Брат моей подруги слишком раздражает меня

Утро, на удивление, выдалось спокойным. Кири без проблем проспала до десяти часов, несмотря на обычно шумную семью. Только девушка стала потягиваться, как услышала снизу топот, а потом и стук в дверь на полу. Она встала с кровати и подошла к ней, дергая за ручку. Показалась маленькая голова Тук. Девочка держала что-то в руках, но содержимое старшая сестра не видела. — Кири, доброе утро! — поздоровалась младшая. — К тебе можно? — Привет, заходи, — она отошла, и малышка поднялась по лестнице на чердак. В руках она держала тарелку с вафлями, политыми сгущенкой. — Вот, это тебе, — она протянула сестре тарелку. — Мы с мамой утром напекли вафелек, но мальчики почти всё слопали, и я побоялась, что тебе не достанется. Кири улыбнулась. Туктирей всегда с особой любовью относилась к ней: она любила заплетать её волосы, приносила ей самодельные подарки, даже засыпать без неё раньше не могла. — Спасибо большое, милая, — Салли поцеловала ее в макушку. — Уверена, они очень вкусные. Тук смущенно улыбнулась и оглядела комнату. — У тебя тут красиво! — Да, я знаю. А ещё тут тихо. — А можно мне иногда заходить сюда? Просто Ло’ак и Паук очень шумные, особенно ночью. — Если так хочешь, то приходи. — Ура! — девочка захлопала в ладошки. — Кири, а можно твою одежду посмотреть? Вдруг мне что-то подойдет из неё? — Боюсь, что ты еще маленькая. Но устроить показ мод, думаю, можно, — ухмыльнулась Кири и открыла шкаф. Она достала оттуда свои шорты, которые давно не носит и передала малышке, — померь. Может, через годик-два они подойдут тебе. Да и сейчас, даже. Многие предпочитают широкую одежду. Девушка порылась в шкафу и достала оттуда парочку укороченных футболок, тоже давно не ношеных. — Остальное тебе будет великовато, — она повернулась и увидела, что младшая уже переоделась в подаренные вещи и довольно улыбалась. — Красиво? — Очень, — рассмеялась Кири, — да, стоит немного подождать, и одежда будет в пору. Беги и покажись маме. Младшая сестра тут же рванула с места и с крикам спустилась вниз. Кири, довольная собой, вновь завалилась на кровать и потянулась к телефону. На экране высветилтсь недавние сообщение, посланные Циреей. Зайдя в мессенджер, она тут же прочитала их: Цирея Маршман: Доброе утро! Не хочешь прийти ко мне в гости? Я сегодня одна дома, так что мне скучно:) Кири Салли: Привет. Хорошо, ко скольки? Цирея Маршман: Думаю, можно к часу дня. Успеешь собраться? Кири Салли: Да. Цирея Маршман: Буду ждать! Девушка вновь поднялась с кровати и спустилась на первый этаж. Как оказалось, парни с отцом копались в гараже, помогали расставлять инструменты, мама поехала в центр города за какими-то документами, а Тук играла в своей комнате. Салли быстренько приняла душ. Стоило ей выйти из ванной, как в коридоре показался Паук. Со вчерашнего дня он с ней не разговаривал, потому что они были в негласной ссоре. — Привет. Всё еще дуешься? — спросила девушка и облокотилась о дверной косяк, наблюдая за тем, как брат мыл руки. — Привет, — холодно ответил он, но больше ничего не произнес. Девушка вздохнула и закатила глаза. — Тебе не кажется, что это как-то по-детски? — Что именно? То, что ты обесцениваешь то, что я хочу за тебя постоять? То, что ты ставишь ту девку и Ло’ака выше меня? — младший брат развернулся и развёл руки. — Вот это по-детски! — Послушай, пожалуйста. Они со мной в одном классе, и Цирея направляет нас, чтобы мы не ругались с тем кретином. Я не хочу, чтобы ты лез туда, где мог получить по шее. — А Ло’ак будто по шее не может получить? — Его сдерживает Цирея, она для него авторитет, потому что нравится ему. Ты очень агрессивно настроен к Аонунгу, и я боюсь за тебя. — Да как же! Просто признай, что ты сторонишься меня, потому что мы не родные, и всё. — Паук, не говори так! Мы семья! — В семье себя так не ведут, Кир. Я вижу твое отношение к Нетейаму, Ло’аку