В плену фантазии

Соня никогда не задумывалась о том, что в их доме появится ребенок, еще один ребенок, их с Федей ребенок. Мальчишки росли, носились по улицам, и казалось, что успели вырасти из одежды быстрее, чем ее приносили домой из магазина. И Соня бы не обратила внимания на изменения в организме, ну подумаешь, стала уставать, просто конец четверти у мальчишек, надо костюмы готовить, стихи учить, вот поедут на дачу летом, там и буду отсыпаться, а потом обнаружили, что пропустила уже вторые месячные. Девушка уставилась на маленький календарик, что приспособила для личных целей, а потом подошла к телефону, что стоял на тумбочке в коридоре. — Здравствуйте, женская консультация? Девушка ошарашенно слушала врача, пока он распинался в рекомендациях для будущей матери. Этот же врач пару лет назад сказал, что детей у нее никогда не будет. — Чудо, настоящее чудо, Софья Яковлевна, - казалось, что он сейчас захлопает в ладоши от избытка эмоций. Домой она вернулась с непонятной картиной, на которой у маленькой точки уже билось сердце. Ее мужчины уже были дома, Федя и Кеша играли в шахматы, а Серёжа лежал рядом и увлеченно выводил что-то фиолетовым карандашом. — Мам? – Серёжа поднял голову и довольно улыбнулся. — Привет. — Кого-то другого ждали? – она улыбнулась и повесила легкую кофту на вешалку. — Привет. Поели? — Да, вкусные котлеты, - подал голос Федя. — Мы салат еще сделали, - произнес Кеша. — Твоя порция в холодильнике. — Спасибо, - отозвалась Соня уже из ванной комнаты. Весь оставшийся вечер Соня прибывала в легкой растерянности, Серёжа забрался к ней на диване, и, пристроившись рядом, попросил почитать. Новую книжку они с Кешей взяли в библиотеки сами, та находилась недалеко от их дома, ходили одни, и жутко этим гордились. Девушка, перебирая волосы на его макушки, стала читать, и почему только их выбор выпал на «Трех мушкетеров»? — Сонь, - Федя поправил футболку и перешагнул порог спальни, девушка сидела перед зеркалом, механически проводя по ним черной расческой. — Все хорошо? Ты сегодня сама на себя не похожа. Она отложила расческу и уставилась на мужа, словно видела его впервые. — Когда ты молчишь, мне еще страшнее, - Прокопенко взял жену за руку. — У нас будет ребенок, - тихо произнесла девушка. Соня хорошо помнила все их попытки, и делать Феде больно снова не хотелось, но руки предательски дрожали. Они не говорили об этом ровно с того последнего визита к врачу, Соня запретила себе даже думать об этом, Федя не уставал повторять, что кроме любви их связывает много других вещей, и мальчишки – у них еще были мальчишки, разве этого недостаточно, чтобы зваться полной семьей? — Ты уверена? – шепчет мужчина. Девушка мелко затрясла головой. — Девять недель, Федь. *** — Ребеночек? – восторженно произнес Серёжа, откладывая в сторону ложку, которой еще пару минут назад размазывал кашу по тарелке, делая вид, что будет что-то, кроме бутербродов. — Настоящий? Федь по-доброму хмыкнул и потрепал сына по голове. — Конечно, настоящий. Соня отказалась рассказывать мальчикам о беременности до начала второго триместра, Федя знал, что в первые недели срок выкидыша больше, поэтому он просто обнимал жену и соглашался с этой идеей. И вот, когда заветный срок перевалил, Соня, казалось, и сама выдохнула спокойнее, и согласилась раскрыть их маленькую тайну. — Кеша, у нас будет братик или сестренка! – у Серёжи восторга не убавилось, чего нельзя сказать о Кеше, что мрачно собирал учебники в свой портфель. — Кеш? — Да ты не понимаешь?! – он бросил пенал на пол и цветные карандаши «разбежались» по всему полу. — У них теперь свой ребенок будет, а нас вернут обратно! Серёжа влажными глазами уставился на брата и всхлипнул. — Н..е..е..прав..