Взрослые травмы

И ровно тысячу лет мы просыпаемся вместе Даже если уснули в разных местах Мы идём ставить кофе под Элвиса Пресли Кофе сбежал под Propellerheads, ах "Мое сердце" Сплин Удивительно, насколько сильно люди могут влиять на нас, ведь отсутствие всего одного человека может вогнать в депрессию и ужасную тоску, а его присутствие сделает самым счастливым на земле и натянет на лице улыбку до самых ушей. Еще три месяца назад Ксения и представить не могла, что будет каждый вечер ждать звонка от Михаила, на тот момент для нее он был просто Горшок-необычный экспрессивный солист группы ее детства, о большем никто и не думал мечтать. А теперь все иначе. Почти месяц они созванивались, перебрасывались короткими сообщениями. Когда Миша был в городе, всегда встречал после пар и провожал до дома. Ксения же старалась присутствовать на всех репетициях, если даже стояла не ее смена и не было занятий. Видеться почти каждый день вошло в привычку.Делиться незначительными новостями, впечатлениями, планами и прочим стало необходимостью. Сами того не осознавая, они стали друг для друга горящим маяком, на свет которого идут потерявшиеся корабли.Находясь в Питере, Миша звонил при любой возможности.В минуты, когда особо хотелось сорваться, расслабиться, забыться, послать всех и все к чертям, солист вспоминал ее руки, берущие его в знак поддержки, глаза, добрые и светлые, и смех…всё бы отдал, чтобы слышать его снова и снова. С ней он чувствовал давно потерянный покой. Как будто новая зависимость, только без вреда для здоровья и смертельного исхода. Ксения с головой ушла в учебу, чтобы избавиться от навязчивых мыслей. Кофе и таблетки не спасали, а только увеличивали их количество. Они словно мухи мельтешили в голове, не давая спокойно выдохнуть. Ксюша который раз говорила себе, что надо сходить снова провериться и завязывать с антидепрессантами. Другая половина боялась вернуться к состоянию, из которого пыталась вылезти вот уже год. Поэтому все шло своим чередом: поход к врачу откладывался, таблетки продолжали приниматься, а зависимость медленно росла. *** -Студенты, напоминаю вам о следующем экзамене, который пройдёт в эту пятницу, -делала объявление куратор группы Татьяна Николаевна.-И не забывайте про концерт. Учёба учебой, но и отдыхать тоже нужно. Аудитория загудела. Сессия отнимала все силы и желание куда-либо идти. Мало кто рассчитывал на полную сдачу, поэтому никто не готовил какой-нибудь номер от группы. Тем более последний курс, всем плевать, студенты просто плыли по течению, приближаясь медленно, но верно к выпуску. Кто-то радовался, наконец-то можно забыть про нудные пары, устроиться по профессии и налаживать жизнь. Ксения же не понимала что чувствует. Вроде и радостно, одновременно и страшно, неизвестность пугала и заставляла притормозить. Стать хорошим журналистом было ее мечтой детства, а когда почти приблизился к ее осуществлению, пробирал страх перед будущим. Что будет дальше и куда приведет? -Гребенщикова, ты же сыграешь? -А? -под ворохом своих раздумий Ксюша не услышала тему разговора и не сразу отреагировала на вопрос.-Что сыграю? -Ты слушала вообще о чем мы говорили? -спросила темненькая девчонка, которая перевелась в их группу в этом году, но уже заделалась в активисты.-Ребята сказали, что ты умеешь играть на гитаре и фортепиано и на первом курсе выступала. -И…Вы предлагаете мне сыграть и в этом году? -до нее дошло что от нее требуется. Включилась сразу же стадия отрицания. -Да. А больше некому. И осталось то 2 недели, -продолжила та же темноволосая, Ирина, вроде бы. -Круто, только я пас. Мне к экзаменам надо готовиться и я работаю, -закончив для себя разговор, Ксения начала складывать вещи в сумку.-Так что мой вариант отпадает. -Ничего не отпадает, ты уже в списке, -присоединилась староста группы.