You love rock and i love you

Это лето в Японии выдалось жарким. Время, когда манга и аниме окончательно утвердили себя как культурное наследие страны восходящего солнца и прочно засели в сердцах множества людей. Спокойное и радостное время для детей, молодых амбициозных людей и старичков на закате своей жизни. Идеальное время для создания своей рок-группы. В Америке протекают истоки рока и уже давно всемирно известны группы родом оттуда, а в Японии понятие «рок» начинает обретать всё большую популярность. «Четыре юноши, связанные одной большой любовью к року, создали группу «Kingdom of science». Дебютный их альбом имел успех среди молодёжи. Альбом, наполненный лёгкими песнями, приносящими свежесть, с красивой лирикой, что нашла отклик в душах людей, был поистине удачным стартом. Помимо яркого звучания гитар и ударных, вы также могли услышать клавишные, что в этом жанре является не частым явлением. Интерес к группе подогревается не только хорошими песнями, но и загадочными участниками, что не раскрывают своих личностей. Недавно, на анонимном интервью, группа заявила, что собирается подавать заявку на участие в «FUJI ROCK FESTIVAL» с новыми песнями. Будем с нетерпением ждать их на фестивале!..» — Нанами Рюсуй закончил чтение, усмехнулся и кинул газету на столик. — Ну вы слышали?! Про нас написали в газете! Мы становимся популярнее! — молодой человек рассмеялся, вскочил с дивана и запрыгнул на зашедшего в комнату парня. — Юкио! Не так далеко до мировой славы! Уже скоро мы станем известнее и Nirvana, и Radiohead! — Мне бы твой позитив, — Сайонджи Юкио мягко отстранился от друга и осмотрелся. — А где Сенку и Хром? — Сидят в гараже над каким-то проектом. Проведаем их? Ответом послужил кивок, и парни направились к гаражу. В нём, что было неудивительным, сидели перепачканные в чём-то два оставшихся участника рок-группы. Однако кто-то выключил в гараже свет и было до чёртиков темно. — И долго ещё ждать, Сенку? — Пятнадцать секунд. Сенку предсказал всё удивительно точно: через 15 секунд перед парнями в перевёрнутой банке началась какая-то химическая реакция и внутри банки заплясали огненные снежинки, превратившиеся затем в настоящее подобие снежной бури! — Да ты волшебник, Сенку! — Это называют «Снежная метель». Детский сад, — Сенку усмехнулся и, хоть и никто не видел, однако все были уверены в этом, закатил глаза. — Ничего волшебного: это был процесс окисления аммиака кислородом под действием оксида хрома. А эти «горящие» снежинки — это частицы оксида хрома, которые раскаляются сильнее под действием тепла, полученного при протекании реакции. — Я ни слова не понял, но это всё равно было потрясающе! — Ребят, а свет уже можно включить? — получив положительное мычание в качестве ответа, Юкио наконец-то нажал на включатель, из-за чего все поморгали пару мгновений от ослепительного света. Ишигами Сенку встал с табуретки, чтобы убрать последствия эксперимента, а Хром метнулся к друзьям: — Вы видели? Там была целая огненная буря! Сенку показывает мне опыты, хотя это больше похоже на какое-то волшебство, как же удивительна наука, а?! — А ты слышал, что про нас написали в газете? — Рюсуй с горящими глазами словесно напал на друга, и парни разразились громкой болтовнёй и хохотом. Юкио мирно беседовал с Сенку о чём-то своём, как вдруг в коридоре зазвонил телефон. Махнув рукой, как бы давая понять, что он ответит, Юкио направился к телефону. Спустя пару мгновений он вернулся и обратился к Сенку: — Сенку, тебя к телефону профессор Уингфилд. Ишигами неторопливо взял телефон в руки и произнёс в трубку: — Профессор, это я. — Здравствуй, Сенку. Весь следующий