недостаток энергии

как же он ненавидит ебаные понедельники. это, наверное, первая мысль, которая приходит ему в голову. вторая - какого хуя с ним в постели два человека и почему так сильно болит голова. эфир стонет, потирая виски, пытаясь избавиться от ноющей боли, через секунду хватаясь за спину. и словами не описать, как сильно болит его поясница. — да какого хуя? - мужчина матерится, пытаясь приподняться на мягком матрасе, но оставляет все попытки, заваливаясь обратно на подушки. парень рядом закидывает на его талию свою руку и итер переводит на него взгляд, рассматривая темные, взъерошенные волосы. виски вспыхивают очередной порцией боли и он, кажется, вспоминает все.

***

эфир никогда не любил шумные компании. огромное скопление людей его всегда пугало, но он упорно посещал клубы, стремясь найти там партнёра более, чем на одну ночь. и в этот раз, сидя у барной стойки и покручивая стакан с какими-то алкогольным коктейлем, заказанным даже не им, он сверлит взглядом стену напротив, раздумывая о какой-то ерунде. в голове всплывает сестрица, которая уже несколько лет находится в счастливых отношениях и итер только вздыхает, разглядывая парочку, зажимающуюся в другом конце бара. — один тут? — кто-то подсаживается поближе и эфир оборачивается, глядя на темноволосого парня, задерживая взгляд на ехидной ухмылке. — можно и так сказать. — он делает глоток, облизывая пересохшие губы и отставляет полу-пустой бокал в сторону. желание знакомиться хоть с кем-то пропало, но незнакомец выглядит достаточно симпатично. поэтому итер натягивает на лицо вежливую улыбку. сзади подсаживается ещё один парень и эфир чувствует себя несколько неловко, но разговор идёт хорошо. несколько коктейлей, заказанных новыми знакомыми и парень смеётся над очередной шуткой скарамуччи.

