химера на надгробном памятнике

что остается после меня? цветы – весной, кукушка – в горах и листья клена – осенью. Рёкан

глава первая и последняя

музыка ветра проносится по веранде, отдаваясь эхом от влажной древесины. голые пятки поглаживает уставший ковер, шипящий ворсинками и зеленеющий с попаданием на него солнца. но пока вместо солнца молочные тучи, заволокшие и небо, и глаза, и душу. и лес. небо отплакало свое, поморосив чутка дождем, и быстро утерев сопливый нос кронами деревьев. теперь и с них капает. несмотря на общую влажность, в веранде тепло. старый ловец снов прогибается под тяжестью кошмаров, запутавшихся в его нитях, а диван прогибается под весом Хёнджина, растекшегося на нём подобно мороженому. пасмурность сражается с теплым жёлтым светом от гирлянды в виде звёздочек, и проигрывает. а потому, светлые волосы парня буквально светились медовыми отливами. хочется мёда. пораскинуть мозгами аж до крови на стенах, вот чего ещё хочется. возвращение в дом детства открывает старые воспоминания с запахом чабреца и старые раны, с липким мёдом внутри. все такое... обычное? все прямо как надо, как обычно, как было раньше. всегда интересно возвращаться в место которое не поменялось, но когда поменялся ты сам. но странно, очень щекотно и странно. ни бабушки, ни старого велосипеда, ни пионов во дворе, ни... -Феликс? - свой собстаенный голос кажется Хёнджину чужим. музыка ветра теперь звучит громче, настойчивее, влезая под корку мозга и веки. запах леса неожиданно пробивает нос, вгрызаясь в лёгкие. запах лилий не спутать ни с чем, слишком знакомый, слишком родной. парень резко поднимается и вырывается из меланхоличных объятий дивана, лихорадочно осматриваясь вокруг. на веранде пусто. он не теряет надежды, закрывает глаза, крутится вокруг своей оси три раза и хлопает в ладоши. -Феликс? - повторный вопрос в никуда. и снова тишина. неужели показалось? -Джинни!, -шёпот раздаётся за спиной, со стороны окон, заляпанных небесными слезами, - я тут. и шёпот этот похож на шуршание листьев под ногами или на моросящий дождь , кому что приятнее. крахмальная скатерть дождя принимает Хёнджина в свои объятья, когда тот выходит на задний двор. Феликс делает то же самое что и дождь, накрывая невесомыми объятьями плечи. одним лишь взглядом, он торгует шрамами и убегает по прериями, вслед за стадами овец. и Хёнджин вновь теряется. -но почему ты..., - осекается, вспоминая что тут главное без вопросов, если не хочешь дикобраза под солнечное сплетение, - сегодняшний день возврату и обмену не подлежит. -хорошо думаешь, слова потом, всё суета - все ещё тихий полушёпот. светлые волосы Феликса падают на лицо, прикрывая заговорщески блестящие глаза и взрыв из веснушек, задевших даже мир вокруг. так и появились божьи коровки, - дай руку. -рука, протянутая вперед с раскрытой ладонью - знак повиновения и покорности, - констатирует парень, все таки берясь за предложенную руку и возможность. и понеслись души по трубам-веткам. кроны деревьев моментально сомкнулись на головами, а веранда с вредным ковриком осталась позади. пятки давят зелёную мокрость травы, деревья раступаются танцуя, лишь старые сосны спят молчаливо, лягушки снисходительно смотрят из своих укрытий. наверняка думают что то вроде: понаехали, тьфу на вас. в лёгкие ещё настойчивее вбивается запах лесной мокрой земли, перегноя, и искренности, поселившейся за ушами. может деревья такие большие, а может это Хёнджин, уменьшается в размерах пока бежит, держась за руку как за последнюю надежду. последнюю надежду. они петляют, заходя все глубже в лес, влетая