Неотвратимая судьба

Затемь ткнули в бок. — Просыпайся! — крикнул ей в ухо Жнец. Затемь вздрогнула, открыв глаза. Она явно неважно себя чувствовала. — Вставай, нам пора, — выйдя из убежища, сказал он, не дожидаясь, пока его спутница хотя бы встанет. Затемь осмотрела свою лапку. Она болела ещё сильнее, по сравнению с прошлым циклом. «Надеюсь, заражения не будет...» — с надеждой подумала та. Сумев встать, стараясь не наступать на раненую лапку, она прихрамывая, вышла из убежища. На небе не было ни единого облака. Затемь поковыляла в сторону, в которую пошёл Жнец. Через некоторое время, он остановился с недовольством, у толстой кромки льда. — Ты слишком медленно перемещаешься, давай быстрее, — сухо, не обращая на неё внимание сказал Жнец. — Мне кажется я ранена... — тихо проговорила она. — Мне всё равно, — прямо сказал Жнец, — либо ты идëшь в моём темпе, либо вообще не идëшь. Затемь тяжело вздохнула. Пересиливая боль, она задвигалась быстрее к Жнецу. Дойдя до неё, он ничего ей не сказав, прыгнул в холодную воду, направляясь к той самой, большой, захламленой постройке. Затемь так же зашла в воду, осторожно всматриваясь в берег, не желая, как и в прошлый раз напороться на осколок, поплыла за Жнецом. Плыть было гораздо проще, чем идти, не учитывая холод, от которого в этой воде спастись было невозможно. Через некоторое время, Затемь со Жнецом доплыли до основания жуткой постройки. Весь её низ, где вышли слизнекоты, был завален хламом, выступали большие, полуразрушенные металлические ячейки. Чуть выше этого мусора находилась небольшая каменная постройка, выход которой вёл на практически полностью разрушенный мост. Жнец, осмотрев местность, начал подниматься по мусорному берегу, направляясь к каменному подъёму. Затемь продолжила медленно идти за ним. Каменный подъём был довольно шатким и ненадёжным на вид, из-за множественных, небольших отверстий, через которые пробивался довольно яркий свет. Жнец начал осматривать подъём. Никаких способов подняться самостоятельно здесь не было, вся лестница давно обрушилась. Внизу, в каменном хламе, лежало несколько арматур, видимо выпавших из конструкции стен данной постройки. Тёмный слизнекот взял копья, и поочерёдно начал из вонзать в рассыпающийся камень. Затемь взяла несколько арматур, и уже готова была помочь Жнецу, чтобы они быстрее добрались наверх, как он отпихнул её от стены, где она собиралась вонзить копьё. — Ничего не делай, ты только мне так помешаешь, — идя рыться в камнях за новой порцией лома, сказал он. Затемь вздохнула и бросила металлом на землю, сев чуть дальше от центра комнаты. В конце концов, набрав достаточное количество металлического хлама, он смог выстроить свой импровизированный путь наверх. Вместе, они вскарабкались по нему. Вышли слизнекоты в довольно тёмном месте. Впереди был мост, вернее, то что от него осталось. Жнец, делая быстрые, ловкие движения, начал передвигаться вперёд по мосту. Затеми же было не так просто. Каждый прыжок, давался ей через силу. Упасть с моста, учитывая, что любой камень сыпался даже при минимальной нагрузке, не составило бы труда. Жнец дойдя до другой части, вновь недовольно начал ждать Затемь. Вдруг, её лапы соскользнули, и она бы уже полетела вниз, но к её счастью у неё оказалась достаточно быстрая реакция. Она смогла зацепиться за довольно толстую арматуру, торчащую из таких же непрочных камней. Она могла окончательно упасть, при любом неверном движении. — Жнец! Пожалуйста, помоги мне! — вскрикнула Затемь, пытаясь не дёргаться, чтобы не расшатывать