Даже Куклам Нужны Одеяла

Нахиде не нужно было слышать никаких слов от Странника, чтобы понять, что что-то было не так. Архонт продолжала общаться с путешественницей и Паймон в своей привычной манере, но старалась, во всю следить за действиями их другого спутника настолько внимательно, насколько это было возможно. Она могла чувствовать, что пусть с первого взгляда он и выглядел весь во внимании, он не улавливал на все сто процентов слова, отдающиеся эхом в Храме Сурастаны. Она заметила то, как он неловко двигался места на место, дрожь в его руках, которую он пытался скрыть скрестив руки на груди, и стеклянный отблеск, от которого его глаза иногда тускнели. Он выглядел будто в любую минуту упадёт, словно одинокий цветочек, который может сдуть нежнейший ветерок. Она хотела спросить его, что было не так, но зная его, особенно в присутствии большого количества людей, он скорее всего бы принял оборонительную позицию против безобидных волнений и отмахнулся резкими словами. Нахида решила подойти по другому. "Спасибо за помощь, путешественница." Она улыбнулась и повернулась к Страннику. "Можешь остаться ненадолго? Это конечно, если ты хочешь. Если же ты хочешь отдохнуть, то мы можем обговорить это в другой раз." Странник неосознанно проглотил приманку и ответил с насмешкой "Мне такое не нужно. Если я тебе для чего-то нужен, то я могу остаться." Нахида кивнула "Прекрасно. Спасибо." После обмена любезностями, путешественница и Паймон ушли со списком еды в руках. Маленькая ручка Дендро Архонта помахала им на прощание, её слова были наполнены радостью с ожиданием их следующей встречи. Вскоре, в храме остались только Нахида и Странник, в огромном пространстве окружающем их, они выглядели невероятно крохотными. Когда эхо закрывающихся дверей сменилось тишиной, когда свет заходящего солнца из щели у входа затмился, только тусклое изумрудное сияние осталось. Усталость волной накрыла Нахиду. Пусть и всё что сегодня было, произошло только в форме сна, и она была не более чем сторонним наблюдателем, поддержание сновидения и обработка всех эмоции, которые она испытала, истратили её энергию. И всё же, всё, что она сейчас испытывала, скорее всего была лишь малой долей того, что сейчас испытывал её компаньон. Названый компаньон по виду был погружен в глубокие размышления, раз не заметил того что Нахида повернулась лицом к нему, и позвала его по имени. Её губы сжались в тонкую линию. Он думает, подумала она. Но на данный момент, со всем, через что он прошел сегодня, мысли приносили ему больше вреда, чем пользы. "Странник." Сказала она погромче, но достаточно тихо, чтобы не испугать его. Это похоже сделало своё дело, и Странник очнулся из своего транса. Несколько раз моргнув, туман в его глазах рассеялся и он посмотрел в изумрудную пару глаз. "Что такого ты хотела со мной обсудить?" Она не знала способны ли марионетки бледнеть, но стоящая перед определённо это могла. Она решил не упоминать об этом и отодвинула это вместе с замечанием, что его щеки покраснели. "Я хочу обсудить твои условия проживания на данный момент. Если тебе некуда идти, то это место может стать твоим домом. Тебя более чем радушно примут если захочешь остаться здесь." Словно молния, короткая вспышка эмоций смягчила его лицо, но тут же рассеялась, как только появилась. Он отвёл взгляд от Архонта. "Я думаю я уже достаточно побеспокоил тебя во время моего пребывания. К тому же, ты никогда не перестанешь докучать мне, если я начну жить здесь. Если уж ты так волнуешься о моём самочувствии, то нет причин для беспокойства-" Его слова запнулись, когда его взгляд внезапно покачнулся. Нахида быстро отреагировала. Пусть Странник и восстановил равновесие в мгновение ока, она всё равно держала его, оказывая поддержку. В тот