POV

      1 глава              Джинсоль глубоко дышит и осматривается по сторонам, пытаясь сохранить ровное дыхание. Глаза ловят посиневшее небо, встречаются с уже до жути и пугливо родными белыми стенами и девушка всё сидит, и сидит, пытаясь успокоить текущие слёзы. Ей становится безумно неудобно в своём собственном доме. Кажется, что всё от неё отдаляется, что все вещи напрягают, не нравится своя аура, а стены кажутся, что сжимаются за каждую секунду. Глаза устали, всё тело в напряжении и Бэй отрывисто дышит, совсем не понимая себя и не понимая то, что думает её разум. Походу она реально влипла в полную жопу.       ...       Бэй плачет уже несколько дней подряд. Она не может заставить себя сделать что-то простое и лёгкое. Да, она делала что-то по типу уборки, но сейчас всё казалось таким другим. Она хотела пролежать все свои дни и стать единым целом с полом в квартире. Ей не хочется кого-то слушать, с кем-то разговаривать и уже музыка, в конце концов, надоела звучать в ушах у девушки. Ей не хочется кого-то видеть, зацикливать внимания на ком-то и на чём-то, хотелось замолкнуть на навсегда и никогда не включать телефон. И ей хотелось курить. Курить одну сигарету, потом две, три и пить алкоголь днями, и ночами. Бэй даже не хочется кушать, не хочется есть и что либо делать. Хоть и заставляет себя кушать, пить чистую воду и держаться без алкоголя, хотя бы день. И Джинсоль совсем не хочет видеть свет. Не хочет знать, что она разговаривает с людьми, и не хочет знать то, что она существует. Она просто хочет стереться с этой планеты раз и навсегда.       Она ненавидит себя и ненавидит своё собственное имя. Ненавидит слышать его, когда кто-то произносит его своим ртом, и ненавидит, когда кто-то пишет его используя где-то в переписках. Она ненавидит то, что кто-то пытается с ней связаться и спрашивать у неё дела, например как её отец и мать. Она ненавидит всё и она думает, что для всех будет лучше, если её попросту не будет существовать. Ведь Джинсоль не хочет работать, не хочет учится, не хочет знать, не хочет разговаривать, не хочет слушать и просто хочет лежать, становясь незамеченной пылинкой. Девушка попросту не любит всё, что она делает. Не любит себя, не может перешагнуть своё существование и замыкается в ней, желая исчезнуть и ни с кем не разговаривать, чёрт... Да, она даже на своё отражение смотреть не может.       И Бэй плачет так, будто её никто не слышит.       Когда-то она сверкала, как не в себе и в какие-то времена, была довольно успешной в учёбе, а теперь рыдает и плачет днями и ночами, желая стереть себя из этого грёбанного мира. Она не верит в бога, не верит во все эти мистические вещи и не верит в то, что зло правит этим миром и наверное Джинсоль слабая, так как просто не может заставить себя встать и тупо сиять, как прежде и делать что-то, хотя бы для себя и ни для кого-то другого. Может она психологически больна, или может слишком тупая, но она не хочет улыбаться, смеяться или что-то чувствовать, как прежде. Может она страдает только из-за того, что не хочет поправляться...       Однако не это ли мазохизм? Страдать, унывать, плакать и называть себя жалкой, или же думать за окружающих в своей голове. Хотя нет! Она какое-то время пыталась улучшить всю свою жизнь. Да, она пыталась побороть всех, доказать, что они не правы и показать сильную личность перед всеми знакомыми. И чёрт, однажды она призналась одной девушке, которая нравилась ей очень сильно, но... В то время... ей бы хотелось закрыть свой собственный рот скотчем несколькими слоями. Может быть из-за этого Джинсоль рухнула... Хотя нет! Послушайте, однажды она пыталась научиться петь и у неё очень даже хорошо получалось, до тех пор, пока не услышала слишком много критических слов от родственников... И из-за этого Джинсоль просто перестала открывать рот перед ними и говорить с ними о чём-то... Хотя нет, вот это, вот точно! Однажды она пыталась подружиться с ребятами из других групп, и вроде как она держала с ними очень даже хорошую связь! Она разговаривала с ними, беседовала, до тех пор пока слух не разошелся по всему унику и та начала учиться как не в себе...       Хотя пожалуй она не та. Не та, за которую себя выдаёт. Не та, за которую кто-то может ухватиться. Не та, за которую она хочет жить и она не понимает себя. Джинсоль уже не понимает себя! Какого хуя она тут сидит и страдает? Плачет, бьёт саму себя когда злится(а это часто), жалуется, приносит вред себе и ненавидит себя всеми мыслями/чувствами. Она не хочет дышать, знать или хотя бы плыть по течению.       Почему она вообще родилась, если не приносит в семью никакой пользы?       