Умри или спаси

      Идя в школу, Кён Ху был в приподнятом настроении, так как мать Джи Хуна обещала сегодня устроить семейный кино вечер. Парню нравилась семейная обстановка в доме Ши. Все там, кроме Ши Джи Сока, любили его и даже пёс уже считал хозяином. Кён Хуну ещё никогда не было так тепло с кем-то, кого он мог назвать Семьёй. С кем-то, с кем он бы хотел проводить своё свободное время, наплевав на личное пространство. С кем-то, с кем юноша чувствовал себя нужным и любимым.... Нет, всё же один такой человек был в жизни парня. Был, но всплыл...       Обычно юноша много работал, тренировался и учился программированию, дабы занять свободное время делом и не думать о своей жизни, а теперь с учёбы парень бежал домой, там немного пытался учиться по школьным дисциплинам и программированию, а вечерами уделял время семье. Всё же приятно быть кому-то нужным, даже понимая, что ты не тот, кем они тебя считают…       Погода была пасмурной и Кён Ли смотря в небо, предполагал грозу ближе к обеду, — «Блин, а я зонтик не взял…» — думал про себя парень, и не заметив преграды на дороге врезался в неё, оказавшись в чьих-то крепких руках.       Запах горького мужского одеколона ударил в нос Кён Ху, и попытавшись отстраниться он понял, что не может этого сделать, так как руки очень крепко держат его тело, не давая и шанса отступить, — «Какой Джи Хуан слабый…» — уже тысячный раз за неделю повторил себе под нос юноша, но подняв взгляд, его тело вновь слегка дрогнуло, увидев он ненавистную гадюку перед собой. — Ох, мой птенчик, ты так по мне соскучился, что сам летишь в объятия? — усмехнулся парень, и только Кён Ху подумывал наступить ему на ногу, чтоб освободиться, как тот сам разжал руки, давая юноше отойти, но не на долго, — Давно мы не прикасались друг к другу, да? — прошептал на ухо незнакомец, говоря так, будто они с Джи Хуном не просто знакомы, а очень хорошо знакомы... — Эй! — возмутился Кён Ху, оказавшись прижатый к стене лицом.       Вокруг злобного парня с кудрявыми волосами, как у горгона, образовалась небольшая кучка из пяти человек, и все они желали одного, — «Поиздеваться надо мной вздумали? Думаете, я вас боюсь? Выкусите,» — шипел про себя юноша, игнорируя боль. — Отойди, — строго изрёк Кён Ху, но подростки лишь завелись, не видя в худощавом парнишке ничего страшного. — А ты нас отодвинь. Как в прошлый раз, — усмехнулся главарь, пронзая Джи Хуна странным взглядом, с одной стороны желанным, а с другом дьявольски смертельным. Юноша не понял, чего это хулиган так на него пялится, то ли ненавидя, то ли обожая, но попытавшись оттолкнуть его от себя, в итоге оказался ещё сильнее прижат к стене.       «Чёрт! Раньше бы я их всех положил одной левой. А теперь не могу даже этого хряща сдвинуть,» — злился парень, но вдруг обомлел, когда задира нагнулся над ним, одной рукой продолжая удерживать, а второй пролезая по рубашку, трогая его грудь, шепча прям на ухо: — Какая знакомая сцена, не считаешь? Если бы только это была кладовка, всё можно было бы повторить, — усмехнулся парень, явно желая вызвать у своей жертвы страх, но в нём бушевало лишь злость и не понимания, — «О чём он говорит?» — Я сказал отвянь! — грубо бросил Кён Ху, и неожиданно для себя ударил точно по губе наглеца, от куда почти сразу пошла струйка алой крови. — Ха, — усмехнулся кудрявый парень, наклонив голову и взгляд как самый чокнутый маньяк, — И это удар? — спросил хулиган, и тут Кён Ху увидел как тот нацеливает руку на него, — Сейчас я покажу тебе настоящий удар, — выдал ненормальный, и Кён Ху ничего не оставалось кроме как сощурить глаза готовясь к боли, ведь он слаб, и против этой толпы, ничего не может сделать.       Один, два три....