момент, когда её рука соприкоснулась с его, она поняла что именно было не так. Её лицо нахмурилось. "Боюсь, причина для беспокойства всё же есть. У тебя лихорадка." Словно обожжённый, он тут же отшатнулся от ее хватки, "Моё тело не человеческое. Такой недуг у меня проявляться не может." Нахида ожидала что он постарается выдержать это и настоять на том чтобы поддержать свою маску, оставаясь в вертикальном положении, но к её удивлению, он посадил себя на каменный цветок позади них. Должно быть он чувствовал себя хуже чем она думала. По факту, красный оттенок на его щеках стал гуще, а глаза стали ещё стекляннее чем раньше. Её босые ноги мягко топали по земле, когда она подошла к Страннику и села рядом с ним. "Это правда, твоё тело может быть устроено не так, как у людей, но твой разум и сознание вполне, поэтому ты не застрахован от психологических недугов." "О чём ты?" Она положила руки на коленки, слегка покачала ногами в воздухе, "Когда разум подвергается стрессовым ситуациям или сильным эмоциональным событиям, временами это может сказываться на теле. Один из наших учёных провёл исследование об этом и обнаружил, что это может привести к широкому спектру физического дискомфорта, включая лихорадку." Она взглянула на него и увидела, как он пытался сморгнуть усталость. "Ты пережил воспоминания и эмоции длинною в столетия, и всё это в течении нескольких часов. Неважно, человек ты или кукла, это определенно оказало нагрузку на твой разум." Нахида спрыгнула со своего места, и встала напротив её собеседника. "Тебе нужно отдохнуть. Свободная комната в которой ты раньше находился всё ещё присутствует. Ты можешь остаться там пока тебе не станет лучше." Он уже было открыл рот чтобы сказать что-нибудь, но не успел он озвучить свои мысли, как его перебили. "Нет, я не выпущу тебя отсюда, чтобы ты нашёл место где остаться, пока ты в таком состоянии." Не тогда, когда он выглядел так, что потеряет сознание, стоит ему выйти из храма. "Ты прошёл через многое, и ты вымотался. Поэтому прошу, чувствуй себя как дома. Позволь себе отдохнуть. Ты заслужил это." Он на мгновение задумался "...Ладно." Нахида уважала пространство, которое он хотел сохранить, когда она вела его к месту назначения. Однако, она и следила за тем, чтобы соответствовать его темпу, чтобы убедиться что сможет помочь ему, если он вновь потеряет равновесие. К счастью, это короткое путешествие прошло без происшествий. Вскоре, они стояли перед знакомой дверью, той же, которую Архонт продолжала открывать каждый день, когда она усердно навещала его, пока он был в коме. Без лишних слов, она открыла её открыв взору пустую комнату, с одной лишь кроватью с белоснежными подушками и одеялами, вместе с деревянным стулом и столом. В её груди поселилось странное чувство. Вплоть до сегодняшнего утра, она помнила вид сей комнаты именно таким, но сейчас, она могла вспомнить несколько плюшевых Аранар, сидящих на кровати, книгу с историями на тумбочке рядом со столом, и банку конфет, расположенной на стуле. Теперь же, она ощущалась такой пустой. Словно все следы слёз, которых он пролил пока спал, испарились с подушки. Словно все перепалки что у них были когда он проснулся, и короткая улыбка на его губах когда она рассказала ему про аналогию с уборной, исчезли. Технически, они и взаправду исчезли. Стёрлись. Забыты миром как и существование Сказителя. Уголок ее сердца загорелся. Да, они были стёрты, но как и эту комнату снова можно было украсить, как и эта белая кровать казалась пустым холстом, так и они могли отсюда вырисовать новые воспоминания, не как Буер и Сказитель, а как Нахида и Странник. "Поспи немного." Сказала она ему, тепло улыбаясь когда он пошёл прямо к кровати и сел на краю. Когда он увидел что она последовала за ним, его