Спаси меня

Дин резко просыпается, его первая мысль о брате, еще прежде чем он успевает открыть глаза. — Сэмми. Он пытается прикрыть глаза рукой от слепящего света и вздрагивает от боли в плече. Моргает несколько раз и смотрит на толстую повязку, скрывающую верхнюю часть его руки. После нескольких глубоких вдохов он осматривается в комнате. Все такое блестящее, сверкающий металл, хрустящие белые простыни и горящие люминесцентные лампы повсюду. Когда его глаза привыкают к свету и необычной стерильности окружающих его вещей, он отмечает, что его голова яснее, чем за весь последний год. Он чувствует себя в полной боевой готовности, весь внимание и бдительность. Сев, он улыбается. Улыбка Дина становится шире, когда он видит Сэма, мирно спящего в соседней кровати. Он несколько секунд рассматривает его лицо, прежде чем замечает, что нога Сэма располагается под странным углом. На ней толстая гипсовая повязка, кроме того, нога закреплена на весу на штативе над кроватью. Дин сгибает руку и стонет, воспоминания накрывают его. Завывания сирен, мерцающие огни. Аластар с пистолетом, направленным на Сэма, с последним проблеском сознания Дин кидается на защиту брата. Крики Сэма, эхом отдающиеся от стен, когда Дин с трудом добирается до него, по руке Дина струится кровь. А потом пара горящих синих глаз перед ним, голова Аластара внезапно поворачивается назад, и он падает на пол. После этого Дин не может больше ничего вспомнить. Отбросив простыни в сторону, Дин выбирается из кровати. Каждый раз, когда он двигает рукой, в плечо отдает болью, но с этим вполне можно жить. Он подходит к Сэму и гладит того по волосам. Сэм шевелится, облизывая губы в момент пробуждения. Дин наклоняется к нему и прижимается лбом ко лбу своего брата. — Сэмми, — шепчет Дин, глядя в распахнувшиеся глаза Сэма под собой. — С тобой все хорошо? Сэм зевает и улыбается, кивая головой: — Ты проснулся. Пора уже. Дин закрывает глаза и делает глубокий вдох: — Где мы, Сэмми? — Мы в госпитале, АНГЛовском госпитале. Дин отдергивает голову и вскидывает бровь, глядя на Сэма, который явно под очень хорошим кайфом. — Дин, я серьезно, — Сэм вытягивает руку и показывает Дину браслет на своем запястье, на котором напечатано его имя и : "АНГЛ Омега Реабилитация". Дин смотрит на собственное запястье и обнаруживает точно такой же браслет. Кроме того, на браслете напечатаны еще несколько слов, которые Дину не удается так быстро прочесть. Сэм сам научился читать, когда они были еще детьми, корпя над книжками, которые Дин приносил ему из города. Он научил Сэма всему, что знал сам, но в чтении Сэм всегда был намного лучше. Дин указывает пальцем на непонятные слова и смотрит на Сэма. — Это означает: "Хранитель — Кастиэль Новак", — Сэм в ответ смотрит на Дина. — Это тот, кто привез нас сюда. Дину вспоминаются синие глаза, пылающие в темноте, которые кажутся такими знакомыми. Имя тоже не совсем чужое. — Хранитель? — насупливается Дин. Это же не значит... Дин и Сэм одновременно поднимают головы, когда дверь открывается и появляется пузатый врач в белом халате в сопровождении стройного альфы с непослушными черными волосами и такими глазами, которые, в этом Дин уверен, ему никогда не забыть. Пока доктор соловьем разливается о состоянии Сэма, осматривая его ногу и обнадеживая его, что все прекрасно заживает, альфа молча стоит рядом. Врач сообщает, что после курса физиотерапии Сэм сможет нормально ходить. Врач усаживает Дина обратно на кровать и проверяет его рану на плече. От нее останутся некрасивые шрамы, но не будет никаких долговременных последствий. Дин не может отвести глаз от синеглазого мужчины, который ждет в стороне. Его неподвижность заставляет Дина почувствовать себя неуютно. После того, как доктор уходит, альфа остается. Он так пристально рассматривает Дина, что тот принимается ерзать. Он привык к тому, что на него смотрят, но не так, не словно глаза мужчины, лаская, проходятся по каждому дюйму его тела. Под этим испытующим взглядом Дин чувствует, что краснеет, пораженный осознанием того, что не Сэм, а кто-то другой произвел на него подобное впечатление. И он не уверен, что ему это нравится. — Ммм, привет, — Дин впивается взглядом в ответ. Мужчина моргает пару раз своими широко распахнутыми глазами и улыбается. Улыбка выглядит странно, у Дина создается впечатление, что тот не слишком часто это делает. — Здравствуй, Дин. Я Кастиэль, — альфа подходит к кровати Дина, кивнув по дороге Сэму. — Сэм и я уже побеседовали друг с другом. Твой брат быстро идет на поправку. Мы сможем забрать его домой через... — Домой? — Дин чувствует, как в животе у него все каменеет. — Да, ко мне домой, в Биг-Сюр, — Кастиэль снова улыбается, и на этот раз выражение его лица более