Тора

О появлении хозяина Тамза предупредил ещё утром. Тора только пожал плечом. Ну значит сегодня. Это не помешало Тигру убиться на тренировке в зале, посидеть в сауне и выползти на крыльцо только после обеда. Погода была паршивой – ветренной и пасмурной. Сигарету удалось нормально прикурить только со второго раза. Да и в целом… будто какое-то напряжение в воздухе. Как будто над домом купол встал. Ни одного лишнего шороха, ни птички, ни жучка. Тигр как раз докурил, когда два тяжёлых вертолёта, гремя винтами на всё небо прошли над домом и удалились на запад. Тора прикинул, где эти махины смогут совершить посадку, учитывая особенности ландшафта. Ясно, что чужие вертушки в этот сектор неба никто бы не пустил, а значит старший Сейкамо всё-таки прибыл навестить сестру. От мыслей о том, как его представят легендарному Некроманту, Тора отвлёк незнакомец, вышедший из дремучего сада в сопровождении двух огромных собак. Человек невозмутимо двигался к дому, даже не оглядываясь по сторонам. Исполинские собаки, похожие на смесь волка с адской гончей – одна чёрная как ночь, вторая серебристо-белая – ровно трусили рядом, тоже не интересуясь окружающей реальностью. Тора вышел навстречу. Псы вскинули головы, начав обходить его с двух сторон. ---Приветствую, мой князь. – Раздался голос Тамзы за спиной. – Вашей сестре уже сообщили. Незнакомец поднял глаза. Он одет чёрт знает во что. Тяжёлые, расшнурованные наполовину ботинки с высоким берцем, поношенные бурые штаны, тёмно-серая толстовка с глубоким капюшоном и кожаная куртка сверху этого всего – бродяга, случайно залезший на чужую территорию. ---Я полагаю, госпожа Катерина уже рассказала вам о новом сотруднике? – Тамза говорил учтиво, склоняя голову, так что сомнений не возникало: этот бродяга – Сайсо Сейкамо. Незнакомец тяжело вздохнул и кивнул, снова пряча лицо в тень капюшона. Он молча прошёл мимо Тора, сделав жест собакам оставить в покое Тигра. Те уселись около крыльца, потеряв интерес к выбранной добыче. Тамза замер, склонив голову, только Катерина, вышедшая из дома, потянулась к брату. ---Заходи скорее. Ты надолго? Человек устало повёл подбородком. ---Совсем плохо? Пойдём, я уложу тебя спать. Этьен! Саркофаг! ---Не обращай внимания. – Пояснил Тамза, когда дверь за хозяевами закрылась. – Князь часто приезжает в совершенно недееспособном состоянии. Он очень много работает и сильно выматывается. Он замечает усталость, только когда начинаются физиологические проблемы. Я сам несколько раз видел, как Катерина буквально доставала его из кабинета, после суток непрерывной работы. Он врач по основной квалификации, поэтому для него двенадцать, восемнадцать и даже двадцать часов рабочего марафона – норма. Тора покачал головой. ---Сейчас, скорее всего, он после операции. Он отдохнёт, и тебя ему нормально представят, просто подожди. ---Что такое «саркофаг»? ---А это они так капсулу восстановления называют. Этьен вообще гробом обзывает. Это такая квадратная ванная со специальными жидкостями и газами, в которой восстановление проходит быстрее, чем в обычном состоянии. Она похмелье и отравление снимает за три часа. В ней выспаться после нескольких суток работы можно часа за четыре – отличная вещь. Они её используют для различной реабилитации, в том числе и после ранений или хирургических вмешательств. Полноценное знакомство с Некромантом происходит почти через сутки. Тора пригласили в лабораторию для сведения татуировки. Сейкамо сидел за столом. У него невозмутимый, ледяной взгляд, как океан, который поглотит тебя, если будет необходимость, и даже следов не оставит. У Тора мороз дерёт по коже между лопаток, но он вежливо