свою опору ещё больше. — Ты сама справишься, — довольно резко, отсек Жнец её надежды. Как будто он хотел от неё избавиться, — впрочем, думаю, что я могу подождать, пока ты выберешься. Жнец сел на холодную каменную поверхность, ожидая исхода этой ситуации. «Спасибо, что решил меня подождать!» — злобно про себя подумала Затемь. Она его ненавидела, но других альтернатив в виде гидов у неё не было. Еë лапа немного соскользнула. Нужно было что-то делать, иначе она умрёт. Затемь медленными движениями, попыталась ухватиться за камни. Они немного посыпались, но в целом держали форму. «Надеюсь, они выдержат мой вес» — понадеялась Затемь, взбираясь обратно на остатки моста. — Я же говорил, что ты справишься, — сухо заметил Жнец. Затемь промолчала, направившись вслед за Жнецом. Прошло некоторое время. Вдруг, Затемь почувствовала голод, о котором она сообщила Жнецу. Он так же хотел есть, так что они, не долго думая, вновь разделились, чтобы найти пропитание на каждого. Бродя, по разрушенным комнатам, Затемь наткнулась на небольшого, застрявшего в ловушке мусорщиков синего ящера. Петля, сделанная из прочной верёвки, была обмотанна вокруг его шеи, а сам хищник пытался всеми силами высвободиться из этой ловушки. Затемь остановилась, наблюдая за ящером. Будь бы другая ситуация, и ящер бы не был в такой передряги, она бы не раздумывая начала бы по нему стрелять из арбалета, спасая свою жизнь. Но здесь расклад событий был немного другим. Заметив слизнекошку, ящер зашипел, грозно приподнимая свои хитиновые пластины. Немного погодя, Затемь решила его освободить, даже учитывая свою раненую лапку, она могла довольно просто отбежать, если бы ящер на нее напал. Взяв острый кусок металла, Затемь осторожно приблизилась к ящеру, пытаясь подобраться на минимально возможное расстояние. Ящер рванул к добыче, пытаясь схватить её, но давящая на горло петля не дала это сделать. Резким рывком, Затемь перерезала верхнее крепление верёвки, и сделала сальто назад, неприятно упав. Ящер поняв, что и его больше ничего не держит, остановился, посмотрев на слизнекошку. Затемь уже встала, сама наблюдая за поведением хищника. Тот медленно развернулся, и побрёл в противоположном направление, даже не сняв с себя верёвку. Слизнекошка тяжело вздохнула, понимая что не дождется от него ни капли благодарности. Впрочем, как бы это не было грустно, она понимала что нужно было идти обратно. Она вернулась, на полпути найдя несколько свисающих фруктов. На месте расставания, её ждал Жнец. Они вновь отправились вперед. Прошло некоторое время, снежная буря снаружи усилилась, заставляя замерзать всё живое. Слизнекоты бродили внутри строения, которое защищало от холода также, как дырявое одеяло. В один момент, они вышли на более-менее открытое пространство. Сверху выступали небольшие части, видимо вентиляции. Вдруг, откуда то раздался громкий звук. Около Жнеца, что-то ударилось об металлическую поверхность. — Спрячься! Скомандовал Жнец, зарываясь в снег около выступающей вентиляции, Затемь последовала его примеру, но уже поодаль. — Кто стреляет? — заорал Жнец, стрелка было явно не видно, мусорщики никогда не пользовались камуфляжами или маскировками, всегда выставляя себя напоказ, им так называемая «честь» этого не позволяла, а кроме мусорщиков, винтовками умеют пользоваться только слизнекоты. Ответа от стрелка не последовало. Жнец достал свою винтовку, попутно заряжая туда дополнительные боеприпасы. Затемь же аккуратно сняла свой арбалет, натягивая туда отравленный болт. Оба слизнекота