Тишина

      Приоткрывая глаза, Кён Ху вздрогнул, не поверив им, ведь хулиган, целившись в него, в итоге ударил кулаком по стене, не тронув Джи Хуна, но очень хорошо разодрав свою костяшку.       «Почему он…» — не мог понять юноша происходящего, видя огненные злые зрачки незнакомца, явно желающие убить его, но в тоже время, не способные навредить. — Эй, — вдруг откуда не возьмись являлась очередная проблема Кён Хуна, оттолкнув незнакомца от юноши, закрыв его собой. — Квон Ён Дже, что ты делаешь? — выругался парень, говоря злобно. — Бен Цзи Ху, не разводи шумиху среди белого дня, — спокойно ответил Ён Дже, после чего встал так, что его спина полностью закрыла от лишних глаз Кён Ху, что не могло его не удивить.       «С чего он мне помогает? В прошлые разы только глазел…» — подумал юноша, вспоминая, что за эту неделю ему, помимо разбитой губы, прилетело три раза, из которых один от самого Ён Дже. — Слушаюсь и повинуюсь, наш староста, — язвил Бен Цзи Ху, переведя взгляд с сильного парня на слабого, ещё сильнее разведя кровавые губы в улыбке, — Увидимся, мой птенчик.       Кён Ху, разумеется, ничего не ответил, — «Почему птенчик, воробушек? У него какой-то бзик на птиц?» — не понимал парень, да и не хотел. Глаза бы его никогда не видели этого Бен Цзи Ху, но тот сам мельтешил и не давал юноше покоя, даже после приказа директора.       Бросив взгляд на своего «Спасителя» Кён Ху подумал, надо ли ему его благодарить, и решил, что хорошие слова никому не навредят, потому, отлипнув от стены и начав идти дальше по трепе, он лениво бросил: — Спасибо, благодаря тебе мои нервы остались целы. — Как давно вы общаетесь с Кён Ху? — идя позади спросил Ён Дже. — «Так вот оно что…» — понял причину хорошего поступки старосты юноша. — Довольно-таки давно. Явно больше, чем ты с ним, — Кён Ху краем глаза видел, что юноша сердится, но подавляет это в себе. — Расскажи мне о нём, — внезапно выдал Ён Дже, заставив Кён Ху остановиться и обернуться. Сейчас холодный и вечно мрачный парень выглядел каким-то встревоженным, и хоть Кён Ху не понимал этому причину, но рассказывать бывшему о себе он не желал. — Не хочу, — бросил парень, отвернувшись и желая пойти дальше, но холодная и сильная рука не дала ему это сделать. — Я не за просто так прошу, а за защиту и помощь в учебе, — выдал Ён Дже, сильно сдавливая тонкое запястье. — Да кому нужна твоя защита? Меня и так в школе никто не трогает, — пробурчал парень, хотя сам понимал, что он в этом теле очень слаб. — Не трогают в школе, так как директор приказал, а за ней будут, и я тебе слово даю, что от тебя живого места сегодня не оставят после уроков. — Откуда ты это знаешь? Твоих рук дело? — удивился парень тому, что его бывший друг в курсе, что Джи Хуана сегодня хотят избить, но сказал это только сейчас и то, когда тому от него что-то понадобилось. Ну разве это не двуличие? Разве это не полное равнодушие? — Нет. Слышал вчера как ребята говорили о том, что тебя пора поставить на место, — ответил Ён Дже. — Допустим, но что ты можешь против толпы? Они и тебя съедят, не так ли? — решив пока проглотить свою обиду парень, понимая, что если на него и впрямь нападёт толпа, то ему не отделаться парой ссадин… — Я авторитет, и лишь от одного моего слова все разойдутся, и при мне тебя никто не посмеет тронуть.       Это звучало логично. Ён Дже староста, и Кён Ху уже ни раз видел, как стоит тому лишь злобно посмотреть на кого-то, как этот кто-то становится самим ангелом воплоти, боясь нагнать на себя гнев старосты. — И все это ради чего? — никак не мог понять равноценность сделки юноша, — Ты мне защиту, знания, а я… — Информацию о Кён Ху. Всю, что ты знаешь, — закончил за юношу Ён Дже, выглядя растерянно, когда дело касалось его бывшего друга, — Раз он тебе все так рассказывал, то значит, вы и впрямь хорошо ладили и... — Ён Дже сжал кулаки, явно не желая говорить, но все же признал, — Были близки.       Кён Ху задумался. С одной стороны ему и впрямь нужна защита, иначе его изобьют, и личный репетитор или провал обеспечен, но с другой... Рассказать все о себе бывшему другу? Зачем? Что именно он хочет узнать, и не обернуться ли в дальнейшем слова Кён Ху против него самого? Юноша этого не знал, но зато понимал, что ему нужна помощь, ведь время поджимает, а Джи Хун все так же не желает жить. — Хорошо, — протянул парень руку Ён Дже, для заключения их договора, но затем убрал руку, решив уточнить, — Только потом не говори, что зря просил меня об этом и разочаровался в своём бывшем друге, — проговорил парень осознавая, что по сравнению с Ён Дже, он никто, и бывший друг узнав об этом, может опечалиться, но тот твёрдо заявил. — Я никогда в нём не разочаруюсь.

