Взрослые травмы

Моё сердце накопило сотни признаков, что я люблю Девушку эту Всё, что между нами было, и у бездны вспомню на краю Я не шучу «Тень 4.В Париж-домой " Король и Шут -И на сколько ты дней улетаешь? -Ксения сидела на диване и наблюдала как отец пакует вещи в долгожданную поездку. -Дня четыре, не больше. Не отдыхать же едем, -лукавая улыбка.-Если останешься, дом в твоем распоряжении. Только не шали тут. -Папа, какие шалости, -наигранное возмущение.-Я, по-твоему, ребенок, чтоб шалить? -Знаем мы вас, ребенки, -Кирилл Юрьевич закрыл чемодан и вздохнув, даже как-то печально, спросил.-С матерью созванивались? -Пробовала, только она была занята и обещала перезвонить, -девушка взяла родителя за руки, зная как болезненна для него эта тема, но что уж, сам спросил.-Если скажу отпусти и забудь, не поможет же? -Ксень, все хорошо, ты чего, -мужчина приободряюще подмигнул.-Я же просто спросил. Ксюша прекрасно понимала, что не просто. С момента развода родителей прошло 16 лет, а отец продолжал любить одну единственную. Любовь, граничащая с ненавистью.Сколько бы женщин у него не было, всегда возвращался к первой, которая подарила ему лучшие чувства и самое дорогое-детей. Глядя на это, девушка продолжала верить в настоящую любовь, пускай с таким печальным концом, но главное существовавшую на самом деле. -Точно тебя не нужно провожать? -уже стоя на пороге переспросила Гребенщикова. -Точно. Ты опоздаешь на свой самолет, если поедешь провожать меня, -отец сжал дочь в объятиях, поцеловал в лоб и заглянул в глаза.-Не первый раз лечу, не переживай. -Как скажешь. Только сообщи, как долетишь. -Обязательно сообщу. *** Группа Король и шут стартовала с новым альбом в тур. Ксюша, не раздумывая, поехала с ними. «Учеба подождёт. Неизвестно когда я еще с ним увижусь. Сначала гастроли, потом моя преддипломная практика и защита. Я же забуду как он выглядит. Решено, выезжаю с ними.» Миша совсем был не против, сам хотел предложить, но ее учеба его тормозила. Было дикое желание собрать вещи и уехать вместе в отпуск. Туда, где тепло и море. Многое не успели обсудить и мало времени провели вдвоем. И вот они уже едут вместе. Ксения сидит читает очередную книгу. Миха поначалу от скуки пробовал ее отобрать, отвлекал, пытался шутить. В ход шли крайние меры-ненавистная щекотка. Но Ксюша оставалась непоколебимой, книга же интересная. Мише ничего не оставалось, как просто заснуть. Не помогли ни чай, ни музыка, ни остальные участники группы, которые тоже в скором времени уснули. -Волгоград, как Волгоград. Не понимаю что ты так радуешься, -недоумевал необузданной радости Ксении Ренегат. -Александр, это вы обкатали всю Россию с Америкой впридачу, а я дальше Питера и Москвы никуда не уезжала, -Гребенщикова фиксировала на фотоаппарат каждую улочку.-Мне интересно. -Интересно, наверное. По мне, лучше нашего северного города ничего нет, -пожал плечами Саша. -Я смотрю вы все в коренные петербуржцы заделались, как Мишка «Питер и больше ничего», -Ксюша тоже любила родной город, но новые места всегда вызывают необычные ощущения. -Что Мишка? -появился словно из-под земли Горшенев, который в самом конце шел разговаривал по телефону, но увидев этих двоих, идущих вместе, ретировался сразу вперед.-Меня обсуждали? -Нет. У нас есть еще один знакомый Мишка, обожающий панк-рок и уважающий анархию, -Ксения ехидно улыбнулась -Серьезно? -переспросил наивно Михаил. -Миха! -произнесли в один голос Гребенщикова и Леонтьев.