бровь вопросительно поднялась. "Что? Ты собираешься смотреть как я сплю?" "По факту, да." Нахида усадила себя на стул, погружаясь обратно в старую, знакомую рутину. "Если я оставлю тебя одного, есть большая вероятность, что ты не будешь отдыхать, а думать о различных вещах. Прямо сейчас мысли только ещё больше нагрузят твой разум и помешают твоему выздоровлению." "Если хочешь помереть со скуки, то как знаешь." Он забрался на кровать, усталость затуманивала ему голову и не оставляла ему никаких сил чтобы спорить с Архонтом. С потяжелевшими конечностями он забрался под простыни, а Нахида призвала книгу, чтобы составить ей компанию. Божество открыло книгу, изучение психологии людей, пока её пациент смотрел в потолок. Какое-то время, она позволила ему лежать в тишине, которую иногда прерывали только переворачиваемые страницы, но когда уже прошло несколько минут, она сказала "Ты делаешь это." "Делаю что?" "Думаешь." Он ответил тишиной. Взгляд Нахиды всё ещё был прикован к странице, но слова потеряли для неё своё значение, став лишь фигурами букв. "Я знаю что у тебя есть много о чём подумать, и что тебе тяжело всё это сдерживать, но ответы, которые ты так ищешь, не что-то, что можно получить сегодня. Ты не можешь в попыхах за ними побежать. Это займёт время." Её голос был мягким и успокаивающим. "Принимай всё потихоньку. Со временем всё встанет на свои места. А пока, сконцентрируйся на том, чтобы дать своему разуму отдохнуть, чтобы смог начать залечивать свои раны." Вздох, напряжение исчезает со вздохом. "Хорошо." Он натянул одеяло и повернулся на бок, его глаза сонно смотрели на фигуру маленького Архонта, когда он начал погружаться в сон. "Я так устал." Слова выскользнули его рта в полубессознательном состоянии. Изумрудные радужки поднялись с книжки чтобы взглянуть на засыпающего Странника, от её взгляда исходило тепло, "Тогда поспи. Я буду здесь." "Ты больше не один." Прошептала она стоило его глазам закрыться. "Так долго, я тоже, была одинокой, обиженной, уставшей, и растерянной. Поэтому я понимаю. Правда понимаю. Вот почему я буду крошечным светом который будет сопровождать тебя, направлять тебя, в этой на вид бесконечной пустоте. Так же, как другие сделали это для меня." Нахида никогда раньше не испытывала заботы о ком-то. Конечно, она утешала больных индивидов вроде Дуньязады в их снах, но само это занятие было ей чуждо. Не смотря на это, она делала всё, что ей могли предложить знания. Окуная полотенце в воду, она дала ему хорошо промокнуть, перед тем как вынуть и выжать лишнюю. Словно дотрагиваясь до чего-то хрупкого, она осторожно провела по лицу своего пациента влажной тканью, позволив себе задержать руку на немного дольше когда он бессознательно потянулся к её прикосновению. Занятно было видеть, что под поверхностью его отстранённого и холодного поведения, когда он бодрствовал или был начеку, он всё же жаждал чужих прикосновений. Он хотел компании. Он хотел чтобы кто-то был рядом с ним, но ему столько раз причиняли боль в прошлом, что он начал строить стены между собой и другими людьми, избавляясь от потенциальной опасности, но и не позволяя заботе и любви, которых он так жаждал, достигнуть его. Она убрала его волосы и положила ткань ему на лоб. "Малая Властительница Кусанали, вы считаете меня злым?" Вопрос эхом раздался в её голове, когда она смотрела как он спит. Да, он был злом. Он принёс многим огромные страдания и даже убивал людей. Он был жестоким и эгоистичным. Он сталкивал людей со своей дороги, словно они были жалкими насекомыми на его пути сжечь мир дотла и стать божеством. Он совершал гнусные преступления. Это никогда нельзя было бы изменить, неважно какая за этим стояла причина, несмотря ни на то, какая у него была история, ведь преступления