Обещания в поту труда

С тех пор как Яков начал помогать с расследованием, он и Немо, невольно, начали проводить больше времени вместе. Обычно разговоры не касающиеся дела сводились к неприятным упреками и обвинениям со стороны Якова. Что же касалось дела, оставалось только между ними и требовало уединения. — Куда вы все время уходите с Яковым? — однажды спросила его любопытная Дорис и Немо замер, тщательно пытаясь придумать правдоподобное оправдание, но в его голову, как на зло, в тот день не лезло ничего путного. — Мы помогаем Оливеру с его поручениями, — на помощь откуда ни возьмись явился Яков, утешительно сжав плечо Немо, тем самым показывая, что все под его контролем. — Почему? Я пойму еще Омен, он все время нам помогает, но ты, Яков? Яков нахмурился, но собрался с мыслями и ответил, — Я пропустил свое дежурство, и теперь так отплачиваюсь, а Немо... Ну, ты сама сказала, он и так всем помогает Дорис задумчиво отвела взгляд, вспоминая расписание дежурств. Немо и Яков молились, чтобы на этот раз память ее подвела и, с облегчением, вздохнули, как только Дорис улыбнулась и кивнула, удовлетворенная ответом. Сейчас они стояли в столовой перед лыбящимся Оливером, которого, как оказалось, Дорис, по доброте душевной, попросила передать ей часть дел Якова, чтобы он быстрее отработал свой прогул. Никакого прогула, естественно, и в помине не было, Оливер понял, что это ложь, но согласился на условия Дорис и не выдал двух обалдуев. — Окажу вам медвежью услугу, не проболтаюсь о вашей лжи, а вы, взамен, действительно будете мне помогать. Впервые они были Оливеру благодарны как никогда за то, что не выдал их и за то, что не начал задавать наводящих вопросов. Оливер ушел за бумагами, которые хотел всучить им в качестве первой отработки. Яков и Немо неловко переглянулись. — Наверное, мы это заслужили, — первым сказал Немо. — Да конечно! Я, во-первых, никогда не отлынивал, а во вторых к тому же вызвался тебе, несчастному детективу-шпиону, помогать! Если бы не Дорис... — Она тебе помочь, вообще-то, хотела. Наша вина, что наврали. Яков промолчал. В столовую вошел Оливер с огромной стопкой бумаг, которую с божьей помощью балансировал на выставленных ладонях. Он аккуратно положил документы на стол и рядом стукнул небольшой деревянной коробочкой с печатью. — Ничего сверхъестественного, по одной печати на каждом документе, дерзайте! — сказав это, он оставил их двоих. Их двоих и тысячу неопечатанных документов. С тяжким вздохом, Немо сел за стол и поделил стопку на две, Яков сел рядом, — Ты клади листок передо мной, а я буду ставить на него печать. Так началась долгая монотонная работа, первое время они ничего не говорили, даже по поводу расследования не проронили ни пары слов, пока Яков не прервал тишину, наполненную лишь шелестом листов и тихим стуком печати. — Немо, как тебе с нами? — Что ты имеешь в виду? — Он не ожидал подобного вопроса от такого человека как Яков. Как по привычке, Немо размышляет и строит догадки о потаенных намерениях "товарища", но отставляет подозрения на второй план. — Твои отношения с другими, тебе с ними комфортно? — Вполне. — С кем например? — К чему эти вопросы, Яков? Яков хмурит брови и отвечает раздраженно. — Я просто хочу узнать насколько ты успел адаптироваться в нашей среде. Немо недолго молчит и обдумывает ответ, не хотелось выводить разговор на каменистую дорожку, поэтому он решает отвечать мягко и честно, как тогда в кастелянной, где произошел их самый откровенный и приятный разговор. — Я думаю, что со всеми выстроил доверительные отношения, по крайней мере, мне хочется в это верить. А с кем мне комфортнее всего я даже не знаю. — О? Почему же? — Знаешь, трудно чувствовать комфорт в моей ситуации, я ничего не помню, а вокруг сплошная опасность. Я надеюсь, что вы ко мне доброжелательны, но не могу никому полностью довериться, — он остановился, когда ему показалось, что сказано слишком много, но Яков слушал его не перебивая, Немо решил продолжить. — Но если бы мне приходилось выбирать... Наверное, с тобой мне приятнее всего. Яков посмотрел на него ошеломленно и остановился, печать выпала из рук и стукнулась о стол. Немо выпал из далеких мыслей, его охватил испуг, он десять раз пожалел о сказанном в ту же секунду, как увидел неоднозначную реакцию. Захотелось оправдаться и вернуть слова назад, но Яков его опередил. — Немо, это неожиданно, — Яков задумчиво отвернул голову в сторону окна, снаружи во всю господствовал оранжевый закат, на фоне которого темнели высокие деревья, а фигуры неизвестных рядовых прогуливались по территории лагеря. — Я могу сказать то же самое о тебе. — Но почему? — Немо спросил быстрее, чем хотел. — Ты знаешь других дольше, и все еще подозреваешь меня в предательстве. — Как и других, верно? — Верно... Яков тихо вернулся к работе, Немо решил закончить их разговор на этом. Так они сидели еще до самой полуночи, в молчании, которое больше не казалось им неловким. — Закончили... — еле-еле произнес Яков, дрожащей рукой поставив последнюю печать на последнем документе. — Наконец-то, — устало пробубнил Немо за ладонями, которыми прикрыл лицо. — А нам не нужно отнести эти документы в кабинет Вагнера? — К черту! — Яков вскочил со скамьи, схватил Немо за руку и повел его к выходу из столовой. — Сами донесут, я до смерти устал и ты тоже. Они направились к мужской спальне. Немо остановился посреди коридора, Яков обернулся и вопросительно посмотрел на него. — Яков, постой, ранее ты сказал, что тебе приятнее находится со мной, чем с другими. Яков тяжело вздохнул, уперев кулак в бок. — И? — Почему? Яков долго не отвечал, думал, скрестив руки на груди, отвернувшись от Немо куда-то в темноту. Ответ давался ему тяжело, он несколько раз открывал рот, собираясь что-то сказать, но закрывал обратно и молчал. — Если не хочешь, можешь ответить мне потом. Яков посмотрел на него нечитаемым взглядом и, наконец, ответил. — Хорошо, я скажу тебе потом. Они было хотели возвращаться, но Немо дернул его за рукав, останавливая. — Ну что опять? — Он сказал, вовсе не язвительно или злобно, а скорее устало и даже мягко, но ему скорее всего показалось, думает Немо. — Яков... — Немо начал и тут же потерял мысль, которую хотел сказать. Он смотрел на него в ожидании, они оба устали и хотели спать, но Немо знал, что не уснет так просто, если не скажет хоть что-то напоследок. — Яков, давай всегда будем честны друг с другом. Парень напротив него молчал, а затем слабо улыбнулся самыми кончиками губ. В темноте коридора черные глаза было совсем не видно, но нутро подсказывало Немо, что сейчас в них впервые блеснул блик мимолетного тепла, что сейчас Яков ненадолго опустил железный занавес, которым огородил себя от всех остальных. И только сейчас, только рядом с ним. — Договорились.