месяц у меня будет больше свободного времени, и я подумал, что было бы упущением не пригласить тебя ко мне для более плодотворной работы, к тому же мы сможем провести дополнительные исследования в моей лаборатории. Что скажешь? За мелочи в виде документов и прочего можешь не волноваться, я всё сделаю. Сенку, не медля с ответом и на секунду, положительно замотал головой, будто собеседник мог видеть его: — К какому дню я должен быть готов? — Двадцатого июня. — Принял, — Ишигами скинул трубку и застыл. Казалось, он не мог поверить в то, что перед ним сейчас открылась невероятная возможность — отправиться в Америку ради работы над проектом, да ещё и к тому же побывать в лаборатории своего научного руководителя, что работает в самом НАСА. Звучало как чудо, но Ишигами Сенку не верил в чудо, только в точную науку. Сенку знал, что всё это действительно происходит с ним, и в глазах его разгорались настоящие звёзды, а сам он еле сдерживал рвущуюся наружу широкую улыбку. Ишигами вернулся в гараж, полностью погруженный в мысли, что стоит взять с собой в поездку. — Сенку, ты выглядишь задумчивым, что-то случилось? — Юкио встал возле друга, и после его фразы Рюсуй и Хром притихли и посмотрели на Сенку. — Меня пригласили в Америку на месяц для работы над проектом, — Сенку ухмыльнулся и прикрыл глаза. — В Америку?! В самую настоящую Америку? Где была сформирована Mudhoney? — воскликнул Хром. Глаза его блестели, а сам он вмиг наполнился воодушевлением. Хром был огромным фанатом Mudhoney, они были его примером для подражания, неудивительно, что едва заслышав про США, он упомянул свою любимую группу. — Когда ты отправишься туда? — Двадцатого. — На месяц? — Юкио задумался на пару мгновений, — У нас же в конце июля фестиваль, а мы даже не написали и одной песни в альбом. Внезапно все притихли. Они забыли про фестиваль, на который так отчаянно хотели попасть. Сенку нахмурился. Все понимали, что, если он уедет, работать над музыкой будет ужасно тяжело, ведь не смогут даже увидеться, а разговор по телефону пользы точно не даст. И все знали, что наука у Сенку почти всегда стояла в приоритете. Денег на такое дорогостоящее путешествие в другую страну у молодых музыкантов, естественно, не было. Атмосфера как-то неуловимо поменялась, и что-то тяжёлое зависло в воздухе. Все погрузились в тягостные мысли, пытаясь отыскать хоть какое-то решение. И всё время казалось, что одно решение они упустили из виду. Но какое же? Хром в отчаянии замотал головой и хотел было повернуться к Рюсую, посмотреть на его реакцию, но тот исчез. Из коридора вдруг раздался знакомый хохот и вскоре в гараж нырнул радостный — больше, чем обычно — потерянный ранее Рюсуй. Он щёлкнул пальцами и громко произнёс: — Собирайте вещи, матросы, мы все вместе отправимся в Америку! Всем тут же стала понятна причина радости Рюсуя, и набиравшая обороты тяжесть в атмосфере тут же сдулась как шарик. Нанами Рюсуй был наследником большой корпорации Нанами. Не было удивительным то, что Рюсуй по внезапно возникшему желанию мог отправиться в другую страну. Такова была сила наследника огромной корпорации. — Мы все едем в Америку? — Хром несколько секунд растерянно смотрел на Нанами. Казалось, он сейчас проходил все стадии принятия этой новости. Через пару мгновений на лице парня отразилась настоящая, детская радость, и он принялся трясти Юкио за плечи. — Мы все едем в Америку! Помещение снова наполнилось возгласами и смехом. Все нависшие проблемы ушли так же быстро, как и пришли. Что им принесёт это путешествие? Успеют ли они подготовиться к фестивалю? Kingdom of science отправляется прямиком на родину рока.

