На грани смерти и любви.

—Мы же договорились! —Сигма яро пытался вырваться, но руки до сих пор были связаны , и видимо одна из кистей все же была сломана, ей было не возможно пошевелить, болела ужасно. Николай,удерживая ангела и неся его в комнату, посмеялся. —Ну я ведь этого не обещал наверняка, птичка. —Гоголь издевательски провел рукой по бедру парня ,сжимая до синяка, в то время чуть пригибаясь проходя в дверь , дабы не потерять Сигму где то на косяке. —Сукин ты сын! —Парень ногами колотил туда, куда приходилось, показывая своё абсолютное недовольство. Никогда он не думал что сможет оказаться в подобной ситуации.. С похабщиной в коридоре он более менее смирился, но предстояло ещё более страшное деяние со стороны этого ирода.. Его до сих пор мутило, голова туманилась от страха, а глаза от выплаканных слез. Резким движением Гоголь кинул блондина на кровать, опять весь удар пришелся на руки. —Мммм... —Протяжно он чуть ли не завыл от боли, а Николай стоял и смотрел на полное лицо боли с удовольствием. —Птичка, как тебе в моей комнате? —Будто бы ни в чем не бывало он спрашивает об этом, после снимая с себя верх и так же шляпу, оставаясь с голым торсом. —Нет, мне не нравится. —Уверенно и озлобленно отвечает сероглазый. —Мне не нравится всё, что связано с тобой,явно ты демоническое отродье, не могут нормальные люди вести себя так! —Голос срывался на крик, который уже ломался и выходило так, будто поломанное радио играло где то неподалёку с заскоками звука. Закатив глаза на его высказывание, он приблизился к кровати, упираясь в деревянный каркас коленами, а тело своевременно оказалось на телом Сигмы. —А жаль птичка, очень жаль что ты такого мнения обо мне~. —Будто разочарование слышалось в его голосе, но на самом деле нет, ему было плевать что того что то не устраивает сейчас, самому Николаю нравилось происходящее, ему хотелось сейчас залезть своими пальцами под рёбра ангела, почувствовать горячую кровь стекающую по своим рукам, ему хотелось криков, ему хотелось что бы его умоляли. Тут же холодные губы переместились на ключицы Сигмы, он пытался их укусить, но отчасти мешала одежда, потому, Николаю пришлось разорвать ее по пуговицам, и после он все таки вновь встал и пошёл за свечой. Была одна идея которую он хотел бы воплотить прям тут и сейчас, и тогда бы он воплотил желаемое наяву, ведь ранее до этого не доходили руки, да и не было такого человека, с которым хотелось проделать подобное. Серые глаза проследовали за уходящим Николаем,брови слегка свелись на переносице. -"Куда он пошёл.." Пока комната была так скажем, пуста, он решил хоть попробовать пошевелить ногами и руками, если сесть у него вышло, то руками же ничего не выходило, от стяжки они уже онемели. Выдохнув с заскоками дыхания после истерики, он принялся ждать,когда это все закончится. Он уже смирился, ему было плевать, он уже даже не знал, хочет ли жить, ведь над ним нагло надругались, и сейчас продолжат это. Как же это всё таки мерзко.. —Ну что, птенчик мой, ты готов?—Николай входит в комнату с длинной свечой,церковная..? Показательно он прокручивается, будто бы танцуя со свечой, ловким движением руки он достаёт из своего шкафчика поджиг. Сигма не выразил сильного восторга на своем лице, а быть точнее , ему уже было без разницы, лишь бы это быстрее закончилось. Казалось бы, что ему все равно, пока Николай не встал около Сигмы, и воском горячей свечи не начал капать на соски. —Ты что.. Мм~, больной совсем?! —прокручиваясь и изгибаясь от неприятных ощущений, он чуть ли не ругался нецензурной бранью, но старался сдерживаться, ибо даже на это идёт подсчёт. Белокурый ехидно прищурился, слегка прикусывая язык, после склонив голову он начал говорить. —А знаешь как воск сексуально смотрится на твоих сосках?Они так мило~ торчат.–Николай неоднозначно улыбнулся,проводя большим пальцем по уплотневшему и горячему бугорку, убирая тем самым уже накаппаный воск. —Какая же ты всё-таки ммм~. —Снова он ощутил горячую жидкость на своей груди,не сказать что это было больно, но когда разгорячённым воском капают на такие нежные места, становился крайне не приятно, но то, что это воск начнет опускаться ниже, он даже не предполагал. —Т-ты чего творить собрался?! —Выкрик послышался снизу. Гоголь же решил промолчать, ведь было максимально очевидно, куда он потянул свою ручонку. Расстёгивая ширинку одной рукой, сразу принялся снимать боксеры сероглазого, беря мазавший член в руку. —Ну вот, значит тебе все таки нравится! —Радостно восклицает тот, когда свеча понеслась к паху Сигмы, и собравшиеся капли упали на головку члена Сигмы. —Ч-чёрт! —Выругавшись, его глаза снова заслезились, в той зоне было уже реально больно, неприятно, казалось что его самого поместили в горячую печь закидывая по пояс в угли. На это он лишь получил удовлетворительный взгляд Гоголя. Решив, что свеча уже ему наскучила, затушил и отбросил в неизвестную сторону. Зажимав в руке член Сигмы, он склонился над его Пахом, внимательно поднимая взгляд на полные непонимания глаза Сигмы. —Теперь дам тебе немного удовольствия, раз уж ты так отрицаешь тот факт, что твоему телу нравится всё это. На последнем слове он взял в рот половой орган хранителя, да так глубоко, что не сдержавшись, Сигма выгнулся и издал непроизвольный стон. -"Боженька, помоги мне выбраться из этого кошмара побыстрее."