подготовились к бою. Жнец немного выглянул из укрытия, пытаясь рассмотреть, откуда стреляли. Но вновь пролетевшая пуля в паре сантиметров от него, заставила его сунуться обратно. — Осмотри местность, он на меня сфокусировался, — тихо зашипел Жнец, чтобы стрелок не услышал его план. Затемь выглянула одним глазком из-за укрытия, приготовив арбалет. Она увидела лишь белый снег, никакого слизнекота. Он же не мог просто зарыться в снег? В любом случае бы торчал ствол винтовки. — Я ничего не вижу, — тихо сказала Затемь. — Да ты издеваешься? — закипая от злости, зарычал Жнец. Он выглянув из укрытия, выстрелил в снег, тщетно пытаясь попасть по стрелку. Около Жнеца вновь пролетел снаряд, вновь промазав. «Странно, что он промахивается уже в третий раз, может он вдалеке?» — попыталась Затемь логически подумать. Выглянув вновь из-за укрытия, она осмотрела всë в дали, вновь ничего. Но стоило ей перевести взгляд выше, то она увидела на верхушке обрушенных комплексов ячеек, бледно-красного слизнекота. — Он сверху, я не могу по нему стрелять, — быстро сказала ему Затемь. Тот лишь молча посмотрев наверх, убедившись, что он действительно там, направил винтовку в его сторону и произвёл выстрел. Послышался металлический звон. Мимо. Затемь вновь выглянула. Слизнекот, поняв, что его позиция раскрыта, поспешил ретироваться с места перестрелки, но второй, точный выстрел Жнеца, не дал ему это сделать. — Всё, пошли к этой скотине, — выдохнул Жнец. Затемь, поковыляла за ним, лапа стала болеть ещё сильнее. Это её беспокоило. Дойдя до места стрельбы, слизнекоты увидели небольшой кровавый шлейф, который тянулся несколько комнат, в конце концов, они обнаружили само, бездыханное тело слизнекота. Жнец разрядил его винтовку, забирал ее боезапас и немного завис в раздумьях. — Я пожалуй поем, пищу ведь так и не нашёл — подходя в вплотную к телу убитому, проговорил он. — Чем? — Не понимая проговорила Затемь. — Слизнекот тоже мясо! — раздражённо рыкнул он. Затемь отвернулась, ей было ни к чему видеть это. Немного подождав, когда противное чавканье закончиться, она почувствовала, что уже не может терпеть холод. — Жнец, убежище близко? — закрыв глаза, тихо прошептала она. — Тебе зачем? Мы только недавно вышли, — заканчивая свою трапезу, проговорил он. — У меня шерсти нет! — вскрикнула Затемь, — хватит уже принижать мои потребности. На морде Жнеца, Затемь прочитала сильное недовольство, происходящей ситуации. — Ладно... — смерив её холодным взглядом, сказал он, — пойдём. Затемь поковыляла за Жнецом. Они дошли до большого на первый взгляд убежища, оно находилось в одной из странных, обрушенных ячеек. Немного погодя, Затемь зашла туда за Жнецом. Двери убежища закрылись, вновь затемняя обстановку. Затемь медленно размотала свою повязку. Рана выглядела плохо, она ничуть не затянулась, всё также было видно мясо, но кровь уже не шла. Затемь, осторожными движениями вновь перевязала рану, ибо других альтернатив у неё не было, повязка хотя бы не даст ране сильно загрязнится. Слизнекошка тяжело вздохнула. Она вновь достала свои письменные принадлежности, и начала рисовать вновь, заместо вчерашнего рисунка, который ей так не понравился. Она ещё старательнее выводила линии, чем вчера, пытаясь сделать идеальные образы. В итоге, получилось хотя бы что-то. На рисунке слизнекот шел по глубокому снегу. Затемь положила всё обратно, попытавшись заснуть. Но слабая, ноющая боль в ране этому мешала. Она ворочалась, казалось множество часов и лишь в конце, когда согрелась, она смогла погрузиться в сон.