Теннис большой — это хорошо

Хмурое лицо Бориса далеко не всегда означало, что он зол или же на доске всё неладно. Край сцены в игровом зале, конечно, не лучшее место для лёгкой ностальгии и сопоставления фактов, особенно, если соперник ожидает твоего хода. Ещё и время на часах безбожно ускользает. Спасский провёл рукой по объёмным волосам, поправил очки и позволил себе ещё минуту раздумий. Двадцать второй чемпионат СССР, февраль пятьдесят пятого… Вариант Рагозина. Борис тогда испытал детский восторг, который на миг заглушил нервозность от подготовки к партии и беззастенчиво уставился на ожидающего перед доской соперника — эталон в шестидесятичетырёх клеточном мире Бориса — Пауля Петровича Кереса. Последний оказался точь в точь как на фото из журнала, только благосклонное лицо обладало подвижностью, а светло-голубые глаза… Они всё-таки светлые! Пауль Петрович смотрел изучающе, но не больше положенного. Затем взгляд его опустился на доску, а сам гроссмейстер поёжился от рентгеновского излучения Спасским. Борис старался выбирать максимально надёжные ходы, но вышла ничья. Пауль Петрович во второй раз пожал молодому дарованию руку. В тот день Борька почувствовал себя абсолютно счастливым человеком. Спасский не мог не восхищаться талантом Пауля Петровича. Вдобавок к мастерству, Керес был безупречно воспитан и симпатичен на лицо. Борис уже вдоль и поперёк изучил фото вырезанное из журнала. Правда там гроссмейстер представал более юным и его черты на вырезке острые, более тонкие. Но Спасскому нравился и зрелый Керес. Возраст нисколько не портил его, а придал приятную пикантность. Борис и после партии иногда делал шаги для нахождения общих интересов. Здесь, в Амстердаме Спасский узнал о том, что Керес поклонник тенниса! Ему необычайно повезло, ведь с Паулем Петровичем в один день никто не согласился играть и он позвал Бориса. Последний с радостью согласился, не зная, что с Кересом не играют потому что Пауль всегда обыгрывает любителей, отдаваясь игре в теннис не с меньшей страстью, нежели когда он играет в шахматы или составляет задачи. Игра у Бориса выходит слабой. Пауль Петрович не смеётся над ним, а направляет голосом с лёгким эстонским акцентом. Выходит настоящее наставничество, Спасский активно учится для того, чтобы Керес позвал его сюда снова. Мяч — ракетка — мяч — ракетка — мяч… Пауль восторгается старательностью юнца, тем, как красиво Борис за короткое время научился управляться с ракеткой и всегда благодарит молодого напарника за то, что он помогает ему поддерживать теннисную форму. А в один день Спасский наглеет. — Сыграем на желание, Пауль Петрович? — Борис думает расспросить кумира о его жизни побольше. В комнате Бориса. — А что ты хочешь? — легко и просто соглашается тактичный эстонец. — Я хочу выпить пива. Вместе с вами. Лицо Пауля Петровича посещает смущённая улыбка. Честно признаться, пиво он очень любит. Особенно в Амстердаме… Но Борис так молод! — Надеюсь, что количество бутылок окажется разумным, — Пауль Петрович сдаётся на милость Спасского. — Несомненно. Полагаюсь на вас, — Борис возвращает себе вежливость, чтобы не показать его уважаемому кумиру панибратское отношение. Всё-таки Борис ещё благоговеет этими хрустальными отношениями и боится обидеть или отвернуть от себя эстонского гроссмейстера. — Сегодня вечером? Перед выходным всё-таки, — уточняет напоследок Пауль. — Согласен. Только давайте у меня встретимся? — Идёт. Между ними начинается следующая теннисная партия. * * * — Пауль Петрович, а вы знаете, как вы щедры? Знаете ли вы как вы талантливы и симпатичны? За вас! Борис уже порядочно разболтался после двух бутылок светлого и пьяно улыбался Кересу нелепо доказывая своё поклонение его образу. Эстонец молчал, понимая, что попустил мальчика и тот немного переборщил с алкоголем. — Пауль Петрович, неужели вам не нравится со мной? — Нравится, Борис, — Керес постарался улыбнуться как можно приветливей и забрал из руки юноши пивной стакан. Борис нервно взлохматил объёмные волосы, поправил очки и облизнул губы. Весенняя Амстердамская прохлада повеяла из приоткрытого окна и растрепала листы черновиков. Пауль хихикнул и хотел