и Тук, и ко мне. К чему эта недосказанность? Кири резко вдохнула, так как горло будто чем-то сдавило. Такие слова ранили её, потому что в Пауке она действительно видела брата, а дистанцию держала лишь по причине того, что думала, что нравится ему. — Может, тебе самому иногда стоит говорить о том, что ты чувствуешь, а не обвинять окружающих в недосказанности? Брат резко замолчал и удивленно глянул на неё. «Она что-то знает? Не может такого быть. » — Ты не готова к такому разговору, — сказал Паук и направился к выходу. — Может, это ты не готов? — кинула Кири ему вслед, но он хлопнул дверью раньше. «Отлично, теперь я виновата. Лучше некуда! Терпеть не могу, когда он себя так ведёт.» — Салли выдохнула и прикрыла глаза, как вдруг раздалость хлопанье, и на кухне показался Ло’ак. — Что было? Я слышал какие-то крики. — Ничего. Вообще ничего. Просто я не люблю Паука за то, что он не родной нам. Да! Так и есть! Ты не знал? — девушка вскочила со стула и начала ходить кругами. Младший брат с непониманием глядел на сестру. Он давно не видел её такой рассерженой и грустной одновременно. — Эй, послушай, сядь и успокойся, — парень похлопал рядом с собой и она покорно упала на стул. — Расскажи, что случилось? — Паук ничего мне не говорит и выставляет виноватой, думая, что я держу дистанцию из-за того, что мы не родные, — глаза старшей наполнились слезами и она начала часто моргать. — Вы из-за этого так поругались? — Да. Он сказал, что я не готова к такому разговору. Из-за угла показалась маленькая голова, украдкой наблюдавшая за происходящим. Стоило Туктирей увидеть, что Кири плачет как она тут же вбежала в комнату и взяла её за руку. — Не плачь, ну не плачь! Хочешь, я напеку ещё вафель, чтобы ты не расстраивалась? — спросила девочка и умоляющим взглядом посмотрела на сестру. — Спасибо, малыш. Всё хорошо, правда, — она усадила ту на колени, и Тук сразу же обняла её. — Не хочешь сказать папе? Он бы поговорил с ним. — Я боюсь, что он будет слишком строг с ним или маме расскажет. Та ведь не простит ему мои слёзы, — Кири стёрла рукой влагу с щёк и посмотрела на брата. Тот сидел не на шутку с задумчивым видом. — Значит, мы сами с ним поговорим. Все будет хорошо, не переживай, — Ло’ак наклонился и приобнял Салли за плечи. — На тебя столько свалилось, а он еще на нервы капает. Иди и отдохни. — Спасибо, — девушка улыбнулась. — Я где-то в час уйду к Цирее, не теряйте меня, ладно? — Хорошо. Тук слезла с коленок сестры и осталась с братом, а сестра ушла к себе. — Почему Кири такая усталая? Она мало улыбается… — Многие влияют на её настроение, ей тяжело. Но всё потихоньку налаживается. Просто будь рядом с ней, ты хорошо её чувствуешь. Ладно, сис? — Хорошо… — Вот и умница, — Ло’ак потрепал младшую по голове и ушёл к отцу и братьям. Всё оставшееся время старшая дочка коротала за чтением книги и раздумьями о произошедшем. Когда подошло назначенное время, то она стала одеваться. Девушка надела белую майку, поверх неё накидку с узелком на животе и коричневые шорты. Через две минуты она стояла возле дома подруги и ждала, пока та выйдет. Дочка мэра показалась очень скоро. Она улыбнулась при виде одноклассницы и крепко обняла её. — Приве-ет! Я так тебя ждала, ты не представляешь! Испекла даже блинчиков для тебя. Пойдем скорее, а то они там стынут, — Маршман подхватила её за руку и завела во двор. Взгляд упал на знакомое крыло, которое девятиклассница так часто видела из своего окна, и она невольно поёжилась. — А где твой брат? — поинтенесовалась девушка. — Уехал куда-то со своими друзьями. Сказал, будет к вечеру, на что я надеюсь, — Цирея хихикнула в ладошку и завела Кири в дом. — Добро пожаловать, чувствуй себя как дома. Салли огляделась вокруг. Их дом был тоже двухэтажным, но комнат, видимо, было побольше. Все было выполнено в светлых тонах, что очень радовало глаз. — Это кухня. Мой руки и