Достучаться до небес

В это утро Сириус проснулся один. Видимо, Ремус куда-то ушел, не дождавшись его пробуждения. Не торопясь, он вышел из спальни. Вся гостиная была украшена рождественскими гирляндами, игрушками и прочим. На столе стояла небольшая наряженная елка. Сириус не верил своим глазам, должно быть, это просто прекрасный сон, и так не хочется просыпаться. Последний раз так украшали дом, когда Гарри еще был маленьким. После этого Ремус и Сириус ограничивались парой гирлянд, может, статуэткой, рождественским деревом и маленькой искусственной елкой. Но тут все было украшено как на страницах детской книги. Из кухни с подносом с завтраком в руках вышел Ремус. — Ой, любимый, прости, я думал, что ты проснешься позже. Я планировал завтрак в постель принести. — Да ничего, сам удивился, что так рано проснулся. А теперь объясни, почему здесь как будто Санта Клаус взорвался. — Я решил, что было бы неплохо принести немного праздника, ничего особенного. — Да? — Да. А теперь пойдем есть завтрак. Можем пойти в спальню, забраться под одеяло и включить какой-нибудь рождественский фильм. — Прекрасная идея! Мне нравится. — Тогда пошли. Пересмотрев «Один дома», «Кошмар перед Рождеством» они перешли на «Чудо на 34-й улице». — Помнишь, мы этот фильм постоянно смотрели, когда учились. Любимый фильм Лили, а потом уже и всех нас. — Да, ты обычно крал с кухни какао и зефир и приносил нам, благо на Рождество всегда главной была Макгонагалл и никогда тебя не палила. — А помнишь, как один раз твой приступ лунатизма выпал на Рождество? Мы тебя поймали, чтобы не напугать. — И отвели в медицинское крыло, и просидели там вокруг меня, пока Помфри вас не застукала. — Да, для вида пришлось уйти. — Но после этого ты залез ко мне в окно и пролежал со мной до утра. — А потом, когда я услышал шаги Поппи, я прыгнул в окно и подвернул ногу. — И в итоге мы вместе провалялись там все праздничные дни. — Ну хоть на каникулы получилось уехать к тебе домой. Боже, нет, это не может быть явью. Это чудесный сон. Так не хочется просыпаться, так не хочется, чтобы он развеивался. Ведь там ждет печаль. — Единственное, жаль, что весь праздник проходит без Гарри. Лунатик хитро улыбнулся — Подожди, еще не вечер. — Теперь скажи, пожалуйста, почему именно Рождество и именно сейчас? — Тебе надо это знать? — Да. — А я не хочу об этом говорить. — А я хочу. — Ладно! Я хочу отпраздновать Рождество, потому что знаю, что следующие я буду встречать один! Что все последующие рождественские праздники я проведу в гордом одиночестве! Потому что ты, будь ты проклят, чертов Блэк! Ворвался в мою жизнь тридцать лет назад а сейчас медленно уходишь на моих глазах. Я чувствую, как твое время уходит как песок сквозь пальцы. Я хочу хоть один, последний, счастливый праздник. Все?! Этого ты хотел?! Теперь доволен? Ты умираешь, а я остаюсь! Ты умираешь и не переживаешь по поводу этого, даже по поводу того, что я остаюсь один, не переживаешь. Если бы ты согласился на химию, то мы бы встретили вместе твой День рождения, Рождество, Новый год. Но ты, чертов эгоист, решил сдаться! Потому что не хочешь так уходить! — Это ты лицемер и эгоист. Я еще в день, когда мне поставили диагноз, сказал, что можешь идти. А я действительно не хочу уходить в муке. Не хочу прожить еще промежуток времени в вечной агонии. Хочу уйти, находясь в здравом уме и трезвой памяти. Я и так страдаю, таблетки по большей части не помогают нихрена. И я не хочу, чтобы это продолжалось еще дольше. Я задолбался от такой жизни, но и умирать не спешу. Я делаю вид, что мне не страшно, потому что не хочу, чтобы ты страдал от этого. Не хочу, чтобы ты боялся. А мне страшно, да, мне страшно уходить. Потому что даже если ты будешь со мной до конца, уйду я один. Понимаешь? Вы останетесь, а я уйду, куда? Непонятно. Ладно, я на перекур. Сириус отправился на балкон. Сигареты помогали смягчить боль, затуманивая разум. Тлеющий окурок слегка жег пальцы, это было как показатель, что он еще может чувствовать. Что он еще живой. Пока еще живой. А пока вернемся к Люпину. Ремус сидел на диване и думал. Он тонул в беспросветной череде мыслей. «Ему страшно?» «Ему больно?» «Он держится ради меня?» «Он страдает?» «Я эгоист из-за того, что не хочу его отпускать?» «Он боится умирать?» «Он умирает, это факт» «Ему страшно ждать конца?» Ремус заплакал, он сидел, и из глаз его текли слезы. О, какой он эгоист. Как он мог так поступить? Страх. Страх чего? Страх, что останется один. Что Сириус умрет. Ремус не заметил, как к нему подошли и обняли. — Лунатик, я еще не умер. Пока можно не плакать. — Но ты умираешь. Это точно. — Да, точнее некуда. Но я не хочу, чтобы по мне плакали, пока я жив. — Ладно. — На этом и сойдемся. — Тебе страшно? — А может быть по-другому? Всем нам страшно, когда мы стоим на волоске от смерти. Разве не так? — Так. Прости меня, прости, пожалуйста. — Луни, ты ничего не сделал. Все хорошо. Слышишь? Ремус кивнул. — Вот и