было приняться собирать их, но Борис поймал запястье гроссмейстера и потянул на себя. Керес поддался и пересел ближе к Спасскому, а тот неумело прижался к тонким губам напротив. Пауль опешил и замер. Борис несколько раз мазнул по чужим губам и отпрянул, на ходу снимая за дужку очки и закрывая ладонью глаза. Керес переместил свою ладонь на пышную макушку и расстрепал волосы юнца. Борис всхлипнул несколько раз и глухо извинился. — Посмотри на меня, мальчик, — попросил Керес. Покрасневшее лицо Спасского отражало расстерянность. Он был напуган тем, что на миг поверил, будто этот божественный мужчина симпатизирует ему. — У нас в союзе это противозаконно. Если ты не можешь остановиться, то хотя бы держи язык за зубами, — Керес хотел дать Борису, то что его интересует во избежание получения травмирующего опыта с другим мужчиной. — Мне уже сказал один мужчина, — Борис снова всхлипнул. Эстонец протянул ему свой платок. — Он трогал тебя… Там? — Пауль Петрович слегка покраснел и понял, что вопрос не очень тактичный, но он уже вылетел из его рта. — Да… Я сумею сделать приятно вам, — Спасский сполз на корточки и приобнял колени эстонца, смело смотря вверх. — Ты серьёзно? — Керес поразился словам юноши, ведь он думал, что на нескольких поцелуях всё кончится. Что ж, он сам развил эту тему. — Я никому не скажу, обещаю. Позвольте мне прикоснуться к нему, к вам… Вы не пожалеете, как же вы мне нравитесь Пауль П-Петрович… Простите меня, — Борис поцеловал ладонь мужчины, долго не отнимая от неё губ. Керес метался меж двух огней… Позволить или не позволить?! — Да, — всё, что мог выдавить из себя Пауль и замер. Спасский завозился с пуговицами на чужих брюках. Керес задышал чаще и прикрыл глаза, но сразу же открыл их, препреждая Бориса: — Только он у меня нестандартный. Было уже поздно. Борис стягивал с него бельё и присвистнул от удивления. Член ещё вялый, но уже казался больше, чем обычный. Борис похлопал по нему пальцами, пробуя на ощупь, а потом плюнул на руку и в несколько осмелевших и уверенных движений, будто факир под мановением волшебной дудочки дал члену увеличиться в размерах и предстать готовым. — Он гигант… Но я хочу. Влажная головка погрузилась во влажность чужого рта. Пауль Петрович ощущал сумасшествие данной ситуации, но не мог оторвать взора от стараний Бориса. Он опытно ублажал возбуждение Кереса, но не мог взять его полностью и так вобрав больше, чем наполовину. Пуская часть слюны дальше, Спасский помогал себе рукой, но вскоре его челюсть устала и он отпрянул, просто сидя на полу и надрачивая своему шахматному кумиру. — Слушай, Боря… Почему ты целуешь плохо, а это делаешь великолепно? — Мой прошлый партнёр не любил поцелуи. В основном только трогать и ласкать «Петушка». — Боря… А он тебе делал? Извини, я… Это плохой вопрос. — Пауль Петрович, мы делали друг другу. Иногда вот так просто лениво… Рукой. — А ты хочешь, чтобы я тоже подрочил тебе? — Керес хотел провалиться от стыда, пока произносил это. Хотя куда постыднее сейчас мальчик, который ему… Неважно. — Я мечтал. И чтобы вы меня… Но он такой большой, я боюсь. — Садись ко мне, я постараюсь рукой в такт тебе помочь. Член у Спасского оказался средним и касаться его было необычно для Пауля. Свой казался теперь просто огромным! — Хочу, чтобы вы научили меня целовать, — попросил Борис и застонал от того, что Керес прикоснулся к нему настойчивей и интенсивней. — Сегодня… Да, Боряяя, сожми его. Вот тут, ох! — Пауль вдруг отпустил Спасского и стал толкаться в руку быстрее. Борис понял, что тот скоро кончит и пал на колени, снова принимая член до половины. Другой, свободной рукой он стал надрачивать себе и от удовольствия промычал, создавая приятную вибрацию. Чужой член во рту задёргался и Борис не обращая внимания на уставшую челюсть продолжал обсасывать, собирая сперму эстонца. — Так даже моя жена не умеет… Борь, тебе помочь? — Пожалуйста, погладьте его… И яички помните, ох. Мне стыдно очень, но вы мне нравитесь… — Это только мне можно говорить, ты понимаешь? — Да, я понимаю… Я сейчас… Дааа… — Умница, — Пауль поцеловал юнца в губы, намереваясь сократить пробелы в его знаниях по технике поцелуев.