Это любовь?

*** Кровотечение в действительности прекратилось через день, и Оля успокоилась, во всяком случае на первый взгляд. – Ольчик, как ты себя чувствуешь? Не тошнит? – Паш, чё ты надо мной трясёшься как курица над яйцом? В порядке я, на следующей неделе на приём пойду, срок узнаем, патологии исключим. Не спрашивай больше, ладно? – Оля отодвинула стул и села завтракать, она нервно покачивала ногой, при этом упоенно окуная блин в вишнёвое варенье. – М-м-м, кто-то говорил, что не чувствует никаких изменений. – Паша заботливо массировал плечи любимой и поцеловал в макушку, от волос приятно пахло чем-то ненавязчиво фруктовым. – У тебя проснулась страсть к ягодам и фруктам? – Ой, Рыков… – промяукала Оля и поняла, что только после его массажа окончательно расслабилась. Как только она доела, развернулась полубоком и заглянула в его глаза. – А давай мы сегодня на работу не пойдём? – Ох, не знаю, у меня начальница строгая. – Думаешь, не одобрит? – лукаво спросила Оля и потянулась к его губам с поцелуем. – Оль, это на тебя беременность и здоровый образ жизни так влияет? – Я очень тебя хочу. – прошептала Арефьева и волоком потащила мужа в спальню, пока он не успел передумать. На атласном постельном белье она чувствовала себя свободной и открытой. Под лаской громоздкого Рыкова было невероятно томительно, особенно когда он не спеша стягивал с аппетитных бёдер брюки и нижнее бельё. – Если тебе что-то не нравится, скажи. – Угу. – это единственное, что она смогла выразить, понимая, что уже давно готова. Внизу живота было будоражаще тепло и мысли устремились куда-то прочь. Уловив это тонкое желание, Паша быстро избавил её от остальной одежды и целовал ключицы, спускаясь к аккуратно очерченной груди. Арефьева чуть вздрогнула и вновь улетела куда-то в облака, позволяя ему делать всё, что вздумается. Ей нравилось и одновременно бесило, что он слишком томителен. Поцелуи и ласки становились всё настойчивее: он играл с её розоватыми сосками, и когда Оля содрогнулась от удовольствия, спустился с поцелуями ниже. Она хотела свести бёдра, но влажный Пашин язык помешал этому действию. – Какая ты сегодня влажненькая, – отметил он и осторожно проник внутрь пальцем, медленно совершая возвратно-поступательные движения, – нравится? – Очень. – кое-как пробормотала женщина, прижимая его голову ближе, чтобы упругий язык стал ещё более ловким. Кажется, большего ей сегодня и не нужно. Волна мурашек окатила её как цунами, Ольга выгнулась в спине и обессилено упала на подушку. Непослушные тёмные локоны разлетелись в разные стороны, и женщина довольно прикрыла глаза. Подождав пару минут, Паша снял одежду с себя и прилёг рядом. Вообще-то, он ни на что не рассчитывал сегодня, но стоило Арефьевой прийти в себя и дотронуться до пениса, мысль о том, что ему ничего не светит, отступила. Без особого труда она устроилась на его члене и задавала темп, выдыхая горячий воздух куда-то в широкую грудь. Оргазм не заставил себя долго ждать и вскоре они оба слились в жарком поцелуе, чтобы загасить яркие стоны. – Ольчик, а тебе вообще можно такие марафоны устраивать? – Хм, – на долю секунды призадумалась она, – Аверина эта мне ничего не запрещала, значит, можно. – Не дай бог та самая. – подумал Рыков, но ничего не озвучил. – Ну и хорошо. В душ? – Паш, мне холодно. – тихо и чуть капризно сказала Оля. – Пойдём тогда под одеялко. – Мужчина буквально сгрёб её в охапку, расположив на себе и сверху укрыл мягким одеялом, чтобы не мёрзла.