-Найдешь время, мы все работаем. Как будто сложно тебе -Вы внесли меня в этот список, вы и выступайте, а мне некогда. До встречи на экзамене. Ксюша вышла из класса под дружные недовольные взгляды. Она была неконфликтным человеком. Всячески старалась избежать неприятных переговоров.Но если что-то уже касалось ее личных границ, девушка отстаивала их всегда с напором. Ну если не хочется, почему она должна? Отец всегда учил, умей за себя постоять, не отмалчивайся. Прогнешься один раз, тобой будут пользоваться. -Миш, почему я должна? У меня своих забот полно. Хочу сдать уже эти экзамены и уехать к своим, -Гребенщикова слишком эмоционально жаловалась своему спутнику, который прождал ее на полчаса дольше обычного и жутко замерз.-Еще этим голову забивать. -А почему нет-то? Ну побремчи им там, спой что-нибудь и по домам, -Мишка взял девушку под локоть, потому что та норовила поскользнуться на очередной луже.-А я погляжу. -Не разделяю твоей радости, -Ксения косо на него посмотрела.-И не надо так хитренько улыбаться. Не буду выступать, особенно перед тобой -Это еще почему? -Горшенев вскинул брови. -Потому что это ты. -Ну, е-мое, я-это я, а выступать то почему не хочешь? -Я…просто я стесняюсь. Ты профессионал своего дела. Все мои косяки бросятся тебе сразу в глаза, -Михаил театрально закатил глаза и цокнул.-И времени, правда, очень мало. -Допустим так, -достал сигарету и прикурил.-Но заметь, из нас двоих только у тебя есть музыкальное образование. -А у тебя талант -Хочешь сказать, что за 7 лет в этой школе ты его не нашла? -Талант не находят, с талантом рождаются. Михаил многострадально выдохнул, возводя к небу глаза.-А говорят со мной еще сложно. *** «Какую песню, какую же выбрать песню. Надо такую, чтобы я уже знала ее и по тематике максимально подходящую. Рассказала на свою голову про этот концерт. Теперь, Ксюша, выкручивайся. Одно дело играть перед универом, плевать, не привыкать. Но перед Мишей… Очень волнуюсь.» Гребенщикова второй день пыталась продумать свое выступление. Ситуация была безвыходной. Звонила уже сама куратор со словами, что фамилию утвердили и отказываться бессмысленно. Стоило один раз себя показать и ты до конца своих учебных дней должен отстаивать честь института. «С чем ассоциируется у меня концерт… С детством, с моими близкими, когда-то любимым праздником. А Михаил? С чем-то теплым, родным…все замирает, когда его вижу, хотя бы просто слышать его голос, пускай за сотни километров…сердце делает сальто…сердце… Точно, сердце!» Идея песни пришла сама собой. Пускай не будет прямого отношения к концерту.Главное, чтобы всем было знакомо. Новый год душевный праздник, а эта песня именно такая. Только оставалось всего ровно две недели. Придется приложить все свои силы, поздно отступать. В ходе суетных дней позвонил отец и сообщил, что его поездку в Норвегию решили перенести, а это означало, что праздник отметим всей семьей. Билеты уже куплены, причем ей и матери. Только так было каждый год. Ольга Валериевна сдавала билеты в самый последний момент, не предупреждая никого о смене своих планов. А Кирилл Юрьевич из года в год надеялся, что лед бывшей жены оттает и они хотя бы сохранят нейтральные отношения. *** -Напомни еще раз, во сколько у тебя концерт? -по голосу и фоновому шуму было слышно, что Миша где-то шел и очень торопился. -Он уже идет, -мужчина выругался.-Но я последняя выступаю, -Ксюша с восьми утра находилась в универе и ее единственным желанием было уехать домой, лечь спать, забыть о несчастных экзаменах, забыть обо всем, что волновало последние недели .