Чертова роза

У Раф была одна замечательная особенность: лгать даже тогда, когда это объективно невозможно. Она соврала один раз, когда покрывала жалкого демонишку. «Не можешь врать? Да неужели, мой ангел?» И второй раз, когда покрывала себя — и все по той же причине — бездарного и рогатого. Да Раф вообще по всем параметрам из ангельского госта выпала уже давно, но об этом знала только она и Сульфус. Ну, может еще парочка ангелов и демонов, но те не проболтаются, в чем Раф была уверена на все сто. Одно обидно. Она не знала, что теперь делать. Ей нравился Сульфус, ей нравилась эта его безбашенность и дерзость, проще говоря, ей нравилось все, что не должно нравится нормальному ангелу. Но это не меняло ее положения. В какой-то момент им двоим придется столкнуться с суровой реальностью. А пока их вечерние прогулки в человеческом обличье засекли только друзья, можно было не беспокоиться и продолжать. По крайней мере, до тех пор, пока властная рука правосудия не свершится над ними. — Это что у тебя? Раф показывала на коробочку в руке Сульфуса, стреляя игривыми глазками. — Это тебе, — он протянул как-то неуверенно, отчего съежилось сердце. Все еще неловко. Непривычно. Дарить подарки это так… по-человечески. Фоном звенели сверчки, ездили по ушам, напевали мелодию, которая этим двоим была знакома наизусть. Ветер бродил и цеплял пожухлые осенние листья. Раф потянула за собой Сульфуса и они вместе примостились на лавку под фонарем. Электрический свет почти обжигал. Или ангелу так казалось, потому что жар от Сульфуса грел и без того очень хорошо. — Скажи-ка мне, Сульфус, — начала Раф, протягивая руку к шее парня. — Хорошо я тебя уделала сегодня в комнате вызова, а? — Пффф, тоже мне. Я приберег для тебя самое безобидное испытание. Ну конечно. Раф повертела коробку в руках. Она была удлиненной формы, с красивой гравировкой, которая невольно привлекала внимание. В этом весь Сульфус. Девушка не сдержалась и хмыкнула. — Что смешного? — Ничего. — Может, перестанешь ее дергать и, наконец, откроешь? — на безобидный вопрос пришелся интригующий взгляд. Сульфусу не терпелось увидеть ее реакцию, не терпелось поликовать глубоко внутри, что старания не прошли даром и ей действительно понравилось. Ноготки поддели крышку, и внутри оказалась роза. Необычная роза… -…склеенная по инструкции из набора для детей? Раф нервно хихикнула, но подарок оценила. Опять же. Сульфус. Может и выглядело смешно, но демон провел две ночи в попытке понять одно: насколько задание не соответствует указанному на упаковке возрасту. Ну и конечно, стерпеть бесчисленные шуточки рогатых в его спальне у стола. Они как нарочно приняли в этом процессе самое активное участие. По крайней мере, двое из них точно. — Спасибо, Сульфус. Это красиво… хоть и криво конечно. — Эээй! — он даже отстранился, хмуря свое ангельское для демона личико. — Да знаешь, сколько я его клеил? — Ну а что. Я говорю правду. Ангелы не умеют врать, помнишь? — Ну конечно помню. Помню, как кое-кто вроде тебя наплел всякую чушь профессору Аркану прямо на моих глазах! — и он демонстративно показал двумя пальцами на свои глазенки, мол, видел, да, вот этими вот. В желтом свете он выглядел особенно тепло и маняще, так что хотелось обнять и сжать так, чтобы никогда не отпустить больше. Эти нежности такие дикие для Сульфуса, но такие естественные для ангела, которая ко всему прочему теперь еще и врет. Прекрасно. Раф склонилась к розе и демонстративно понюхала, хихикнула, пряча ее назад, в коробочку. — Не волнуйся, твой подарок я спрячу подальше. — Неужели у ангелов есть своя берлога для вещей от поклонников Тьмы? — бровь Сульфуса саркастично взлетела вверх, на что Раф закатила глаза, но внутри только просияла. В груди пролепетало, когда Сульфус потянул свои руки к ней, крепко сжал плечо и приобнял, склоняясь в поцелуе. Казалось, перевернулся весь мир, пока он жег дыханием, сминал губы, прикусывал и проделывал невероятные вещи языком. Раф поняла: она тонет. Тонет окончательно и бесповоротно. В нем. В этом отвратительном дьяволишке, на котором наложено заклятье быть таким очаровательным. — Ладони вспотели… — Прелести человеческого тела, — ехидно скрипел голос Сульфуса где-то за ухом, пока Раф усердно мяла руками рубашку и тянула, тянула, что есть сил, потому что другого шанса у них не будет. Только сейчас, только с ним. Только в нем. Поцелуй в губы такой горячий и сильный, словно за их спинами рвало вспышками, а искры взлетали сотнями мурашек по оголенной коже… О Боги В момент, когда Сульфус мягко отстранился, Раф не была похожа на себя. Вся красная, пьяная — она смотрела ему в глаза, где плясали миллионы чертят. Это конец вселенной. Это то, чего боялась и любила одновременно. Это он. Сульфус. И роза, которая лежала в коробочке в руках, отдала новой кульминационной вспышкой бурных ассоциаций. Раф не спрячет ее. Ни за что. Поставит на стол, так, чтобы остальным было видно. И, несмотря на все, Раф соврет в третий раз…