В плену фантазии

Лия слышит, как в ванной шумит вода, сквозь приоткрытую дверь ванной комнаты, а затем что-то стеклянное падает в раковину, и звучат приглушенные бурятские ругательства. Она сонно поворачивает голову к электронным часам на тумбочке - два часа ночи. Бывшая Шадаева накидывает на плечи тонкий халатик и касается двери. — Баатар? Мужчина сидит на краю ванной с бинтом в зубах, перепачканная кровью рубашка валяется у него в ногах. Лия застывает в дверях, не то, чтобы ее пугала кровь, или она не знала за кого выходит замуж, но еще ни разу она не видела Баатата таким уязвимым. Все медицинские вмешательства, если и происходили, то вне стен дома, либо в кабинете, куда мчался семейный врач, что мог все от укола до операций, где Дагбаев нашел такого многофункционального сотрудника, история умалчивает. Он был молчаливый и хладнокровный, два важнейших качества, что Баатар ценил во всех своих работниках. — Милая, тебе не зачем на это смотреть, - он кривится, стирая подтек крови куском ваты, которая тут же липнет к краям раны. — Почему ты не в больнице? - тихо спрашивает девушка. — Так уж проще сразу сдаться, - произнес Дагбаев недовольным тоном. Лия не злилась, понимая, что виной всему не его отношение к ней, а ситуация, в которой он оказался невольным пострадавшим. — А наш врач? — Он за городом, будет только к утру, - выдохнул Баатар. — Тогда.. разрешишь мне? Дагбаев поднимает голову и удивлено смотрит на свою жену, об этом ее скрытом таланте он не знал. Девушка смотрела на него уже без робости, лишь нервно теребила рукав светлого халата. — Ты умеешь? Лия смущено кивает и открывает горячую воду, чтобы сполоснуть руки. Халат она снимает и бережно кладет на стиральную машинку. — Ходила на курсы одно время за компанию с одноклассницей, курсы вела ее мамы, а мы вроде как моральная поддержка. Баатар сдается в ее руки легко и быстро, чего не делал даже под властью профессионального врача. Девушка смывает кровь водой, а затем в ход идет перекись, мужчина почти не морщится, лишь шипит, и наблюдает за ее сосредоточенным выражением лица. Она вскрывает хирургический набор. — Тебе надо было на врача идти, - произнес он с легкой улыбкой. — Увы, в тот момент, когда все выбирали будущую профессию, я слишком сильно была увлечена фигурным катанием. — Ты и сейчас им увлечена, - напомнил он, снова шикая, когда игла вошла в кожу. Лия не ответила, для тонкой работы надо было сосредоточиться, а не размениваться на разговоры. Когда процедура подошла к концу, она сбросила все в пакет и снова вымыла руки. — Сейчас ситуация другая, - неожиданно произнесла девушка, возвращаясь к их незаконченному диалогу. — Я уже не могу отдавать катанию всю себя, есть определенный статус, которому я должна соответствовать. Дагбаев встал, нежно касаясь ее щеки, сна в ее глазах уже не было, как и прежней наивности, что светилась, когда они встретились в первый раз. Лия перешагнула порог юношеских забот, ей сразу открылась взрослая жизнь, где приходилось бороться за собственное существование. — Я должен извиниться за это. — Если бы не ты, все было бы гораздо хуже, - покачала головой. Слово «смерть» даже в мыслях казалось темным и пугающим, все еще скользящим по пятам за ней. Смерть пахла порохом и красным вином из фамильного погреба. Дагбаев коснулся ее губ своими, Лию хотелось окружить лаской и нежность, хрупкий цветок в его сильных руках, казалось, что одно неловкое движением и вся иллюзия их семейной жизни рухнет к ногам его врагов. Мужчины его возраста часто заводили любовниц возраста, но осмелиться жениться решился только он. — Спасибо, - тихо произнес Баатар, погладив девушку по волосам. — Хотелось бы сказать - обращайся, но пусть такого больше не будет, - шепчет Лия, заглядывая в его красные глаза. — Как Вадим допустил подобное? — Вадим бы такого не допустил, - Баатар вздохнул. Лия была права, за это время она выучила Дракона, и даже казалось, что между ними завязалась подобие дружбы, которая только могла быть перед хозяйкой и наемником. — Я отправил его к сестре. — Зачем? Ей что-то угрожает? Сестру Баатара она видела всего раз, больше эта милая старушка к ним не приезжала. В их встречу она с грустными глазами держала Лию за руку, а вечером того же дня разругалась с братом в пух и прах, и затребовала билет обратно. Дара успокаивала Лию, что у них всегда были тяжелые отношения, и ее вины здесь совсем нет. — Алтан там, - еще мрачнее произнес он. После аварии, гибели матери и долгой реабилитации в клиники, отношения деда и внука совсем разладились. Алтан бунтовал, против клана, против сестры, против деда. Юма фыркала, что юношеский максимализм слишком поздно в нем взыграл, а Лия печально думала, что смерть матери наложила такой отпечаток на его тонкую натуру. Их отношения с Лией разладились, скорбь, которая превратилась в гнев, не щадила никого. Баатар вздыхал, ругался на внука, когда охранники, каждый день, словно почтальоны, оставляли на его столе распечатку фотографий Алтана с новыми девушками. Лия знала, что не имеет право ревновать, она жена его деда, и любовь между ними всего лишь химическая реакция молодого организма, но меньше боли от этого не становилась. Алтан искал утешения в объятиях незнакомок, под их платьями и в дорогом алкоголе. — Вадим будет за ним присматривать? - поинтересовалась девушка, погладив его по здоровому плечу. Ее музыкальные пальцы были холодными, эти пальцы хотелось греть в собственных ладонях, целовать, нежными и быстрыми поцелуями, которые еще долго будут храниться в трещинках губ. — Нет, - он улыбнулся, нежность от Лии была для него лучшим подарком. — Он привезет его домой. Видеть Алтана здесь после случившегося, казалось странным, но Лия понимала, что так он будет в безопасности, у клана много врагов, и его отъезд стал просто прикормкой для таких как Вадим, только работавших на других. — Я принесу тебе таблетку, договорились? – пальцы девушки переместились на его щеку, спускаясь к острой бородке. — И стакан виски, - попросил мужчина. — Нет, такие вещи смешивать нельзя, - Лия улыбнулась и убрала руку, на щеке еще ощущались ее фантомные прикосновения. Баатар кивнул и выпустил девушку из своих объятий, она подхватила свой халат и скрылась в темноте спальни. Завтра будет новый день, в том, что Вадим вернет внука в родные пенаты, он не сомневался, но как с ним справится – вопрос все еще оставался на поверхности. Баатар вздохнул и повернулся к душу, настраивая теплую воду, пусть все это останется на завтра, сегодня он хочет почувствовать себя любимым мужчиной в объятиях любимой супруги, иллюзия нормальной жизни, пока не вышел срок ее заботы.