да. — Тряпка, тебе уже не пять лет, - он вдохнул и наклонился за карандашами, хотя и самому плакать хотелось. — Пора взрослеть. Все меняется как-то внезапно, Серёжа и Кеша щетиниться и колются, как испуганные ёжики, и Соня теряется, ставя на стол баночки с йогуртом. Они отказываются от совместного чтения, и Серёжа, хоть и вздыхает, но упорно тащит шахматную доску в их комнату, отказываясь играть с Федей. Соня поглаживает растущий живот, Федя утверждает, что мальчики просто растут, а детская ревность – это нормально для их возраста. Девушка раскладывает на кровати вещи, что приготовила для малышки, нежно-розовые вязаные носочки, из той же пряжи, что и носки для Серёжи с Кешей, что жду их на кровати. В дверь тихо скребутся, словно щенок. — Мам? – всхлипывает Серёжа, когда рыжая макушка просунулась в двери. — Серёж? Мальчик заплакал, сжимая в руках фиолетовые носки. — Серёженька, - расстроенно выдыхает Соня, и он срывается к ней, обнимает, неловко уткнувшись носом в ее живот. — Вы же нас не отдадите, да? – сквозь слёзы Соня пытается разобраться слова мальчика, и сердце сжимается от такого, как они только могли подумать. — Маленький мой, - она погладила его по волосам. — Куда же мы вас отдадим? Вы ведь наши, только наши. С Кешей сложнее, Серёжа тает, гладит живот и ждет появление сестрёнки, вместе с Федей он штудирует словари с именами и выбирает имя. Елизавета, Лизонька – как у императрицы, смущенно признается мальчик. Розовый сверток притягивает внимание всех, даже Кеша, который делает вид, что ничего не изменилось, и кроватка, что появилась в комнате родителей – это просто мираж. Кеша завидует, Серёжа важно помогает толкать коляску Лизы на прогулке, а он не может себя пересилить и отказывается, когда предлагают, как бы не хотелось. Простуда в этот раз валит их в самом начале сезона, пару дней мальчики лежат с высокой температурой, один и тот же сценарий из раза в раз. Соня мечется между кроватями, повезло, что Лиза не заболела. Кеша просыпается от желания попить, воды в стакане не осталось, придется идти на кухню. Через два дня они отправятся к врачу, чтобы выписываться с больничного и со справкой вернуться в школу. Мальчик сует ноги в тапки и кидает взгляд на Серёжу, который сопит, отвернувшись к стенке. — .. и мальчишкам комнаты отдельные нужны, они же растут, будет потому куда друзей привезти или девушку, - на кухне слышится шум воды и звон ложки, отец ужинает, после рабочего дня, опять поздно вернулся. Кеша застывает в темноте, чтобы не выдать своего присутствия. — Ну какую девушку, Федь? - вздохнула Соня, повернувшись к мужу. — Они же маленькие еще. — Так не сейчас, а потом, - тихо засмеялся он. - И этой малявке тоже своя комнату будет нужна, не вечно же ей с нами в комнате спать. Соня вздохнула. — Новая квартира, тем более большая, выйдет дорого, - напомнила она. — С деньгами от этой справимся, - заверил Прокопенко. — Попрошу Смирнова свои связи подключить, хоть какая-то польза от него должна быть. Мальчик отошел от двери и юркнул в приоткрытую дверь родительской спальни. Тут они не так часто бывали, родители не запрещали, просто это была территория взрослых, и мальчики ее уважали. Лиза не спала, а что-то кряхтела в своей кроватке. Кеша заглянул к ней, девочку, увидев знакомо лицо, улыбнулась и потянула ручки к брату. Он невольно улыбнулся и протянул ей свой палец. Нет, с ее появлением их меньше любить не стали, также обнимали, целовали, просто Лиза маленькая, ее защищать надо, и Кеша тоже хотел ее защищать. — В такое время надо спать, - тихо произнес он. Малышка засмеялась, Кеша сначала испугался и глянул на дверь, он еще не слышал, чтобы Лизонька так хохотала. Соня не заставила себя ждать, тоже спутав смех с плачем. — Я ее не будил! — Кеша? - девушка улыбнулась и подошла к ним. — Сошлись два полуночника, да? — Она мне улыбнулась, - тихо признался мальчик, продолжая держать малышку за пальчики. — Лиза же любит тебя, вот и улыбается, - ответила она, приобнимая сына за плечи. Мальчик приткнулся головой к ее боку, от мамы, как и от Лизы, вкусно пахло молоком и детским кремом, им таким с Серёжей щеки от мороза мазали. Соня перебирает пальцами растрепанные после сна волосы. — Я ее тоже люблю, - доверительно шепчет Кеша, словно и себе боится признаться. — Она чувствует, Кеш, - когда в комнате появился отец, мальчик не слышал. Федя просто положил руку на его плечо. Кеша улыбнулся, все еще смотря на Лизу, конечно же, их любят, и никуда не отдадут. Теперь он знает, точно знает.