В плену фантазии

К каждому приему, официальному и неофициальному, что в их кругах было принято называть «для своих», надо было готовиться основательно. Макияж, отутюжено платье, начищенные туфли, в идеале, чтобы там отражалось лицо твоего собеседника. Агата скучающим взглядом окидывает собравшихся, с большинством из них она знакома, и приходиться кивать и улыбаться, как китайский болванчик на приборной панели. Она чувствует, как рука Альберта пропадает с её талии, и мужчину уводит очередной кандидат в клиенты, чтобы решить важный вопрос. Девушка направляется к барной стойке, кислую атмосферу ей поможет скрасить только бокал игристого. – Шампанское, пожалуйста, – улыбается она парнишке за барной стойкой. – Скучаете? – раздается мужской голос. Агата переводит взгляд на его обладателя, привлекательный мужчина с золотой серьгой, что ловит причудливый блеск освещение и немного выбивается из его официального стиля, девушка невольно сравнивает его с пиратом. – Нет, – покачала она головой, к ее счастью бармен ставит на стойку бокал с прохладным напитком. – Ваше шампанское. – Благодарю, – Агата одаривает его ещё одной улыбкой. – Шампанское, в моем обществе даму не принято угощать такими напитками, – снова встревает незнакомец. – Позвольте предложить вам пантеон или ликёр. Он демонстрирует свой бокал с тёмной жидкостью. – Откажусь, – снова произносит Агата. – Предпочитаю не пить в незнакомой компании. – Так давайте исправим это недоразумение, – он хищно улыбается, демонстрируя ряд белых зубов. – Я Ахерон. – Дорогая, всё хорошо? – раздается мягкий баритон, и Новак укладывает руку на свое законное место, демонстрируя их общий статус в глазах собеседника его супруги. – Да, немного задержали обстоятельства. – Некрасиво оставлять свою спутницу в одиночестве, – замечает Ахерон. – Особенно в таком месте. Не боитесь, что уведут? – Мне не к чему бояться подобного, я уверен в своей супруге, – холодно замечает Альберт. – Потанцуем? Агата кивает, отставляя недопитый бокал, немного грустно, на шампанское хозяин денег явно не пожалел. – До встречи, госпожа Новак, – мужчина поднимает свой бокал, Агата чувствует, как холодные мурашки ползут по её спине. – Надеюсь, что это не последняя наша встреча. – Хотелось бы, чтобы ваше чутье подвело вас в этот раз, – бросает она на прощание. – Тебя нельзя оставить одну, – замечает Альберт. – Уже нашла приключения на свою голову. – Я не просила меня сюда тащить, – напоминает девушка, пока их кружит в танце. – Знаешь ли, я не в восторге, что ко мне цепляются всякие типы, с трудом удается переваривать тебя. – Ему ты понравилась, – произносит Новак, не замечая её колкого тона. – Визжать от радости? – осведомилась девушка. – Ты вообще его видел? Жуткий какой-то. – Он представился? Агата кивает, затылком снова чувствуя этот пронзительный взгляд, который забирает, нет, не под платье, а гораздо глубже, под кожу. – Ахерон Остальную часть вечера Альберт старается не отступать от Агаты. И девушка все больше чувствует себя вещью, на которую заявляют права таким образом. Они горячо прощаются с хозяином дома, который буквально обязан жизнью адвокатской практике Новака. На улице погода уже сменилась, и Альберт накидывает на её плечи свой пиджак, окутывая Агату смесью парфюма и дыма сигар, которые курили гости особняка. – Никто из присутствующих не смог сказать ничего вразумительно про этого типа. – Что ты хочешь узнать? — Возможно просто залётный гость, но его поведение вызывает вопросы. Мне неприятны его поползновения в твою сторону. Ты моя жена, - напоминает Альберт, открывая перед ней дверь машины. Девушка замирает, и поднимает на него глаза, в его пиджаке она кажется еще более беззащитной. Ему бы хотелось однажды набраться смелости и поцеловать ее, не потому что так требуется статус отношений, а по собственному желанию, как сейчас. — И только в этом все дело? Альберт смотрит ей в глаза, она его жена, и по всей логике, он должен радоваться, что ему досталась женщина, которая привлекает к себе внимание, но чувство ревности переселило все, потому что она могла уйти, потому что у Агаты было право на это. *** Новак сидит перед камином, ловя отблески искр в своем бокале, вина на дне осталось чуть меньше, чем на один глоток, и Альберт растягивает удовольствие, тянуться за бутылкой ему немного лень. Шаги за его спиной поглощает ковер, который стал один из первых распоряжений Агаты в новом доме, как давно это было. — Ты знаешь, что когда человек пьет в одиночестве – это признак алкоголизма? — Прежде, чем ты приступишь к варварскому поглощению вина из горла, плесни мне немного, - он тянет руку в сторону. Адам довольно хмыкает, что его план разгадали так быстро, но исполняет просьбу брата, и садиться напротив, отпивая коллекционного вина. — По какому поводу самобичевания? – поинтересовался он. — Или позволишь мне угадать и назвать имя моей чудесной невестки? — Я вспоминаю тебя и Ладу, - неожиданно отвечает ему Альберт, и мужчина невольно сжимает бутылку, поглядывая на палец, где еще ощущался шрам от кольца. — Как она на тебя смотрела. Что я делаю не так? Адаму бы хотелось напомнить, что их любовные отношения сравнивать нельзя. Касель пришла в их семью вынужденно, не по собственному желанию, а потому что так сказал отец, Адам всегда ей восхищался, что девчонка, не смотря на свой юный возраст, не дала себя прогнуть и потребовала уважения. Новак делает глоток, никогда не любил красное вино. — Потому что мало быть мужем и женой, брат, - ответил он, наконец-то, пугаясь мудрости в своем голосе. — Под идеальный имидж оказалось трудно подогнать идеальную картину семьи? — Никто бы не сыграл роль моей жены искуснее Агаты, - возразил Альберт. — Правильное слово – роль, - подчеркнул Адам. — Что натолкнуло тебя на эту мысль? Задумался о кончине ее отца? Альберт вздохнул, он всегда отметал тот факт, что их хрупкий брак держится на жизни ее отца, но настанет момент, когда фактам придется смотреть в глаза, и лучше признаться в этом сейчас, чтобы не было там ошеломительно больно. — Сегодня с ней пытался познакомиться мужчина, видный, статный, удачная пара для девушки, даже если за ее спиной маячит прошлый брак. — Ал, - зовет его брат, и Новак ловит в глазах брата искры, от камина или от вина? — Ты боишься, что она уйдет? Или боишься потерять ее? Альберт стучится в дверь ее спальни, они никогда не спали вместе, до смешного абсурдно. Новак с улыбкой вспоминает, когда они приехали сюда перед свадьбой, вместе с грузчиками, что заносили ее вещи, и с каким вызовом девушка произнесла – «где моя комната?». Легкое «да» не заставляет себя ждать. — Что-то случилось? – Агата откладывает в сторону книгу, после их расставания в холле дома прошло чуть меньше двух часов, и быть откровенным, Альберт не надеялся застать ее бодрствующую. Завтра все можно было бы списать на вино, погрузиться в работу с таблеткой аспирина, но сейчас ноги несли его вперед, как и язык. — Мне кажется, я нашел ответ на твой вопрос, - произнес Новак, прикрывая за собой дверь, словно отделяя их от кишащего дома. — Нет, все дело в том, что я ревную тебя.. — Альберт, - качает головой девушка, но он не дает ей договорить, добавляя. — Потому что люблю тебя.