Внутри тьмы

110 год от Завоевания Эйгона.       Рейнире Таргариен уже тринадцать лет, и она часто вспоминает о своем дяде, который резко ушёл, оставив её только с отцом. Она вспоминает, как в детстве, когда ей от силы было четыре года, дядя Деймон часто играл с ней и рассказывал всякие истории о своих приключениях и Валирии, где жили Таргариены еще до Рока, поразившего древнее государство.       Сейчас же рядом его нет. Порочный принц ушел. Остались лишь принцесса Рейнира и король Визерис, а впридачу еще и королева Алисента Хайтауэр — мачеха, что всячески пытается сделать своего сына наследником.       У Рейниры есть сводный брат, Эйгон, но отношения их вообще не ладятся.       Когда он только родился, старшей было около десяти лет, она уже как три года была наследницей Семи Королевств, а на посту Королевского Десницы был Отто Хайтауэр — отец королевы, который, кстати, и порекомендовал назначить дочь наследницей, а не брата короля — Деймона, утверждая, что тот будет вторым Мейгором, если не хуже. Но после рождения сводного брата всё будто поменялось. Отношения с Алисентой в одно время были хорошими, даже очень. Когда она узнала, что беременна, ей все стали говорить, что наконец у короля Визериса родится сын. Все поддерживали её и начали отворачиваться от принцессы.       А когда роды благополучно кончились рождением малыша мужского пола с серебряными волосами и сиреневыми глазами, как у Таргариенов, хотя сама Алисента имела темные волосы, отдающие рыжеватым проблеском, все были счастливы и благоволили мачехе.       Через несколько дней после, в покоях королевы, где собралось множество народа, принцесса попросила свою мачеху подержать младшего брата. Он был достаточно крупным и милым, хотя постоянно плакал. Но когда в комнаты забежал Отто Хайтауэр, — отец Алисенты — настроение Рейниры испортилось до невозможности. Королевский Десница провозгласил перед всеми, что принц Эйгон является перворожденным сыном короля и будет принцем Драконьего Камня. В тот момент ей хотелось бросить его на пол.       «Что мог значить ее титул теперь, когда у ее отца появился сын?»       Тогда Рейнира выбежала из покоев королевы, отдав Эйгона мачехе в руки. Она отправилась к королю Визерису, находящемуся в своих апартаментах.       — Папа, я больше не твоя наследница? — она спросила, сев на колени к отцу.       — С чего ты это взяла, моя милая? — Визерис явно не ожидал этого вопроса. Он был застигнут врасплох, видя, как серьезно его старшая дочь смотрит на него.       — У тебя же теперь есть сын, а дядя Деймон всегда говорил, что мальчик намного важнее девочки, — её глаза увеличились. — Да и в покоях королевы все только и говорят, что мой брат будет будущим королем, — Рейнире хотелось плакать, пока она произносила все это.       — То, что у меня родился сын, не изменит твоё положение и титул. Даже если Алисента родит мне еще троих или пятерых, ты все равно останешься моей наследницей, — Визерис увидел, как её сиреневые глаза засветились, и она, его милая, красивая и самая любимая дочь, обняла его крепко-крепко. — Ты же Отрада Королевства, дочь моя, поэтому никогда не расстраивайся и не думай ни о чем плохом.       — Хорошо, папа, — поцеловав отца в щеку, принцесса спрыгнула с коленок отца и побежала. Навстречу ей шла леди Бисбери — жена мастера над монетой. Она была доброй женщиной, Рейнире она всегда нравилась. По правде, даже больше, чем Алисента Хайтауэр, но своему отцу она бы этого не сказала.       — Вот и Вы, принцесса. Я как раз искала Вас, — с улыбкой сказала старушка и подбежала, взяв за руку девочку, чтобы отвезти в комнаты.       — Я ушла к отцу, — Рейнира уже оказалась в своих покоях и подбежала к кровати, чтобы присесть. — Знаете, леди Бисбери, я услышала, как в покоях королевы, леди говорили, что Эйгон станет принцем Драконьего Камня вместо меня.       — Это чепуха, Ваша Милость. Даже тревожиться на этот счет не стоит, — женщина присела на спальное место и посмотрела на наследницу Железного трона так, как могла бы посмотреть только мать, а, может, даже бабушка. С любовью. — Только Ваш отец, наш Король, решает, кто будет править после него. И Его Милость выбрал Вас. Он считает, что Вы, моя прекрасная принцесса, стоите того, чтобы сидеть на Железном троне, на котором когда-то сидел Эйгон Завоеватель, — девочка улыбнулась на слова леди, когда-то служившей её прадеду — королю Джейхейрису, которого в народе называют Старым королем.       — Отец сказал мне, что рождение Эйгона ничего не изменит, и я ему верю, но…       — Моя принцесса, Ваш отец точно не изменит свое решение. Даже Алисента Хайтауэр не сможет переубедить его, а про Малый совет и говорить не стоит. Король видит Вас своей наследницей, и просто так он бы не назвал Вас своей преемницей, — Рейнира слегка улыбнулась словам женщины, но особенно ей понравилось то, что она не назвала мачеху королевой. — Не переживайте по пустяку, Ваша Милость. Это прекрасное лицо должно всегда сиять улыбкой, — леди Бисбери обняла ее крепко-крепко.       — Спасибо Вам за всё, леди Бисбери. После ухода дяди Деймона я чувствую себя одной, мне не с кем гулять, идти к драконам, читать про Валирию, — с грустью сказала Рейнира, когда они отстранились друг от друга. — Королева, конечно, пыталась стать мне близким другом, но что-то от неё отталкивает. Я чувствую некую наигранность, в её словах и предложениях нет искренности. Вы мне ближе, — женщина улыбнулась на её слова.       — Знаете, принцесса, Вы не одна чувствуете, что в королеве что-то не так.       Рейнира вопросительно посмотрела на неё, но жена Лорда Бисбери не продолжила говорить об Алисенте. Вместо этого она предложила принцессе перекусить перед сном клубничными пирожными, которые девочка очень любит.

