Поле одуванчиков

      Стоило Даре услышать гудки, как она ощутила, что к горлу начал подбираться ком, напоминавший ей о том, что, решив не сопротивляться, она, возможно, ставит в опасность и себя и Айну. Но смирившись с этим склизким чувством, она просто старалась не мешать Путеводному. В конце концов это говорил Денис, а ему она доверяла. Когда звонок Айне был завершен, из кармана он вытащил складной швейцарский нож. Глядя на его красную ручку, Дара сразу подметила, что это оружие никак не могло принадлежать учителю, слишком уж аккуратное и изысканное. Еле проглотив свое беспокойство, Дара ощутила, как свободной рукой мужчина раскрыл нож, и холодная поверхность металла оказалась прямо у ее шеи. Кожей она ощущала холодное дыхание мужчины за спиной и острую поверхность оружия. – Не беспокойся, если твоя подруга сделает правильный выбор, ты не пострадаешь. Будешь дергаться – запачкаешь кровью пол.       Тогда Дара даже не слышала, что он говорил, земля будто уходила из-под ног и она старалась не упасть. В момент, когда глаза смыкались, ей хотелось исчезнуть или проснуться на следующий день. Ожидание было самым отвратительным в этом во всем. В школе было так тихо, что она слышала учащенное сердцебиение нападавшего, отчего ее сердце замирало, будто ожидая того, что в любой момент лезвие может оказаться слишком близко. – Хорошо. Сейчас у нас есть дельце. Медленно мы двигаемся к выходу, непослушание может закончиться тем, что тебе кинут нож в спину, – прошептал мужчина. Сглотнув, она последовала движениям мужчины.       «Кажется, я в любом случае погибну в свои 17» – крутилось в голове девушки, пока в захвате они перемещались по коридор. Страх сковывал ее настолько, что она боялась не так вдохнуть, шаги были мелкими и частыми. Оказавшись в центральной части второго этажа, Дара заметила того, кого видела всего день назад. Того, с кем смеялась вчера за одним столом. Санжар, лицо которого было усеяно синяками, держал в своих руках буквально чужую жизнь, а день назад он рассказывал бессмысленные шутки и смеялся, будто сегодня никогда не наступит. Он удерживал Саяна, руки которого были связаны кожаным ремнем.       От всей картины: смирившегося друга, предателя, его удерживавшего у Дары сжималось сердце. Ее слезы капали прямо на рубашку учителя, почувствовав это, учитель рассмеялся. А Санжар продолжал отводить взгляд от Саяна, которого десять минут назад связал. Он не хотел этого делать, и даже понимал, что это неправильно, и даже был на стороне Айны, но не мог пойти против системы. У него было своей воли.       Сложнее всего в этом деле было – поймать момент, когда школьник был в одиночестве. Хоть он и оказывал дикое сопротивление сначала, это казалось пустяком. Перебороть свое нежелание причинять кому-то боль было тяжело, но желание жить было превыше всего. Потому, когда с чувствами было покончено, Санжар уже не боялся ударять голову ни в чем не виновного человека о стены и уклоняться от ударов. Пару раз он все-таки позволил себя задеть, только чтобы потом его не мучила совесть. В целом он уже ничего не чувствовал после того, как всю ночь готовился к исполнению плана и с утра, пока никого еще не было в школе, ломал камеры на втором этаже. Осознание того, что каждый из тех, кто сейчас находится в школе, просто хочет выжить, давало ему повод не считать себя ужасным человеком. Уже было не важно, как выживать.       Прошло больше десяти минут с момента, как Дара поднялась на второй этаж. Денис уже начинал нервничать, сложив пальцы в замок, он поставил локти на дергающиеся колени. Успокаивая себя тем, что классный руководитель пообещал, не вмешивать в дело Дару, он продолжал ждать, словно идиот. Вдруг парадная дверь захлопнулась с шумом, что заставило его вынырнуть из своих мыслей. – Айна! Что происходит? Почему ты вернулась? – Схватив одноклассницу за объемный рукав куртки, обеспокоенно спросил Денис, видя, что девушка торопилась, как никогда. –Дара в кабинете с психопатом, а ты тут штаны протираешь! – Хмурясь, одноклассница грубо толкнула парня, стоявшего на пути. Зрачки Дениса увеличились от осознания, что что-то действительно могло произойти. Молодой человек хотел было броситься на второй этаж, но Айна его остановила, крикнув: –Звони в скорую. Поднимайся только после того, как услышишь крик. Если нет, то просто беги к нам, когда приедет полиция.       