здоровается и представляется. Сайсо без ужимок и пренебрежения кивает, произнося: ---Рад знакомству. Низкий голос Некроманта настолько лишён эмоций, что слово «рад» кажется почти издевательством. ---Пройди, присядь. – Ровно просит старший из рода Сейкамо. Он непробиваемый, как удав, который сожрал всех, кто ему не нравился. Подставлять ему шею совсем не хочется, но выбора немного. Тора заставляет себя сидеть смирно, пока этот человек его осматривает, а сестра настраивает аппаратуру. ---Что скажешь? – Слышен немного встревоженный голос Катерины. «Да, что скажешь?!» – Хотелось бы знать Тора. Но Некромант только поводит плечом, мол, а что тут можно сказать? ---Меня смутило, что ярёмная вена в зоне рисунка. – Даёт пояснение своим тревогам Катерина. ---Угу. – И это вся реакция, которой он удостаивает её. У Сейкамо почти белые, будто седые, волосы ниже плеч. У него такая неправдоподобно-ровная кожа, что Квинси-бой бы обзавидовался. Тяжёлый взгляд, худое лицо и узловатые руки. На правой руке, на среднем пальце Тора успевает заметить широкое чёрное кольцо, когда Сайсо подворачивает рукава простой и совершенно чистой рубашки, напоминающей по фактуре хирургическую форму. Он одним движением убирает свои волосы от лица, фиксируя петлёй на затылке, весьма узнаваемым движением – у Катерины такая же привычка, усаживается на специальный табурет, надевает перчатки. Сестра подаёт ему жало, к которому подведены провода и трубки от баллонов. «Не бойся» – Произносит она одними губами, когда Тора поднимает на неё глаза. ---Руку на стол. – Спокойно просит Сайсо. – И не шевелись. Будет больно – сожми это. Некромант вкладывает ему в ладонь ярко-красное игрушечное сердце из вспененного полиуретана. Такие выдают донорам крови, чтобы они пожали их в руке, обостряя вены под катетер. Тора надменно хмыкает в ответ на это предложение. Уж он-то терпит абсолютно любую боль. Но Сайсо подвигается ближе, продувает жало инструмента ледяным паром и прислоняет его к рисунку. Ощущения оказываются просто пиздецки некомфортными. Верхний слой кожи разламывает от холода, нижний начинает гореть огнём, будто там течёт кипяток, а между слоями просто адская боль. Тора, жмурится и дышит сквозь сжатые зубы. ---Замри. – Повторяет Сейкамо. Его рука двигается быстро и очень точно повторяет только контуры татуировки. Тора не сомневается, что он не заденет ничего лишнего, но рисунок большой, а Сейкамо только приступил. Тигр нехотя сжимает кулак, с сердцем, чтобы отвлечься и наверняка не шелохнуться. Но внутри этого сердца оказывается игла. От сильного нажатия, она впивается в кожу. Тора отвлекается на колющее воздействие, и через секунду понимает, что от этой точки вверх по руке течёт онемение. Оно добирается до локтя, до плеча, переползает на шею и все неприятные ощущения заканчиваются. Тигр сверкает на Катерину жёлтыми глазищами. ---Классика. – Смеётся она. Кажется, её брат тоже слегка улыбнулся. Перо в его руке двигается без задержек, штрих за штрихом, убирая знак чужого клана. Когда-то Тора гордился правом нанести на тело эту татуировку. Им говорили, что они теперь в семье, что о них позаботятся, что все им будут завидовать. Он и подумать не мог, чем это обернётся. Через двадцать минут Сейкамо откладывает перо, протирает кожу салфеткой, заклеивает повязкой и снимает перчатки одним слитным движением, сбрасывая их в корзину. «Действительно хирург» – убеждается Тора. ---Завтра продолжим. – Бесцветно произносит Некромант, не глядя на него. Тора не знает, чего ждать и сколько сеансов понадобится для сведения, но на следующий день его уводят в другой сектор лаборатории и снова раздевают догола, ставя босыми