естественное. — Что за Биг-Сюр? — хмурится Дин. Все эти разговоры о доме и больших господах не улучшают его состояния. — Мы в Калифорнии, Дин, — выпаливает Сэм, широко улыбаясь. — Кастиэль здесь живет, и он возьмет нас к себе домой. У него есть библиотека, и бассейн, и... — Сэм замолкает, когда Дин вздыхает и рукой закрывает ему рот. Сэм не дурак, но иногда бывает таким ребенком. Дин снова смотрит на Кастиэля, который опять изображает жутковато выглядящую статую, рассматривающую Сэма. — Ну, и в чем подвох? Публичный дом? Шоу цирковых уродов? — Дин знает, что таких вещей, как полных счастья домов для омег, не существует, это только глупые сказки об ангелах, свободных штатах и всякое прочее дерьмо, которое ему доводилось слышать в клетках миллион раз. Альфа насупливается, его лоб пересекают морщины. Он несомненно хороший актер, но сейчас он выглядит так, словно ему больно слышать слова Дина. — Дин, я заявил права на статус хранителя тебя и твоего брата. Я хочу, чтобы вы поселились со мной. Я нашел вас... Умолкнув, Кастиэль склоняет голову набок и снова смотрит на Дина этим своим прожигающим дырки пристальным взглядом, явно потерявшись в собственных мыслях. Дин чувствует незнакомое беспокойство у себя внутри. Да что такое с этим парнем? — Кастиэль — АНГЛ, Дин. Его семья занимается спасением омег. С ним мы в безопасности, — Сэм улыбается и играет бровями, обращаясъ к Дину. — Он думает, что ты исключительный. Дин смотрит на Сэма, улыбающегося альфе. Если не брать ногу в расчет, Сэм хорошо выглядит — так, будто его хорошо покормили. И на его коже нет того нездорового румянца, который не сходил всё то время, что они провели в клетке. Дин размышляет, не извлекли ли в больнице гормональную капсулу из руки Сэма. Кастиэль прочищает горло и кивает, щеки его вспыхивают, и он прикусывает нижнюю губу. — Я понимаю, что тебе многое надо переварить. Мы в свободных штатах, и дела здесь идут по-другому. Я уже рассказывал об этом Сэму, уверен, он сможет ввести тебя в курс дела. Сэм кивает, глядя на Дина. Тот отмечает, что глаза брата выглядят более ясными, чем обычно, зрачки вернулись к нормальному размеру. Они точно вытащили эту капсулу. — Я не... — альфа делает паузу, снова прочищает горло: — Я ничего от тебя не требую, Дин, но я надеюсь, что ты подумаешь над этим предложением. Я бы хотел забрать вас обоих к себе домой. Внутри Дина поднимается странное чувство, словно что-то расправляет крылья, и он не знает, что именно. Было бы здорово попасть в такой дом, полный всяких вещей, книжек для Сэмми, еды, с мягкими постелями для них обоих, в которых можно уютно свернуться клубочком, чтобы синие глаза Каса над ним, когда тот... Дин сжимает зубы, реальность накрывает его с головой. Предположим, этот парень именно тот, за кого себя выдает, что уже переходит всякие границы, но он наверняка не захочет Дина, когда узнает о его... проблеме. И еще Дин уверен, что этот сдержанный прямолинейный альфа будет не слишком счастлив, когда узнает, насколько близок Дин со своим младшим братом. Кастиэль просто смотрит на него. У Дина создается впечатление, что тому не требуется мигать, синие глаза прожигают его насквозь, пока Дин размышляет над этой особенностью. В таком месте Дин и Сэм не смогут ничем заниматься. И, если они действительно в Калифорнии, о которой Дин слышал только краем уха, не будучи уверенным, что это реальное место, то у них нет никаких шансов вернуться обратно в леса, в которых они выросли, где бы Дин знал, как позаботиться о Сэме. Похоже, однако, у этого альфы есть деньги, и он хочет Дина, так что, может, ему удастся протянуть как-нибудь, пока Сэму не станет лучше. А потом они могут и сбежать, когда Дин разузнает, где они находятся. Сэм выглядит таким счастливым, когда Дин говорит: — Ладно, неплохо звучит. Кастиэль выдыхает, хотя Дин не заметил, чтобы тот задерживал дыхание, откидывает голову назад и встает между братьями: — Замечательно, — он сглатывает, нахмурив брови. — Я должен кое-чем заняться. Мне необходимо уехать на несколько недель. Я позабочусь о том, чтобы вам было удобно здесь. Словно по сигналу санитар открывает дверь и вкатывает столик с едой. На нем куча фруктов, выпечки и других вещей, которые Дин не узнает. Рот его переполняется слюной, когда санитар ставит столик возле его кровати. Кастиэль улыбается и поворачивается, готовясь уйти: — Я надеюсь, вы оба будете счастливы. Дин слишком занят тем, что ест самую вкусную вещь в своей жизни, какую ему только доводилось пробовать; его рот полон чем-то сладким и слоеным, чтобы он мог подумать над словами Кастиэля, когда тот покидает комнату. Позже, когда он лежит в кровати и смотрит в потолок, он думает о том, что, кроме Сэма, никто никогда не спрашивал, счастлив ли он.