-Ты один в своем роде. Таких, как ты, больше нет, -Ксюша по-доброму улыбнулась мужчине, поцеловала в уголок губ, а заметив как тот смягчился, переплела их пальцы. *** Сколько эмоций, сколько драйва. Концерт шел в самом разгаре. Непередаваемые ощущения. Ксюша следила за каждым движением солистов. Только теперь из-за кулисья, а не в самом жерле фанатов. А нужно ли описывать как ее тело покрывалось тысячами мурашек, когда она слышала голос Горшенёва, словно в первый раз. В моменте, когда Князев запел последний припев «Прыгнул со скалы», Михаил убежал за сцену, к его самой дорогой зрительнице. Весь мокрый, разгореченный, он прижал ее к себе, будто не обнимал часом ранее. -Нравится? -веселый Горшок не давал выпутаться из крепкого захвата. -Очень, -Ксюша не верила глазам.-Все на самом деле происходит…как самый лучший сон. -Тогда лучше не просыпаться. После окончания концерта артисты поехали в гостиничный номер. Хотели хорошенько отдохнуть перед следующим выступлением. Ксения ждала звонка от отца, который по времени уже должен был приехать. Но ни пропущенного, ни сообщения-ничего от него не было. Однако она не стала раньше времени паниковать. Человек с дороги, устал. Утром встанет-позвонит или сама ему наберет. Только вот и на утро никто не позвонил, а абонент предательски был вне зоны. Маленький голосок внутри запищал, навевая страх. Гребенщикова постаралась взять себя в руки и не подавать виду. «Все с ним хорошо. У него разрядился телефон. После собрания зарядит и я дозвонюсь.» Концерты преободряли и помогали не углубляться в мрачные мысли. А Мишка разбавлял печаль своим присутствием, бесконечным потоком шуток, запрещая хандрить и уходить в себя. Вечером Горшенёв спустился поужинать, а Ксюша осталась в номере, сославшись на плохое самочувствие. Не брал трубку уже не только отец, но и все остальные родные. Гребенщикова себе места не находила. Небольшая комната превратилась в квадратную коробку, стенки которой ужасно давили. В ожидании чего-то или кого-то она занимала себя курением и бессмысленными передачами по телевизору. Голова разболелась до треска. Разозлившись на всех, а еще больше на себе, выключила свет, растелила постель и легла спать. Миша был удивлен-время девять часов вечера, девушка уже спит, даже не раздевшись, а в комнате очень накурено. Он тихо подошел и потрогал лоб, может температура.Плохо чувствовала себя однозначно, на тумбе рядом лежало много лекарств. Среди разных таблеток заметил маленький стеклянный пузырек.Снова этот фенибут… что-то тут не так. Мужчина взял в руки баночку и рассмотрел поближе.Возможно, потом об этом пожалеет, однако в данный момент идея показалась ему правильной. Михаил выкинул последнюю таблетку вместе с пузырьком, словно ничего и не было. Глубокая ночь. Гостиничный номер разрывает пронзительный крик, который скорее всего услышали многие на этаже. Миша вскочил, не сразу сообразив, что кричат в его комнате и рядом лежащая девушка. Ксения уже сидела, еле слышно всхлипывала, пытаясь отойти от жуткого сна. -Тише, тише. Это всего лишь кошмар, расскажи его и станет легче, -Горшенёв переместился на ее половину, осторожно обняв. -Миша, мне страшно, очень страшно. Мой папа улетел в Норвегию, обещал позвонить… прошло почти два с половиной дня, он недоступен, -заикаясь и с трудом выдавливая слова.-Никто не берет трубку. И сон -А во сне что? -старался сохранять хладнокровие, но немного тоже стало не по себе. -А во сне он разбился и… -поток слез не позволил продолжить рассказ. Ксюша сильнее прижалась к мужчине, ухватившись за его спину и плечи. -Ну-ну, девочка моя, -Миша поглаживал по спине, чувствуя как тело девушки дрожит.-Набери сейчас, у них другое время, скорее занят был.По работе же летел Ксения послушно набрала отцовский номер-абонент недоступен. Номер сестры-телефон выключен. Мама просто не берет трубку. Она даже и не надеялась.