Find a reason to live for me

Доев, Доума понëс мыть тарелки, а Акадза уставился на цветы. — Слушай, а как ты узнал, что это мои любимые? — Это твои любимые цветы? — Ну да. — Хм, неожиданно. Я опирался на представления о тебе и. Твои чувства. — Но как это связано между собой? — Если сказать тебе честно, то сам не представляю. Но могу объяснить одно — растения ведь тоже живые. У каждого живого существа есть чувства — я всегда думал так. И когда я представил счастливого тебя, то описание цветка само засело у меня в голове. Да, это может быть странно. — Интересно. — Что? — В тебя интересные мысли, может книгу напишешь? Такой талант за зря пропадать не должен. — Когда-то я сам говорил тебе об этом. Ты запомнил? — он мило улыбнулся и вошёл в комнату, вытирая свои руки. — Ну конечно! У меня о любой нашей встрече есть отдельное воспоминание и эмоция. Все моменты с тобой, кроме ссор — прекрасны. — Ты так изменился после нашей встречи, но несомненно в лучшую сторону, что меня радует! Психолог лëг рядом на кровать и подполз ближе, тянясь к заветным губам и осуществляя задуманное. Когда те отстранились друг от друга, то блондин, посмотрев в глаза своего партнëра, спросил: — Сильно место болит? — Достаточно. — Если захочешь дойти куда-то, то скажи мне, а если сесть, то лучше сожми ноги в колени, хорошо? Так будет меньше болеть. — Хорошо, понял. Спасибо тебе. — Вот как раз за это благодарности и не нужно. — Хах, ладно, не буду. Можешь цветы в вазу поставить? Если, конечно, она у тебя есть. — Как скажешь! — воскликнул Доума, сразу же вставая с места и беря растения, а потом наливая в сосуд воды и ставя туда ранее описаных «живых существ», потом опять садясь на место и крепко обнимая возлюбленного. — Милый? — М? — вопросительно промычал Акадза, кладя голову на грудь доктора и в ответ заключая в объятия — Что? — Я тебя люблю. А ты? — Хм, странный вопрос. Мне нужно подумать! — парень усмехнулся прижимаясь ближе. — Подумать? — Ага. — Ну Акадза! — Не скажу. — Акадзаааа!.. — заныл Доума, строя разочарованную гримасу. — Ну скажиии! Пожаалуйста! — Неееет! — Нууу! — Я люблю тебя. Доволен? — Да! — услышав ответ, те наигранные эмоции как ветром сдуло, а на их месте показалась коронная эмоция, ссодержащая в себе улыбку во все 32 зуба. Последовало несколько поцелуев в макушку. — Солнце. — Да? — А как ты представляешь наше будущее? — Хм. Думаю. Что мы будем жить в большом доме на берегу моря, будем много путешествовать вместе, я выпущу несколько статей, которые потом возьмут для современной литературы и я уйду с должности психолога. Я буду актëром. Тем, кем всегда хотел быть. Но если об этом узнает моя мать. То будет очень плохо. Мы с семьëй совсем разругаемся. А если заикнуться об отношениях с парнем. Смерть сразу же. — М, вот как. — он тяжело выдохнул. — Что-то не так? — Нет, всë хорошо, просто я хотел познакомиться с твоей семьëй. — Это можно провернуть. Например сейчас, по звонку. Терять мне нечего, а так она хотя бы не достанет. — Хорошо, звони. Радужноглазик взял телефон и набрал знакомый номер, поставив на громкую связь. Послышались гудки, а потом и красивый женский голос лет 50. — Здравствуй. Тебе что-то надо? — Привет, мам! Я просто хочу поговорить. — Работы мало? У тебя сейчас должны быть клиенты. Иди обслуживай их, бездельник. — Дело в том, что я сейчас в командировке. — Где? — Это знать тебе необязательно. Я позвонил тебе, чтобы проговорить пару моментов. — Каких? Давай быстрее, мне нет дела до тупых разговоров с тобой, а ещë времени. Что надо? Рожай быстрее. — Мам, я ухожу с работы и буду жить с моим парнем в другой стране. — Я всегда знала, что ты из этих! Пидорас несчастный! — Зато я счастлив, мам, ты гордишься мной, что я исполню свою мечту с любимым человеком? — Нет. Ты мне больше не сын. Лучше бы я тебя не рожала, не звони сюда больше! — Это был твой выбор родить ребёнка. — Ты такой же, как и твой отец! Говнюк! Петух, слышать тебя не хочу! Опять послышались гудки и блондин выключил телефон. Акадза был в шоке от такого при том, что весь разговор доктор не спускал с лица улыбку и разговаривал очень дружелюбно. — Поговорил с мамой. Теперь у меня нет матери, точно также, как и отца. — А с отцом что? — У любовницы. Мать как узнала. С ума сошла окончательно. Она и до этого иногда руку поднимала, а после этого ещë и пить начала. Папа хороший, понимающий, добрый. — Может тогда ему позвонишь? — Не хочу сейчас. Хочу просто побыть с тобой. Другие нам не нужны пока что.