***

      Сказать, что все прифигели, увидев с кем пришёл их староста в класс, ничего не сказать. Кён Ху было на это плевать, а вот старосте должно быть нет, поскольку он рушил свой авторитет, но Ён Дже выглядел спокойным и даже слишком.       Уроки шли мирно, и в какой-то момент Кён Ху даже расслабился, решив, что сегодня все будет без происшествий, но на обеденном перерывн Ён Дже повел юношу за собой на крышу, и тогда парень понял, что ему пора платить за мирную жизнь в школе. — Какая еда ему нравилась? — задал вопрос староста, и на удивление Кён Ху, юноша протянул ему сэндвич, видимо понимая, что лишил парня возможности перекусить в столовой. — Не говори о нём в прошедшем времени! Он ещё не умер, — возмутился юноша. Кён Ху понимал, что Ён Дже не хотел обидеть, но ему было грустно осозновать каков риск потерять своё тело, жизнь и имя навсегда... — Ты прав. Какая еда ему нравится? — быстро исправился парень, попивая клубничный сок. — Он любит острую пищу. И жуткий сладкоежка, так что от пирожных никогда не устоит, — поведал Кён Ху о своих предпочтениях, сразу отметив, что сэндвич Ён Джу скорее постный, ежели острый. — Какую музыку он любит? — раздался второй вопрос, на что юноша ехидно усмехнулся. — Ну уж нет. Один вопрос в день, иначе уже завтра ты не будешь во мне нуждаться и наш договор потеряет смысл, — выдал Кён Ху, сразу увидев злость на лице старосты. — Но, ведь я помогаю тебе и в защите, и в учебе, так что два вопроса. — выставил своё условие парень, и решив принять его, юноша без интереса кинул: — Ему нравится поп, — кратко ответил Кён Ху, видя, что Ён Дже очень хочет задать следующий вопрос, но не делает это, понимая, что юноша не ответит.       До конца перемены ещё десять минут. Сэндвичи съедены, вопросы заданы, так что парням не нужно было пока что сидеть вместе, но они сидели.       Кён Ху глядел как Ён Дже смотрит куда-то вдаль, о чём-то думая. Волосы парня так красиво развивались на ветру, начинающий дуть все сильнее и сильней, предвещая ливень. — Кажется, скоро начнётся гроза, — проговорил Кён Ху, чувствуя как на его лицо упала первая капля, но бывший друг даже глазом на него не повёл.       Ён Дже так сосредоточенно смотрел в даль, будто Кён Ху сказал ему настолько важную информацию, что теперь она требовала тщательной обработки. Смотря на задумчивого юношу, Кён Ху словил себя на мысли, что ему вполне комфортно вот так стоять с тем, кого он знал пять лет назад. — Ён Дже, смотри, — показал худощавый ребенок в небо с которого начинался дождь. — Кён Ху, скорее пойдём в укрытие, иначе промокнем, — проговорил паренёк, пытаясь затащить друга куда-то от дождя, но тот не дался, и с расставленными руками принялся встречать грозу. — Дождь помогает смыть все печали, — проговорил Кён Ху, смотря в небо и чувствуя на своём лице влагу, — Я люблю дождь.       Всего три секунды и парень осознал, что отбился от реальности и проговорил слова в слух. Обернувшись юноша увидел удивлённого Ён Дже. Его глаза были так широко раскрыты, но в тоже время он был озадачен.       «Он же ничего такого не понял? Хотя, как он поймёт? Миллионам людей нравится дождь,» — подумал про себя юноша и понимая, что у них ещё два урока, а сидеть мокрыми не очень приятно, пошёл внутрь, потянув за собой старосту. — Идём. Заболевший охранник мне не нужен.       На удивление, Ён Дже даже не стал спорить, но всё же вырвал свою руку у Кён Ху, самостоятельно зайдя в помещение. Уже закрывая дверь на крышу, Кён Ху посмотрел назад на дождь, понимая, что его печали может смыть лишь ураган.