***

      Рейнира достаточно взрослая, чтобы видеть, как королева косо поглядывает на неё. Особенно сейчас. Она расцвела, мужчины при дворе стали обращать на неё больше внимания. И замечала это не только принцесса, но и Алисента.       Наследнице Семи Королевств было как-то все равно на то, как на неё смотрели остальные. Её интересовало лишь то, как смотрит на неё Сир Кристон Коль — один из королевских гвардейцев и её личный защитник.       Сир Кристон был верен и внимателен. Он всегда спрашивал, нужно ли ей что-то или нет. С ним было весело, мужчина часто смешил её, рассказывая какие-то шутки. Во время пиров Белый плащ всегда танцевал с ней, был её постоянным партнером.       Рейниру очень интересовал он, особенно после ухода дяди.       Коль появился в тот момент, когда она была очень одинока. Её мать, королева Эймма, погибла при родах, родив маленького Бейлона, который скончался чуть позже. Деймон тоже сразу ушел, непонятно почему.       Сир Кристон заполнил эту пустоту на четверть. Он всегда сопровождал её, шел с ней в Драконье логово, куда она шла к своей Сиракс. Правда, она почему-то не особо любила темноволосого рыцаря. Всегда рычала и издавала звуки, чтобы он чуть отошел от неё.       Рейнира не понимала, почему дракон так реагирует на зеленоглазого гвардейца. Правда, вникать тоже не особо хотела.       Драконов не поймешь. Рейнира это знает, так как сама является драконом. Деймон в детстве часто говорил, что Таргариены — драконьей крови, а значит являются ими.       Единственным минусом её общения с королевским гвардейцем была королева.       — Сир Кристон защищает принцессу, но кто защищает принцессу от Сира Кристона?       Алисента часто шутила так, заставляя хихикать только своих дам и тех, кто поддерживал права Эйгона как перворожденного сына.       Из детей королевы Рейнире больше нравилась Хелейна. Своей добротой она напоминала отца — Визериса. Сводных братьев принцесса терпеть не могла. Эйгон был просто отвратителен и вечно недоволен, а Эймонд без перерыва рыдал.       «Хорошо, что покои Алисенты находились далеко».