присаживайся. Любишь варенье? Могу предложить малиновое, клубничное и яблочное, — она указала на стол, где стояли три баночки. — Люблю. Малиновое, — она быстро помыла руки и села за стол. — О, Аонунг тоже его любит, — дочка мэра смущенно улыбнулась и налила варенье в пиалу. — Кушай на здоровье, приятного аппетита. При упоминании задиры Салли чуть было не скривилась, однако вовремя удержалась. Кири намазала блин и тут же откусила. Она изумилась тому, насколько блины были мягкими и вкусными. — Из тебя бы вышел отличный повар! — впервые за пару часов подросток оживилась и испытала радость. — Рада, что тебе нравится, — она рассмеялась и отпила свой чай. — Как твои дела? — Средней степени тяжести. С Пауком поссорилась, — Кири в общих чертах рассказала подруге о стычке дома, на что та выразила сочувствие и погладила её по ладони. — Жаль, что вам не удалось поговорить. Мы с Аонунгом тоже часто ругаемся, но всегда решаем всё разговором. Надеюсь, вы помиритесь. — Ага, я тоже… — Хочешь после обеда я покажу наш дом? Только в комнату брата не будем заходить, а то у него будто чуйка, когда я там бываю, — девушка неловко почесала макушку. Её одноклассница кивнула. Перекусив, Цирея с энтузиазмом увела Кири на второй этаж в свою комнату. Зайдя в комнату подруги, первым, что бросилось Кири в глаза, было обилие розового цвета. Всё было выполнено с нежностью и аккуратностью. В стену был встроен большой шкаф с одеждой, который переходил в шкафчик для компьютерного стола. Над ним висели небольшого размера телевизор и кондиционер. Напротив была большая кровать. Стена рядом с ней была расписана рисунком трав и тонких деревьев, а на них сидели птички. У кровати лежал пушистый розовый коврик. Она сразу поняла, что такая комната с точностью характеризовала Цирею как спокойного и милого подростка. — Вау, прикольно. Сама дизайн выбирала? — Да, я очень хотела такую комнату, — она завалилась на постель. — Иди ко мне, а то стоишь, как не родная, — рассмеялась Цирея. Кири присела на кровать. — А где твои родители? — Папа на работе, мама тоже. — Твоя мама еще работает? Она же беременна. — Срок еще маленький. Да она у отца работает, так что он рядом всегда. А где твои родители работают? — Мама в центре трудоустройства, а папа в полиции. — А как вы вообще сюда попали? И откуда вы? — Мы с города Форест. Папе предожили перевестись сюда, так как зарплата выше. А деньги лишними не бывают, так что мы переехали в Ава’атлу. — Ты уже обзавелась тут новыми друзьями? — Помимо тебя никого нет. Ну, если не считать Ротхо… — девушка неловко отвела взгляд, а Цирея сразу поднялась с постели. — Ротхо? Когда вы успели познакомиться? — Вчера он кинул мне заявку в друзья и сказал, что хочет дружить. Я нехотя согласилась. — Ого, не ожидала. Но он хороший парень, а как друг так точно. — Надеюсь. Было странно увидеть вечером такое сообщение, если честно. Попросил дать ему шанс. — Не переживай, он оправдает твои надежды, — подруга ободряюще похлопала её по плечу. — Чем займемся? Предлагаю… С первого этажа раздался звук закрывающейся двери. Маршман удивленно оглянулась, прислушалась, а потом сказала: — Думаю, вернулась мама. Я должна вас познакомить! — она схватила Салли за руку и вывела из комнаты. Стоило Маршман показаться на лестнице, как на неё обратились два голубых глаза. — Аонунг? Ты разве не с друзьями? — настороженно спросила Цирея, явно не ждавшая брата так рано. Кири, которая стояла чуть выше и не попадала в его поле зрения, напряглась. Уж кого, а его она тоже не ждала, потому что планировала уйти домой до его прихода. — Стало скучно, поэтому я вернулся, — он поставил свои кроссовки на полочку, а потом заметил чужую обувь. — У нас гости? Глаза младшей сестры забегали из стороны а сторону и она неловко посмотрела наверх, где стояла её одноклассница. Протянув ей руку, она вывела Кири вперед. — Привет, — негромко поздоровалась