***

Вашингтон встретил молодых музыкантов довольно приветливо. Солнечная тёплая погода, приветливые люди и стеклянные гиганты-здания в самом сердце не только города, но и всего США, видимые даже на окраинах города. По прибытии в Америку Сенку встретил его научный руководитель — профессор Ксено Хьюстон Уингфилд, выглядящий, как всегда, элегантно и даже пугающе. Многие взгляды случайных людей были прикованы к странным перчаткам учёного с длинными когтями и его черному плащу, доходящему до щиколоток. Во всём этом Ксено Уингфилд был поразительно похож на злобного учёного. Лишь Ишигами Сенку этот внешний вид совершенно не смутил, потому что с профессором он лично уже был знаком и прекрасно знал о его «элегантном» пристрастии пугать людей своими когтистыми перчатками и не только. Их знакомство произошло ещё в Японии. Тогда в Японии проходила встреча научного сообщества для обсуждения сотрудничества. Ишигами Сенку, совсем молодой учёный, уже был известен своими исключительными способностями и живым, гениальным умом среди японских учёных, поэтому наравне со всеми выдающимися умами со всей страны присутствовал на мероприятии. Профессор Уингфилд, конечно же, тоже был приглашён. Он появился в классическом тёмно-синем костюме и рубашке с высоким воротником, и в сопровождении высокого мужчины, одетого так, будто пришедшего на рок-фестиваль, а не на мероприятие, где собрались учёные мужи. — Настоящее сборище ботаников. Уверен, почти все присутствующие здесь не слышали даже про Metallica, не говорю и про Alice In Chains, — мужчина закатил глаза и спиной прислонился к стене. — Стэн, это всего на один вечер. Начальство очень попросило меня посетить эту встречу, а без тебя я бы не поехал, — Ксено заглянул в глаза спутнику, а затем отвернулся, обводя слегка скучающим взглядом всех присутствующих. Мероприятие было распланировано на два дня: в первый день учёные знакомились, вели беседу между друг другом, и в целом этот день не нёс в себе какой-то научной ценности, просто прелюдия перед самым основным. Ксено, естественно, в первый день не появился. Во второй день же начиналось настоящее обсуждение сотрудничества, а также молодые учёные могли презентовать свои проекты и разработки для получения финансовой помощи или же просто помощи в исследованиях от других, более опытных учёных. Успешно заключив сотрудничество, профессор Уингфилд собирался было покинуть встречу, однако его внимание привлек парень со странной прической и его проект. — Мне понравилась твоя идея, она очень элегантна для твоего возраста. Я могу стать твоим научным руководителем, чтобы помочь в развитии твоей идеи, что думаешь? Меня зовут Ксено Хьюстон Уингфилд, я учёный из НАСА, — Ксено протянул руку для пожатия, ожидая ответа.

— Ишигами Сенку. Я согласен. Давайте обсудим условия нашего сотрудничества, — Сенку усмехнулся и пожал протянутую руку.

***

После мероприятия Ксено вынужден был остаться в Японии еще на несколько дней для работы с Ишигами Сенку и уточнением всех деталей, чтобы даже на дальнем расстоянии работа не стояла на месте, во время этих встреч Сенку и довелось узнать о довольно чудаковатом стиле одежды своего научного руководителя. — Нет, Стэн, представляешь, этот мальчишка младше нашего сына на два года, однако уже получил и финансовую помощь, и сотрудничество со мной! — Ксено поудобнее устроился в кресле и прикрыл глаза. — Очень способный мальчик. Стэнли в ответ лишь хмыкнул и закурил сигарету. — Надеюсь, хотя бы он знает, что такое рок.

