Ненавидеть любя

Стук в дверь. Секунда и в проходе появляется силуэт парня. – Ты тут как? — спрашивает Нугз, подходя к медицинской койки, на которой сейчас сидит девушка. – Я?.. — Наташа дëрнулась. Видимо девушка летала в своих мыслях и резкий человеческий голос, напугал еë. – Вроде бы нормально... — еë голос был тихим. Очень тихим. Парня это даже как-то напугало. Он привык к тому, что она всегда даëт ему отпор, спорит и иногда даже ругает. Такое состояние девушки он не очень был рад видеть. Дело в том, что даже во всех их спорах, еë оговорок и руганий, за ту или иную драку, она улыбалась, была искренне с ним. Сначала, он заметил, что она боязно относилась к нему, но с их знакомства прошло больше недели и за это время, они успели стать кем-то больше, чем просто одногруппниками же соседями по парте. Нугзару не нравилось то, что сейчас эта девушка грустит. Ей плохо, а значит ему тоже. Это было странное чувство внутри Гибадуллина, которое, он замечает не раз, но оно было уже чем-то не пропадаемым, будто встроенным в него. Как чип. Только с ней он улыбался, а это значит, что еë улыбку он будет защищать, как свою. – Голова не болит? — юноша аккуратно присел на край еë койки. Взгляд его был устремлëн на растерянное лицо голубоглазой. – На тебе лица нет, точно всë нормально? – Я... — начала девушка. – Я никак не могу вспомнить, как я здесь очутилась....Помню только, шаги Лаврова, его крик, удар, а дальше ничего. Всë как в тумане... — Говоря это, голова девушки стала тяжëлой и она, сама того не ожидая, приземлилась на плечо парня. Тот, не зная как реагировать, просто сидел и слушал еë неистово тихий голос. Тишина путала этих двух. Один был в раздумьях, как и почему он так реагирует на дела, которые его не касаются. Почему он так зол на того, кто обидел Наташу? Почему не плевать? Ему же всегда было плевать. Она же всегда верила слухам. Почему же тогда, сейчас она сидит тут?.. Что было вчера во дворе? Почему Нугзар почувствовал лëгкость в тот момент, когда она увидела и даже, возможно поняла, что он другой человек. Не злой и не угрюмый. Почему ему не плевать на людей, как раньше? Что с ним?... Лазарева же думала почти о том же. Она никак не могла вспомнить, как оказалась у медсестры. Не понимала, за что еë покалошматил Лавров. Не понимала, что вчера было между ней и Нугзаром там...на траве, в его дворе. Было слишком много вопросов, ответов на которые не было. Рано или поздно они должны будут поговорить о всех волнениях и наконец-то выяснить, что и как. А пока... – Тебя, Наташенька, доставил ко мне этот молодой и сипатичный, будь я на пару лет моложе, человек. — из-за угла кабинета, из под медицинской ширмы вышла медсестра. – Имени которого, я кстати не знаю. — добавила она. Женщина взглянула на девушку, теперь в еë взгляде читалось смущение. Взгляд школьного врача устремился на Нугзара, тот тоже слегка был розоват. – Вы чего красные то такие? Жарко что-ли? — с этими словами Тëтя Таня или как все еë любят называть, тëть Тань, открыла форточку окна. – Наташ, ты как себя чувствуешь то? – Уже получше — проговорила Лазарева, голова которой до сих пор находилась на плече у Нугзара. – Это хорошо. Как зовут то тебя, кудрявый спаситель? — женщина присела за свой стол и уставилась на парня. – Нугзар... — теперь в растерянности был Гибадуллин. Точнее это было не растерянность, он просто не хотел говорить, что это именно он принëс Лазареву сюда. – Хороший ты парень Нугзар. А сколько лет тебе? Может ещë и дождаться успею – Спасибо тëть Тань, мы наверное пойдëм.— Наташа резко встала, да так, что аж ноги подкасились. Тело девушки снова приземлилась на койку. Что с ней происходит?... Нугзар, заметив, что у Наташи закружилась голова, решил ей помочь. Никак не ответив на вопрос про возраст, он поднялся с месте и подав руку даме. Наташа слегка смутилась, но за руку взялась. Поднявшись с места и поблагодарив медсестру, оба вышли из кабинета. В коридоре было тихо, видимо все на парах. Дойдя до лавочек, Нугзар помог сесть девушке, а после уселся на корточки напротив. – И что это было? — спросил он, заглядывая ей в глаза. – Ты о чëм? — Наташа же наоборот, пыталась увести взгляд. – Мне показалось, или сейчас, там, в кабинете, ты ревновала? — задал он вопрос в лоб. Там, в кабинете, он не подал виду, но решил, что как только они выйдут из него, он обязательно спросит об этом. – Тебе показалось... — с неуверенностью в голосе ответила она. – А мне так не кажется. — с этими словами он поднял руки и положил их на колено Лазаревой. Этот жест был просьбой, чтобы та взглянула на него. Сидя на корточках на полуростом, он был почти одним ростом с Наташу. Парень улыбался. Почему-то от мысли, что она могла его ревновать на душе становилось приятно, хоть это и смущало. – Наташ – Да, я ревновала — вдруг неожиданно, перебив Нугзара сказала она. Еë взгляд наконец сравнялся с взглядом брюнета и теперь, они оба смотрели друг на друга. Нугзар только что-то хотел сказать, как вдруг...