остаются преступлениями несмотря на мотивацию и замыслы. Да, кто-то может быть злом. Но это их выбор, оставаться злом или же нет. Как художник может использовать свои кисти, чтобы превратить свои картины в более красочные, так и человек может выбрать жить жизнь, отличную от его разрушительных путей. Перемена всегда была решением, особенно в таком мире где серый стоит между чёрным и белым. Это было лишь выбором индивидов, хотят ли они продолжать идти по той же тропе в тёмном лесу, или найти путь который ведёт к зеленоватым полям. Она могла осветить ему путь, но последовать, это уже его решение. И он последовал. Он будет спотыкаться и падать по пути, но она всегда будет рядом, направляя его. "Малая Властительница Кусанали, вы считаете меня злым?" Да, он был, но он решил искупить свои грехи и начать новую жизнь. Прошлое не перепишешь, но настоящее и будущее могли продолжить писать историю злой личности, злодея, в хорошего человека. Странник некоторое время крепко спал, но когда Нахида читала свою вторую книгу, он начал ёрзать. Обеспокоенная, она обхватила его лоб и руку, сравнивая их со своими.  Он определенно стал теплее, чем прежде.  Это подтолкнуло ее к действию, и она уже собиралась подойти к двери, чтобы заменить теплую воду в миске, когда… ...тёплая рука схватила её за запястье. "Не уходи." Слабый голос что звучал таким юным, тихим, и сломленным, умолял. Обернувшись, сердце Нахиды сжалось от увиденного зрелища, похожий на ребёнка, его глаза затуманенные болью и печалью, смотрели на неё так, будто она собиралась бросить его. Это было так похоже. Это было так похоже на лицо отражающееся в очках мудрецов, когда они уходили из Храма Сурастаны. Это было так похоже на то, как маленькая птичка к щелям своей клетки, отчаянно умоляя о любви и свободе, которых она так жаждала, говоря при этом. "Не оставляй меня одного." Его голос перекликался с ее собственным из ее воспоминаний. С выступающими слезами с её глаз, она похлопала его руку своей, обволакивая её теплом и прижимая к груди: "Я не оставлю тебя." В конце концов, она попросила кого-нибудь принести её всё необходимое, пока она оставалась рядом с ним. Он не уходила даже когда он боролся с приступами лихорадки и кошмарами его прошлого. Вместо этого, она села поближе к нему изо всех сил старалась утихомирить огонь обжигающий его изнутри, старательно прикасаясь полотенцем к его лицу, и вытирая слёзы что скатывались по щекам. Она оставила полотенце на его лбу, пока аккуратно проводила пальцами по его волосам и пела нежную колыбельную. Её успокаивающие жесты прервались когда он внезапно вздрогнул, в его глазах была дымка, и они были наполнены тоской. Его взгляд зациклился на ней и он моментально сжался в страхе, обхватив себя руками и отступая, пока всё что он мог сделать, это свернувшись калачиком упереться в изголовье кровати. "Мне больно." Он прохрипел, его тело ломалось от всхлипов, "Не надо больше, прошу." "Где больно?" — спросила Нахида, держась на расстоянии, чтобы не напугать его ещё больше в его бредовом состоянии. Словно раненое животное загнанное в угол хищником, он обнял свои колени и ещё  больше свернулся ещё больше осторожно покачивая себя, чтобы хоть немного успокоится, "Мне больно. Мне больно. Не надо больше, Дотторе." Она застыла. Он видел её не как Нахиду, а как Дотторе. От этой мысли ей стало тошно. Даже её преследовало то, что делал Доктор, когда она мельком увидела воспоминания Сказителя. Быть в сравнении с таким безнравственным человеком было за пределами отвратительного.  "Горн...Мы должны - Я должен..." Он держал руками голову, его поглощала паника, "Оно жжёт, Нива, оно жжёт. Мне больно. Куда ты ушёл, Нива? Не бросай меня. Не бросай меня..." слезы текли по его лицу. "Ты обещал мне что мы выковаем клинок лучше чем у Нагамасы. Нива, не умирай...