оцепенение, и решительно встретилась взглядом с чужим. - Да, ты прав, мне тоже нужно время, - на мгновение она скромно потупилась, но тут же подняла глаза снова. - Как тебе идея переждать это время вместе? Димка рассеянно улыбнулся, словно только и ждал этой фразы. Молча отвернулся к окну и задернул шторы. - Хорошо, - только и произнёс он, поворачиваясь обратно. - И... Что будем делать? - Поцелуй меня ещё раз, - шепнула Карина, снова останавливаясь возле него. - Так же... как только что целовал. Она не успела даже закончить фразу, когда почувствовала тёплое дыхание на своём лице. - Живой. Правда, - на выдохе прошелестела девушка, прежде чем сократить эти последние сантиметры между ними. Знакомые крепкие руки опустились ей на плечо и талию. В блестящих повлажневших глазах мелькнул полузабытый огонёк озорства, когда Карина зарылась ладонями в спутанные тёмные волосы. Откуда ни возьмись появилось желание дёрнуть сильно, чтобы охнул от боли, чтобы подал ещё один признак того, что настоящий, не фантазия позднего сна. И не стала противиться этому спонтанному желанию, но вместо болезненного вскрика услышала, к своему большому удивлению, рваный выдох, переходящий в едва уловимый ухом скулёж. Отпустив его покрасневшие губы, Карина, вообще ни о чем не думая, скользнула своими вниз по линии скулы, уткнулась носом в точку пульса, словно пытаясь навеки затолкать в лёгкие ритм чужой сохранённой жизни. Когда на эту самую точку опустились пересохшие искусанные губы, Димка ощутимо вздрогнул и распахнул прикрытые глаза. Карина прикусила тонкую бледную кожу, оттянула, отпустила, легонько подула на влажный след. Сценки из просмотренных сериалов снова включились внутри, как цветной проектор, направляя смутные инстинкты, подсказывая им, что нужно делать. Пальцы скользнули куда-то за спину, пересчитывая выступающие позвонки. Третьей подобной манипуляции Димка не выдержал - дёрнулся. Его шея и щеки порозовели, он разочарованно выдохнул, стоило Кикмариной отстраниться. - Карина, - он выставил вперёд подрагивающие руки, и девушка, уже направившаяся к нему, замерла. - Что ты делаешь? - Что? - растерянно переспросила Кикмарина. - Я... Целовала тебя. Разве не понятно? - Ты знаешь, что я не про это спросил, - упрямо замотал головой Димка. - Чего ты хочешь добиться? - Я думаю, что уже прекрасно показала, чего хочу добиться, - прозвучало куда развязнее и грубее, чем планировалось в голове. Карина почувствовала, что тоже начинает мелко дрожать. И тихо ненавидеть эту его сверхъестественную проницательность. Она вдруг представила себя героиней любимого мюзикла "Смертельное влечение". Чистая Вероника Сойер, влезшая посреди ночи в окно к своему Джейсону, чтобы забыться. Утопить душевные страдания в новых, непривычных ощущениях. Выбираясь из собственной комнаты, Карина особо не думала ни о том, что она скажет Димке, ни о том, что вообще будет делать. И, видно, на автомате решила последовать примеру Вероники - глупому, нелогичному, даже в чём-то аморальному, учитывая, какие обстоятельства вызвали собственную Каринину боль. Может быть, у неё бы всё получилось - если бы не одно обстоятельство. И заключалось оно в том, что её Димка не был Джейсоном. И не стал бы потакать её отчаянной, полусмертельной игре. В таких играх обычно рождаются чудовища. - Если ты продолжишь в том же духе... Он сделал ещё несколько шагов назад и остановился, только когда упёрся спиной в подоконник. - Что думаешь? - тихо спросила Карина, стремительно краснея. - Я... Я не хочу, чтобы это было вот так, - пояснил Димка, тоже заливаясь краской. - Не хочу для того, чтобы отвлечься от всяких ужасов. Не потому, что ты за меня испугалась или вдруг отчего-то пожалела. Ты... Прости, Кариша, но ты сейчас не понимаешь, что делаешь. Представь, что ты будешь чувствовать завтра утром. Карина, слушая его, чувствовала одновременно смущение, небывалый прилив любви и такой же прилив злости. Она не думала, что сможет сейчас что-то ответить, но из уст сама собой полилась гневная тирада. - Что ты сказал?! - воскликнула она. - Пожалела?! Да как ты... Да как у тебя язык повернулся! - Что ты имеешь в виду? - не понял Димка. - Вот, значит, какого ты обо мне мнения?.. Ты думаешь, я примчалась бы к тебе посреди ночи, если бы просто тебя пожалела?! - разъярилась Карина, наступая на него. - Думаешь, позволила бы себе вот так разреветься у тебя на полу? Думаешь, полезла бы... Да ты просто законченный идиот, Дмитрий Трофимов, если до сих пор не уяснил, что я люблю тебя и... - она тяжело, со свистом выдохнула, успокаиваясь. Кажется, нервная дрожь понемногу превращала её из человека в какое-то непонятное, вечно истеричное существо. Димка на несколько секунд окаменел, не успевая подстраиваться под её моментально меняющееся настроение. Однако тут же рассеянно улыбнулся. - Я совсем не то имел в виду! И тоже тебя очень люблю, - шепотом заверил он, снова привлекая девушку к себе. - Я просто не хочу, чтобы ты о чём-то жалела. Карина заставила себя сделать несколько глубоких, до боли в легких, вдохов и выдохов и тоже улыбнулась, поднимая на него глаза. Снова вслушалась в колотящееся напротив сердце - кажется, даже ощущая этот ритм собственной грудью - и заверила: - Я не собираюсь ни о чем жалеть. - Знаю, с моей стороны звучит тупо, - упрямо гнул своё Димка. - Только... Не здесь. Не сейчас. Карина хотела было опять рассердиться, но перед глазами снова пронеслись события сегодняшней битвы, и раздражение перед такой трагической картиной смущённо отступило. И опять этот дурацкий мюзикл. С его дурацкой героиней, такой же потерянной и смущённой, на которую её подсознание, тёмное, незнакомое, почему-то стремится походить. Не Джейсон. - Как скажешь, - покладисто сказала она. - Я... Я только хотела показать, что мои чувства к тебе - они настоящие. Мне очень важно, чтобы ты знал это. Дима. - Я знаю, - заверил Димка, с трудом восстанавливая дыхание. Он взъерошил и без того растрёпанные вихры. - Если хочешь, давай вообще сегодня не будем ложиться спать? Я заварю нам чай, включу какое-нибудь дурацкое шоу про путешествия, и мы с тобой представим, как будто наконец свалили из этого города. Мой тёплый Дима. - Хорошо, - легко согласилась Карина. - Только чай я лучше сама заварю. У тебя всё время эти гадкие травинки там плавают.