Глазами ребенка все выглядит иначе

Саммари: Тони и Пеппер ненадолго сбежали с Базы, и похищение явно не входило в их планы. __________________________________________________________ Рождество незаметно пришло и ушло. Пеппер настояла на том, чтобы они уехали куда-нибудь отдохнуть только вдвоем, так что Тони без проблем нашел очень милый домик в Швейцарских Альпах, где они провели пару недель, катаясь на лыжах, радуя себя разнообразной едой и занимаясь всяческими милашествами перед горящим камином в их комнате. Новый Год они встретили в доме Тони в Дубае, а потом провели пару дней в Калифорнии, вспоминая старые добрые времена. Когда они вернулись обратно на Базу, Тони стал чувствовать себя значительно лучше. Три недели отдыха сотворили с ним настоящие чудеса. У него больше не скручивался в узел желудок, а вес, который он потерял из-за постоянного напряжения, пусть и с трудом, но удалось снова набрать. Его Пеппер была очень мудрой женщиной, и Тони не уставал ей об этом говорить. — Я давно поняла, что тебе нужен перерыв, иначе ты бы просто сломался, — ответила она, целуя его в щеку. — Поэтому я просто сделала это. С тех пор их вылазки стали регулярными, а бывшие Мстители не проявляли больше открытой враждебности, что определенно можно было назвать улучшением их отношений, несмотря на то, что дистанция между ними все еще существовала и терпеть напряжение и натянутость было довольно сложно. Поэтому каждые несколько недель, когда депрессия снова давала о себе знать, когда у Тони начинались проблемы со сном, пропадал аппетит или случалась апатия, Пеппер увозила его с Базы. Иногда это были деловые встречи, а иногда просто путешествия, но Тони в любом случае чувствовал себя виноватым. Но не настолько виноватым, чтобы отказаться. В конце января они отправились в Таиланд, чтобы оценить перспективы расширения бизнеса, а потом провели День Святого Валентина на Мауи. В марте они посетили Испанию и Германию, по большей части посещая только деловые встречи, а в апреле, когда весна по-настоящему добралась до Нью-Йорка, они несколько дней провели в отеле на Манхэттене, ни разу не выбравшись из номера. По крайней мере до утра третьего дня, когда Тони оставил сонную и довольную Пеппер в постели, а сам отправился на поиски одной своей самой любимой вещи. И это определенно было его ошибкой. Все случилось так быстро и глупо, будто было сделано в точности по руководству о похищении людей. Тони, честно говоря, почувствовал отвращение к самому себе за то, что так просто попался. Он вышел из своего любимого кафе на Манхэттене, расположившегося всего в паре кварталов от отеля, когда рядом с ним остановился служебный фургон. Похитителям потребовалось всего три секунды, чтобы схватить Тони и запихнуть его внутрь. Острая боль от укола в шею — вот и все, что он получил перед тем, как потерять сознание. Спустя некоторое время он очнулся с дикой головной болью, привязанный к стулу на каком-то старом складе и окруженный горсткой головорезов с пистолетами. Видимо, клише в этот день следовали за ним по пятам. Тони застонал, поднимая голову и чувствуя боль в шее. Не увидев рядом никого, кто был бы одет в штаны с кричащей надписью “Я тут главнее всех”, он решил подать голос: — Господи, ты мог бы хотя бы заехать за чизбургерами по дороге. Я вообще-то голоден, а выпить кофе мне так и не дали. Хуй ты собачий! — О, он проснулся. Голос раздался у него за спиной, и Тони попытался вытянуть шею, чтобы рассмотреть парня, который, видимо, руководил шоу. — Хуй? Это ты? Один из головорезов подошел ближе и ударил Тони по лицу тыльной стороной ладони. Он почувствовал, как от удара треснула его губа, и тихо выругался. — Ай-яй-яй, мистер Старк. В использовании таких слов нет никакой необходимости. — Ебать тебя во все дыры, — выплюнул Тони, втайне испытывая облегчение от того, что не получил еще один удар. — Но раз уж у нас завязался разговор, то может ты объяснишь мне, почему похитил меня из отпуска, который я проводил со своей идеальной суперсекси невестой? — Так вот почему нам удалось так легко тебя похитить. Мои люди были даже немного встревожены тем, что схватить тебя удалось так просто. — В следующий раз я обязательно