Все, видимо, посходили с ума и решили разом исчезнуть или выкинули мобильники в одну черную дыру. Чувство непонимания и беспомощности накрыло с головой.Миша не знал чем помочь. Слезы пугали и вводили в ступор. Оставалось быть только рядом и не дать ей упасть окончательно. Уже под утро, лежа на кровати и задыхаясь от слез, она пыталась вслушаться что он ей говорил, куда-то в шею, обжигая горячим сбивчивым дыханием. Слезы текли по щекам, к вискам, от чего лицо было все влажным. Он стирал их рукой, сухими губами.Раны, которые не зажили, сейчас вскрылись. И как бы Ксения не старалась отогнать тревоги, мысли о прошлом и настоящем слились воедино, заставляя переживать все вновь и вновь. Все, что беспокоило раннее, решило ударить именно в этот момент. Она чувствовала стыд, злость и одновременно нежность к нему. Вместе эти вещи создавали омерзительное месиво, которое хотелось содрать. Ксюша была благодарна за то, что он сейчас с ней рядом.Такой растерянный, заботливый, ставший родным за короткий промежуток времени. Кроме благодарности чувствовала к нему что-то еще… Любовь? POV: Михаил «Она такая хрупкая и маленькая в моих руках. Я знал, что причина всему этому не только исчезновение отца, но от этого не становилось легче. Прижимая ее к себе сильнее, не чувствовалось в этом что-то пошлого. Даже когда проводил губами по ее шеи в порыве. Я хотел ее, она меня притягивала к себе, очень сильно привлекала, но это было не главным, несмотря на долгое отсутствие.Она, как будто бы мой свет в этом темном мире, в моем мире». Сами того не понимая, они были друг для друга тем необходимым и ценным, что выводило из темноты. Горшенёв хотел ее оберегать, быть все время рядом и разница в возрасте не имела значения, лишь бы она не испугалась и не отвернулась от него. «Блять, неужели я влюбился?!» Этот вопрос часто всплывал в его голове в течение полугода, но он ловко откидывал его и забывал, хоть и были вместе больше месяца.Все как-то шло своим чередом, никто не думал о будущем. Она его понимала, понимала что он чувствует, что хочет сказать или что говорит в данный момент. Ей также, как и ему, было тяжело заводить знакомства, а еще труднее их было потом удержать.Всегда смеялась с его шуток, не боялась ответить что-то в его духе и любила их группу, но не фанатской-щенячьей преданностью, а со стороны участника группы или здравомыслящего критика. И трудно было ей говорить: очень быстро, запинаясь, проглатывая слова, особенно когда воодушевлена. Поэтому эта девушка как никто другой была близка ему. *** -Алло, Ксюш. Привет. Кирилл Юрьевич, он… в общем, его самолет разбился, больше ничего пока неизвестно -Вадим, какой самолет? -спросонья мозг тяжело переваривал любую информацию.-Куда самолет? -Самолет, на котором летел ваш отец.Сообщили вчера вечером. Софья сейчас в больнице, плохо себя чувствует. С ней Ольга Валериевна, -Вольский говорил сдержанно, словно заучивал эту фразу несколько часов подряд. -Стоп стоп. Ничего не понимаю. Софья в больнице, с ней мама, ага. А папа, где папа? С ним все хорошо? -Гребенщикова как будто не слышала что ей говорят, обстрагировавшись от страшной новости. -Ксения, Кирилла Юрьевича больше нет… -Нет, это не правда. Он обещал позвонить, -девушка в момент оказалась в прихожей номера, ища свою одежду.