- Сигма молился про себя, ведь не хотелось признавать, конкретно этот момент был приятен, то, как заглатывают и то, как же это чертовски приятно делают.. Николай придерживал член рукой, периодически проводя языком от основания до головки, после вновь беря снова в рот. От перевозбуждения член подрагивал, чувствовалась пульсация, вот вот он кончит, но не тут то было. —Нет нет, ангелок, теперь ты немного потерпишь. —Снова этот излюбленный смешок. Удерживая пальцем дырочку на головке так, что бы тот не смог излится раньше , перешёл повыше, слыша под собой вздохи и какие то попытки на ругань, укусил за ключицы, прокусывая кожу до крови, сразу же тело Сигмы принялось извиваться от неприятных ощущений, больно, дискомфортно.. Хотелось кончить, но этот придурок фетиш ловит с этого что ли? Кожа горела ужасно, болела? Не то слово, и после минут пяти, когда все его ключицы были искусаны, шея была в мелких засосах, он почувствовал как тот отдаляется. -"Неужели он наигрался?"- Сигма просто надеялся на это, но, это было совсем не так, Николай доснял нижнее белье и было понятно, тот пристраивает свой пах поудобнее напротив ягодиц сероглазого. —Теперь, птичка, раздвинь свои ножки пошире, ты ведь не хочешь истечь кровью? —Николай наконец таки отпустил головку того, и сперма буквально вырвалась наружу, отчасти он попала на живот, на лицо самого Николая, на что тот лишь посмеялся, очевидно было ждать такую реакцию. За пару мгновений Гоголь ухватился за бёдра ангела и притянул в плотную к своему члену. Место соприкосновения начало ужасно гореть, жарко.. —Прекрати уже мучать меня, умоляю..—Голос был более безэмоциональным, нежели минут сорок назад, ведь тогда не было еще всего этого.. Он чувствовал давление между своих ягодиц, у того стоял, чувствовалось сквозь как у Николая с каждым разом, когда он немного тёрся, становился еще твёрже.. Николай более не стал медлить, расстёгивая свою ширинку и снимая с бёдер, он смочил пальцы слюной и провел им по своему члену, после сразу подстраиваясь к ягодицам, небольшой толчок и.. —С-слушай,может договоримся как нибудь, а? —Голос дрожал, сейчас страх снова пришел к нему, ведь понимание того, что сейчас его лишат анальной девственности, пугало. —Не давай заднюю,ангелок, я уже не дам этого сделать. —Сначала голос будто бы мурчал, а после, сменился на более серьёзный, будто показывая свои намерения. Пока Сигма пытался найти то,что можно было бы сейчас сказать, Николай резким толчком вошёл до основания, у паха он почувствовал что то липкое, все таки закровил. —Ну воот~. —Николай сделал обиженный тон. —Говорил же я тебе, раздвигай ножки пошире, а еще лучше расслабься. —Упираясь двумя руками на колени сероглазого, опускал их, хотя они были напряжены настолько сильно, что выходило с трудом. От боли, Сигма вновь заплакал, чертовски больно, ужасное ощущение. Ему хотелось уйти отсюда, пропасть, стыдно, страшно, так много ощущений сейчас играло в нём. —Какая же ты всё-таки тварь.. —Выругавшись в свои зубы, буквально прорыкивает каждое слово. Николай даже не обратил внимания на это он лишь расслабил ноги того, и принялся грубо входит в него, каждый толчок отдавался у Сигмы болью, в это время Гоголь спустил свои пальцы к соскам того, массируя их, и получая еще большее количество ругательств, и силы Сигмы все же покинули его, он вырубился. Николай заметил это, потому закончил своё, кончив в свой кулак и сел около лежавшего без сознания. —Птичка.. Вроде я должен испытывать удовольствие, но сейчас... —Сжимая липкую жидкость, он перевел взгляд на Сигму. —Что то меня тревожит. С этими словами он встал, беря первое попавшее полотенце и вытирая руку, после подойдя к хранителю и наконец таки снимая верёвку, под которой оказалось множество синяков, да и было так, будто бы она была такого цвета всегда, когда верёвка была снята, спящий замычал, то ли от боли, то ли от наконец-таки расслабления. —Прости меня, птичка.. —Склоняясь над лицом Сигмы, он целует его в лоб. После, лег рядом, укрывая себя и того, кто лежал рядом одеялом, после обнимая и пристроился вплотную, прижимая к себе,пытался унять внутреннюю тревогу. Откуда она появилась?