Айна бежала на спасение Дары, готовая на все, только бы подруга жила, ведь та безумно этого хотела. Чувствуя, как ноги замедляются, Айна пыталась взять себя в руки и перебороть внутренний страх. Волосы закрывали обзор, попадая прямо в глаза, но было уже не важно. Первым делом она заглянула в кабинет, но он оказался пустым, поэтому она продолжила бежать, пока не наткнулась на Учителя. Пройдя чуть дальше, она увидела пистолет в руках своего друга. Дуло было направлено прямо в голову Саяна, потерявшему сознание. Секунда, когда она встретилась взглядом с пустыми глазами Санжара, показалась вечностью. Пальцы, сжатые в кулаки, медленно выпрямились. Мысли начинали путаться, но вида ослабевшей Дары хватило, чтобы Айна пришла в себя.       Сжав зубы, она прошла ближе к центру. Солнце скрылось за облаками, и холодный свет падал на бледное лицо Дары, которое уже не выражало никаких чувств. Тогда как губы психа сложились в отвратительную ухмылку. Как только они встретились взглядами с виновником этой драмы, пистолет упал на паркет, по которому пролетел до ног Айны. Смотря на него, девушка начала чувствовать, как зубы начинали ударяться друг об друга. – У тебя есть выбор. Хочу, чтобы ты узнала, что за чувство испытываешь, когда касаешься чьей-то судьбы. Выбирай, кому не проснуться завтра. Выстрелишь в меня, девчонка умрет, –оскалившись во все 33 зуба, говорил псих.       Дыхание Дары резко стало прерывистым, а пульс подскочил за сто ударов в минуту. Слезы снова проскальзывали по щекам и заставляли белый рукав учителя мокнуть. Санжар тяжело выдохнул, вероятно, он немного побледнел, но серьезное выражение не сошло с его лица. В свете холодного мартовского солнца свежие красноватые синяки выделялись на коже более явно. Недолго поглядев на них, Айна, кажется, начала придумывать план действий, она опустилась на колени.              Подобрав оружие с пола, Айна прицелилась. Направив дуло на предателя, она заметила, как он перевел на нее взгляд и резко опустила руку. Злость, разочарование и решимость заставили кровь вскипать. Сжав челюсти до боли, она сделал глубокий вдох, но лишь продолжала смотреть на опущенное дуло. Затем с тяжелым вздохом, подняла оружие. Руки очень тряслись, подметив это, мужчина довольно ухмыльнулся. Но все же прижал нож ближе к шее Дары. Девушка всхлипнула от резкой боли. Это заставило Айну очнуться.       После недолгого обдумывания и разглядывания каждого, кто находился в холле, коротко стриженная девушка все-таки сделала выстрел, за которым последовал крик Дары. Затем прозвучал еще один. – Я не могу решать, кому жить, – это стало последней фразой, которую услышал Псих. Возможно, из-за этого на его лице навсегда застыла гримаса боли. ***       Услышав крики сверху, Денис помчался на звук. Прибежав на место, где только что произошло самое отвратительное действо, он чуть было не потерял равновесие. Пахло кровью, а вид на искалеченные тела, вводил в ужас. Дара сидела на коленях, опустив голову над телом Айны. Правой рукой она держалась за запястье одноклассницы, вероятно, проверяя ее пульс. Она не обращала никакого внимания на то, как Денис подошел ближе и даже опустился на колени, чтобы взглянуть на ранение.       Тогда в голове он молился, что машина, подъехавшая с сиреной к школе, была скорой помощью. За время, пока он бежал, Санжар успел скрыться, поэтому на месте лежало четверо, все были ранены. Дара все еще не выходила из шокового состояния. Когда он обнял ее, чтобы успокоить, она вздрогнула. И уже мог сдерживать свои слезы. Так они и застыли не в состоянии сказать друг другу ни слова, слушая всхлипывания и топот со стороны лестницы.       