Начиная с детства, заканчивая до нынешних 22-ух лет девушка думает, что не принесла в семью хоть одну единственную пользу. Она думает, что было бы в сто раз легче её же родителям без неё и без потраченный для неё же денег. Семейный бюджет стал бы ещё шире, и родители могли бы путешествовать по всему миру, не имея Джинсоль, а лишь радуя их любимого сына — Бэ Ченсука. Её младшего, красивого брата, от кого почти вся средняя школа сохла, между прочим. Бэй была бы рада, если бы понимала, что весь бюджет уходил именно ему, а не к ней и обоим. Да, может он бесил её всегда и везде, но Джинсоль слишком устала справляться с мизогинными хуйнями в её семье. Честно, она больше не хочет разговаривать с ними из-за этого.       Будем честны, Бэй чуть ли не сама, начала думать мизагинно из-за них. Чуть ли не сделала новую версию себя из-за них, а наличие гомосексуальности, тем более в то время не раскрывалось. Не стандартный стиль одежды для девушки, и манера общения... Всё не то! И все эти "не то" стали бы катастрофой для её семье. Поэтому она отдалилась от них всех... Ну или всё ещё пытается это сделать. Честно она никого не хочет волновать своими тупыми проблемами, легче сказать ложь, чем стараться доказать им что-то, так думает Джинсоль.       Но Бэ даже не может посмотреть на своё лицо, боясь увидеть там ужасное выражение и боль в глазах собственной души. Она боится, смотреть на себя, ведь просто понимает, что не вытерпит весь этот хейт в свою сторону. Хейт исходящий от неё из-за других, или же от других. Казалось бы, что Джинсоль должна, должна, защищать себя, и не то, что казалось, а должна! Она не должна травить себя тупыми словами, не должна понижать себя и ставить себя на уровне земли, но что-то заново идёт не так. Вдруг, в какой-то момент она захочет принести себе вред. Взять нож, порезать себя, понять какого-то это умирать, но она борется с этим тупым желанием изнутри. Она пытается успокоить саму себя и сохранить саму же себя от своей же просто невероятной тупости. Хотя она недавно заметила, как её руки выглядит жалкими. И не то, что руки а ноги, живот, шея, плечи, спина. Всё! Ей страшно увидеть себя в открытой или же в лёгкой одежде, поэтому она предпочитает закрытые одежды и просто избегать отражения в зеркалах, желая не видеть всё своё тело и...       Она ненавидит себя.       Скорее она не может, и не сможет помочь себе с этим. Ей нужен рядом человек. Такой человек, кто будет говорить ей утешительные слова и обнимать, но не в этой жизни точно. Джинсоль сама решила огородить себя от людей и от их забот в её сторону. Ведь по её мнению, она этого никак не заслуживает.       ...       ...       ...       Джиу прогуляла все эти выходные дни. Она перестала бы гулять ещё в воскресенье днём, но так как их куратор сообщил, что учёбы не будет в понедельник и во вторник, её друзья, т.е группаши решила ещё больше отрываться по полной до рассвета, и вот она! Пьёт, находится вместе со своей компашкой 24/7 и приходит домой лишь для смены одежды, иногда давая Дио еды, совсем позабыв о его таблетках для выздоровления, ну это наверное даже хорошо, чем плохо.       Сегодня она снова в доме Минджи, просыпается с болью в голове и еле открывает глаза. Во рту сухо и рядом громко храпит... Ники. Тэхён лежит на полу с солнцезащитными очками и без верхней одежды, показывая всем свой пресс. Ким вздыхает и поднимается с кровати, осматривая комнату вокруг себя. Всё выглядит размыто. Она проходит через дверь спальни и стоит на прихожей пытаясь разбудить себя всеми силами.       Джиу опять напилась вместе со своими друзьями и на миг забыла об учебе на совсем. Кругом еда, блёстки и одежда чужих людей. Ким думает, что её телефон потерялся где-то под этими одеждами и недовольно закатывает глаза. Девушка ищет свой мобильник уже целых пять минут и тихо ругается, осознавая то, что всё это время он лежал под футболкой Тэхёна, что находился рядом с дверью спальни. Мобильник включается в руках Джиу и девушка видит, как ей позвонила два раза её же тётя, а так же видит несколько сообщении от Чонсона.       «Не забудь принести мне кофту»       Джиу стоит в ступоре, а затем чувствует грусть и не понимающее чувство видя то, что он удалил это сообщение из ихнего диалога, написав:       «Извини, попутал контакт»       Ким тяжело вздыхает и слышит из спальней Минджи усталый, мужской стон. Она подходит к дверям спальни и видит там Тэхёна, что встал из долгого сна и держался за свою голову.       — Башка... — недовольно шипит парень и поднимаясь корпусом смотрит по сторонам, замечая стоящую девушку возле двери.       Джиу оценивающе смотрит на него, а затем подходит, говоря:       — Что я вчера делала с Чонсоном?       Парень сидит, немного думает о вчерашнем вечере и отвечает:       — Вроде ты танцевала... А затем, что-то обсуждала с ним на танцполе. Вроде потом, он ушёл и курил с парнями на улице. Потом он вернулся и блядь, потом я не помню честно... Голова пиздец болит.       Джиу грустит и понимающе смотрит на него.       — Блядь, башка...       — Давай вставай, выпьем чай и таблетки себе возьмём, — Ким смотрит на кивающего Тэхёна и уходит в сторону кухни Минджи.

