Те самые глаза цвета ясного дня, за которые я готов отдать душу.

Было обычное, ясное, весеннее утро, а Чайлд уже направлялся в универ под спокойную музыку и выкуривал сигарету. На парне была футболка темно-песочного цвета с неярким принтом, надетая поверх бежевой кофты, черные джинсы, кеды и сумка через плечо. Куча различных цепочек, колец и сережек были у рыжика на выбор и для каждого образа, он надевал подходящие. Учился парень довольно не плохо на юридическом факультете, да и коллектив ему частично нравится, но иногда он вытворяет такие вещи, что весь универ стоял на ушах. Ну, а как иначе? Мне кажется это многим знакомо. Заходя в универ, паренёк сразу же поднимается на третий этаж где первой парой должна была быть «Государство и право» и как только рыжик зашёл в кабинет, то сразу же налетело пару его друзей с приветствиями и рассказами как провели выходные. —Привет-привет! — радостно слушая, рыжик повернул голову и встретился взглядом с учителем, — Здравствуйте, Куникудзуши! Учитель лишь кивнул и отвернулся к перебиранию бумаг на своём рабочем столе, а через минут пять объявил начало пары и начал рассказывать материал. ••• Утро у Скарамуччи начинается не так радужно как у Чайлда. Молодой учитель нехотя встает и с пессимистичным настроем собирается в универ чувствуя недомогание, похоже он заболел — это плохо, ведь весь день ему надо продержаться на ногах. Вот не задачка. Видимо всю ночь проверять домашние задания и готовить материал на урок-плохая затея. Но, а где тогда взять время на все это? Приходя вечером домой он лишь успевает поесть и садится за бумаги, хоть и его рабочее время закончилось, как только он выходил из универа. Так же, иногда учителя терзали мысли или фантазии любовного характера. Это не странно, он ведь совсем молод, только-только окончил университет сам (пару лет назад). Уже давно преподаватель приметил рыжего паренька среди массы, который одним своим видом навивал приятные эмоции и уже несколько месяцев брюнет чувствует некую симпатию к своему ученику, но такова любовь запрещена и изо дня в день эти чувства мужчина пытается подавить в себе. Наладить бы контакт между ними и возможно хотя бы дружба между ними вышла бы на ура. Но увы и ах, жизнь порой преподносит нам и такие испытания. Гардероб и внешний вид учителя был всегда выдержан в черных, белых, фиолетовых и синих оттенках. Аккуратно выглаженная рубашка, которая надевалась под фиолетовый жилет в сиреневых оттенках, на котором был ромбовидный орнамент. Обычные классические черные брюки, но на низ была изюминка в виде цепочки, которая была пристегнута к двум краям и красиво болталась. Аккуратно уложенные волосы без единой торчащей волосинки, но и не зализанные. Наверное единственное что выходило вон из мужского-учительского дресс-кода это черные серьги с крестиками, но отнюдь они были не большие. На ноги парень обувал либо туфли, либо кеды, зависело от погоды и планов на день. Сейчас на нем были темные туфли, а в руке сумка. До универа учитель добирался на своем черном автомобиле внушительных размеров. Внутри салон был в идеальной чистоте и обит кожанами сидениями. Возможно для учителя такова роскошь была не по карману, но умения и труд все перетрут, не правда ли? Брюнет всегда приезжал в университет за 20-30 минут до начала пары, а учеников впускал за 10 минут, дабы спокойно подготовиться и не чувствовать на себе лишний раз чужие взгляды. Скарамучча спокойно разложил все по местам, привел рабочее место в порядок и запустил студентов в аудиторию. Когда в помещении послышался звонкий голос Тартальи, Куникудзуши сразу же обращает на него внимание и внутри сразу становится спокойнее. «Странное чувство эта ваша влюбленность» пронеслось в голове у преподавателя и тот сразу попытался отвлечься. Кивнув на приветствие рыжика, тот максимально равнодушно продолжил перебирать бумаги, а внутри приятно зудело, но на перекос этому так же неприятно зудело в голове. От такого сочетания, брюнет боялся что будет дальше ведь это лишь утро. По середине пары, Куникудзуши почувствовал как голова начинает кружится, а из-под ног уходит пол и прервавшись в рассказе, тот опирается о стол пытаясь не упасть и нащупывая стул медленно садится. — Никогда, запомните. Никогда не идите в пед и мне насрать что сейчас вы на другой профессии. Эта работа высосет из вас все силы… Сделав двух-минутную паузу, преподаватель продолжил повествование, но уже сидя. ••• Когда началась пара, рыжик покорно сел на место и достав тетрадь и ручку начал конспектировать. К середине пары, монотонный текст прервался и Чайлд сразу же поднял голову. Он увидел как преподаватель неуклюже пытался сесть и от этого студент переволновался. Благо он удержал в себе силы не вскочить и не помочь, ведь вскоре Кунткудзуши сел за стол и уже начал продолжать монолог. После пары Тарталья пересилил себя и подошел к учителю. — Куникудзуши, все в порядке вы выглядите не здорово.