Салли и помахала рукой. С рук брата выпала сумка и он изумленно оглядел гостью. — Твою мать, Цирея, кого ты привела? Тебе мало её в школе? — Аонунг начал гневаться, что Цирея поняла сразу. — Я была одна дома, а её позвала, потому что мы подруги. Ты же водишь своих друзей, так почему мне нельзя? — она спустилась ниже по ступенькам. — Нашла с кем водиться! — старший брат развел руками в стороны. — Чтобы ноги её тут не было через пять минут. Кири взглянула на Цирею напуганными глазами и не понимала, что ей делать. Безусловно, она знала, что он ей не рад, но не до такой же степени. — Ну нет уж. Хватит над ней измываться, это переходит все рамки! — девятиклассница начала ругаться на брата. Салли спустилась вниз к ней и немного боязливо посмотрела в глаза Аонунга. Тот поймал её взгляд и скривился. — Цирея, я не хочу, чтобы вы ругались. Меня дома ждут братья, мне пора. Но к тебе у меня лишь один вопрос: чем я тебе так не угодила? — она указала пальцем на парня, как бы говоря, что ответа ждет именно от него. — Да ты своим видом меня просто раздражаешь. Маячишь перед глазами, из-за тебя мне выносит мозг девушка. — Но ведь ты сам тогда спровоцировал нашу ссору. Если бы мы разошлись, ничего бы не было! Если ты в обиде за то, что я разлила на твою девушку газировку, то мог так бы и объяснить. — Да мне с тобой говорить противно. Вали отсюда, да поскорее, — Аонунг дернул за ручку двери и призвал девушек закончить диалог, но Цирея разошлась ни на шутку. — Да почему я должна, в конце концов, терпеть твоих друзей и Литу, которые вечно липнут ко мне, а ты не можешь просто молча засесть в комнате, пока мы тут. Мы с Кири не заходили к тебе, не переживай. Я хотела поболтать с ней, как с подругой, а ты лишаешь меня этой возможности! — Послушай меня… — Нет, Аонунг! Твои друзья не мои друзья! Все гонятся за мной, чтобы быть ближе к тебе, из-за чего у меня нет друзей совсем. А она со мной просто так! Это дружба! И она не уйдет. Если ты ещё хоть слово за сегодня скажешь в её адрес, то я расскажу папе. Я не могу уже, — по щеке Циреи скатилась слеза, которую она сразу же смахнула ладошкой. — Пошли, — она схватила Кири за руку и повела на второй этаж. Салли обернулась и увидела, что брат подруги стоит с озадаченным лицом, но стоило ему поймать её взгляд, как он тут же сморщил нос. Кири показала ему язык и отвернулась. «Чёртова хамка, ещё и рожи мне корчит…» — подумал Маршман и зашёл в свою комнату. По правде говоря, он никогда не задумывался над тем, были ли у его сестры настоящие друзья. Их круг общения всегда был общим и состоял он из детей из богатых семей. Он и подумать не мог, что кто-то использовал её, чтобы подлизаться к нему. Она всегда улыбылась, вела себя спокойно — возможно, это и не выдавало её истинных эмоций. Но когда он увидел слезу на её щеке, то ему показалось, будто он оскорбил её. Девочка Салли его сильно бесила, и он правда не понимал истинной причины. Аонунг не исключал, что начало положила Лита, но верить в это не хотелось. Иногда становилось интересно, как Цирея вообще решилась дружить с Кири. Она казалось зашуганой, странной, вечно держалась за братом, да и в целом не хотела общаться ни с кем. Неужели ещё и сестра разглядела в ней то, что видели его друг и девушка, а он — нет? От таких мыслей становилось смешно, поэтому с губ слетела усмешка. Парень вышел на кухню и поставил чайник. Решив, что стоит как-то загладить вину перед младшей, он достал из шкафчика припрятанный торт. «Вообще-то, я хотел сожрать его в гордом одиночестве. Вечно у этих девочек перепады настроения. Ёп, ещё же этой нужно кусочек положить, а то в меня этот торт потом кинут» — Аонунг вздохнул и принялся нарезать сладость. Он сделал чай и уложил все на поднос. Поскольку он не знал, пьет подружаня Циреи чай с сахаром или нет, он ничего не добавил, а просто положил пакетик с ним рядом, и понес наверх. Девушки, тем