Агония

7 утра. Я стою напротив городской поликлиники, докуривая сигарету. «Ненавижу больницы», — подумал Юнги, заходя внутрь. Профилактический медосмотр в обязательном порядке проходят студенты 1 и 3 курсов. Я не из тех людей, которые тщательно следят за своим здоровьем, так что слушать очередные нотации от врачей это последнее, чего бы мне хотелось. Но правила есть правила, так что я последовал за своими однокурсниками, также вынужденными проходить медосмотр. — Молодой человек, вам всего 21, а вы уже губите своё здоровье. Подумайте о будущем. Даже не о себе, а о своих будущих детях. Вы должны немедленно бросить курить. — Мне уже 21, и я вправе распоряжаться своей жизнью самостоятельно. Про курение сам знаю, если вам больше нечего добавить — тогда всего доброго, — проронил Юнги и, не дождавшись ответа врача, покинул кабинет. Закончив с осмотром, мне оставалось лишь ждать своих одногруппников, чтобы вместе с ними вернуться в кампус. Я не хотел сидеть на месте, поэтому решил пройтись по коридорам больницы. Сам того не замечая, я забрёл в стационар — место, куда кладут пациентов для госпитализации. Пройдя вдоль тёмного коридора, я услышал знакомую мелодию, доносящуюся из…палаты? Любопытство взяло верх, так что я, недолго думая, пошёл на звук. Найти его источник не представилось сложным: на этаже была всего-лишь одна палата с включённым светом. Дверь была приоткрыта, поэтому я посчитал, что заглянуть туда украдкой не станет чем-то незаконным. Подойдя ближе, я осознал, что та самая знакомая мелодия, которую я услышал, была написана мной же. Бит, который я когда-то продал за копейки, сейчас — полноценная песня. Жизнь, на самом деле, непредсказуемая вещь. Наконец, заглянув в палату, Юнги замер, как статуя, его зрачки расширились, а рот непроизвольно приоткрылся. Изумлённый, он будто увидел…ангела? Незнакомый юноша, находящийся в палате, рассказывал свою историю через танец. Нет, называть это танцем слишком просто. Даже оскорбительно. Вопрос того, почему парень в принципе танцевал, находясь в больнице, отошёл на второй план. Места в палате было немного, но даже такого пространства незнакомцу хватало, чтобы продемонстрировать свои способности. Изящное тело обличало бесконечное количество чувств, понятных лишь самому танцору. Движения были плавными и резкими, широкими и аккуратными, а лицо выражало…тоску? Оторвать взгляд было невозможно. Физически. Одетый во всё белое, парень действительно напоминал ангела. На миг показалось, что у него появились крылья, которые он, в конце своего представления, потерял, пав на землю. Я не сразу осознал, что был замечен незнакомцем, как только тот закончил своё выступление. — Чёрт! Ты меня напугал! Зачем так подсматривать? Ты извращенец, что-ли? — прокричал парень, вздрогнув от удивления. — Я…боже, прости…мне так неловко, — бормотал Юнги, потупив голову, — поверь, у меня не было цели за тобой подглядывать, просто эта песня мне показалась знакомой, так что я пошёл на звук, а потом увидел тебя, и…— попытки всё объяснить больше выглядели как не очень правдоподобные оправдания. — Ты пациент? — Нет, я…я третьекурсник, у нас плановый медосмотр, так что… — А здесь что забыл? — продолжал напирать юноша. Не зная, что ответить, я ещё раз извинился и уже начал было уходить, как вдруг он окликнул меня. Я замер, в ожидании. — Стой, — на секунду замешкавшись, незнакомец продолжил, — у тебя…есть покурить?

***

— Разве тебе это дозволено? — В смысле? — Ты ведь пациент, — отметил я, облокачиваясь на колонну здания больницы, — ещё и танцор. — Не имеет значения, танцор я или нет, курение в любом случае ужасно вредно. Просто…нахождение в этой долбанной клинике выжимает из меня все соки, нужно снять стресс. Вокруг одни бабульки, даже поговорить не с кем. — Почему ты здесь? Парень, после нескольких секунд раздумий, непринуждённо ответил: — Ничего такого. Родители просто помешаны на моём здоровье. При малейшем намёке на простуду кладут в стационар. Я лишь кивнул, поймав себя на том, что уже несколько минут бесстыдно пялюсь на незнакомца: его деликатные черты лица, выразительные глаза и пухлые губы, на которых задержался мой взгляд — поистине стоят того, чтобы их рассматривать. — Где ты учишься? — поинтересовался парень, вырвав меня из мыслей. — Сеульский институт искусств, музыкальный факультет. — Что?! Ты серьезно? — воскликнул юноша, округлив глаза. — А что в этом такого? — в недоумении спросил я. — Я тоже там учусь! На факультете современного танца! — восторженно продолжил парень, — Чёрт, это так круто! У меня есть пара знакомых с музыкального, вы, ребята, такие классные! Кажется, одного звали…Намджун? Ким Намджун? Может, знаешь его? — Знаю…мы, вообще-то, довольно близки. Откуда ты- Фраза была прервана звонком, поступившим на мой телефон. — «Эй, Юнги! Мы уже собираемся уезжать, ты там где? Идёшь?» — послышался голос с другого конца телефона. — Да, я вас сейчас догоню, идите пока вперёд, — ответил я, посмотрев на своего нового знакомого. — Послушай, — начал юноша, — мне не хочется, чтобы кто-то знал о том, что я лежал в стационаре. Я не горю желанием объяснять каждому, почему там был. Давай это будет нашим секретом, ладно? Тем более, меня сегодня выписывают, — улыбнулся парень, протянув мне свой мизинец. Я не мог не заметить, каким крохотным он был в сравнении с моим, учитывая, что сам по себе юноша имел атлетическое телосложение, говорящее о бесконечном количестве часов, проведённых в танцевальном зале. — Ладно, — согласился я, дав обещание молчать. — Тогда ещё увидимся, Юнги. — Да, — остановился я, поняв, что даже не знаю имени своего нового знакомого. — Чимин. Пак Чимин. — Увидимся, Чимин, — сказал я, на самом деле не веря, что встречу его когда либо снова.