***

      Рейнира всегда любила долго поспать. Обычно её будили слуги, когда приходили в покои, чтобы предупредить, когда король созывает Малый совет.       — Ваша Милость! Ваша Милость, просыпайтесь! — Таргариен услышала, как её зовет служанка.       — Да? — приоткрыв глаза, принцесса посмотрела на девушку.       — Его Милость собирает Малый совет через пару часов, Вы должны быть вовремя готовы, — с легкой дрожью в голосе проговорила она.       — Да, конечно, — Рейнира слегка присела на кровать, прикрыв верхнюю часть своего тела. — Скажи, пусть подготовят ванну, — служанка склонила голову и уже готова была отправиться к остальным, как её откликнули. — И принеси с кухни несколько клубничных пирожных.       Рейнира встала со спального места окончательно, когда остальные слуги уже начали приносить ванну и все нужные принадлежности к ней. Девушка любила купаться разными маслами, что пахли розами и чем-то сладким, напоминающим ягоды.       — Ваша Милость, всё готово.       — Вода горячая? — Рейнира спросила. Принцесса Драконьего Камня постоянно задает этот вопрос перед тем, как залезть в огромный таз с водой и не важно, что от наполненного таза идет пар.       Таргариены не любят холод, как драконы.       — Очень, Ваша Милость.       — Отлично. Помоги мне раздеться, — Рейнира стояла, пока к ней подошла девушка и помогла ей снять ночное платье.       Находясь в настолько горячей воде, что она даже остыть не могла спустя двадцать минут, сереброволосая задумалась о себе.       Она уже достаточно расцвела. Лунная кровь пришла около трех лун назад. Её грудь выросла, даже слишком. Она была достаточно большой для девушки её возраста, но, как могла судить сиреневоглазая по взглядам, мужчинам это, видимо, нравилось.       Немножко откусив пирожное, наполненное клубникой внутри и украшенное ею снаружи, Таргариен усмехнулась при мысли о замужестве. Она не задумывалась, существует ли такой, кто будет достаточно достоин её. На виду её глаз был Сир Кристон, который ей нравился, но он был низкого происхождения. А на других она пока смотреть не хотела и не могла.       В мысли пришел Деймон.       «Как она давно не слышала о нём…»       Все знают, что он находится сейчас за Узким морем, мечется то на Ступени, то в Пентос к своим «дружкам», как говорил её отец на Малом совете.       Деймон был некой опорой для девушки, по крайней мере, когда она была маленькой девочки пяти или шести лет. Он был её дядей, другом, близким человеком. Всегда читал ей, рассказывал истории, играл, иногда даже пел.       В мыслях прокручивается очень старое воспоминание.       Маленькая принцесса постучала несколько раз в двери покоев. Дверь сразу же открылась.       — Дядя Деймон! — воскликнула она, подбежав к нему для объятий.       — Что случилось, моя принцесса? — принц поднял её на руки.       — Меня отправили спать, но я хотела почитать сказку вместе с мамой, но ей было плохо из-за ребенка, как мне сказала леди Бисбери, поэтому я пришла к тебе. Ты всегда проводишь со мной время, — девочка немного загрустила во время своего рассказа, но в конце на её личике появилась маленькая улыбка.       — Тогда ты ложись, а я пока поищу книгу, — Порочный принц отпустил малышку на пол, чтобы та пошла к его кровати, а сам пошел выбирать книги. — Что именно хочешь?       — Не знаю, а что у тебя есть?       — Про Валирию мы уже с тобой, кажется, перечитали всё. Может, что-то про Эйгона Дракона? — Деймон вытянул книгу и показал ей.       — Давай!       Рейнира внимательно слушала, пока Деймон читал ей про Эйгона — Первого короля Семи Королевств. Но когда страница перелистнулась, и девочка увидела большими буквами заголовок «Висенья Таргариен», принцесса сказала:       — Знаешь, дядя, я всегда мечтала иметь дочку, чтобы назвать её Висеньей! — Рейнира с блеском в глазах поделилась с ним.       — Твой отец рассказывал мне, что тебе нравится королева-воительница, но я не знал, что ты хочешь назвать ребенка в честь неё.       — Хочу и даже очень! Мне безумно нравятся истории про неё, а еще я знаю, что твой меч принадлежал когда-то ей, — принцесса перевела взгляд на меч, валявшийся на комоде, и указала на него.       — Да, это так, — Деймон кивнул. — А ты очень умна для своих лет, моя племянница.       — Я просто много читаю с мамой. Дядя, а ты бы хотел иметь ребенка? — Рейнира с интересом спросила.       — Я хотел бы сына. Всегда мечтал назвать своего наследника в честь отца, — принц на мгновение погрустнел, но быстро улыбнулся, хотя до глаз улыбка явно не дошла. — Ладно, мы должны читать дальше. Посмотрим, что тебе еще неизвестно про одну из королев Эйгона, — на это племянница лишь усмехнулась.       Рейнире приятны такие воспоминания. Она часто думает о своем дяде, когда остаётся одна. Подруг у неё в Замке нет, вокруг одни крысы и змеи, водящиеся с Алисентой Хайтауэр. Хотя у Таргариен тоже достаточно сторонников, просто Красный замок давно прослыл местом, где сплетни расползаются быстрее, чем деньги в Блошином конце. А источником слухов, в основном, является озлобленная мачеха, которая любит говорить всякое о своей падчерице перед женами Лордов.       «Змея».       Особенно королева ожесточилась после того, как Отто Хайтауэра изгнали из Королевской Гавани. А сделал это король из-за того, что Десница очень настаивал на том, чтобы женить Эйгона на Рейнире. От одной этой мысли принцессу начинает мутить.       «Как вообще можно о таком подумать?»       «Хайтауэры стали слишком высокомерны, особенно отец Алисенты».       «Кем он себя возомнил? Он даже не является Лордом Староместа. Всего лишь второй сын, а уже думает о том, как протиснуть отпрыска своей дочери на трон, принадлежащий ей. Лорды Вестероса собрались и преклонились перед ней, когда отец назвал её своей преемницей. «Любимой» мачехе даже пытаться не стоит протиснуть сына посмотреть на Железный трон».       Принцессе ужасно хочется раздавить эту ящерицу своим каблуком. Особенно в моменты, когда она слишком многое себе позволяет. Девушка постоянно желает напомнить, что Хайтауэр является королевой не по своему праву, а лишь из-за того, что вышла замуж за Визериса. А вот Рейнира родилась принцессой, является наследником своего отца, ей принадлежит титул принцессы Драконьего Камня, который в день совершеннолетия перейдет в ее владения, и она будет должна там жить и править со своими детьми.       «Она — будущее Вестероса».       «Алисенте придется это осознать. Пусть Семеро дадут лишь её отцу сил вытерпеть эту каргу. И Рейнире, желательно, тоже».