***

в голове так пусто и почему-то так хорошо. он уже и не помнит, как оказался тут, в чужой квартире-студии. только и может, что мычать в очередной поцелуй. итер заваливается на кровать, утягивая за собой сяо, сжимая его запястья и тыкается носом в шею, пока парень снизу тихо выдыхает. скарамучча садится рядом, наблюдая за парочкой и покашливает, привлекая к себе внимание. эфир голодно облизывается, подталкивая сяо к куникудзуси и наконец-то даёт волю своей затосковавшейся сущности. но, кажется, партнёров ничуть не удивляет тонкий хвост, вьющийся меж его бёдер и рога, достаточно длинные и блестящие рога. скарамучча хитро улыбается, впиваясь в губы итера в требовательном поцелуе, кусается, пока сяо осторожно снимает с себя одежду, кидая её куда-то на стул, стоящий рядом. итер заводит руки за спину скарамуччи, с удивлением обнаруживая крылья, обхватывая одно из них за основание, царапая лопатки парня, который вымученно стонет, закатывая глаза. — падшие. и как я сразу вас не распознал? — эфир отстраняется, облизываясь и устраивается на кровати, притягивая к себе сяо, заставляя его усесться на грудь. — присаживайся, дорогой. - он указывает на своё лицо, дожидаясь, пока алатус наконец-то выйдет из ступора и осторожно подползет, занимая более удобную позицию. скарамучча лишь усмехается, глядя на открывшийся перед ним вид и тянется за смазкой, чтобы растянуть себя. итер обхватывает бедра сяо, придвигая его ближе и мажет языком по ложбинке меж ягодиц, проходится по чувствительному сфинктеру, крепко удерживая падшего за бедра, чтобы тот не ерзал. он не видит того, что происходит, но слышит, как куникудзуси и сяо целуются, пока второй тихо стонет в поцелуй. эфир проникает кончиком языком внутрь, стараясь протолкнуть как можно больше и чувствует, как скарамучча насаживается на его член, тихо простонав от этого. алатус дёргается, откидывая голову назад и расправляя крылья, смахивая ими вазу с тумбы. итер лишь тихо хмыкает, раздвоенным тонким языком вылизывая падшего внутри, пока куникудзуси, наконец-то начинает двигаться, покачивая стройными бедрами, укладывая обе руки на грудь инкуба. — блять. - сяо дёргается, стараясь насадиться на этот потрясающий язык, хныча и обхватывает собственный член, двигая рукой, потирая чувствительную головку, чтобы быстрее достигнуть такого желанного оргазма. скарамучча прищуривается ехидно, словно кидая алатусу вызов и сжимает член итера в себе, чувствуя, как тот дёргает бедрами в последний раз и изливается внутрь, промычав. — быстро ты, эфир. - куникудзуси слезает, перекатываясь на другую сторону кровати, тоже самое делает и сяо. итер облизывает припухшие алые губы и жмурится довольно, пока тонкий хвост за его спиной сходит с ума. — но ничего. инкубы же выносливые, тебя точно хватит на ещё несколько раундов. - падший подмигивает алатусу и тот переворачивает эфира на спину и тянет на себя, впиваясь в губы требовательным поцелуем. куникудзуси смазывает пальцы, принимаясь растягивать итера. инкуб дёргается, протестующе промычав в поцелуй и старается уйти от прикосновений, но настойчивые прикосновения и заканчивающийся кислород из-за кажущегося бесконечным поцелуя кружат голову. ему сложно собрать мысли в одно целое и сказать что его вообще-то впервые будут брать вот так. — не дергайся. - сяо рычит, отстраняется, чтобы в тот же момент вновь поцеловать инкуба, хватая его за волосы и прижимая к себе ближе. скарамучча пропихивает уже третий палец, наблюдая за реакцией эфира на это. он убирает руку, входя одним движением, сжимая хвост у основания и наклоняется, впиваясь острыми зубами в загривок, оттягивая бледную кожу и прокусывая до крови. — не сжимайся так, эфир. - куникудзуси двигается быстро, руками скользя по сильной спине, наблюдая за перекатываюшимися мышцами. алатус наконец-то отстраняется, пальцами проскальзывая ниже и ощупывает растянутый сфинктер, входя одним пальцем. — хватит, я уже и так поло, — ему не дают договорить, оттянув за волосы и вглядываясь в затянутые пеленой возбуждения глаза. — кто-то разрешал тебе говорить, эфир? ты же инкуб, это твоя прямая роль. — итер закатывает глаза, кайфуя от грубости и гортанно стонет, когда сяо кусает его чуть ниже кадыка, вставляя ещё два пальца. — нежнее, алатус. не хочешь же ты, чтобы он отрубился прямо сейчас? - скарамучча останавливается, наматывая хвост на руку и ждёт, пока падший наконец-то войдёт, поглаживая дрожащего итера по спине. — ну-ну, не трясись так. — он шлёпает эфира по ягодице, заставляя вздрогнуть и тихо посмеивается, зацеловывая его шею. — ебаный в рот. — итер почти плачет от переполняющих его ощущений. столько энергии за один раз он ещё не впитывал. он пытается сдвинуться, чтобы хоть немного облегчить давление снизу, но его будто зажали в тисках. инкуб роняет слезы на чужое плечо, царапая в мгновение отросшими когтями спину. сяо рычит, вбиваясь в податливое тело, пока куникудзуси двигается медленно, размеренно. этот контраст сводит с ума и эфир кончает второй раз, обмякая. энергия бьёт через край, заставляя принять истинную, демоническую форму. конечности медленно чернеют, оплетаясь черными лентами, а рога удлиняются. итер облизывает пересохшие губы, тяжело дыша, морщась из-за спермы, стекающей по его бедрам. — умничка. — скарамучча покидает горячее нутро, похлопывая инкуба по ягодице и заваливается на кровать, накручивая на палец золотые пряди. сяо лишь мычит что-то, приобнимая горячее тело.

***

итер цокает языком, вылезая из постели и быстро одевается. полученной энергии хватит на неделю, а после снова прийдётся перебиваться людьми. хотя кто знает, может судьба снова сведёт его с падшими. эфир останавливается на пару секунд, размышляя и оставляет свой номер. звонок через неделю нисколько его не удивляет. — тот же бар. через час. если, конечно, хочешь повторить. — хриплый голос сяо заставляет встрепенуться. — конечно.