Loser

«Полуночный зал ожиданий аэропорта Кимпо кипит жизнью», – подметил Сон Мино в мыслях. В Сеуле поток людей во всех общественных местах не стихает ни при каких условиях. Разве что на национальные праздники в столице становится чуток свободней. Мино любит этот город, любит в нем изменчивость как условие его существования. Город живой. Вдохновляет и истощает одновременно. Мино – добровольный узник бетона и полимеров. Пластиковое сидение, справа открылся чудный вид на линии посадочных огней ночного аэропорта. Мино чувствовал усталость и легкое раздражение из-за задержки рейса. В руках он вертел смартфон, обновляя периодически сайт новостями. На бэкграунде из наушников звучала «Dear Mama» Тупака Шакура. Наушники, кстати, Дживон принес ему свои. Парень был непривычно мрачен и тих. Бобби заскочил к ним буквально на пару секунд, сказал, что наушники не нашел, и пусть Мино берет пока его пару. Медленный реп, низкий, уверенный голос почившего ныне мессии Западного побережья расслаблял. По иронии судьбы, такую песню прервал входящий вызов с надписью на экране «Мама». – Алло. – Сынок, ты в аэропорту? – Да, мам, рейс задерживают на полчаса где-то. Может, больше. – Хорошо, значит успеешь еще может что-то получить за возврат. Сынок, к тетушке тебе сейчас лучше не ехать. У них там умер отец зятя. Завтра будут похороны. Скорее всего съедется вся родня с той стороны. Тебя там негде будет даже спать уложить. А сколько расходов на похороны уйдет! Одним словом, не нагружай тетку. Она мне звонила, в лицо она конечно не скажет тебе ничего, но ... – Ясно. Я понял. Нужно тогда набрать Хённима хотя бы. – Ты с ним знаком? – На самом деле, он меня не выносит. Но это отдельный разговор, мам. Закончив беседу, Мино спешил решить вопрос с возвратом билета, но, увы, регистрация была уже пройдена, и в возврате денег ему отказали. Личного багажа при нем не было, кроме рюкзака за спиной, и Мино поспешил за автобусную остановку. За окном маршрута «Кимпо-Мёндон» сверкают светлячками огни фонарей и вывесок. И для Мино нет зрелища прекрасней, чем этот праздник огней, которые, в отличие от хаотичного дневного городского пейзажа, образуют одну цветовую гамму. Бархатную темноту ночи разбивают потоки теплых световых частиц. Они не греют физически, но в эстетически чувствительной душе Мино разливается нежность. По большому счету, можно было бы плюнуть и лететь-таки в Кванджу. Но муж двоюродной сестры, который сейчас фактически управлял домом тёти, на дух не выносил его. Убитый горем потери отца, он не станет себя сдерживать. Хённим был по-особенному верующим, считал, что Мино наркоман и был под половиной юбок в Сеуле, только потому, что знал как тот выступал в ночных клубах. В последнюю их встречу он плюнул ему под ноги и сказал, что Мино, видимо, кому-то отсосал, чтобы попасть в YG. Мино старался не слушать его, списывая все на неадекватность или провинциальную зашоренность. Доказывать что-либо такому человеку не имело смысла. Пережив подростковый период в малопривлекательном теле, он научился пропускать всяческую брань мимо ушей. Когда он попал в общагу, внутри уже все спали. В комнате он бросил рюкзак, снял одежду и отправился в душ, где мягкие струи горячей воды способны были смыть весь осадок от сумбурного дня. Вернувшись в комнату, он достал лосьон для кожи. Вообще, Мино тяжело переносит всю эту рутину с многоступенчатым уходом за кожей, но это необходимость в мире идеальных айдолов. Глядя в зеркало, Мино заметил, что на кровати подушка примята. Она у него не новая, проседает посередине наполнитель. И он четко помнил, как утром, застилая постель, взбивал ее и мысленно сетовал, где бы новую найти по сходной цене. Мино нахмурился, а затем достал мобильный. Пятнадцать минут назад ему пришла смс от Тэхёна: «Хён, как полёт?» Мино мягко улыбнулся, покосился на постель и написал ответ: «Я никуда не полетел. Я дома» В секунды после того, как он отложил телефон, тот запищал уведомлением о новом сообщении: «Что-то случилось?» «Семейные неприятности. Долго писать. Если хочешь, можешь зайти.» «Я раздет и в кровати» «Может, мне зайти тогда?» Тэхён медлил с ответом. У Мино закипала кровь от самой мысли, что сейчас он творит. Усталость смешалась с фрустрацией. Мино не дурак, а самомнение Тэхёна ослепляло его в конспирации своих чувств к Мино. Мино не мог дать себе четкий ответ, зачем он флиртовал с Тэхёном. Возможно даже Мино не хотел отвечать. «С каких пор тебе нужно разрешение?» С ухмылкой на лице он достал бутылку вина и штопор, которые вез в подарок тёте. «Расцениваю это, как да».

***

Молочная горячая кожа – это первое, что различил Мино после пробуждения. Вспышками в сознании проявлялись картинки вчерашнего вечера: они сидели на кровати Макнэ и распивали вино из горла; часто душили приступы гогота, обсуждая истории времен школы; Мино чувствовал, что сильно пьян, Тэхён звучал еще пьяней; Тэхён первый толкнул его к стене, его горячий рот заставил Мино забыть свое имя; Мино ответил на поцелуй с предельным энтузиазмом, они сняли с друг друга майки; Мино с удивлением отметил, как его возбуждает плоская грудная клетка, к которой прижата его собственная. Они были заведены до предела, и все шло к неясному, но волнующему опыту, когда Тэхён разорвал поцелуй. Его взгляд Мино вряд ли забудет – в нем был испуг, сомнение, паника. Тэхён вскочил и неустойчивым, но быстрым спутанным шагом выскочил за дверь, бросив только: «Не иди за мной». Мино остался наедине со всей растерянностью, неловкостью, резким холодом вокруг. Пьяная голова соображала туго, и все, что он смог для себя решить, было то, что он обязан дождаться Тэхёна тут. Затем была мысль, что ему нужно прилечь. Он отключился в момент после этого. Сейчас рядом с ним мирно и крепко спал Макнэ. Мино смотрел на него в некотором шоке. В голове крутилось одно слово: «Инцест». – Какой бардак! Моя жизнь – бесконечный бардак… Мино энергично сел на кровати и растер лицо в ладонях. На часах было 06:49. За окном противно щебетали птицы. Мино вылез из кровати, зашел к себе за толстовкой и вышел из общаги. Он решил, что ему нужна пробежка. Желательно где-то до западного побережья.