[Мир стран] Под другим углом

      Этой ночью Норвегия плохо спала. Встреча с ФридНорге не прошла бесследно. Она не могла выбросить его из головы. Страшно было подумать, что будет дальше, к чему приведут его действия, сколько ещё людей пострадает. Норвегия то просыпалась среди ночи, то опять засыпала.       Ей казалось, что она видела в темноте силуэты людей, что в комнате с ней кто-то есть. Однако в итоге это оказывалось лишь сном, который резко обрывался. И она видела дальние огни ночного Осло за окном и редкий свет в жилых домах.       Снова опускалась темнота. Через открытую дверь проснувшаяся Норвегия видела силуэт, отдаленно напоминающий Россию. Тот небрежно входил в комнату, не особо задумываясь о спящей скандинавки, которая могла легко поймать его за вторжение. Но этого не случилось, норвежка не подала признаков пробуждения. Одному существу известно во Вселенной её мотивация, — это никак не остановила приближающегося россиянина. Глазами, Норвегия видела его сбросивший с себя верхнюю одежду. Руки россиянина следом потянулась за оставшимся элементов одежды. Она же, норвежка, снова провалилась в сон. Истощенный организм не давал разуму женщины нормально думать, действовать и тем более ответить на действия русского. Рядом послышался звук прогнувшегося матраса.       Тёплое блаженство растеклось по телу. Усталость охватила её полностью. Норвегия в один момент всё же уснула. Но на груди у неё продолжало расплываться сладкое чувство. Будто кто-то трогает её за радутые, к тому времени, соски. Повсеместная эйфория оказалась сильней усталости, она открыла свои красноватые глаза. Подавшись слабому удивлению, увидела у себя на груди Россию.       Он в полусонном состоянии ластился к мягким полушариям, ища ответной ласки. Норвегия, казалось, кладя руки на сонное тело, пыталась разбудить парня. Слабые толчки не дали никаких результатов. Русский бормочал себе под нос, упорствая прикасаясь к грудям женщины. Проблемой стала накапливающие возбуждение, наполнявшее каждую клетку тела страны. Оно аки наркотик, подавляло сопротивление Норвегии, вытесняя здравый рассудок далеко в глубины разума. Время шло и желание отпустить россиянина становилось мало. Наоборот, рассудок зрелой леди желало приблизиться к России, насколько это возможно. Ладони следовали соответствующим приказам, гладили спину и макушку головы виновника происходящего.       Чувствуя желанное блаженство в ответ, россиянин, приподняв для удобство голову, начал трогать соски норвежки уже языком. Облизывая круговым движением сосок женщины или посасывая их как ребенок, пачкая густой пеленой слюной. Норвегия стонала, ерзая на кровать прижатой русским. Такой чувствительной себя она помнила очень давно, когда независимой совсем не была. Но то далёкое прошлое, волноваться за себя скандинавка делает сейчас. Следить за резвым славянина с помутнённым рассудком, тяжело. Осталось женщине только подаваться на прихоти тела. Впустить в себя животный порыв, возвращающимся вместе с сладостным удовольствием. Забыть о всех и всём, пока не закончится!       Россия не растерялся, мокрая дорожка растянулась до главного блюда на вечер. С осторожностью и скрытым любопытством стал затрагивать вагину. Большими пальцами отворил половые губки. Пальцы забрались в самую глубь, лаская бархатные стеночки.       Всё было как в тумане. Туман резко рассеялся, когда Норвегия ощутила член России у себя в вагине. Она с размаху ударила его по спине, когда тот слишком резко вошёл.       — Ай, блять! — только выкрикнул он.       — Нежнее, ублюдок! — раздалось в ответ.       Утром Норвегия встала первой. Было около семи утра. Город уже проснулся и начал свою жизнь. Норвегия же долго сидела на кровати. Она пыталась осмыслить то, что было вчера ночью. Всё было в таком тумане, что ей казалось, ничего особенного не произошло.       Но стоило ей повернуться, как она увидела голую сину России. Норвегия сморщилась. Значит, всё могло быть взаправду. Сейчас она думала о том, что хорошо бы об этой ночи никто не узнал. ФридНорге будет в ярости, это уж точно. Но его сейчас здесь не было.       А из России между тем, полезло странное существо. Из-под его лопатки вылезла крошечная девчонка похожая на тех чиби персонажей из аниме. Она была размером с ладонь, с узкими глазами, но без азиатской складки. Её волосы были абсолютно рыжими, даже рыжее, чем у Ирландии. Ещё одежда была чёрно-бело-красной. Рисунок был вертикальным. А на белом фрагменте была восьмиконечная звезда, похожая на те звезды с вышивки Финляндии, только стояла она тоже вертикально.       — Чаво тут творится-то? — спросила девчонка, распевая окончание.       — А ты кто? — Норвегия уже ничему не удивлялась.       — Мон Удмутрия, — всё так же на распев ответила она.       — Значит ты и другие субъекты слышали, чем мы тут занимались, — Норвегия немного напряглась.       — Не, не моё это дело. Меня больше волнует, что деньги из бюджета выделят осенью, а потратить надо их до Нового года, — недовольно сказала Удмуртия. — Вот и получается, что асфальт осенью кладут.       — Не хочешь кофе?       — А чай будет?       Норвегия пожала плечами и они пошли на кухню. Когда чайник вскипел, она разлила кипяток по кружкам. Забавно было смотреть, как крошечное существо пыталось пить из огромной кружки. Пришлось давать трубочку.       — Мне всегда было интересно, какого быть государством внутри государства, — произнесла Норге.       — Обыкновенно, — ответила Удмуртия, припадая к трубочке.       — Разве тебе не хотелось быть независимой?       — А смысл? Страны поменьше всегда пляшут под дудку стран побольше. К тому же, меня не так много ресурсов. А те, что есть, проданы на добычу Татарстану. Да и вообще, это ты мне сейчас будешь про независимость рассказывать?       Норвегия промолчала и задумалась. Когда она была маленькой, она была свободна. Вместе с братьями исследовала мир в эпоху викингов. А потом всё стало становится сложнее. Она была сильно зависима от братьев. Сначала от Дании, потом от Швеции.       — Всё немного сложнее, — всё же ответила Норвегия.       — Ну коне-е-е-ечно. Это другое, понимать надо… Бадӟим тау за чай. Всё ещё лучше, чем когда Туркмения позвал меня гулять, а потом стал игнорить, — фыркнула Удмуртия.       Она заковыляла обратно в сторону России. Норвегия смотрела на неё и думала, что будет с ней в теории, если она вдруг станет его частью. Пока что ничего такого не предвещало. Но подобный исход немного пугал.       Удмуртия забралась обратно к России и погрузилась в него. Норвегия снова осталась с ним наедине. Она открыла соцсети. Наткнулась на старую статью Томаса Эриксона у себя в закладках, в которой он критиковал премьер-министра. И тут внезапно она заметила сообщение от него о том, что произошёл взрыв на одном из заводов.