ногами в знакомый круг. Сейкамо-старший сперва долго разглядывает что-то в районе его ключиц, затем ставит еле видные точки над левой и правой, почти в том месте, где они уходят в мягкие ткани, а затем ровно в этих местах крепит специальными тонюсенькими иглами какую-то почти невидимую нить толщиной меньше волоса. Она мгновенно уходит под кожу, не вызывая никакого дискомфорта. Тора ещё понять ничего не успел, а взгляд Некроманта уже опустился ниже. «Он меня кастрировать собрался?! Чтобы к сестре не приставал?!» Но тут до Тора дошло, что за нить ему вживили. Это система ликвидации сотрудника. А теперь, стало быть, Сейкамо ему вторую примеряет, что б наверняка. ---Нет. – Рыкнул Тигр, отступая. – Только не живот. Валяться с вывернутыми кишками он не собирался. Пусть хоть голову сверлит, но не так. Сейкамо поднял на него недовольный взгляд, в мгновенье ока ткнул несколько раз пальцем в разные точки на руках и корпусе, схватил за горло и, фактически оторвав от пола, вернул обратно в круг. Тора не знал с чего охуевать больше: с немеряной силищи, которая непонятно в чём держалась у обычного, с виду, мужчины, или с того, что он этими своими тыкалками выключил обе руки и сильно ослабил дыхание «пациенту». ---Характер будешь показывать в другом месте. – В голосе Некроманта была не столько угроза, сколько уверенность опытного врача, который не привык выслушивать от пациентов советы по предстоящей операции. – Здесь ты делаешь то, что говорю и решаю я. Тора дёрнулся всем корпусом, чтобы ослабить мёртвую хватку у себя на горле и, противясь насилию, зарычал: ---Нет. Сайсо довернул захват на шее, и сознание Тигра покинуло напряжённое тело. Он пришёл в себя уже в комнате. Рядом на стуле сидел Тамза, зачем-то карауливший его пробуждение. Интересно, Сейкамо-старший уже отдал распоряжение проделать у Тора в башке дополнительное отверстие или ещё нет? ---Ну вот нахрена ты начал с ним спорить? – Вздыхая спросил Тамза. Он помог Тора приподняться и протянул стакан с водой. Сухость во рту и впрямь была невыносимой. ---Сколько я провалялся? – И голос осип. ---Четыре часа – по классике. Сайсо своё дело знает. У него никто раньше в себя не приходит. ---Он меня в эту нить целиком завернул, как паук муху? Что б меня в случае чего по всему помещению раскидало? ---Нет. – Хмыкнул Тамза. – Скорее всего установил только то, что планировал. Ты просто не понимаешь зачем это. Если наших берут в плен там ничего хорошего не происходит. Сотрудника допрашивают под препаратами, а потом отдают на потеху толпе. Их пытают и мучают до тех пор, пока не сдохнут. Безрадостно, согласись. Поэтому Сайсо и ставит два контура – так наверняка. Это твой билет в быструю и безболезненную Валгаллу. Тора вздохнул, растирая шею. Повязка всё ещё ощущалась под рукой. Он уже было встал, чтобы дойти до зеркала, но в комнату вломился Этьен, неся какой-то небольшой приборчик, похожий на гибрид магнитофона с рацией. ---Я достал. – Обратился он к Тамзе. – Настраивай давай. ---Что происходит? – Не понял Тора. ---Трусы надень! – Огрызнулся Алхимик, но потом всё же пояснил. – Торги по поводу твоей разрисованной жопы, придурок. Это надо было так брата выбесить! Давно я его таким не видел. Тора посмотрел на Тамзу, который набивал кнопками какие-то параметры на добытом Этьеном приборе. ---Князь тебя сам из операционной волоком дотащил, на койку швырнул и вышел. Я потому и пришёл, чтобы последить живой ты или уже нет. – Пояснил наставник. ---Всё. Тихо. – Шикнул Этьен, услышав сквозь помехи знакомые голоса. ---…и я ещё раз тебе повторяю, что как человек, который принимает непосредственное участие в восстановлении твоего