Мороженое

      Обычный летний день в небольшом маленьком селе. Два мальчика сидят на полу в комнате старшего, играя в какую-то приставку, пытаясь руками создать небольшой ветерок, чтобы проветриться. — Да чё сегодня так жарко, на? — Бяша первый не выдерживает неугомонных, палящих яростных лучей солнца и, проиграв своему другу, кладёт джойстик на пол и садится на кровать, на которую не попадают эти самые лучи. — Аномальная жара сегодня какая-то. Кстати, у меня же в морозильнике морожка есть, будешь? — Рома выключает консоль и подходит к двери, кидая беглый взгляд на бурята. Тот выглядит довольно симпатично сейчас, в этот несносный жаркий день. Выглядит самим солнцем, таким же горячим и жарким. Мальчишка сидел в майке, которая открывала вид на узкие плечи, но довольно рельефные руки, по которым скатывались капельки пота, а на ногах были надеты короткие спортивные шорты, открывающие пухлые ляжки и смуглую, немного красную, кожу. Что ж, не мог же Пятифан попросить своего друга прийти в кофте и штанах в такую жару, да и сам был одет примерно также, но, чёрт возьми, Бяша не смотрел на него голодными глазами полными желания и похоти. Что за пидорские мысли лезут в голову? — Ты ещё спрашиваешь? Быстро тащи сюда, на, — бурят откидывает голову назад, встречаясь с зелёными глазами взглядом. — Ща, — Рома покидает пределы комнаты и быстрым шагом направляется на кухню. Достаёт из морозилки две штуки фруктового льда с яркой и прикольной обёрткой. Мать точно знала, что может заинтересовать и привлечь внимание её сына. Вот только то самое внимание не было оказано, в мыслях был лишь вид вспотевшего и горячего друга.       Пятифан возвращается в комнату и кидает другу мороженое, тот ловит его и счастливым взглядом, не обращая внимание на упаковку, рвёт обёртку и берёт, вытянутую морожку в рот наполовину. Рассасывает лёд, чувствуя прохладу и сладкий фруктовый вкус. Рома рассматривает наслаждения друга, совсем забыв про свой лёд. Увлечённо смотрит на то, как щёки товарища то надуваются, то втягиваются. Сок остаётся на его губах, когда он наконец отстраняется от холодного лакомства. Губы чуть припухли и порозовели, Бяша с интересом взглянул на друга, который так и не притронулся к мороженому. — Почему не ешь? — бурят чуть наклоняет голову, не прерывая зрительный контакт с другом, пока целует губами верхушку мороженного. — Мне не так жарко, — Рома откровенно врёт. Ему безумно жарко, но не только от палящего солнца, а от вида лучшего друга, который с таким наслаждением уминает мороженое. — Оно же растает, на, — бурят вновь отпрянул от лакомства, смотря на хулигана непонимающим взглядом. — Зачем тогда взял его? — Жри уже своё давай, оно у тебя уже течёт всё, — Бяша и не замечает, как по его руке начинает течь фруктовый сок и берёт всё мороженое в рот, чтобы не заляпаться сильнее, немного давясь, но в принципе принимая. Слизывает подтаявшую оболочку и вынимает лёд изо рта, через секунду беря снова наполовину. Самое странное, что он не отрывает и не прекращает зрительный контакт, наблюдая за тем, как Пятифан голодно смотрит на него. — Ты хочешь попробовать моё мороженое, на? — не вынимая изо рта лакомство, спрашивает Бяшик. Рома отрицательно кивает головой, не в силах отвести взгляд. Чёрт бы его побрал этого бурята, который так страстно и соблазнительно есть мороженое. Хулиган замечает как фруктовый сок струится у кончиков губ и быстро скатывается по подбородку, а потом и по шее, пропадая за пределами майки. Беззубый будто не замечает этого, снова берёт лёд полностью в рот, стаскивая с деревянной палочки и немного подержав во рту, растопив его горячей слюной, глотает. — Я уже доел, а ты и не преступал. — У тебя на шею стекло, — Пятифан тихо опускает взгляд, произнося эти слова почти неслышно. Вот чёрт, Рома знает, что друг возьмёт сладкие из-за сока пальцы в рот и начнёт обсасывать их, говоря, что добро не должно пропадать. Так и случилось. Когда старший поднял взгляд, Бяша облизывал свои пальцы с таким горячим выражением лица, что хулиган, не удержавшись, схватил его за запястья, прижимая его к кровати. Вот блин, самообладание летит к чертям, и Пятифан целует друга в губы. Воспользовавшись замешательством, проникает языком в горячий рот и сплетает их языки. Чувствует сладкий вкус апельсина, мягкие губы так приятно целовать, а нотки фруктового сока придают поцелую изюминки. Рома ведёт языком по подбородку, слизывая уже застывшую струйку, потом спускается к шее. Сладко. Пятифан не может отстраниться, лишь ближе примыкает к горячей коже, целует её, оставляет засосы, мягко покусает и прикусывает. Слышит приглушённые вздохи Бяши, который не смелился опустить взгляд на хулигана.       