Тела Айны и Учителя на носилках были доставлены в машину скорой помощи. А в холле начала собираться толпа зевак, привлеченных сиреной. Касым, которому первым делом позвонил Денис, тоже ждал Дару. Заметив ребят, спустившихся со второго этажа, он бросился к сестре. Посмотрев следы крови на одежде и шее сестренки и ее тяжелый взгляд, он побежал за ее вещами и собрался сам довести ее до больницы. И пока они ждали на первом этаже, Дара прошептала Денису: «Он назвал меня главной, из-за того, что я на самом деле восьмая. Ты ведь это знал.». После чего его лицо побледнело, и он прикрыл рот рукой. ***       В это время Зарип корпел над учебниками. У него оставался лишь один шанс исправить свою оценку по физике, которая больше всего пострадала из-за занятости в деле Путеводного. Потому его лишили телефона до тех пор, пока он не сдаст устный зачет. Так он и проснулся, на стуле около письменного стола. Солнечные лучи, мягко падающие на глаза молодому человеку, заставили его решить, что он опаздывает в школу, а потому что телефона не было рядом, Зарип пропустил будильник. Но когда он забежал на кухню, чтобы взять себе бутерброд, он обнаружил родителей поникшими над столом. Почему-то первая мысль, пришедшая в голову парня, была о чьей-то смерти. В первую очередь парень решил, что что-то произошло с бабушкой. Но его сердце все равно дрогнуло на секунду.       Заметив запыхавшегося сына, родители подняли глаза на него. Мать сразу же расплакалась, а отец погладил жену по спине. Ни сказав ни слова, Зарина вернула сыну телефон. Разблокировав его и заметив количество сообщений в чатах одноклассников, учителей и простых сообщений от разных незнакомцев, Зарип чуть было выронил его. Первое сообщение, попавшее на глаза, было соболезнованием от Саяна. Сначала он решил, что это какая-то шутка, но прочитав сообщения несколько чатов, обсуждения ребят со школы, оповещений о том, что линейка отменяется, и школа на время расследования закрывается, он понял, что за дверью напротив никогда не встретит подругу детства.       Тогда дыхание подхватило, и беззвучно роняя слезы, Зарип застыл в проходе на кухню. Через минуту он оказался в объятиях матери, к которой вскоре присоединился отец, обычно ругавший сына за излишнее проявление чувств. Но даже это тепло не смогло облегчить эту боль. Наоборот, слезы быстрее капали с подбородка и падали прямо на ноги. Дыхание сбилось, воздуха не хватало. В голове никак не укладывалось, что это произошло.       После он сел кровать в своей комнате, и глядя на фотографию на своем столе снова расплакался. В этот раз уже осознано, чувствуя покалывания в сердце, как слезы смешиваются с соплями, как дыхание сбивается. Временами он уже не мог сдерживаться и начинал кричать, когда в голове мелькали воспоминания о той, с которой он прожил почти всю свою жизнь. Сердце будто разрывалось на части. До конца он так и не мог осознать всю тяжесть потери. Не мог смириться и принять тот факт, что жизнь его единственного друга вчера оборвалась. В душе теплилась надежда на то, что все это всего лишь плохой сон, что в дверь постучатся и Айна зайдет к ним, сказав, что это просто шутка.       Встав с кровати, он подошел к столу и, взяв в руки рамку с фотографией двоих своих друзей, он вспомнил, что Санжар вчера так и не вернулся домой. После вопросов о сожителе родители снова опустили головы, тогда молодой человек решил оставить семью и самостоятельно выяснить, что же произошло. Снова залез в интернет, но хотел было бросить телефон в стену, заметив, что самой горячей новостью является убийство учителя школьницей, которая еще и совершила самоубийство. Кровь вскипала от осознания того, что из смерти человека сделали поводом для обсуждения. Пролистнув страницу поиска, он увидел другую новость о другом убийстве в его городе.       Как оказалось Санжара застрелили ночью, когда он пытался купить билеты в столицу. Его связь с произошедшим в школе была установлена благодаря записке, которую оставил убийца. Она гласила: «Смерть единственный выход для предателей». После прочтения статьи о школьном инциденте, он понял, что Санжар действительно предал их. И в это было сложно поверить, человек, который ночевал с ним в одной комнате, днем помогал убийце своей подруги. Вероятно, вечером, когда они вместе смеялись, он уже знал об этом плане. Он притворялся счастливым слишком умело. Прошлым вечером Зарипу казалось, что Санжар изменился, что он впервые был честен с ним. Думал, что они продолжат общаться, как это было раньше, что когда-нибудь он сможет рассказать, как он ввязался в дела учителя. Но в итоге это стал их последним днем, проведенным вместе.       Сложно ли ему было принять решение остаться на другой стороне? Больно ли было смотреть на смерть подруги?       