- взволнованно взглянув в глаза цвета ночи, тот ожидал ответа. Выдержав минутную паузу дописывая что то на бумаге, мужчина отъехал и встретился взглядом с Чайлдом. — Ох, Аякс-Аякс. За твою добрую душеньку, все чёрты мира готовы подраться, — усмехнувшись сказал учитель, не отводя взгляда от глаз цвета ясного дня и сразу после поменял выражение лица на более серьезное, — Все в порядке, не переживай. А чего это ты так обо мне волнуешься? На твоем бы месте я уже давно веселился с друзьями в коридоре. — Просто будет жаль если вы упадете в обморок, — легонько съехав с темы, рыжик чуть помялся на месте и немного напрягся от пристального взгляда учителя. — Не стоит, все, убирайся с глаз моих немедля, — махнув рукой на выход, Скарамучча прикрыл глаза. Каждый такой микро диалог давался ему слишком сложно, а недомогание становилось все сильнее. Темноволосый дёрнулся, когда почувствовал чужую руку на своем лбу. — Что ты. — Да у вас жар! — Чайлд недовольно поджал губы, хотя какое ему дело? Они довольно редко общались и вправду ему бы нужно пойти к своей группе, но бросить в таком состоянии нуждающегося преподавателя, он не мог. — Враньё. Всё. Уходи. У меня уже другая группа. С этими словами парень резко развернулся к рабочему столу легонько ударив по руке и прикрыл красное лицо руками. «Грёбанный Чайлд. Почему именно сейчас.» Тарталья с некой растерянностью смотрел на преподавателя и последние что он сказал было. — Каждый такой раз, я вас домой тащить не смогу. Скарамучча лишь тяжело выдохнул и слушал как кабинет заполняется учениками. И вправду, это было не в первый раз и в конце концов у преподавателя не было даже сил встать, а Тарталья каждый раз приходил после пар и если видел что я ели стою на ногах, помогал мне добраться до дома. Иногда он брал такси, а иногда Куникудзуши позволял ему садиться за руль собственного авто, так как права у рыжего были. *** — Хей, балбес! — разнеслось за спиной у Тартальи, — Какие планы на вечер? Мы собираемся потусить. Это была Синьора. Богатенькая папина дочка, которая все время закатывала вечеринки и приглашала всех подряд. — Не сегодня. Чайлд даже не повернулся в ее сторону, п лишь продолжил идти глядя перед собой. — Че ты такой кислый? Ты что никак со Скарамуччей нормально не поговоришь? Уже назойливо девушка начинала лезть прям перед ним, пытаясь заглянуть в глаза, в поисках правды. — Завались, а? Не твоего ума дело и если ты подслушала чужой разговор, то лучше делать вид что ты ничего не слышала. Пару недель назад, Тарталья с Люмин разговаривали под лестницей и рыжик рассказала все свои чувства к брюнету. Люмин конечно дала пару советов, но одна особа все подслушала. — Я? Подслушала? Пфффф. Да иди ты! Я по твоему крыса? Да ты. Да я! Боже, дебил. Теперь понятно почему у тебя ничего не получается. С этими словами, девушка развернулась на 180 градусов и стук каблуков послышался за спиной, а тот лишь тяжело вздохнул. О, Архонты, дайте терпения. Последующий день был не то что бы насыщенным, точнее он был довольно скучным и когда Скарамучча ели-ели сводил концы с концами и на последней паре вообще отпустил всех домой, сказав что скинет в группу сокращенный материал. Всю эту пустую последнюю пару, брюнет медленно собирался домой, так как на какие либо быстрые действия его не хватало. По истечению часа, когда брюнет просто уже сидел за столом и заполнял журнал в проёме показался Тарталья. — Проходи. Отложив почти заполненный журнал и ручку, он уставился на рыжика и подпер голову рукой. — Да-да, я знаю что ты сейчас скажешь. Но тебе еще не надоело? — брюнет попытался встать, но в ту же секунду чуть не упал и его подхватил вовремя подоспевший Тарталья. — Не надоело. Может я поведу? Не в силах спорить и как-то дальше пререкаться, Скарамучча просто обмяк в чужик крупных руках, который придерживали его. — Делай что хочешь. Дальше Тарталья придерживая преподавателя сбоку, потихоньку дошел до машины и усадив его на заднее сиденье сам сел за руль. Благо людей под конец дня было меньше. Ехали они в тишине, пока на середине дороги, парень не спросил. — А какие люди вам нравятся? Без капли смущения и неловкости, сказал парень следя за дорогой. — В смысле? От такого вопроса брюнет опешил и вытаращился на ученика. — В прямом. — Никакие. Время покажет, как говорится. После этих слов в машине повисла тишина, а Тарталья прикусил губу, он не узнал сего хотел. В такой тишине они доехали до дома и любезно открыв Скарамучче дверь, тот подхватил его, когда тот чуть не упал. — Извини, даже до квартиры дойти не могу. Зачем ты только на это подписался… — Мне не сложно. — Мне сложно.