---

      Сейчас вечер понедельника и Минджи устроила тусовку во всём её двухэтажном доме. В эту вечеринку пришли практически все из универа Джиу и даже были другие люди из других высших заведении. С какой-то стороны это безумно и поразительное количество людей. Но дом Минджи мог внести себе ещё дофига людей, ведь в ихнем доме есть тупо всё. Большой бассейн, много комнат с куча мебелями, подвал с «PS» приставками и спортивное поле для волейбола с настольным теннисом. И все во время этой тусы выпили по две стакана дорого алкоголя на все сто процентов. При входе Джиу выпила три стакана водки, а затем ещё две стакан коньяка и если бы сейчас Ким выпила ещё одну алкогольную жидкость, то она бы проснулась в чужом доме, а может быть даже и в другом городе. Но сейчас не об этом. Сейчас она рядом с Чонсоном в кухне. И это Ники запихнул внутрь кухни Джея, чтобы сблизить его с Ким. Атмосфера слегка протяжная и неловкая для Джиу, ведь перед ней стоял ей нравящийся молодой, очень красивый парень.       — Не хочешь слегка выпить? — спрашивает он своим грубым голосом.       На нём была чёрная рубашка с несколько расстегнутыми пуговицами, чёрные джинсы и чёрные кроссовки. На руке часы, пару браслетов и кольца. Ким безумно нравился его стиль. Его одежда, запах одеколон, который он использует. А главное манера речи и поведение рядом с девушками.       — Джиу? — заново зовёт его парень и девушка возвращается в настоящее время.       На неё смотрел Чонсон держа в руках два стакана с водкой, и спросил:       — Так ты будешь, или нет?       — Нет спасибо... Не буду, — отвечает Джиу и смотрит в его карие глаза.       Парень улыбается, выпивает один стакан полностью и спрашивает:       — Тогда может колу?       Девушка кивает, и видит, как Джей открывая холодильник достаёт из него новую бутылку колы. Он наливает газировку в пустой стакан, что был у него на руках, но сейчас стоящий на столе и смотрит на Джиу. Та в свою очередь благодарит его и берёт стакан в руки, Чонсон улыбается ей и ведёт её в большую комнату с множество танцующими людьми.