***

      Оставшийся день в школе прошёл мирно и спокойно. Как только староста объявил, что все свободны, Кён Ху встал с места, подумывая вызвать себе такси. Раньше парень бы ни за что не стал вызывать машину, когда до дома пятнадцать минут ходьбы, но так как сейчас у него на счете была такая сумма денег, которую он в жизне даже не видел, юноша решил немного себя побаловать. К тому же, вряд ли тело Джи Хуна закалённое, и если Кён Ху может хоть купаться в ледяной воде и ему ничего за это не будет, то хлипкий парнишка явно подцепит простуду. — Куда собрался? — грубо прозвучал позади голос, от чего даже пару человек возле Кён Ху вздрогнули. — Домой? — приподнял бровь юноша, но затем понял к чему клонит староста, — Точно…       Любил ли Кён Ху учиться? Нет. Точнее не так, он мог изучать сложные технологии программирования, но зубрить корейскую литературу ненавидел. Да и со всеми другими предметами юноша был средненек. — Не отвлекайся. Какой автор написал вот это? — будучи строгим учителем, уже почти час мучал староста бедного ученика, не читавшего ничего того, о чем идёт речь, — Слушай, амнезия амнезией, но как можно быть таким тупым? — бросил Ён Дже, листая книгу. — Сам ты тупой! А у меня просто такое время сейчас. Вот вспомню всё, отберу у тебя место старосты, ясно?! — возмутился юноша такой дерзости бывшего друга. — Ну да, конечно, — усмехнулся Ён Дже, на что Кён Ху ответил. — Вообще не понимаю, как такой как ты смог стать старостой? Ты же чёртов эгоист и хулиган. Такими старостами не становятся. — С чего ты решил, что я хулиган? — не стал отрицать первое парень. — А что, разве нет? — бросил Кён Ху, после чего продолжил, — Хотя да, ты не хулиган, ты хуже. Ты тот человек, что будет стоять и просто смотреть как кого-то забивают до смерти, вместо того чтобы помочь, а знаешь почему? — привстав с места и смотря прямо в злые глаза старосты, закончил свои мысли парень, — Да потому что ты трус и боишься, что на тебя обрушится агрессия других. Таких людей я просто... — понизив голос, и чуть ли не рыча выдал последнее слово парень, — Ненавижу.              Стоило этому слову слететь с губ парня, как в окне раздался гром молнии, но ни Кён Ху, ни Ён Дже даже не вздрогнули, продолжая смотреть друг на друга. — Хватит на сегодня. Почитаю то, что ты сказал, — собирая вещи, хотел как можно скорее уйти от бывшего друга юноша, но тот вдруг начал говорить. — Я не боюсь нарваться на агрессию других людей, — Ён Дже поднял глаза на стоящего парня, говоря строгим и холодным тонном, — Я просто ненавижу и презираю всех. Абсолютно всех в этом мире, кроме Кён Ху, — поведал парень, очень удивив этим бывшего друга, не понимающего, чем заслужил особое место в жизни озлобленного на всех парня, — Ты прав, если при мне кто-то будет кого-то забивать на смерть, я и глазом не могу, а если забивать будет Кён Ху, то даже помогу, но если кто-то посмеет хоть пальцем тронуть его, то я… — привстал парень, теперь смотря на Кён Ху устрашающе, сверху вниз, — Убью любого, — закончил свои слова парень, после чего на улице вновь раздался грохот, но на этот раз Кён Ху вздрогнул, то ли из-за шума, то ли из-за подачи Ён Дже.       Понимая, что со старостой становится опасно и страшно находиться один на один, Кён Ху быстрым шагом пошёл прочь, но стоило ему спуститься на первый этаж и подойти к выходу, как он увидел сильный ливень, льющий как из ведра и не думающий прекращаться.       «Чёрт, даже если вызову такси, всё равно промокну до нитки пока дойду до забора… Может переждать, пока немного утихнет? Но по прогнозу это случится через пару часов…» — думал что же ему делать юноша, как вдруг почувствовал удар по голове чем-то твердым, и тут же обернулся, увидев Ён Дже с зонтом. — Ты блин дурак или да? Больно же! — возмутился Кён Ху, держась за макушку. — Ох, прости, забыл что ты такой хрупкий, как хрусталь, — закатил глаза юноша, всё так же держа в руке зонт. — Кто тут хрупкий? Ты просто не умеешь рассчитывать силы и… — парень не договорил свои возмущения, из-за сильного удивления тому, что староста протягивает ему зонт, — У тебя есть ещё один? — поинтересовался Кён Ху, не понимая щедрости парня. — Я не сахарный и не растаю, в отличии от тебя, — бросил Ён Дже, и в этот момент Кён Ху хотел бросить в него зонт, но не успел этого сделать, поскольку уже почти выйдя на улицу парень проговорил, — Дождь помогает смыть все печали.       Пока Кён Ху отходил от потрясения, облик Ён Дже скрылся за ливнем, оставив парня с зонтом стоять в непонимании и потрясении того, что бывший друг помнит его слова, и что он может не так плох, как Кён Ху думал о нём…