***

— Нам придётся разделиться на первое время, я буду работать с профом в лаборатории, вы можете пока погулять по городу или начать работу над альбомом, — обратился к своим друзьям Сенку, и в голосе его были слышны легкие нотки нетерпения. Учёному явно хотелось побыстрее приступить к работе. Уже вскоре Ишигами скрылся из виду вместе с профессором. — И всё-таки профессор Уингфилд выглядит, — Юкио осёкся, — слегка пугающе, не находите? — У меня мурашки от него по коже. Не представляю, как Сенку будет работать с ним, — Хром поморщился, затем добавил, — Куда, кстати, направляемся? — Первым делом надо заселиться в доме… — Мы отправимся прямо в центр города! Нам нужно немедленно везде побывать! — Рюсуй прервал Сайонджи и щёлкнул пальцами. Энтузиазма в музыканте было хоть отбавляй. Юкио же с Хромом оставалось лишь смириться. Отправиться в самое сердце Вашингтона не было ошибочным решением. Солнце ласково заливало своим мягким светом верхушки деревьев и зданий, над снующими людьми, как стрела, пронзающая небеса, возвышался Монумент Вашингтона, севернее обелиска находится величественный Белый Дом, а западнее — Мемориал Линкольну. Вся эта архитектура поражала своим достоинством юных парней и всё время казалось, что это происходит во сне. Но всё это было реальностью, и от этого внутри радость и воодушевление расцветали лишь сильнее. Помимо красоты города поражало то, насколько Америка отличалась от Японии. Отличалось всё: начиная стилем и заканчивая людьми. Казалось, знакомство с неизвестной, чужой культурой было похоже на глоток свежего воздуха. Сама атмосфера была пропитана свободой, люди одеты по последнему писку моды: джинсовки, прямые вельветовые куртки, кожанки, джинсы-трубы и яркие ветровки — во всём чувствовалась свобода самовыражения и искренность людей. США с первой минуты, казалось, оставило неизгладимое впечатление у музыкантов. Примерно через час парни добрались до острова Теодора Рузвельта. Национальный парк сиял своей зеленью, и прогулка по нему вселяла спокойствие. Людей было не так много, никто не мешал любоваться природой. Юкио спокойно вышагивал по тропе, глубоко дыша, пока Рюсуй и Хром с любопытством осматривали все вокруг, и создавалось ощущение, будто они пытались заметить и запомнить каждую, даже самую мельчайшую деталь на острове, чтобы воспоминания даже со временем оставались чёткими и яркими. Здесь забывались все заботы и тревоги. Новенький плёночный фотоаппарат, выпущенный совсем недавно, был забит фотографиями. Вот Рюсуй стоит возле мемориала Линкольна и широко улыбается. Хром запечатлел снующую по пешеходному переходу толпу. Юкио, Рюсуй и Хром стоят на фоне Белого Дома, — стоит сказать, что незнакомец, фотографирующий их, сделал своё дело отлично, — и счастливо улыбаются. Рюсуй успел запечатлеть Юкио, наслаждавшегося пением птиц. А вот фотография, на которой большой рыжий кот греется на солнце. Все моменты, приносящие радость, были сохранены на плёнке. Память о Вашингтоне останется не только в сердце и уме, но и на красивых, уютных снимках. Как только Сенку освободится от своих научных дел, ребята обязательно сфотографируются все вместе. На улицах Вашингтона было достаточно многолюдно в выходные и нередко можно было увидеть уличных музыкантов. Кто-то пел лучше, кто-то хуже, чей-то голос завораживал, а от чьего-то хотелось зевать — в общем, царило полное разнообразие. И, естественно, перед каждым музыкантом лежала шляпа или же что-то похожее для сбора денег. Парни слушали всех попадающихся на пути музыкантов и оценивали их больше субъективно, чем объективно. Хром и Рюсуй постоянно вступали в шуточный спор, если мнения их расходились, а Юкио всем своим видом пытался дать понять, что с этой громогласной парой он не знаком, ведь на их возгласы оборачивались прохожие. — Да говорю тебе, ему будто на ухо кто-то наступил! Ещё и голос писклявый. Ну кто так исполняет Come As You Are! Он даже не постарался, как можно так оскорблять память о Курте?! — зло воскликнул Хром. Чувствовалось, что его очень задел тот музыкант, исполнявший песню Nirvana под гитару. Юкио же испытывал облегчение от того, что разговор ведется на японском и тот бедный парниша не догадывается, из-за чего какой-то японец сверлил его взглядом, а потом отчаянно всплескивал руками и ругался (хотя, возможно, музыкант и догадывался). — Но согласись, что тот парень с чёрно-белыми волосами хорошо спел, — ловко перевёл тему Рюсуй. — Да, мне тоже понравилось. Хороший диапазон и умение работать с голосом, — Юкио задумчиво кивнул. — Ну, может и правда хорошо. Однако тему не переводи, я всё ещё не могу понять, тебе что, серьёзно понравился тот музыкант?!

