Физкультура

Типичного птичьего вида девица залетела в тёмную мрачноватую квартиру, плотно пропитанную запахом табака и неочевидной химии с нотками цветов. Хозяин медлил, пугающе тянул каждое своё движение, то и дело останавливаясь на каждом шагу. Случайная спутница, как голодная уличная собака, жадно ждала продолжения и горящими глазами пыталась выесть Его глаза. – Глесик, ну где ты... – томно, но всё так же резво щебетала кокотка из жилой комнаты. Она врала. Она совсем не блудница, не страстная любовница и не роковая леди. Она никогда бы не сорвалась, если бы не желание открыть для себя что-то новое. И она боялась, но притворяясь перед самой собой, умело играла роль похотливой игрушки. Хозяин наконец вошёл вслед за ней и присел на край кровати. Птичка, пытаясь разгадать ребус, наивно принялась усаживаться на его колени. – Стой, не торопись. Присядь, – смешанным баритоном говорил он, указывая на кресло напротив. Она повиновалась и раздражённо взглянула на него в ожидании ответного хода. Он начал мысль: – Крошка... Ты не сможешь вообразить своей чудесной головкой, как я устал, – он вскинул глаза к потолку, словно пытаясь прочитать там продолжение своих мыслей, неспешно закурил и установил пачку красных мальборо на прикроватном столике, – я... я хочу физкультуры. Понимаешь, деточка? Культуры. Физической. Это не беготня, мячики или что там... Культура тела. За пределами головы... – он неуверенно по-уральски бормотал, периодически выпуская из грешного рта дым. – Вот ты смотришь на меня и думаешь, что я дебил. Не старайся, я понимаю, – птичка округлила глаза и начала хлопать ими в недоумении, пока из Его уст снова вышла напористая струя дыма. – Ты что... Ты зачем меня сюда привёл?! – срываясь, произнесла девушка. – Да не бойся, чё ты. Я не трогаю тебя, – в подтверждение своих слов хозяин показал руки, а затем занёс их на зытылок, развернулся на девяносто градусов от собеседницы и откинулся на спинку кровати, обдавая воздух новой порцией горячего дыма, – послушай... Представь себе, что твоё тело – это искусство, история, божество. Что его вершили народы тысячи лет. И одновременно твоё тело это то самое общество, – он повернулся и посмотрел в блестящие глаза девушки, – Понимаешь? Она не понимала, но ей было безумно интересно. Как бабочка, летящая к огню, она не знала, с чем столкнётся, но её так манило. Она молча влезла на кровать прямо рядом с хозяином, но не придумала, что предпринять в довершение, посему принялась слушать дальше. – Можно и так... Тело не испытывает эмоции, вернее не чувствует... То есть, тело это чистая органолептика. Текстуры, температура, давление и так далее. Вот это я имею в виду, – Его мысли были беспощадно спутаны алкоголем, но Он доблестно боролся. Отдаваясь ещё на пару затяжек, сигарета наконец иссякла. Хозяин бережно потушил её в пепельнице и приобнял одной рукой птичку. – Ты думаешь, что тело это только для ванной или врача, что это интим, эротика. Мы стали забывать, что первые люди, самые настоящие, одевались, чтобы не мёрзнуть. Тебе не холодно? – девичка отрицательно покачала головой, – Потрясающе. Давай я тебе помогу. Хозяин принялся извлекать тело птички из одежды. Внутренности её сжимались в тревоге, но она знала, что ждала Этого. Наконец, она освободилась, но Он не затевал никаких ласк. Казалось, ему было совсем всё равно, он хладнокровно вернул её в исходное положение объятий и принялся вещать дальше. К горлу подступала истерика. – Забота о теле: духовная забота о недуховном, сепарация и единение с телом, ощущения – нам не хватает этого... Ей было откровенно плевать на слова. Периодически она мычала что-то в подтверждение, но томилась в ожидании действий. Его глаза и дальше подпирали потолок, а девичка пытливо разглядывала Его глаза, разыскивая отблески желания. Наконец Он заметил её взгляды. Прошло около часа. Измученная птичка переводила дыхание, сбитое парой экстазов. Она попробовала то, что хотела. Ни одна курица не поверит, что Она, настоящая теперь столичная особа, спала с самим Самойловым. Но осознание страшно тешило самолюбие, отчего каждую клеточку тела потряхивало от истомного счастья. Она смотрела на Него с улыбкой, улыбка смотрела на Него с благодарностью, Он на Неё не смотрел. Хозяин, сразу после успешной атаки, покинул постель и отправился на балкон прямо по гнёздам. Походка, ещё нетвёрдая, снова затянула процесс, но не подвела. На грани, или лучше на краю, Он закурил снова, вздымая взгляд в колкой вине и немом вопросе: "Зачем?". Он понимал, что Она ничего не понимает и что вообще никто ничего не понимает. А Он понял. Понял, что такое физкультура.