с разбега в объятья дикой зелени. ✧✧✧ -давай построим здесь дом, - Феликс облизывает ложку от остатков йогурта, его любимого, с клубничными шариками, - среди дружелюбных лесов. -тут все что казалось тебе сном, - отпивает из кружки Хёнджин, горячий чай приятно обжигает горло. руки беспечно перебирают травинки, с листьев деревьев меланхолично капает. -Нам, - поправляет его Феликс. -Нам. цветов полыхающий сад окружил мальчиков, совсем юных, чтобы быть похожими на взрослых. анютины глазки, лилии, розы... эти цветы заполонили все свободное пространство вокруг небольшой полянки, выглядещей более свежо, чем остальная часть леса. кусты и кроны дышат волшебством. птицы сказали что хотят крови, и крошат клюквой над головой, танцуя какой то свой первородный танец. наверное это они и вызвали дождь. Феликс в полудрёме лежит в рукавах свитера Хенджина. их сердца открыты дождю и прячутся от солнца. главное что в этих объятьях им тепло. главное что в этих объятьях они хранят нежность. меж пальцев Феликса, похожая на самокрутку или шуруп, кому как роднее, крутится маргаритка. мама хотела назвать Феликса Маргаритой, если бы родилась девочка. но родилась душа в цветах. отчаянно вопит кукушка. ручьями лучами плескает закат. -ветер за дубом утих, - подаёт голос Хёнджин, крепче обнимая, пока сумерки ещё не начали сгущаться, хоть звёзды уже и разгуливают по лесу. -давай построим здесь дом, - не унимался Феликс, тыкаясь холодным носом глубже под кофту, куда то под рёбра к Хёнджину, где рядом на запястье ютилась бабочка-браслет. -среди дружелюбных лесов? -это вопрос, - без укоризны. -прости, - с искренним раскаянием. -суть вообще не в этом, впрочем без этого нам до сути не добраться. -мы доберёмся? -это снова вопрос. -снова прости. -суета сует, сказал екклесиаст, суета сует, - все суета. снова тишина, нарушаемая биением в унисон сердец, пением сверчков, и отчаянными криками кукушки. ветер за дубом все ещё молчит, а клён сбрасывает листья. -я то тебя простил, простил ли ты меня? -это вопрос, - Хёнджин слегка хихикнул, пуская вибрации по всему свитеру, - я тебя уже давно простил. -я рад. -тогда, - голос Хёнджина неожиданно стал более решительным и отчаянным,, - давай же построим здесь дом! среди дружелюбных лесов... давай же построим!, - дымка тумана постепенно заволокла и замылила глаза, знакомый силуэт стал расплываться, - хотя... хотя, ты хотя бы звони... печальные глаза Феликса окончательно потеряли четкость, а кукушка кажется расклевала уши, добравшись до мозга. ✧✧✧ ажурные резные облака пропускают рассветные лучи-ножи солнца, пробивающиеся сквозь окна веранды. старый ловец снов прогибается под тяжестью кошмаров, запутавшихся в его нитях, а диван прогибается под весом Хёнджина, растекшегося на нём подобно мороженому. глаза разлепляются с трудом, опухшие от слез и неудобного положения. но он все таки распахивает их с трудом, спешно осматриваясь вокруг. тишина. ноги замёрзли так сильно, что пошевелить ими становится испытанием. на ступнях чувствуется влажность и запах травы. лёгкий сквозняк теребит бумагу на рабочем столе, и ему наконец удается подбросить пару листочков в воздух. сквозняк весело играется, Хёнджин пасмурно и слегка отстранённо наблюдает, все никак не проснувшись. один из листков, заметно сильно потрёпанный жизнью и временем, планирует тому на коленку, и гласит: ПОМОГИТЕ НАЙТИ РЕБЕНКА имя: Ли Феликс, рост 156, возраст 12 лет. приметы: На вид щупленький, светловолосый, весь в веснушках. Последний раз видели в шортах и вязанном свитере, примерно рядом с восточным лесом... звонить по номеру: ...