Я могу нарисовать тебя.

Жар, распространяющийся по телу блондина, который так и заставлял светиться его белоснежные щёчки, от смущения и одновременно от приятной вульгарности. Брюнет не собирался останавливаться, он продолжал наслаждаться этим казалось бы, сладким для него на вкус поцелуем, пробираясь всё грубее и насыщеннее своим мокрым языком, в маленькие скулы и зубки Антона, соприкасаясь с его теплым и уже активным языком. Не замечая ничего вокруг, словно отстранённые от внешнего мира, парни неуклюже плюхнулись на кровать и продолжили утопать в горячем поцелуе. Тихие, но такие непристойные вздохи, грубые соприкасания и впивание чужих, горячих губ, заставляло Антона краснеть всё больше, причмокивания обоих губ, которые так и принуждали блондина терять себя в этой неловкой ситуации. Рома замечал каждую мелочь и казалось бы, что в этот момент его слух стал в разы лучше, он слышал всё что бормотал про себя Петров во время этой "схватки" между ними, но шатен уже был не в силах остановиться. Его чувство похоти брало вверх, Пятифанов не мог себя контролировать, когда под ним лежал такой беспомощный и заурядный зайчик. Раскрыв томные и такие глубокие, тёмные глаза, наполненные лишь скабрёзностью, Рома аккуратно прикоснулся к стеклянным очкам Антона, невольно отрываясь от этого поцелуя и стягивая очки с белого курносого носика, кладя их на полку рядом. Грубо выдохнув, брюнет был всё же на пороге переступить эту черту. Не сумев держать себя в этих оковах дозволенного, Рома потянулся к блондину, запуская и вытягивая свои длинные, тонкие пальцы, под рубашку Петрова. Почувствовав худощавое тельце, брюнет ехидно улыбнулся, оголяя свои острые клычки и показывая своё довольство, через эту смазливую улыбочку. По телу Антона кажется пробежалось сто? Нет, тысячу мурашек, которые так и покрывали всё его тело с ног до головы. Холодные и тонкие пальцы так и скользили по его маленькому животу и задевая, выступавшие, мелкие сосочки сверху. Светловолосый знал, что к хорошему это привести не могло, но как он может отказаться от этого? Он не понимал что делает.. он не соображал что делает это с Ромой. Вытворяет такие непристойные вещи с его другом, который наверняка сам не знает к чему это может привести. Но сейчас, ребятам было не до этого, они хотели получить лишь наслаждение и попробовать новые ощущения, постараюсь удовлетворить свои потребности. Конечно, Антон был удивлён, что Рома так сильно проявляет к нему инциативу и видимо, он понимал что делает.. Казалось, шатен с самого начало считал блондина, не просто другом, а чем-то большим. Тем, чем он смог бы насладиться в любое время. Отвлекаясь от собственных раздумий, Антон почувствовал грубые соприкасания. Как же Рома может оставить такое прекрасное, стройное тело без следа и отметки? Нетерпеливо стянув с хрупкого тела, словно с фарфоровой куклы рубашку, Рома принялся стимулировать уже набухшие, покрасневшие соски. Сжав один в своих тонких пальцах, послышался пренебреженый вскрик сверху. Пятифан похотливо улыбнулся, начиная ласкать его своим грубым и горячим языком, продолжая водить своими тонкими пальцами по талии Антона. Положив бледные руки на голову брюнета, Петров слегка сжал густые волосы, продолжая протяжно постонывать и непристойно мычать, пока оба наслаждались процессом. Блондин не успел заметить, как Рома нетерпеливо стягивал с него темные брюки, а за ним и сразу нижнее бельё. Показалась покрасневшая головка члена, из которого слегка вытекала смазка. Светловолосый опустил взгляд и он остановился на его партнёре. Шатен уже охотно стягивал с себя спортивки, оголяя тот же стояк. Антон снова покраснел от такого порыва смущения и слегка прикрыл ладонью, алое личико. Удобно пристроившись, Рома уселся на ляжки Петрова, что заставило их дружков соприкоснуться. Увидев возбуждение светловолосого, дыхание брюнета участилось, а на его лице появился румянец. Сдвинув бёдра Антона, Рома стал тереться внизу, начиная дразнить блондина. – Эй.. -тихо послышалось из уст очкарика и его брови сблизились ближе к переносице что означало, он недоволен. – Хм? Что такое? - с ехидной улыбкой спросил тот, будто не знал в чём дело. – Рома, пожалуйста.. - сдавливая голос произнёс Петров, печально подняв взгляд на шатена. Брюнет тут же вздрогнул. Дыхание участилось, а грубая рука уже обхватывала два члена, тихо сглаживая их и ускоряя темп. Вытекающая смазка, заставляла издавать хлюпающие звуки, что вызывало ещё больше страсти у темноволосого. Его взгляд полностью был устремлён на блондина и на его миленькое личико, которое он так и пытался скрыть. Из его уст слышались резкие и отрывистые стоны, вздроги, которые так и заставляли продолжать ускорять темп. Уже находившись на пределе, острые кончики тёмных волос спадали на густые брови Ромки и брюнет всё больше и интенсивнее ускорялся. Грубое рычание и тихие стоны, вырвались из уст Пятифана, пока снизу слышались лишь протяжные и ласкающие, в то время как парни одновременно кончили. Отдышавшись, Рома опустил взгляд на блондина, пока тот ещё находился в экстазе. Глянув пониже, белая жидкость капала с длинных пальцев, а некоторая находилась на животе светловолосого. Облегчённо вздохнув, шатен потянулся к Петрову и убирая горячую ладонь с его лица, чмокнул в губы. Антон ответил тем же, но его дыхание ещё не пришло в норму так что тот молча смотрел на брюнета, восстанавливая дыхание. Медленно поднявшись с кровати и подтянув свои спортивки, Рома направился в ванную, провожая взглядом Антона. Зайдя внутрь, теплая вода просочилась сквозь пальцы и смыла жидкость. Достав два небольших полотенца, он вновь зашёл в комнату. На диване уже сидел блондин, натянувший свои брюки и наверняка сам в шоке с того что только что произошло. Его мысли разбавил мягкий прилёт в голову. Это оказалось полотенце. – Иди в душ, я после тебя. - произнёс Ромка уже своим привычным голосом и присел на кровать рядом. Молча кивнув, Петров поднялся с кровати и наконец найдя ванную комнату, вошёл внутрь. Стянув с себя слои одежды, он прикрыл входную дверь и стал под душ. Теплая вода облила бледное тельце и светловолосый снова стал утопать в своих мыслях, одновременно омывая тело.