не бросай меня..." Кристальные капельки падали одна за другой лишь для того, чтобы исчезнуть в простынях, "Братик...мы всегда будем всегда жить вместе. Мы найдём лекарство...мы найдём его. Не бросай и ты меня, прошу." У Нахиды потекли слёзы. "Мама...Нива...братик...не бросайте меня." Он рыдал, "Прошу...мне больно." Всё хорошо. С тобой всё будет в порядке. Это были слова что она хотела сказать, но они были ничем большим чем пустым враньём. С Нивой всё хорошо. Нива был мёртв. Ты не был один. Он был один. Всё хорошо. С ним ничего не хорошо. Ты будешь в порядке. ...Он будет в порядке. Не сейчас, но он будет в порядке. Она надеялась. "Ты будешь в порядке." Повторила она. Это было не ложью, а обещанием на светлое будущее, обещание, которое она будет стремиться исполнить. Она вытерла влажные щеки и осторожно приблизилась к дрожащему и плачущему Страннику, её голос успокаивал и переполнял нежностью и теплотой. "Не оставляй меня одного..." Его голос был лишь угольками пламени что однажды горел надеждой. "Я здесь." Она сказала несмотря на то, что знала, что он скорее всего не видел её, как её. "Я буду сопровождать тебя." Горе струилось по его лицу, "Мне больно." Она чувствовала, как его боль излучается в ее разум, словно волны, выбрасываемые пламенным морем. Оно жжёт, как жар, исходящий с его кожи, когда она прикасается к нему. Она могла чувствовать его агонию, отчаяние, печаль, страх - всё. Она чувствовала, как горячие слезы капают ей на шею, когда она обхватывала его дрожащее тело руками, заключая его, защищая от его собственного разума, от воспоминаний, которые продолжали затягивать его. "Я здесь." Он обняла его крепче и говорила сквозь его душераздирающие всхлипы, "Я здесь." Я буду твоим якорем всякий раз, когда бушующие волны захотят утопить тебя. Я буду луной освещающей твою дорогу во время беззвёздных ночей. Я буду тем, кто будет держать тебя когда никто другой не будет. Я буду здесь. Я буду тем, кто поймает тебя когда земля под ногами исчезнет. Ты никогда больше не будешь один. "Я так устал." Его голос был сломленным и измотанным, "Я так устал." Она успокаивающе гладила его затылок, её рука слабо светилась от энергии Дендро, надеясь что это поможет облегчить его боль, что этот крошечный пучок света выведет заблудшего странника к тропе утешения, "Я знаю." Она тихо прошептала, "Ты прошёл через многое. Я знаю ты устал. Я знаю что ты устал от такой жизни, в растерянности и боли. Я не могу полностью забрать ту агонию, и исцелить твои раны в одно мгновение. Но я буду рядом, столько, сколько тебе это потребуется." Она почувствовала как его вес навалился на неё, его тело расслаблялось. С невероятной заботой, она помогла ему лечь обратно на кровать, его темные волосы рассыпались по белой подушке, его покрасневшие затуманенные глаза были устремлены на её мягкое выражение, когда она натянула одеяло на его грудь. "Я знаю что ты устал, так что спи." Она пальцем вытерла одиноко упавшую слезинку, " Спи, а когда тебе станет лучше, мы отправимся в путешествие на поиски солнца, к месту, где ты сможешь найти счастье которого ты так заслуживаешь." Она лягла рядом с ним, обхватив руками его туловище, позволяя их телам чувствовать присутствие друг друга, пока они лежат в обнимку, "Закрывай глаза и спи. Завтрашний день может и не будет ярче сегодняшнего, но я буду с тобой пока мы не увидим лучик света в этой нескончаемой темноте, неважно сколько это займёт." Я буду здесь. Я останусь. Но я надеюсь что и в тебе найдутся силы остаться.

Две одинокие птички, закрытые и брошенные. Растерянные и одинокие, Нашли друг друга и стали семьёй. Теперь они прижимались к теплу друг друга, В этом маленьком гнёздышке, которое они могли звать домом.