здоровья, я – против. – Вещал Сайсо в своей неповторимой манере. Только в этот раз в его ровном голосе всё-таки появились небольшие акценты, словно тень эмоций. ---Если ты, любезная сестра, решила, что для полного счастья тебе необходимо ещё одно свидетельство о смерти, к тем двум, которые у тебя уже имеются, то будь добра оставить эту пагубную тягу. Ты понимаешь, что в один из разов, мы с Этьеном просто не успеем? Я готов финансировать любое твоё исследование. Я с радостью предоставлю тебе любые необходимые ресурсы, в том числе и собственное время, но условия, на которых это будет происходить, «любыми» быть не могут. И я очень надеюсь, что человек, который обладает выдающимся умом, человек, который автоматизировал наш бизнес, укрепил инфраструктуру и реализовал настолько масштабные проекты, что даже мне иногда не верится, всё же применит этот свой выдающийся ум и в межличностных отношениях тоже. Катерина только хмыкнула. ---Услышь меня, родная моя: либо он готов без разговоров отдать свою жизнь, защищая тебя, либо я не вижу в нём никакого смысла. Тора поджал губы, признавая право Сейкамо требовать именно таких условий его пребывания рядом с сестрой. Его сегодняшняя выходка зародила сомнение в том, что Катерина выбрала правильного телохранителя. Достаточно верного, чтобы осуществлять прямые обязанности. И Тора уже пожалел о своей несдержанности, но тут заговорила Катерина. ---Как хорошо, брат мой, что я так редко прислушиваюсь к вашим с Этьеном «изумительным» советам о том, как мне следует влачить моё жалкое существование. – Её тон был откровенно издевательским. – Иначе я бы сейчас сидела запертой в бункере на глубине восьми километров и света белого не видела бы. И я позволю себе напомнить тебе, любимый брат, что твоя попытка оградить меня от внешнего воздействия и не допускать в дела бизнеса, разумеется, в угоду моей безопасности, чуть не стоила жизни ТЕБЕ!!! – Катерина натурально орала на брата. – Ты прекрасно знаешь, что на себя мне плевать! В моём теле столько модификаций, что я вряд ли протяну больше десяти-пятнадцати лет, даже с учётом ваших стараний. И последние мои годы жизни, скорее всего, будут неотрывно связаны с индивидуальной койкой и аппаратами жизнеобеспечения. Вот тогда и будешь решать, что мне делать, а до тех пор, родной, не смей ставить под сомнения мои решения! Тора остаётся на моих, а не на твоих условиях! ---В тебе говорят эмоции. Но пусть так. Я оставлю распоряжения на его счёт. Считай, что у твоего Тигра испытательный срок… Сейкамо не договорил, его перебил возмущённый голос сестры: ---Слышь, белобрысый, а ты чё раскомандовался?! Тебя здесь старшим что ли кто-то назначил?! У Тора волосы на затылке дыбом встали. Он успел подумать, успеют ли они спасти Катерину, если ворвутся в лабораторию все вместе. Даже прикинул пробьют ли турели его мясную тушу насквозь, или пули всё-таки засядут в теле, защитив хозяйку от ранений. Но, как ни странно, Сейкамо-старший невозмутимо отвечает: ---Быть может, наша мать? Родив меня первым. После его слов канал связи пошёл помехами, похоже от возросшего поля, созданного рукой Катерины. И теперь Тора начал беспокоиться уже за брата – у неё действительно хватит мощи смять его. Тигр потянулся к штанам и взглянул на Этьена, пытаясь понять, а почему они до сих пор сидят тут, а не растаскивают неминуемую драку. Но Алхимик сделал жест по воздуху, показывая не лезть в разборки между этими двумя. Сквозь треск помех пробился разъярённый голос Катерины: ---Да ты родился первым только потому, что ты достал меня ещё в животе, и я выпихнула тебя нахрен, наружу! Близнецы! У Тора аж руки похолодели. Уму