Мысли материальны, так что мысли прагматично

POV Аарон. Как же меня заебало просыпаться с дикой болью в теле! Лампы на потолке почти ослепляли, писк аппаратуры доводил до психоза, место присоединения капельницы чесалось, половина лица была покрыта повязками, хотелось в туалет, но еще больше жрать. Попытка потрогать лицо показала, что правая рука была прикована к кровати наручниками. Занятно, столько народу угрохал, а наручники на меня надели, когда стал жертвой маньяка. - Аарон? – Голос Нила был едва различимым хрипом. Повернул голову и, прищурившись, увидел Джостена на соседней койке. Надо же, а я думал, что нас по разным палатам разведут, хах. Скрипнула дверь палаты и вошли, судя по преисполненным собственной значимостью лицам, федералы. - Наручники? Серьезно? – Нил, нет. Сейчас это был Натаниэль. Натаниэль погремел наручниками. Я повторил его жест. - Лучше не рисковать, - ответил тот, у которого самомнение лезло из всех щелей, второй был чуть приятнее (видимо работает недавно). - Как только доктора разрешат, мы заберем тебя к себе в управление. Но ты можешь говорить уже сейчас, не дожидаясь официальной обстановки. Мы готовы тебя выслушать. Специальный агент Браунинг, – запоздало представился он и жестом указал на напарника: – А это специальный агент Таунс. Тебя передали нам. – Передали? – переспросил Натаниэль. – Я не ваша собственность. – Ты в нашем ведении. – Я арестован? – Пока что мы тебе доверяем и рассчитываем на полное содействие с твоей стороны. Если потребуются более крутые меры, мы к ним прибегнем. У нас для тебя в запасе целая куча обвинений – взять хотя бы фальшивые документы в твоем бумажнике. Кроме того, нам крайне интересно, что стало с твоей матерью. Если любишь пожестче, так сказать, предпочитаешь хардбол софтболу, просто дай знать. Натаниэль издал неприличный звук. – Могли бы по крайней мере воспользоваться терминологией экси. Ненавижу бейсбол. – Это высказывание заставило меня фыркнуть, но для федералов я был частью обстановки. – В настоящий момент это совершенно не важно, – сказал Таунс. – Нам нужна правда. – Тогда правда за правду, – предложил Натаниэль. – Вчера мои товарищи по команде оказались в гуще драки между фанатами. «Лисы», университет Пальметто, – уточнил он, и я навострил уши, меня это тоже интересовало. – Они пострадали? – В больницу попали восемьдесят шесть человек, включая троих из команды Пальметто, – сообщил Браунинг. – Твоим друзьям оказали медицинскую помощь и отпустили. Повезло ребятам – отделались легкими ушибами. А кое-кто угодил в реанимацию. – Мы связались с тренером Ваймаком и попросили его собрать команду для дачи показаний, – произнес Таунс. Бросив взгляд на часы, он добавил: – Наверное, наши с ними уже заканчивают. После этого твои друзья смогут вернуться в Южную Каролину. – Он не сказал «без тебя», однако Натаниэль услышал это по его тону. – Твоя очередь, – объявил Браунинг. – Где твоя мать? Натаниэль рассказал, как отец настиг их в Сиэтле, рассказал о жестоком нападении, которого они не сумели избежать. О пляже и песке, о том, как поджег машину, кремировал мать и похоронил останки. Ужасно несправедливо, что она не увидела, как я придушил Мясника, подумал я, но оставил эту горькую мысль при себе. – И все это время ты скрывался в Сиэтле? – спросил Браунинг, которого явно раздосадовала допущенная промашка. – Нет. Сиэтл был последней остановкой перед Аризоной. – А что происходило до Сиэтла? – Я хочу увидеться с командой. – Что было до Сиэтла? – повторил вопрос агент. Натаниэль упрямо сжал губы и уставился в потолок. Несколько минут Браунинг терпел его молчание, затем начал перечислять все, что ФБР готово предложить ему в обмен на полезное сотрудничество: снятие всех обвинений, участие в программе защиты свидетелей, возможность уничтожить бандитский клан отца. Видя, что щедрые посулы не произвели эффекта, Браунинг перешел к угрозам. Собранных материалов хватит, чтобы упечь его за решетку хоть сегодня, а со временем они накопают и на пожизненное. – Я хочу увидеться с командой, – сказал Натаниэль, когда Браунинг наконец взял передышку. – Прояви благоразумие, – посоветовал Таунс. – Не делай себе же хуже. - А он и не делает. – Только сейчас на меня, наконец, посмотрели. – Это вы, парни, роете себе охренеть какую глубокую яму. Вряд ли Картер будет в восторге от того, что вы упечете за решетку ребенка, который пытался свалить от маньяка, которого ВЫ так и не смогли прижать. - Аарон Майкл Миньярд. – Браунинг тянул мое имя с таким выражением, что можно подумать я более лакомый кусочек, чем Морияма или Аль Капоне. – Если думаешь, что нам нечего тебе предъявить, то подумай получше. - Красотуля, - лицо Браунинга покраснело, вены вздулись. – Звони Картеру. Если не знаешь его телефон, могу подсказать. Или ты можешь дать телефон мне. Я ведь имею право на звонок? Лицо Натаниэля приобрело заинтересованное выражение, Браунинг, надо отдать ему должное, достал из внутреннего кармана мобильник и передал его Таунсу, который подошел и вложил его мне в свободную руку. Очень весело, какая искусная издевка. Пфф, будто порезанная рука остановит этот звонок. Номер переадресации набрал по памяти, добавочный для кабинета Спенсера Картера тоже. Пара гудков и с той стороны послышался давно знакомый голос. - Если это не вопрос жизни и смерти, то валите нахрен. - Привет, Спенс. – Русские слова показались даже немного сладкими на вкус. – Ты еще помнишь, что Карма прилетает бумерангом? - Миша? – Голос Картера стал приглушенным, что-то прогрохотало. Второе имя, измененное русским языком, заставило на время вздыбить волосы на теле. - Ты там решил от счастья расшибиться? - Слегка охренел, - шорохи с той стороны закончились. – Я все еще помню про ответ Карме. Что-то случилось, раз ты позвонил спустя три года? - Твои ребятки, Браунинг и Таунс, прессуют меня и подзащитного Кармы. Я знаю, что дело Балтиморского Мясника для вас та еще боль в заднице, но вешать все на его сына, который от этого ублюдка восемь лет бегал, уже перебор. - Понял, принял. За ту услугу с русской мафией я для тебя хоть звезду с неба достану. Просто скажи, чего хочешь. - Натаниэля Веснински больше не существует, теперь этот парень живет под именем Нила Абрама Джостена, студента Пальметто и игрока Лисов. Никаких обвинений, никаких претензий. Парень и так на зомби смахивает. - Передай трубку Браунингу. В течение всего разговора Натаниэль вздрогнул лишь раз, на собственном имени, а вот Браунинг и Таунс напрягались все больше, чем дольше длился разговор. Стоило Браунингу взять телефон, все что он мог сделать – это утвердительно мычать. Так то! На любую рыбу, найдется рыбка побольше. А кто может словесно опустить агента ФБР? Правильно, глава данного бюро.