славно, помнится, у нас еще оставались имбирные печенья. Как тебе идея все-таки досмотреть фильм? — Хорошая идея. Но не успели они ничего сделать, как раздался звонок в дверь. — Кого же это принесло? — Сюрприз! — Луни, если это Санта Клаус в плавках, я тебя стукну подушкой. — Нет, этот сюрприз тебе понравится, я уверен. Сириус пошел открывать дверь. На пороге стояли Гарри, все семейство Уизли, Андромеда, Тед и Тонкс. — Боже, ребята, как вы тут оказались? — Ремус позвонил и сказал, что хочет устроить для тебя рождественскую вечеринку. Вот мы все тут и собрались. — Я вас так люблю! Не стойте на пороге! Правда, увы, праздничной еды у нас особо нет. Только печенье. Молли поставила сумку на стол. — Родной, ты серьезно думал, что я вас оставлю без фирменной запеканки в этот праздник? — Молли, ты лучшая! — Спасибо. Ладно, мальчики, помогайте накрывать на стол! Сириус, а тебя я пока что здесь видеть не хочу, иди отдохни, потом к нам придешь, можешь и Ремуса с собой взять. Они ушли в спальню, пока остальные готовились к празднику. — Луни, ты когда это провернуть успел? — Ну, идея появилась почти сразу, как мы сюда прилетели. Я позвонил им пару дней назад. Они приехали на три дня. Послезавтра уже улетают. — Ого, супер! — Но ты не думай, что это все. У меня есть еще сюрпризы. — Мне начинать тебя бояться? — Нет. — Ладно, я тебе верю. Продолжим просмотр фильма? Через полчаса они вышли к гостям. — Мальчики, давайте за стол. — Молли, повторюсь, ты чудо! Ребята, вы все просто невероятные! — Кузен, ты серьезно думал, что мы оставим тебя без праздника? Тем более Рем нам все подробно расписал. — Мне безумно повезло с мужем! Давайте первый тост за него. — А давайте! Говори. — Ладно, так, порошу минуточку внимания! — он постучал ложкой по стакану. — Я предлагаю тост за нашего любимого Ремуса! Прекрасного товарища и моего любимого мужа, благодаря которому мы тут и собрались. Аминь. Все чокнулись бокалами. Стол ломился от вкусностей. Все разговаривали, шутили, пока Рем не встал и не начал говорить тост. — Предлагаю тост за Сириуса, любимого мужа. — Любимого папу. — Чудесного дядю. — Хорошего друга. — Любимого кузена, так же выжженного с фамильного древа. — И просто прекрасного человека! Все чокнулись бокалами. — Как вам идея пойти под елку и разобрать подарки? — Ребята, ну зачем вы так заморочились? Тем более мне вообще нечего вам подарить! — Да ничего и не надо! — Стойте, у меня есть идея! — Сириус скрылся за дверью спальни и вернулся уже с мешком. -Тадам, вещи не новые, но зато с душой. — Сириус, это же твое! — А на что оно мне? На тот свет ничего не заберешь, все, что Ремусу надо, я оставлю. Так, давайте разбираться. Тонкс, тебе папка с моими нотами и различными наработками. Молли, это книга, куда я всю жизнь записывал интересные рецепты, но заполнена она лишь наполовину, уверен, ты восполнишь пробелы. Так, следующие подарки для Билла и Флер — волчий зуб и веер. Фред и Джордж, вам дарю сборник всех наших мародерских шалостей во времена школы, так как теперь Молли меня не убьет, я могу спокойно вам ее подарить. Андромеда, тебе достается моя кожанка, я помню, ты на нее засматривалась еще в школьные годы. Тед, тебе я дарю несколько фамильных книг семьи Блэк, я не особо знаю, что тут, но по-моему тебе будет интересно. Перси, тебе дарю вот этот дипломат и набор перьев для письма. Раз Чарли не смог приехать, передайте ему эти кожаные перчатки, для работы со зверьми самое то. Рон, Гермиона, теперь вы, смотрите, это парные кольца семьи Блэк, говорят, что на них какая: то магия, которая помогает возлюбленным никогда не расставаться, но сами решайте, верить или нет. Джинни, вам с Гарри я подарок подарю отдельно. Рем, тебе тоже. — Сириус, а это тебе, — Молли протянула ему свитер. Блэк сразу его примерил. — Ого, просто невероятно! Супер! Рем, завещаю, похороните меня в этом свитере. — Сириус. — Спокойно, мы с Ремусом это обсуждали. — Да, он сказал, что если на его похоронах не будет бара и мини гольфа, то он придет к нам в виде кары небесной. — Блэк, тебе сорок лет, а вообще не изменился с школьного времени, — к разговору подключилась Андромеда. —Ой, да он постоянно такое откалывал, помню, стоило Блэкам собраться, так он вечно что-то делал! Один раз он переоделся в розовый костюм с пайетками. Но это еще не все, один раз он вообще в платье пришел. — Прошу отметить, я был сногсшибательным в этом платье! — Никто и не спорит. — Блин, он так однажды на школьный бал пришел. — Ты думаешь, я не помню? Я же всего на два курса старше была! — Так, друзья, у меня для вас небольшой сюрприз. Сириус ушел в спальню и вернулся с гитарой — А теперь концерт по заявкам и без! С чего начнем? — С «Last Christmas»? — А потом «Тихую ночь»! — и «Jingle Bells». — А потом еще что-то вспомним. Все сидели и пели. И никого не смущало, что на улице солнце и +26 градусов. У всех было Рождество. Не важно, какой день на календаре, если любящие друг друга люди собрались вместе.