временем, сидели на кровати. Маршман изливала душу Салли и горько плакала, удобно устроившись у неё на коленях. Она неторпливо гладила голову подруги и старалась её успокоить. Раздался стук в дверь. Брат вошёл без всякого одобрения. Цирея моментально подскочила и принялась наблюдать за его действиями. Он прикатил к кровати журнальный столик и поставил на него поднос. Сначала он протянул тарелку с десертом сестре, а потом Кири. Естественно, без недовольства на лице не обошлось, но он старалася его скрыть. — Тебе сахар не добавлял, вот пакетик — сама насыпешь, — отчеканил он с неприязнью в голосе. — Спасибо, — выдавила из себя Кири. — А где ты торт взял? — шмыгнула Цирея и посмотрела на брата. — В качестве заначки для себя хранил. Ешь и не дуйся, — он потрепал девушку по голове и вышел из комнаты. Кири глянула на подругу и увидела, как та продолжала шмыгать, но уже улыбалась. «Надо же, он и таким бывает. Удивляюсь чудесам природы…» — Тебе тяжело с несколькими братьями? — вдруг спросила девушка. — Есть такое. Знаешь, они вечно творят дичь и обязательно втягивают меня. А если мы ссоримся, то потом миримся сразу. Ну, так было раньше, — ответила Кири и принялась жевать десерт. — Я рада, что твой брат знает, как важны разговоры. Но он всё равно мне не нравится. Маршман рассмеялась. Ей нравилось, как еёподруга сначала говорит что-то хорошее, а потом добавляет немного негатива, потому что выглядит это крайне смешно.

Дома у Салли

Отец закончил уборку в гараже и уехал за мамой, оставив сыновей одних. Ло’ак решил, что сейчас достаточно подходящий момент для того, чтобы поговорить о случившемся. — Паук, Кири сказала, что вы поссорились, — начал средний. Нетейам сразу же обернулся и удивленно глянул на парней. — Опять? Вы что там поделить не можете? — Все нормально, просто бытовуха, — произнес Паук и отмахнулся. — Из-за бытовухи не плачут, ты в курсе? Старший брат выронил из рук какой-то ключ для гаек, который он вертел в руках последние пару минут. — Кири плакала? — он удивлённо посмотрел на них и подошёл ближе. — Что ты ей сказал? — Он решил, что она отдалилась от него, потому что они не родные. Ты сам думаешь о том, что говоришь? Она тебя за брата считает, ты тоже Салли, — Ло’ак недовольно всплеснул рукой и посмотрел на младшего. — Она все время на нервах. — Паук, ты наш брат и мы тебя уважаем, но что бы ты ни думал, не смей доводить Кири до слёз. Твои чувства душат её, ты переусердствовал, — Нетейам сжал его плечо. — Ты либо все забываешь и извиняешься, либо просто начни с ней говорить, иначе я поставлю отца в известность. — Я понял, что совершил ошибку, достаточно, — сказал Паук без всякого желания продолжать диалог, но старший явно не хотел прекращать его. — На неё правда много навалилось и даже дома она не может отдохнуть от этого. Ей хватает Аонунга и его безбашенной девки. — Даже Тук жалко Кири. Ребенок видит, что ей плохо, так почему не видишь ты? Если ты молчишь о том, что она нравится тебе, так не делай из этого проблему, окей? — Ло’ак действительно начал закипать. Нетейам осторожно перевел руку с плеча Паука на его, призывая успокоиться. Тот шумно выдохнул, но замолк. — Я тебя понял. Извините, что так вышло, — ответил Паук и опустил глаза вниз. — Кири это скажешь, а не нам, — средний выдал это с огромным недовольством, а затем развернулся и ушёл в дом. Нетейаму оставалось лишь бесшумно вздохнуть из-за происходящего. — Ты действительно думаешь, что она принимает меня, как брата? Она против того, чтобы я был рядом с ней, потому что есть Ло’ак и Цирея. Но он такой же, как я, а она вообще чужая. Как я себя должен чувствовать? — задал вопрос Паук и прикрыл глаза. — Ло’ак больше нас в курсе ситуации с Аонунгом, а Цирея его сестра. Кири знает, какой ты вспыльчивый, поэтому не хочет, чтобы тебе досталось. Этот Ротхо, его друг, с тобой в классе, он может начать лезть к