-Он мне еще не позвонил, ты что-то перепутал, нет нет Снова затрясло, запульсировало в висках, щеки горели, в горле пересохло. В трубке продолжало раздаваться уже ненужное «Алло, Ксюш…слышишь меня, алло». Медленно приходило осознание. Дыхание сперло, будто завязали веревку у самого горла. «Где мои таблетки?» Метнувшись к прикроватной тумбе, конечно же, их не обнаружила. Значит точно в сумке. Таблетки так и не находились. Пришлось вытряхнуть содержимое. «Когда сумка превратилась в склад. Не могла я их выложить, просто не могла. Я же знаю себя.» В комнату с завтрака вернулся Миша. Девушка словно и не заметила его. -Случилось че? -моментально он оказался рядом. Бессмысленная суета и ее молчание начали его раздражать, а еще полное непонимание ситуации.-Д что ты ищешь, дай мне! -Горшенёв вырвал сумку из ее рук, хотя прекрасно знал что было нужно. Ведь он же сам и выкинул пузырек с последней таблеткой. Хотел побыть героем, спасти от зависимости, как же.Гребенщикова чувствовала, как начинает кружиться голова, а голос Миши сливался в один фонный шум. Руки тряслись, дыхание спирало. В голове была одна мысль» Только бы не умереть. Я просто сейчас задохнусь прямо здесь в коридоре». Сама не замечая, девушка сползла на пол, держась за горло и царапая руки. Все это произошло в одну минуту, поэтому когда Миша поднял наконец-то глаза от сумки, девушка полусидя полулежа, опираясь о стену, глотала жадно воздух. -Ксюха, ты чего, нет-нет. Смотри на меня, дыши ровно.Смотри, говорю, я тебе не дам отключиться.-Моментально среагировав, Горшенев поднял девушку, которую продолжало немного трясти, и перенес на кровать, открыл окно, достал бутылку из мини-бара. Он сел на край кровати и взял ксюшину руку. После воды и свежего воздуха ей стало легче. Но на груди все равно была тяжесть и сложно было сделать полный вдох. -Все будет хорошо, я рядом с тобой. -Миша говорил тихо, своим обезоруживающим низким голосом, не переставая держать ее за руки. Голос, который умел успокаивать, завораживать, забывать абсолютно обо всем. Минуту назад она испугалась за дорого человека с риском умереть самой во время очередного приступа. А сейчас лежит и понимает, как же она его безгранично любит, только навряд ли в этом признается.И скорее всего это глупо и безрассудно. Ведь ей всего лишь 22 и вся жизнь впереди, и сколько будет еще возможностей и людей, которых она сможет полюбить. Но она выбрала его: безбашенного, упертого, уверенного, со своими привычками, которых кажется не перебороть. Зазвонил ксюшин телефон. Незнакомый номер. Была бы в другом состоянии, сбросила бы без раздумий, а тут на автомате рука сама нажала принять. -Ксения, привет, это я -Папа, это ты! Я знала, я ждала тебя, -Ксюша подпрыгнула на кровати.-Но как же, Вадим сказал ваш самолет разбился. -Чушь все! Я никуда не полетел. У меня в аэропорту сумку украли со всем: билет, кошелек, телефон, -услышать знакомый голос родного человека было лучше любого успокоительного.-Вместо меня другой полетел -А мы так переживали. Как же я рада, папа. Ты жив, с тобой всё хорошо… Слезы предательски опять потекли по щекам, только уже слезы радости.Михаил сильнее сжал ее руку и придвинулся ближе. -Так, Ксюх, не раскисай, ты чего устроила водопады, -мужчина улыбался.-Давай, побегу я, еще других успокаивать, потеряли меня *** -В следующий раз, когда что-то случится, обещай, что сразу расскажешь мне. Я же с ума чуть не сошел, гадая что с тобой, -руки успокаивающе поглаживали холодные ладони, щеки, согревая своим теплом.-Ты очень нужна мне. Постоянный страх все время за тебя, -задумался.