***

      — Не хочешь выйти куда-то? — слышится голос парня сзади, и девушка чувствует его дыхание на своей правой ухе.       Джиу до этого танцевала вместе с ним на большом танцполе и совсем не морочилась о других людях. Важнее было то, что она сейчас живёт и ловит момент, пытаясь убрать весь стресс с её девичьих плеч и Чонсон по всей видимости тоже отжигает, пока не говорит те выше указанные слова.       Ким слегка краснеет, хорошо что сейчас ночь и свет сюда особо сильно не падал — думает та и смотрит на него улыбаясь.       — Давай ещё одну песню, а потом пойдём, хорошо?       Парень кивает смотря в её глаза и вроде девушка активно танцует возле людей, подпевает песни крича во всё горло, пока не чувствует чужое тело прижавшееся к её спине. Она чувствует, как руки парня держат её за талию и чувствует, как его нос приближается к её шее.       — Пойдём в мой дом, а? — слышится сзади и Джиу в ступоре.       Она чувствует горячее дыхание парня на её коже и чувствует его руку, что блуждал по её животу и талии. Честно Ким не ожидала такого от парня, поэтому слегка смеётся, находя эту ситуацию забавной. Но он прижимает её к себе всё ближе, и говорит:       — Пошли.       Джиу чувствует, как его правая рука уходит в другую сторону и перемещается вниз по её спине.       — Джей... — тихо говорит та и чувствует, как его рука прикасается к её ягодице.       — М?       — Джей, — уже громче говорит Джиу, на что парень мычит и смеётся, всё больше трогая тело девушки.       Ким хочет выйти из его захвата, и двигается вперёд, как чувствует, что он прижал всё её тело близко к нему и удерживает её своей левой рукой, не давая сделать не нужное, но такое необходимое лишнее движение для девушки.       — Джей, отпусти, — просит Джиу, но в ответ получает шёпот со стороны парня.       — Только, если ты согласишься пойти со мной в мою квартиру, — он поднимает свои губы поверх шеи и подходит ближе к ушам, — Ну же Джиу, сделай себе приятное. Он дышит в её ухо, трогает ту за ягодицу, гладит талию, прижимает ещё сильнее и говорит:       — Я хочу тебя, Джиу.       Но что-то ей совсем не нравилось. Её дыхание увеличивалось, действия парня кажутся неправильными и она желает уйти с его хвата очень скоро и быстро. Казалось бы, Ким испытывала симпатию Чонсону и ей должно нравится то, что он делает. Но нет, ей это совсем не нравится и скорее всего это из-за того, что он пьян, да и девушка слегка выпила с её стороны. Джиу тяжело вздыхает и руками держит его руку, как чувствует, что что-то твёрдое касается к её спине. Вроде это не рука парня.       — Чонсон, вот ты где! — слышится голос Ники с правой стороны.

---

      — Твою мать... — тихо матерится Ким, сжимая свои глаза крепко, крепко.       Сейчас она стоит возле плиты, и слышит сзади:       — Что случилось?       Девушка оборачивается и видит перед собой парня, что присев на стул смотрел на неё всё ещё без верхней футболки.       — Ничего, — говорит Ким и присажывается напротив него, смотря на дорогую мебель вокруг них.       — Эй, Джиу, — зовёт её парень, — Что-то случилось?       Джиу с удивлением смотрит на него, с волнением вздыхает и закрывает лицо своими руками. Она грустит. Тэхён этого понимает, но он явно не понимал то, что творилось с ней вчера с Джеем.       — Джиу, — мягко зовёт её парень и девушка открывает свои намокшие от слёз глаза.       Кан с удивлением смотрит на неё и подходит к ней ближе. Он смотрит на то, как Ким молчит и пытается сдерживать свои кристально чистые слёзы. Тэхён усаживается рядом с ней, держит её правую руку в своих руках, и говорит:       — Джиу, что с тобой случилось?       В ответ тишина. Джиу смотрит вниз и отрицательно качает головой. Она шмыгает носом, отрывает свою руку с рук Тэхёна и протирает слёзы.       — Я даже сама не знаю почему плачу, — говорит та наконец-то подняв свою голову и смеётся, от чего Кан сидит в ступоре, — Я реально не знаю почему...       Тэхён всё ближе садится к ней и слегка обнимает её своей левой рукой, шепчя ей успокаивающие слова.       Если честно, Джиу не наврала Тэхёну, сказав, что не знает почему плачет. Она реально не понимает себя и не знает почему заплакала. Вроде в тот вечер Ники забрал с собой Чонсона на перекур, а Ким ушла в комнату Минджи. Ничего плохого ведь не произошло. Они все были пьяными и неадекватными. Но что это за непонятное состояние тревожит её сейчас?