непостижимо. Они совсем непохожи, как внешне, так и манерами… и всё же… что-то между ними есть. Определённо. Тамза слегка подкрутил передатчик, то ли подстраивая волну, то ли гася помехи – пальцы у наставника дрожали порядочно. За это время Катерина перевела дыхание, унимая рокочущую ярость. ---Я люблю вас с Этьеном больше жизни. – Гораздо спокойнее и совершенно серьёзно произнесла она. – И я точно знаю, что все ваши действия в отношении меня продиктованы вашим желанием защитить, но вы не можете отнять у меня жизнь, которая и так скоро закончится. Тебе придётся смириться, сердце моё, что я самостоятельный и отдельный от тебя человек, как бы сильно наша связь не говорила тебе об обратном. Прими мою любовь к тебе как данность, и как данность прими моё желание совершать самостоятельные поступки. Я тоже, знаешь ли, хотела бы, чтобы некоторые из своих проектов ты свернул и не притрагивался к ним никогда больше, но я держу себя в руках, иначе половина твоих бизнес-партнёров была бы уже мертва, их семьи в бегах, а недвижимость уничтожена к хренам собачьим! Тут прибор шикнул и снова пошли помехи. ---Всё, канал переключился. – Вздохнул Тамза. – Поищем опять? ---Забей. – Махнул рукой Этьен. – Это уже не наше дело, пускай собачатся. Похоже, что своё право оставить тебя, полосатый, она отстояла. – Он с усмешкой взглянул на Тора, наклонил голову и криво ухмыльнулся. – Не, это талант, определённо. Сай тебе даже повязку не снял – так ты его накалил. Иди сюда, я уберу. Алхимик поддел край пластыря и резко дёрнул весь бондаж, заставив Тора зашипеть от боли. Тигр прислонил руку к шее – кожа под пальцами казалась совсем ровной. Не веря ощущениям, Тора соскочил с кровати и пошёл в ванную. ---Твою-то мать. – Прошептал Тигр. Он знал, как сводили рисунки. Во-первых, это не один сеанс, во-вторых, следы остаются всегда, но его кожа выглядела так, словно на ней никогда в жизни ничего не было. ---Свободен. – Выдал свой вердикт Этьен, и именно его насмешливый голос что-то навсегда поменял в сознании. Это было самым сладким и долгожданным словом, которое Тора хотел услышать – Свободен! ---А ты думал, что она его просто так ждала? – Видя ошалелый взгляд вышедшего из ванной Тора, усмехнулся Тамза. – Свести знак, так чтобы рубцы остались можно было и без старшего князя. Вон, ножом срезай или кислотой протрави. ---Я тебе могу ещё методов сто привести. – Оживился Этьен. Да и Тора на эти дела насмотрелся. И на калёное железо, и на жжёный целлофан, и на хлорку, вводимую под кожу, и на наждачную бумагу. Тем сильнее обескураживал эффект, полученный при участи Некроманта. ---И на будущее. – Откладывая прибор произносит Тамза, растирая лицо. – Если эти двое при тебе собачиться начнут – не лезь ни в коем случае. Никогда! А если жареным запахнет – кидай стул в ближайшее окно, сам следом сигай и беги, куда глаза глядят. Этьен многозначительно кивнул, подтверждая правдивость слов Тамзы. Их посиделки прервала распахнувшаяся дверь. На пороге стояла Катерина, явно не ожидавшая найти почти всё мужское население особняка в одной комнате. Но хозяйка быстро сориентировалась: ---Мальчики, у вас тут пижамная вечеринка? ---Да, малыш, так что иди к себе, а мы ждём Лукаса с пивом. – Поддержал идею Этьен. ---Князь Сейкамо… – Начал Тамза, тут же вставая. ---Уже уехал. – Кивнула Катерина, покривив губы. ---А Тора? – В растерянности уточнил наставник молодого Тигра с надеждой глядя на хозяйку. ---Что «Тора»?! – Не поняла она. ---Остаётся? ---Конечно, остаётся! – Возмутилась Сестра Сейкамо. – А какие у вас тут были варианты?! Совсем с ума посходили все?! Брат заразу притащил – у всех мужиков в доме крыша поехала?!