Старший снимает чужую майку, смотрит на смуглую кожу, на которой виднелись две розоватые бусинки сосков. Он снова опускает голову и целует в живот, в грудь. Прикусывает бусину, слыша тихий стон. Он послужил спусковым крючком, и Рома, не заморачиваясь снимает чужие шорты, опуская руку на бёдра, не похожие на мужские, будто женские, но нет, они Бяшины. Пятифан целует их, обводит языком тазобедренную косточку, пока одна рука разводит чужие ноги. Он опускает руки и приподнимается. Смотрит на горячий вид снизу: искусанная шея; розовые, опухшие соски; расцелованные губы и лёгкий румянец на щеках. Горячо, очень горячо.       Сейчас, находясь в таком положение, никакое солнце не казалось таким горячим. Оно не палило так сильно, как один только вид бурята. Его кожа чуть солоновата из-за пота, но такая мягкая и приятная. Губы сладкие из-за недавнего мороженого, а глаза прикрыты и наполнены наслаждением и страстью.       Рома быстро снимает чужие трусы, кладя ладонь на чужой стояк. Одновременно с этим целует его в губы. Водит рукой по члену, всё быстрее и быстрее. Целует грубее, страстнее. Заглушает чужие стоны, пока сжимает в руке половой орган. Чувствует, как чужие руки сжимают его плечи, а потом расслабленно стонет в поцелуй и изливается в руку Пятифану. Блять, это всё очень даже по-пидорски, но сейчас нет желания думать об этом. Сейчас хулиган снимает свои шорты и трусы, смотрит на Бяшу, который томно дышит, пытаясь отойти от оргазма. Кто же знал, что это невероятно приятно, когда лучший друг дрочит тебе. — Расслабься, — Рома облизывает свои пальцы и подставляет к колечку мышц. Сначала мягко массажирует проход, а потом вставляет первый палец. Чувствует, как тугие стенки сжимают и обхватывают фалангу, но немного наплевав на боль, которую может принести, вставляет сразу и второй. Смотрит, как в чужих глазах мерцают капельки слёз, а одна рука прикрывает рот. Конечно хулигану не нравилось, что его друг сдерживается, но он понимает, что вероятно это больно, когда в тебя вставляют пальцы. Пятифан целует коленку, потом кусает внутреннюю сторону бёдер, сжимает их до синяков, какие же они мягкие и приятные. Параллельно разводит пальцы в манере ножниц, раздвигает стеночки. Чувствует, как вся выдержка летит к чертям. Да, растянул он его не до конца, но сил терпеть нет.       Рома вытаскивает пальцы, наклоняется вперёд и целует Бяшу, пока проникает в него. Чёрт, без смазки входит очень плохо, да и растянуть стоило получше. Пятифан делает сильный толчок, входя до упора, но останавливается на пару секунд. Смотрит, как бурят выгибается и громко стонет, обхватывает шею старшего, прижимая к себе. Стонет ему на ухо и явно улыбается. Хулиган ухмыляется и толкается снова, снова и снова. Ускоряет темп, попадая прямо по простате. Его раззадоривают крики и стоны на ухо, и он буквально вдалбливает своего друга в постель. Подхватывает его пухленькие ножки, закидывая на плечи, заходя глубже. Кусает ляжки, щиколотки, коленки. Просто не может остановиться при виде того, как Бяша сжимает мятую подушку, полностью голый, горячий и желанный. Пятифан пытается сдержать улыбки, но попросту не может. Кто же знал, что судьба сведёт их так, что они станут трахаться на постели старшего в жаркий летний лень.       Рома толкается всё резче и резче, ещё быстрее и сильнее. Стонет в унисон стонам Бяши, откидывает голову, чувствуя жаркие стенки, обволакивающие его член. Проводит пару раз по стоящему члену друга, и они оба кончают. Оба громко стонут и блаженно выдыхают. Пятифан выходит из жаркого тела и плюхается рядом с бурятом, обнимая его одной руке. — Уф, стало ещё жарче, на, — подмечает факт младший, получая недовольный выдох от старшего. — Заткнись. Я люблю тебя, идиот, — быстро проговаривает Рома и целует друга в губы. Кратко и нежно. — Чо мы пидоры теперь, на? — Походу, но мне плевать, — хулиган обнимает своего уже парня и зарывается рукой в его волосы, мягко целуя в щёку.