усложню им задачу. А если вы предварительно договоритесь обо всем с моим ассистентом, то я могу гарантировать вам действительно отличное шоу. — Сомневаюсь, что в этом будет необходимость. После того как мы здесь закончим, ты мне больше не понадобишься. Пусть Тони и не позволил опасениям или нервозности отразиться на своем лице, это не означало, что он ничего не почувствовал. — Так чего же ты от меня хочешь? Должен признаться, что я вроде как уже не раз ввязывался в эти истории с похищениями, и для плохих парней они заканчивались не очень хорошо. Может быть, тебе стоит переосмыслить свои действия? Раздался тихий смешок, а потом в поле зрения Тони появился мужчина. И выглядел он... словно профессор какого-нибудь захудалого колледжа. Средних лет, с залысиной, в очках и вязаном жилете, который скрывал небольшое пузико. В общем и целом ничем не примечательный мужчина. — Ладно, ты выглядишь поразительно нормальным для злодея. У тебя разве нет костюма или какой-нибудь коронной фразы? — спросил Тони, приподняв бровь. Мужчина улыбнулся. — Во всем этом нет необходимости. Только тем, у кого есть фанаты, нужны костюмы и коронные фразочки. — Если таким образом ты пытался нанести удар по моему альтер-эго, то в следующий раз тебе придется бить сильнее. Похититель снова усмехнулся и обошел Тони по кругу, останавливаясь где-то сзади. Теперь, когда в голове Тони немного прояснилось, он мог слышать тихое жужжание механизмов. Он незаметно проверил стяжки, приковывающие его руки к стулу, но слабых мест не обнаружил. И это безмерно раздражало. Его запястья привязали к спинке стула по отдельности, так что освободить их было бы проблематично. Пока он говорил очередную чушь для отвлечения, то проверил еще и то, как были прикованы его ноги. — Так значит, ты просто очередной психованный злодей этой недели. И каким же будет твой манифест? Лучше скажи сразу, с чем мне придется столкнуться. — Никакого манифеста не будет. Но у меня есть план по улучшению будущего. Тони закатил глаза, но тут же пожалел об этом, поскольку это не сделало головную боль меньше. — Господи, так ты один из этих... Хуй издал странный звук, чем-то напоминающий хихиканье, и все это начало раздражать Тони. — О, уверяю тебя, ничего такого уж драматичного. Я не собираюсь строить лучшее будущее для всех. Оно будет лучшим только для меня. Да уж, ситуацию это явно не спасало, но Тони не собирался об этом говорить. Его губы лишь недовольно скривились, когда он понял, что все стяжки, которыми он был прикован, выдержат любые его попытки вырваться, а у него в данный момент не было никаких инструментов и возможности создать необходимое давление, чтобы разорвать широкие хомуты. — И каков же план? — спросил он, ерзая на своем стуле, чтобы проверить не шатается ли он. Но ему не повезло, так как чертова штука была буквально прикручена к бетонному полу. — Ничего такого, о чем тебе стоило бы беспокоиться. Хотя, я уверен, что твоя гениальность мне бы пригодилась. Вот только я сомневаюсь, что ты согласишься мне помочь. Так что мы будем просто ждать. Именно для этого и нужна приманка. — Приманка? Что ж... должен тебя разочаровать, ведь приманка из меня так себе. Больше хлопот, чем чего-то еще. — Посмотрим. И перестань уже ерзать, тебе все равно не выбраться. Тони еще один раз откровенно дернулся (он терпеть не мог, когда плохие парни указывали ему, что делать) и нисколько не удивился, когда тот же самый головорез, что и раньше, снова его ударил. На этот раз по другой щеке. На секунду Тони показалось, что он увидел звезды. Мощный удар пришелся по скуле, вызывая в голове звенящую боль. Ладно, этого было вполне достаточно, потому что если его голова разболится еще больше, то его просто вырвет на собственные колени. А ему не хотелось прямо сейчас иметь с этим дело. _________________________________________________________________ Время тянулось мучительно медленно. Испытывая скуку, голод и жажду, а еще чувствуя полную неспособность удержать себя от насмешек над психом за своей спиной и его головорезами, Тони считал этот день откровенно плохим. Под его глазами явно наливались синяки, а разбитая губа распухла и отдавалась жуткой болью при каждом