Пустотный танец

— Да ты просто никчемный мироходец!

— Тебе бы лучше сгореть где-то в аду!

— Ты самый ужасный друг, которого я встречала!

Холод. Боль. Одиночество.

Ненависть…

Ненависть к себе.

      Глаза быстро пробегаются по всем силуэтам. Все как один говорит про то, что он самый плохой. Их лица размазаны. Видны лишь очертания, которые только немного дают информации, кто это.       Он пытается убежать. Но они, твари такие, везде. Везде их холодящий шёпот. Везде только унижение и ненависть к нему. А он даже не понимает, что сделал. Он хочет узнать, но… не может. Они просто прогоняют его подальше. Подальше в больную темноту. И он туда идёт сквозь боль и одиночество, желая найти причину такого поведения друзей… Он хочет это знать. Только горячие слёзы мешают видеть причину их криков. Но он не сдаётся и пытается пощупать это. Только и руки его подводят. Они дрожат. Не хотят знать.

.

.

…

      Глаза открыты, а он сам сидит на кровати. Дыхание перехватывает, обжигая и осушая весь рот. Слёзы скапливаются под веками и мочат ресницы, но внутренний стержень не даёт им вытечь. Руки сильно сжимают покрывало, до белых костяшек. Тело дрожит, также с ним дрожит и дыхание. Он пытается выровнять дыхание.       Глубокий вдох…       … И выдох…       И это повторяется огромное количество разов. Руки расслабляются, а тело перестаёт дрожать.       — Снова кошмары, а, Лололош? — со стороны сундуков на противоположной стороне доносится голос с легким и приятным шипением. Названный поворачивает голову в сторону звука. На сундуках сидит человекоподобное существо с черной маской, но с якро-фиолетовыми, даже можно сказать, что с пурпурными вставками. Руки в перчатках покоятся на краю предмета мебели. Длинные и широкие рукава напоминают приятный период из жизни. Лололошка немного склоняет голову в сторону и прикрывает глаза. Некоторое время он борется с самим собой, так как он давно отвык от рассказа о своих проблемах. Но это другой случай. Междумирец давно знает о его проблеме с кошмарами и всегда старается хоть как-то помочь, если чувствует, что у младшего снова страшные сны. Только существо с маской редко появляется, так как у него тоже есть дела. Самым приятным было в кошмарах — его приход после кошмара. Мироходец постоянно желает прихода наставника после кошмара, так что он всегда ему рад.       — Да… — уставши произносит. Ноги перемащаются на пол, также оказываются стопы Мирца на поверхности досок, так однажды сократил имя Лололошка, когда ему было намного меньше и было лень говорить столь длинное слово. Междумирец, услышав такое сокращение, был в шоке, ведь тот мальчишка первый такое сделал. И сколько бы Мирец не просил перестать его так называть, имечко используется до сих пор, когда прошло уже несколько сотен лет. Шатен подходит к старшему и обнимает «мёртвой хваткой». Лицо куда-то утыкается в плечо, возможно, даже в подмышку. Как раз оттуда начинает слышаться тяжёлое дыхание. — Я устал… Устал от этих кошмаров… Почему они не могут прекратиться?.. Ты знаешь, Деамон?       — Я сам без понятия, Ло, — нежный голос заставляет расслабиться, хоть и хочется дальше почти хныкать, но всё тот же внутренний стержень мешает это сделать, зато предлагает другой способ выражения эмоций. Пока парень стоит и думает, на его спине покоится рука наставника, что постоянно гладит, а другая ладонь зарылась в волосы и чешет. Мироходец на такое реагирует словно он не человек, а кот. Вытягивает шею, желая, чтобы не прекращалось сея действие. Да и говорит, где и как нужно чесать.       — А давай потанцуем? — сейчас Лололошка без очков, так что прекрасны видны его просящие глаза, которые не блестят, ведь на ночь он полностью убирает свет. А глаза шатена чернее ночи, даже страшно в такие смотреть, ведь они могут забрать тебя в свои дебри, но Деамон считает такую тьму красивой. И он не может этой тьме отказать, к тому же сам не прочь потанцевать. Поэтому идёт следом после вопроса кивок. И как же Междумирцу нравится видеть своего ученика счастливым, то, как он улыбается, а в глазах искры ярче взрыва сверхновой. Шатен отходит и берётся за руки с пустотным существом, объединяя свои и его ладони в замок.       Они стоят. Но ноги не вместе и не параллельны друг другу. Носок левой ноги смотрит в сторону, а правая нога стоит как обычно. В такой же позиции находится Деамон, только полностью отражая. Руки сцеплены в замок, а ладони расположены чуть выше плеч. Парень делает шаг вперёд, поднимая левую ногу, а после её ставит ее, повернув на девяносто градусов. После подтягивает правую, ставя как левую в начале. Междумирец делает шаг назад правой, тоже поворачивает и подтягивает левую, снова поворачивая. Теперь шаг назад для Лололошки. А потом они идут в сторону, разворачиваясь. Двигаясь с одним из самых близких (возможно, с одним самым близким), мироходец просто ловит кайф. Хоть и этот танец можно танцевать одному, подобное не особо интересно, а так ты чувствуешь тело другого существа, становясь одним целым. Он прикрывает глаза и просто отдаётся танцу на все сто, двигаясь, как душа захочет. В его душе царствует спокойствие и умиротворённость.       Сейчас будет откид…       И Лололошка откидывается назад, но не падает, так как его держит его партнер на данный момент. Он всецело доверяет Деамону, поэтому их танец — показ их чувств к друг другу: доверие и вера в другого. Иногда, во время танца, у них появляется ощущение, что они чувствуют эмоции другого. Это неудивительно, ведь парный вариант танца заставляет Искры танцующих соединиться.       Ох… Как же тяжело младшему не сорваться и начать танцевать, как и было задумано, используя пустотную магию и двигаясь под собственную песню, которую слышит лишь танцор. Лололошка просто осязает, что улыбается. Ноги сами несутся в нужном направлении. Но вдруг Междумирец останавливается. И парень тоже.       — Деамон, что случилось? — шатен открывает глаза и немного грустно смотрит в глаза на маске, хотя он понимает, что случилось — ему нужно уходить. Становится снова пусто от знания его ухода. Немного сильней обычного сжимает ладони Междумирца. Парень старается запомнить твёрдую текстуру перчаток, хочет, чтобы рельеф от ладоней существа остался на его руках.       — Прости, что не смог побыть подольше — глаза на маске слегка темнеют, показывая грусть от расставания. После свет в глазах вообще уходит, что означает, что Деамон закрыл глаза. Он наклоняет голову и касается своим лбом лба ученика. Почувствовав на коже твердую текстуру, младший раскрывает глаза. Он знает, что это такое. Касание лоб о лоб — это аналог поцелуя в лоб. А потом силуэт старшего рассыпается на множество маленьких пурпурно-фиолетовых искр.       Слёзы снова хотят катиться по щекам, но это просто желание, а так слёз и нет даже. Лололошка смотрит на то место, где был только что Междумирец. Медленно солнце встаёт, а первые его лучи слепят, но мироходцу на это плевать. Он просто улыбнётся и начнёт жить, как и в остальные дни. Он старается не грустить по поводу ухода наставника, а радоваться, что смог с ним встретиться и потанцевать. Он идёт к себе на маленькое поле инферия и собирает с лёгкой улыбкой грустной радости от встречи с наставником.

Кс