Солнце и луна

2 года спустя

1 сентября 1995 года

Джинни вновь бежала по платформе 9¾. Надо же, уже чётвёртый год она на первое сентября отправляется в Хогвартс, а это мероприятие всё так же волнительно! Наверное, дело в том, что в доме каждый раз стоит большая суматоха. Сегодня она возникла из-за того, что на вокзал в качестве сопровождения отправлялись некоторые члены Ордена Феникса. Но это ничуть не омрачало поездку: вместе веселее! Они как всегда опаздывали и запрыгнули в вагон чуть ли не в последние секунды. Когда поезд отправился, Рон и Гермиона поспешили в вагон старост, и Джинни осталась вдвоём с Гарри. Хм, интересно, раньше бы она начала жутко волноваться от пребывания с ним наедине, но сейчас... ажиотаж как будто поутих. Они отправились на поиски свободного купе, что оказалось очень сложной миссией, ведь они попали в поезд позже остальных. В последнем вагоне они встретили своего старого друга, Невилла Долгопупса. — Всюду забито, не могу место найти, — растерянно сообщил он. Джинни заглянула в одно из купе и увидела... Луну! Гриффиндорка давно хотела помириться с бывшей подругой, но, несмотря на то, что они очень часто пересекались в школе, она не могла решиться на это. Но сейчас... Джи готова. Сейчас она чувствует уверенность, она хочет наладить отношения с когтевранкой, ведь тогда, несколько лет назад... они прекратили столь крепкую дружбу, и девочка чувствовала свою вину. — Ничего не всюду, — возразила Джинни Невиллу. — Здесь полно места, здесь только полоумная Лавгуд. Чёрт! Чёрт-чёрт-чёрт! Глупая старая привычка, которая появилась из-за чрезмерного употребления этого обидного прозвища на всём курсе. Невилл что-то пробормотал, показывая явное нежелание присоединяться к когтевранке. Чтобы как-то оправдаться перед собой и всё-таки сказать мальчикам добрые слова об однокурснице, Джи уверенно ответила Невиллу: — Не будь дураком. Она ничего. С той же уверенностью она открыла двери купе и с широкой добродушной улыбкой обратилась к Лавгуд: — Привет, Полумна! Можно нам к тебе? Выглянув из-за "Придиры" и осмотрев гостей, Луна одобрительно кивнула. — Спасибо! — поблагодарила её Джинни. Она решила начать разговор и спросила, как девочка провела лето, а затем познакомила её с мальчиками, которые были удивлены её потусторонности. Луна вернулась к чтению журнала, Гарри и Невилл изумлённо переглянулись, а Джинни подавила смешок. Забавно было наблюдать за реакцией гриффиндорцев. Дальше все спокойно сидели, занимаясь своими делали. Джинни хотела побеседовать с Полумной, но всё не могла решиться, да и делать это было бы лучше наедине. Через какое-то время Невилл достал довольно странное растение и стал показывать Гарри. Гриффиндорка со скучающим видом смотрела в их сторону. — У него потрясающий защитный механизм, — гордо сказал Долгопупс, затем одно движение острым пером по растению и весь вагон оказался в какой-то мерзкой жидкости. Все с некоторым отвращением осматривали себя, и в этот момент в дверях купе на несколько секунд появилась Чжоу Чанг, что явно смутило Гарри, но Джинни не обратила на это внимания, ведь к ней повернулась Луна и тихо спросила: — Всё в порядке? Ты вся в слизи... — Да, всё нормально, — немного растерянно ответила Джи, приятно удивившись беспокойством когтевранки, но потом, улыбнувшись, уверенно продолжила: — Ничего страшного, мы сейчас запросто от этого избавимся. Экскуро! Через час пришли двое, известные Полумне как Рон и Гермиона, и между ребятами завязалась беседа про старост. Видно было, что Лавгуд хотела бы тоже пообщаться, не так часто выдаётся возможность, а тут как раз её старая подруга со своими друзьями. Когда Рон упомянул Падму Патил, она решила присоединиться к обсуждению: — Ты ходил с Падмой на Святочный бал. — Да, я знаю, что ходил, — с лёгким удивлением ответил гриффиндорец. — Ей не очень понравилось. Она говорит, что ты неважно с ней обошёлся. Не стал с ней танцевать, — может, и не стоило так начинать. Но он ведь действительно поступил не очень хорошо. — Хотя для меня это было бы даже лучше, — попыталась немного подбодрить его Луна. — Не люблю танцы. И снова спряталась за журналом, чтобы не смущать Рона и не заставлять его отвечать на это. Главное, чтобы он принял этот факт во внимание. Когда беседа продолжилась, когтевранка невольно слушала ребят и наблюдала за ними. Когда Уизли очень смешно изобразил Гойла, девочка не выдержала и рассмеялась, выйдя из своего журнального укрытия. В этот момент заинтересованный Гарри взял и полистал "Придиру". Через несколько минут чтения он закрыл его, и Рон спросил: — Что-нибудь интересное? — Разумеется, ровно ничего, — вмешалась Грейнджер. — Всем известно, что этот журнал — макулатура. У Джинни пересохло в горле и онемели конечности. Ей было неловко за одну подругу и жалко другую. Ей было бы больно услышать подобное о работе своего папы. Обычно терпеливую Луну пробрал гнев, но она не стала кричать или ругаться, но и терпеть такие высказывания нельзя. Она любит своего папу и готова его поддерживать и защищать. — Прошу прощения. Его редактор — мой отец, — сказала Полумна, чем явно смутила Гермиону. — Можно, я его возьму? — холодно осведомилась она и вырвала журнал из рук Гарри. У Джинни пошли мурашки от этой ситуации. Прячась за журналом, Луна еле сдерживала слёзы из-за обиды. Вдруг она почувствовала чью-то руку на своём плече. Это была Джинни. — Извини её, — мягко сказала та. Все отвлеклись на вошедшего в купе Малфоя, так что их разговор был приватен. — Понимаю, тяжело такое слышать, и ей точно не следовало так говорить. Но я уверена, она не хотела тебя обидеть. Когтевранка вздохнула, отводя взгляд. Джи не стала на неё давить и спокойно, немного грустно, отвернулась. В оставшийся путь до школы не произошло ничего примечательного. Полумна помогла своим соседям по купе с вещами и ехала с ними в одной карете. В Большом зале, в отличие от остальной компании, она пошла к когтевранцам. Джинни смотрела ей вслед, с тоской вспоминая, как они на первом курсе садились вместе за один стол. Как же хочется вернуть эти времена...