движении. На его лице была пара порезов, один из которых находился прямо над бровью, и кровь из него падала густыми каплями на ресницы, что тоже не добавляло приятности всему происходящему. А еще Тони чувствовал липкое пятно на своей шее, где текла кровь из пореза на щеке, пачкая его рубашку. Ах, да, возможно, у него были сломаны одно или два ребра из-за того, что один из головорезов не смог устоять на месте, когда Тони не слишком лестно отозвался о его матери. Определенно плохой день. — Есть ли хоть какой-то шанс ускорить то, что ты там для себя придумал? — спросил Тони, понимая, что с момента их последнего разговора прошло уже довольно много времени (в функции головорезов разговоры не входили, их работой было стоять рядом с пистолетами и выглядеть при этом угрожающе). Псих в вязанном жилете тихо фыркнул. — О, поверь, я не совершу ошибку, вложив в твои руки инструменты, Старк. В этом нет никакой необходимости, потому что все, что мне от тебя нужно — это всего лишь твое присутствие. — Ах, да, я ведь для тебя просто приманка, верно? Не буду врать, но я вроде как чувствую себя больше заложником, а не приманкой. — Полагаю, что тебя можно назвать и тем и другим. Все будет зависеть от того, как все сложится дальше. Но, думаю, ты и сам все прекрасно понимаешь. — Мне частенько говорят, что я не слишком понятливый. И мне не дает покоя тот факт, что я не раз видел, чем подобные ситуации обычно заканчиваются для приманок или заложников. Какие у тебя планы на мой счет? Собираешься меня убить, если того потребует ситуация? — О, не думаю, что до этого дойдет, — голос психа звучал так, будто он улыбался. — У тебя есть друзья, занимающие довольно высокие посты, и они скоро появятся, чтобы спасти тебя. — Ты говоришь про Мстителей? — Тони даже не пытался скрыть язвительность в своем голосе. — Или про то, что от них осталось? В любом случае, они за мной не придут. Даже если бы мы до сих пор были одной командой, они бы все равно за мной не пришли. Со стороны психа раздалось еще одно фырканье, а тон, которым были сказаны его слова, был пропитан превосходством. — Ну конечно, ты бы именно так и сказал. Надеешься убаюкать меня чувством ложной безопасности? Тони фыркнул в ответ. — Зачем бы мне это делать? Я просто говорю правду. Брюс Беннер пропал, и мы даже не знаем на этой ли он планете вообще. Тор вечно где-то пропадает, а Черная вдова, Соколиный глаз и Капитан Америка стали изгоями. Может, они и вернулись домой, но мы больше не друзья. Мы больше не команда. Мстителей не существует, и даже если они находятся рядом со мной, то им искренне наплевать на то, жив я или мертв. Уверен, что они были бы более чем счастливы услышать, что меня похитили или даже убили, так что не возлагай слишком большие надежды на свои планы. Я и раньше-то ничего для них не значил, а сейчас все стало только еще хуже. Хуй какое-то время молчал, будто слова Тони его удивили. — Это... всего лишь твой взгляд на ситуацию, верно? — Те люди, которых раньше называли Мстителями, за мной не придут, — прямо сказал Тони, жалея о том, что не может посмотреть в глаза потенциальному злодею, чтобы тот мог убедиться в правдивости этих слов. — В последний раз, когда мы собрались вместе, будучи командой, Стив Роджерс едва не убил меня вместе со своим приятелем-киборгом с промытыми мозгами, а потом просто бросил умирать. Наташа Романофф посоветовала мне быть осторожнее, а потом предала, присоединяясь к нему. Клинт Бартон обвинил меня во всех своих грехах, хотя действовал он по собственной воле, а не по моей указке. Они вернулись на родину только потому, что я подергал за нужные ниточки и сделал все возможное, чтобы их оправдали, но это не сделало нас командой. Мы просто люди, связанные общим прошлым и изо всех сил пытающиеся избегать друг друга. Так что они не придут за мной. Они не станут меня спасать. И никак не отреагируют, даже если узнают, что я умер. — Возможно, нам удастся увидеть, как сильно ты ошибаешься, — задумчиво пробормотал Хуй и, судя по раздавшимся звукам, что-то напечатал на клавиатуре. — В конце концов, герои никогда не меняются. — Конечно. Продолжай убеждать себя в этом, — горько и совсем безрадостно рассмеялся Тони.