***

Прошло около недели с приезда в Вашингтон. Сенку все также безвылазно сидел с Ксено в лаборатории, едва находя лишнюю минутку на перекус и сон. Наука своими цепкими лапами обхватила учёных, а их близким оставалось лишь ворчать в пустоту и думать, что совсем скоро они и забудут, как выглядят учёные. Лишь к полудню седьмого дня Сенку отправился домой не только, чтобы переночевать и утром соскочить с кровати, на всех парах помчавшись в лабораторию. Два следующих дня Ишигами проведёт вдали от лаборатории и своих научных вещей. На завтрашний день музыкантами была запланирована долгожданная работа над музыкой. — Ну что, матросы, какие идеи у вас есть? — Рюсуй хлопнул ладонью по столу и обвёл друзей взглядом. Они собрались на просторной кухне снятого ими дома. Сейчас они сидели на кухне в доме, где проживали Сенку и Нанами, апартаменты же Сайонджи и Хрома находились по соседству. — У меня никаких, — сразу выдал Сенку. — Когда с утра до ночи занимаешься исключительно исследованиями, времени на музыку нет. — Слушайте, а давайте что-то в стиле хард-рока? Наш первый альбом был больше похож на поп-рок, так почему бы не попробовать другое направление? — Хром задумчиво укусил кончик карандаша. — Думаешь, наши фанаты оценят? — Думаете, они не оценят наши эксперименты в жанрах? — Было бы разумнее сначала узнать, какое из направлений более популярно у нас в стране и оттолкнуться от этого, если мы собираемся потом выпускать альбом, — Сенку хмыкнул, затем продолжил, — Надо позвонить Кохаку, чтобы она собрала для нас информацию. — Не вопрос, — Рюсуй ухмыльнулся и вышел из комнаты. Следующие три часа прошли в бурных обсуждениях. Сначала музыканты думали над тем, какой концепт стоит взять, и какую мысль они бы хотели донести до слушателей, затем — стоит ли им раскрыть свои личности на рок-фестивале или оставить это в тайне для привлечения большего внимания к группе. Нанами сумел дозвониться до Кохаку, затем принялся за написание пробной версии текста песни, взяв себе в помощники Юкио. Хром с Сенку сидели и размышляли над тем, стоит ли им усилить звучание ударных или же перевести внимание на клавишные. Потом достали свои гитары — Сенку тренировался в исполнении искусственные флажолетов, а Хром переходил с одной техники на другую, далее пытались дуэтом сыграть какую-нибудь песню. В итоге всё переросло в небольшое соревнование. Вскоре музыканты наконец-то занялись делом и начали писать соло для своих частей, постоянно сверяясь друг с другом, как всё звучит вместе. Сегодня работа проходила довольно сумбурно и немного невпопад, но пока все участники вместе, времени на отдых не было. Через полчаса кто-то позвонил в дверь. Юкио отправился открывать, и через несколько минут вернулся слегка удивлённый. За его спиной стоял незнакомец. Сенку с Хромом отложили гитары, и последний слегка нахмурился, будто пытаясь вспомнить что-то, но безуспешно. Молодой человек стоял в проходе, слегка скромно улыбаясь. На нём была фиолетовая гавайская рубашка, белые длинные шорты и солнечные очки, откинутые на волосы. Но самым интересным была его двухцветная причёска: одна сторона была покрашена в чистый белый и прядь у лица была значительно длиннее всех остальных, а другая — в чёрный и короче. В целом, его вид казался довольно расслабленным и слегка экзотичным, да и по выражению лица парня можно было понять, что пришёл он не с какими-то жалобами на громкую музыку или же с какими-то ужасными новостями. Всё это делало цель его визита более загадочной. — Ох, прошу прощения, что прервал вас, но я пришёл к Ишигами Сенку, — незнакомец улыбнулся и окинул взглядом парней в комнате, остановившись точно на Сенку. — Это же ты? — Я. Слушаю, зачем пришел? — Меня прислал профессор Ксено. Он просил передать, чтобы ты немедленно вернулся в лабораторию. Профессор прекрасно знает, что у тебя заслуженный выходной, но ситуация, как он выразился, случилась «весьма неэлегантная». Ишигами нахмурился, взглянул на друзей, а затем сказал: — Понял. Продолжайте без меня, я скоро вернусь. Он стремительно вышел из дома, намереваясь сесть на автобус и доехать до лаборатории. — Сенку-чан, погоди! Я довезу тебя, — парень выбежал за Сенку в попытках остановить того. Ишигами развернулся и посмотрел слегка недоверчивым взглядом. Незнакомец достал из кармана ключи и разблокировал машину. — Садись. — Jaguar XJS? Серьёзно? — недоверие в глазах учёного внезапно сменилось искрой интереса. — Разбираешься в машинах, Сенку-чан? — парень лукаво улыбнулся, сел на водительское место и кивком головы указал на пассажирское место. — Давай, садись. Первые три минуты поездка прошла в полной тишине. Сенку застрял в своих мыслях, а незнакомец то и дело поглядывал на пассажира. — Что, даже не спросишь, как меня зовут и кем мне приходится профессор Ксено? — Ну, был бы ты простым лаборантом, то денег на такую машину у тебя вряд ли бы хватило, да и со мной ведешь себя несколько фривольно, хотя я учёный, я склоняюсь к тому, что ты коллега профа. Водитель мягко рассмеялся и очаровательно улыбнулся: — Забавная догадка, но даже на миллиметр не близка к правде. Я его сын. — О, ясно, — бросил Ишигами, но через секунду повернулся к парню с широко раскрытыми глазами, — Ты сын Ксено? — Да, я — Асагири Ген, сын профессора Уингфилда, учёного в области астрофизики из НАСА, — серьёзно ответил Ген, затем улыбнулся. — Он всегда заставляет меня так представляться перед людьми, чтобы те знали, с кем имеют дело, забавно. Мы совсем не похожи, не так ли? Он мой приёмный отец. Сенку отвернулся и, откинувшись на сиденье, прикрыл глаза. — Интересно.

***

— Слушайте, это же тот парень, который пел тогда. Нам еще понравилось, как он Led Zeppelin исполнил. — Точно, это он! — Хром вскочил со стула, будто на него снизошло озарение. — А я-то думал, где я мог увидеть его. — Предлагаю предложить ему сотрудничество, я хочу его к себе в группу, ха-ха!