-Наверное, потому что я люблю теб… -сам себя оборвав на полуслове, резко приблизился к ее лицу и поцеловал. Кому в своей жизни последний раз он говорил эти слова…первой и единственной жене. Да, они любили друг друга сумасшедшей любовью, переходящей в безумие. Поначалу гармония и красивая сказка, постепенно все перешло в страсть вперемешку с наркотиками. Как бы дальше все пошло и чем закончилось, об этом не хочется сейчас думать. С Ксенией все по-другому. Ощущения окрыленности и счастья. Хотелось ее добиваться, как в первый раз. Быть аккуратным и нежным во всем. Его губы были такими горячими. Это то, что ей сейчас действительно не хватало: такого родного и любящего поцелуя. Ксения не сразу ответила на него, немного испугавшись порыва и его слов. Ведь ей казалось, что чувства совсем не могут быть взаимны. Кто он, а кто она? Но то, что сейчас происходило, было реальностью. Так не все ли равно кто что подумает и что будет дальше. Отвечая на ласку, девушка медленно провела ладонью по щеке, шее, зарылась в его густые каштановые волосы. Михаил отстранился и посмотрел на девушку, словно не веря в происходящее и спрашивая разрешение на продолжение, но увидев в глазах Ксении желание близости и всепоглощающей ответной любви, продолжил свой поцелуй, переместившись полностью на кровать. Нежные поцелуи Ксюши в шею, мочку уха мужчины, вызвали волну возбуждения и тихого стона Горшенёва. Медленно, боясь спугнуть, Михаил начал расстегивать хлопковую рубашку Ксении.Пуговица были большие, поэтому вещь быстро поддалась. Следом за рубашкой пошли брюки. Девушка трясущимися пальцами пыталась расстегнуть молнию джинс Миши,не получалось, из-за этого становилось неловко, но он ей помог и сделал все сам. В момент, когда, казалось бы, должно все случиться, мужчина уже напрямую спросил: -Ты… ты уверена в этом? -Глаза, такие красивые и родные, наполненные любовью и добротой, спрашивали ее согласия. -Я абсолютно уверена в этом, -она произнесла все это на последнем дыхании, сгорая от желания и нетерпения. Ксюша выгнулась ему навстречу, и он тихо застонал, низким гортанным звуком, а затем обхватил ее бедра руками, прижал сильнее к себе. И сплетенными телами, не прерывая поцелуй, они слились воедино, отдавая друг другу себя без остатка. *** Солнце уже село, и в комнате было достаточно темно, но никто из них не хотел включать свет. Каждый думал о том, что произошло. Они ждали этого, представляли, тайно желали, но вдруг это может все резко изменить. Первым заговорил Миша: -Скажи мне честно,жалеешь о случившемся? -Голос низкий, немного с хрипотцой,слышалось волнение и возможно страх. -Я никогда ни о чем не жалею, -Ксюша ответила почему-то шепотом. Захотелось покурить. В сумке еще оставалась пачка с парой сигарет. Девушка встала, обернутая в простынь, и вышла на балкон. Поддувал приятный ветерок, чувствовалось приближение весны, еще лежал снег, но он таял. От этого становилось легко, словно с наступлением весны начнётся новая жизнь. Ксюша вдыхала этот воздух вперемешку с дымом сигарет. Подошел Михаил и приобнял ее сзади. Стало так приятно, тепло. В такие моменты проблемы уходят на второй план, кроме их двоих ничего больше не существовало. -Дай мне тоже одну, если осталась, -не поворачиваясь она протянула зажигалку с последней сигаретой. Это были его сигареты, он всегда их покупал. Те самые Parliament, со сладковатым мягким привкусом табака.Ксюша сама не заметила, как обычное баловство переросло в привычку, поначалу когда выпьет брала одну-две, а потом полностью подсела.Бывало забирала и целую пачку. -Брось ты это дело. Совсем не для тебя. И про таблетки свои забудь, -Горшенёв говорил спокойно, но это был тот голос, от которого начинаешь невольно подчиняться. Она и рада бы все бросить, однако курение превратилось в какую-то необходимость, а без таблеток ей казалось, что она не сможет существовать. И сколько бы она не клялась, даже самой себе, она продолжала покупать «лекарства». И нет в них необходимости, и вроде бы счастлива, только без них виделось все тусклым и каким-то однообразным.