-Если не получится прийти, ничего страшного. -Ксюх, е-мое блин, сказал буду, значит буду, -Михаил сбросил звонок. Кто-то уже успел вывести его из себя. Не стоило лишний раз сейчас нарываться. Но ее немного задела его резкость. Впрочем, в данный момент вообще не до этого. Как бы Гребенщикова не делала вид, что ей все равно, представляя сцену, зрителей и Его, сидящего в зале, пробирала дрожь. Людей собралось много. Некоторые специально приехали из других универов, наверное для массовки. Чем ближе был ее выход, тем медленнее начинало тянуться время. Для концерта Ксюша специально надела рубашку и черное сарафан-платье. Волосы уложила в легкие локоны, которые смотрелись очень естественно.В сотый раз повертелась перед зеркалом, проверила гитару. Уже не знала куда себя деть. -Ксения, через 5 минут твой выход, -предупредила ведущая. Руки вспотели, ноги не слушались, в голове стоял гул, а в животе скрутился тугой узел. Немного успокоительного перед выходом, глоток холодной воды и вроде бы выровнялось дыхание и можно выходить. Приветственные громкие хлопки. Свет направлен на центр сцены, где стоит стул и единственный микрофон. Зрителей не видно, но от этого еще волнительнее. «Вдох-выдох, спокойствие. Мы справимся. Это всего лишь выступление, а не смертельный номер.» -Мы не знали друг друга до этого лета Мы болтались по свету в земле и воде И совершенно случайно мы взяли билеты На соседние кресла на большой высоте Раздался стук открывающейся двери в зал. Кто-то прошел тяжелыми гулкими шагами в самую глубь. Но со сцены все равно было не видно опоздавшего. -Я наяву вижу то, что многим даже не снилось Не являлось под кайфом, не стучалось в стекло Моё сердце остановилось, отдышалось немного И снова пошло Последний куплет подпевает зал. То, чего и хотела Ксения. Душевное завершение вечера. -Мое сердце остановилось Мое сердце замерло Мое сердце остановилось Мое сердце замерло. Дружные аплодисменты. Гребенщикова быстро скрылась за кулисами. «По-моему, вышло очень даже неплохо. А Он меня видел? Он вообще приходил?» А в какой момент весь ее мир сосредоточился на одном человеке? Ксюша вышла из актового зала. Ее окружили преподаватели, поздравляющие с отличным окончанием сессии. Подбежала староста и вручила коробку конфет и грамоту за давно забытую олимпиаду. Была какая-то суматоха. А нужного человека все нет. Она почти свернула к лестнице, ведущей на первый этаж к центральному выходу. Но увидела Горшенёва, которого и тут успели окружить фанаты. Он слишком отличался от всего этого. Как будто пришел из другого мира. Высокий, в темном длинном расстегнутом плаще, серые джинсы и высокие ботинки, густые волосы уложены назад. Смеется, вежливо отвечает, расписывается где просят, а сам высматривает кого-то в толпе. И вдруг они встречаются глазами. Ксения подняла высоко руку и помахала, оставаясь все также на приличном расстоянии от него. --Ребят, извините, тороплюсь, -Миша аккуратно обходит столпившихся, стараясь не задеть.-Ксения, стоять! А Гребенщикова и не собиралась уходить. Она увидела его и больше ей ничего уже не нужно. -Эт самое, -Горшенёв полез во внутренний карман своего плаща, доставая оттуда какой-то свёрток.-Это не подарок, хотя вроде как Новый год и надо что-то дарить. Поэтому держи, -Миша скромно протянул обернутый саморучно кулек. Ксения аккуратно его распаковала.Внутри лежали пушистые белые варежки для ее вечно холодных рук и книга, под названием «Голем», которую они раннее обсуждали и она обещала ее перечитать.Девушка расплылась в улыбке. -Спасибо большое, -ей захотелось его обнять, но она сдержала порыв.-У меня тоже есть для тебя подарок, но это так, чисто символически. Гребенщикова вытащила из рюкзака нечто, спрятанное в крафтовую бумагу, и передала Мише. Это был теплый черного цвета шарф, по размеру похожий на ксюшин. В глазах Горшка застыл вопрос. -Ты постоянно ходишь нараспашку, я подумала, что он тебе необходим, -заботливо накинула его на мужские плечи.-Пускай согревает не только шею, но и твое доброе сердце.