тебе, — ответил Нетейам. — Тогда почему мы вообще в разных классах? Трудно было нас в один запихать? — Отец сказал, что в их классе было всего два места. Первая параллель вся полная. Не загоняйся из-за этой чепухи, просто учись. — Почему тогда Ло’ака с Кири отправили в один класс, а не меня с ней или с ним? — парень будто с вызовом посмотрел на старшего, а тот и не знал, что сказать, потому что достаточно наврал. — Ты же знаешь, что у них с детства особая связь. Поэтому папа и отправил их вместе. — Да-а, похоже, в этом доме у всех есть связь, кроме меня, — недовольно произнес Паук, — Кири зовет тебя Тейамом, Ло’ака называет Ло; Тук всегда с Кири; девочки видят в тебе защитника; у Ло’ака и Кири крепкие отношения с детства… А я? Что насчёт меня? — Паук, успокойся, — Нетейам поднял ладони вверх и задвигал ими, — тебе правда стоит поговорить с Кири, потому что твоя любовь к ней разрушает тебя, перестань молчать. — Знаешь что, старший брат, — Паук подошел к Салли и ткнул ему пальцем в грудь, — тебе так легко это все говорить, потому что тебя все любят. У тебя буквально нет проблем в семье, ты не приёмный. Хватит давать мне советы, я разберусь сам, — он развернулся и выбежал из гаража. Нетейам устало скатился по стене и сел на корточки. В такие моменты он понимал, что многодетные семьи — это тяжело. Послышался топот, и у двери показалась младшая сестра. Она удивленно посмотрела на брата. — Тетейам, ты чего? — девочка зашла внутрь и подошла к брату. — Тук? — парень поднял голову. — Всё хорошо, не переживай. — Ты тоже грустишь? — Нет, все правда нормально, — он улыбнулся, а сестра взяла в руки его косички. — Кири тоже так говорит, но она плачет, — Туктирей вздохнула. Ей не доставляло радости, когда кто-то из ее семьи был без настроения. — Ты с Пауком поругался? — Просто неудачно поговорили. — Прям как Кири. Братишка Ло’ак зашел домой и хлопнул дверью, он злился. И он неудачно поговорил с ним? — Да, малыш, — старший Салли неловко почесал голову. — Может, мама поможет вам помириться? Если вы боитесь сказать ей, то я могу помочь! — Не нужно, но спасибо. Мы справимся, — Нетейам встал с пола, отряхнцлся и обнял сестру. — Прости, что ты испытываешь грусть из-за нас. — Давай лучше блинчиков напечём? Я обещала Кири, — Тук в ответ обняла брата, а потом потянула домой. — Только, если ты меня научишь, — парень рассмеялся и последовал за ребёнком. — Да! Через пару часов Цирея попрощалась с подругой. Аонунг все это время сидел в своей комнате и не выходил. Когда очередной раз хлопнула дверь, то он показался в коридоре и встретился с младшей сестрой. — Ты ещё обижаешься? — спросил он и облокотился о косяк. — Немного, — призналась девушка. — Но тортик был вкусный, спасибо. Почему ты с Кири поделился? Она же тебе не нравится. — Потому что ты бы тогда меня из дома выгнала, — Маршман закатил глаза и двинулся к ней. — Тебе же какая-то девчонка дороже братца родного. — Не говори так! Просто из-за Литы ты странный. Она точно тебя не приворожила? — Да нет, угомонись, — усмехнулся голубоглазый. — Я правда её люблю. А тебе, кажется, брат этой девчонки приглянулся, да? Цирея в одно мгновение покраснела и закрыла лицо ладонями, перед этим смущенно улыбнувшись. — Так и думал. Ну да, давай ещё породнимся с ними… — Аонунг, они правда хорошие! Тебе бы пообщаться с ними хоть раз и они тебе понравятся, правда! — Такое в мои планы не входит, даже не думай. Я просто хотел извиниться, а ты мне друзей ищещь. Девушка подошла к брату и крепко обняла его. — Ты меня порой очень бесишь, но я правда люблю тебя. Пожалуйста, ограничьтесь просто маленькими перепалками, не ругайтесь так сильно. Ради меня, Аонунг. Он недовольно вздохнул и обнял её в ответ. Соглашаться не хотелось от слова совсем, но делать было нечего, ибо сестра была ему дорога. «Просто не буду при ней что-то говорить этой чудачке, иначе ее приступ схватит»