Слезы уже было невозможно остановить, снова вернувшись в свою комнату, он вынул ту фотографию, и решил больше на нее не смотреть. Ноги уже не были в состоянии держать его, поэтому он опустился на кровать. Впервые он почувствовал то одиночество, что причиняет боль. Понимание того, что в один день он потерял обоих своих близких друзей, будто вонзилось прямо в грудь. От несправедливости хотелось кричать, рыдать в голос. Но это не могло вернуть тех, кого уже нет. Ему хотелось верить, что после смерти люди и правда куда-то попадают. Он надеялся, что Санжар расскажет хотя бы Айне, почему так поступил.       Чтобы хоть как-то избавиться от тяжести на душе, Зарип взял в руки телефон. По привычке пальца нажали на иконку мессенджера. Он сам не заметил, как пролистнул чаты, с непрочитанными сообщениями, и увидел, что Айна отправила ему аудиосообщение. Она отправила ему в полчетвертого за двадцать минут до своей смерти. Руки внезапно задрожали, и парень выронил телефон на кровать экраном вниз, и почему-то запись сама воспроизвелась. Было отчетливо слышно, как ветер бьет по микрофону, и что девушка бежит, из-за ее частого дыхания и звука ветра, бьющего по динамикам.       «Привет, мистер зануда. Понятия не имею как, но кажется псих прорвался в школу и держит в заложниках Дару. Я не знаю, что может произойти, но ты меня не теряй. Я на пути в школу, чтобы разобраться с этим идиотом. Хах. Он и не знает, с кем связался. Если ты неподалеку, может, заглянешь, чтобы узреть, как восемнадцатилетка разбирается с опасным мужиком. Черт, ты не онлайн. Если ты не послушаешь это в течение часа, я удалю сообщение, если нет, то используй его как доказательство полиции. Кто знает, что может про… кха да не может со мной что-то случиться. В любом случае, я уже добежала. Пока!» Стоило дослушать до последнего слова, как слезы оказались на чехле телефона. С носа потекла жидкость, а грудную клетку, будто, поместили в тиски. Сжимая кулаки до побледнения, Зарип избивал подушку. В конце концов это были последние слова, которые он от нее услышал, уже после ее гибели. Думая лишь о том, что мог бы предотвратить смерть своей сильной подруги, он продолжал бороться сам с собой.       «Почему это должно было случиться именно вчера» – сжав твердые пряди, свисавшие на лоб, спрашивал небеса Зарип. ***       Сидя в одиночестве, Дара вспоминала, как Айна выстрелила себе в плечо, лишь поморщившись от боли. Псих отвлекся на мысли о своем превосходстве, заметив кровавый след на рубашке своей ученицы, поэтому, не долго целясь, она сделала выстрел. Заметив неповиновение, мужчина достал нож из кармана. До того, как Айна, наконец, попала в голову учителя, он успешно бросил нож, который вошел прямо в брюшную полость. В этот момент Айна, ощутив адскую боль, перегнулась, схватившись за живот. Ее лицо застыло в беззвучном крике, белая рубашка быстро впитывала кровь, в то время как кожа все сильнее бледнела. Послышался лязг от ножа, выпавшего из рук Айны.       Дара, которая находилась в его руках в этот момент, навсегда запомнила то ощущение, когда теплая кровь, скатываясь по шее мужчины, оказывалась прямо на ее рубашке. Вместе с телом она упала на протертый паркет. С этого момента она запомнила происходившее по секундам. Резко вырвавшись из тяжелых рук, Дара подбежала к Айне, которая, держась за рану, снова пыталась взяться за оружие, чтобы еще раз выстрелить. Ее руки уже были покрыты кровью, она ослабела и так и не смогла пошевелиться.       Глядя на ладонь, которой она пыталась остановить кровотечение, она произнесла слова, которые из раза в раз повторялись потом в голове Дары: «Может, все это было зря. Но ни в чем не вини себя». Должно быть, она хотела сказать что-то еще, но потеряла сознание. И только после этого с ее глаз пролились две слезы. Как ни странно, на ее лице не было следов боли, оно казалось спокойным и мирным.       О смерти Айны она узнала лишь под утро от Дениса, позвонившего из-за бессонницы. Девушка в тот момент также не могла заснуть, не в состоянии прекратить плакать, она думала, что найдет в его словах успокоение. Но вместо этого, он начал рыдать вместе с девушкой, которая от шока потеряла способность говорить. Так до самого подъема Дара слушала шмыганья Дениса, не переставая думать о последних минутах жизни человека, отдавшего за нее свою жизнь.