***

---Винс, у нас проблема. Мартин положил на стол несколько фотографий, на которых «красовались» трупы замученных до смерти людей. ---Это Потрошитель. – Севшим голосом сообщил старший безопасник. – Его не видели четыре года. Последний раз был в штатах, тогда пострадали все, кроме армяшек. ---Или мы просто не знаем о его подвигах в эти четыре года. – Мрачно изрёк Винсент, крутя в руках фото, на котором человека заживо сварили в химикатах в старой ванной. – Как давно начали находить трупы? ---Трупы недавно. Но самый ранний случился неделю назад. ---Поднимай свои контакты в полиции и спецслужбах – я хочу знать сколько обычно трупов оставляет этот говнюк. ---Не более десяти-пятнадцать, как правило. ---Тогда можем не напрягаться – это допустимые потери. Тем более, если ему плевать чьих убивать. В перерасчёте на все банды мы получим те же цифры, что и в небольшой межклановой стычке. Забудь. В кабинете повисло гнетущее молчание. ---Что?! – Не понял крёстный отец. – Ты не согласен? У меня проблемы с математикой?! ---Нет, босс, но парни поговаривают… они говорят, что Тора жив, и это может быть его рук дело. ---Да как вы меня заебали со своим Тора!!! Какого хуя на этом говнюке свет клином сошёлся?! Как, мать вашу, мальчик-сирота умудряется создавать мне проблемы даже после своей смерти?! А?! Балтман схватил тяжёлую декоративную трость и со всей силы врезал гипсовому херувиму по толстощёкому личику, раскрошив статуэтку вдребезги. Швырнув трость в крошево, отдышался, поправил волосы и невозмутимо произнёс. ---Это не Тора. Даже если этот уёбок жив… и сука-Сейкамо соврала… он бы не стал подбирать сложные химикаты для того, чтобы несколько часов варить кого-то в ванной. Не стал бы развешивать по помещению нанизанное на леску разделанное тело, предварительно сцедив всю кровь. Не обтянул бы кресла в машине кожей владельца. Не вычитал бы, мать вашу, о корытной пытке, которую последний раз применяли, блядь, веке во втором до нашей эры! В Шумерах, блядь! Если бы ты мне принёс фото бойни, с залитым кровью помещением, выпущенными кишками, размазанными мозгами, вот тогда я бы поверил, что это может быть Тигр. Мартин согласно кивнул, готовый покинуть босса. ---Постой. – Остановил его Винсент. – Выясни, жив ли на самом деле этот мудак. И, если да – исправь. Пояснять чем они все рискуют, если Сейкамо разговорят одного из ведущих боевиков, никому в этой комнате не нужно было. До арестов и судов они не доживут. Тора может подтвердить участие синдиката в ряде событий, по итогу которых начнётся война между бандами. ---Если репутация Потрошителя не сказки, можно попробовать отдать Тигра ему. Потрошитель всегда выбирал себе сложную жертву. Его сперва считали «санитаром леса». Он выбивал насильников, маньяков, садистов, педофилов, но спецслужбы считают, что он просто повышает градус опасности. Охотиться на того, кто не сможет оказать сопротивления ему не интересно. – Высказал мнение Мартин. ---Вот и займись. Если есть хоть малейший шанс указать Потрошителю на Тора – это нас более чем устроит. Но и об остальных вариантах не забывай. Чем раньше мы разберёмся, тем лучше.