Find a reason to live for me

После такого вопроса Доума смущëнно уставился на кровать, а потом перевëл взгляд на Акадзу и сказал, немного поглаживая свой затылок рукой: — Я..Да как ты хочешь и как тебе удобно. Мне без разницы.. — М, вот как. Значит будешь лежать рядом, если ты, конечно, не против. — Я за! — быстро выпалил тот, а после вспомнил, щëлкая пальцами — Кстааати. У меня же нет одежды для сна. Я пожалуй посплю на диване. — Стоять. Я тебе дам одежду. И это не обсуждается. — Да? Большое спасибо! — Не за что. Сояма немного улыбнулся и подошëл к шкафу, начиная выбирать одежду. После этого, парень протянул руку с выбранными вещами Доуме, получив от него благодарность, в виде слов и улыбки. Блондин быстро вышел из комнаты, чтобы переодеться, тем временем Акадза поменял одежду сам и стал выбирать что можно быстро посмотреть перед сном. Это была та традиция, которую завела Коюки. Сояма снова ушëл в свои мысли, кже не замечая того, как парень вошëл в его одежде, как сел рядом. Только когда психолог посмотрел на его состояние и начал легонько трепать по плечу — только тогда он быстро заморгал и перевëл свой взгляд на обеспокоенное выражение лица Доумы. — Эй. Опять навязчивые мысли? — Да.. Скорее ностальгия. Блондин сжал губы и опустил глаза. — Если что. Я рядом, ты можешь мне рассказать, не бойся и не стыдись своих проблем, прошу. — Хорошо. Могу рассказать тебе о том, о чëм я думал. — Весь во внимании. — выдохнул доктор и устроился поудобнее, настраиваясь на нечто морально тяжëлое и прокручивая разнообразную поддержку у себя в голове. — У нас с Коюки была особая традиция. Каждый раз, когда я приходил с работы, мы садились смотреть короткометражный фильм. Обычно, где-то на середине картины — она засыпала у меня на плече. — Акадза грустно улыбнулся, смотря на свои руки и теребя в руках пульт от телевизора. — Я гладил еë по голове, шептал ласковые слова, а Коюки мирно спала. И казалось, что завтра нам не нужно будет на работу, казалось, что это наш последний день вместе. Перед еë смертью я правда что-то почувствовал, но не сказал об этом ей, так как знал, что у неë проблемы с сердцем. — Это очень тяжело, Акадза. Ты очень сильный, правда. И именно ты, Акадза, справляешься со своей проблемой быстрее всех из моих пациентов. — Значит ли это, что проблема в самом психологе? — Ты ошибаешься. — В чëм же я ошибаюсь? — Мне тоже нелегко слышать каждый день проблемы людей, а потом общаться с ними и жить дальше, слыша о смертях, психических расстройствах. Зная, что к каждому типу личности нужен особый подход. — Я понимаю, Доума, но жить с проблемой гораздо труднее, чем слышать о ней. — Я не спорю с этим, поэтому и стараюсь помочь тем, кому я могу. Если это конечно ещë возможно. Сояма понимающе кивнул, а потом лëг на кровать и накрылся одеялом, тяжело выдыхая и начиная заново искать короткие фильмы. Доума устроился рядом, кладя голову ему на плечо, а руку на грудь, таким образом приобнимая парня. Пара посмотрела фильм, точнее, досмотрел Акадза, а психолог заснул на половине, улыбаясь от теплоты и уюта. Розоволосый заметил это и улыбнулся, даря свой поцелуй лбу блондина. Пациент накрыл его и стал сам закрывать глаза, проваливаясь в царство Морфея..