Me gustas tu

— Ну и где он? Юнги лениво глазами скользит по выходящим из дверей университета студентам, всё ещё не может ни за кого зацепиться: однотипные, уставшие за три пары и желающие лишь одного — поесть. Ну, или покурить. Тут уж каждому своё. — Да подожди ты! — Тэхён шикает на друга, нервно дёргает ногой, сидя на лавочке недалеко от выхода. — Вон! Смотри! По лестнице быстро спускается высокий широкоплечий альфа, одетый в белую рубашку и чёрные классические брюки, в руках неся кожаный рюкзак и клетчатую куртку, в которой Тэ видел его ещё утром. Чон Чонгук перевёлся в группу Тэхёна месяц назад, а тот практически сразу положил на него глаз. И плевать омега хотел, что они две полные противоположности, которые даже по жизни сочетаться никак не могут. Чонгук отлично учится, всегда спокойный и уравновешенный, никогда и слова плохого никому не скажет, по крайней мере, Киму так показалось на первый взгляд. А он сам на учёбу болт положил ещё в прошлом году после первого семестра, когда понял, что учиться на юрфаке далеко не самое интересное занятие. Огрызается со всеми подряд, любит потусить и оторваться, а на утро просто не прийти на пары, чтобы отойти от мучительного похмелья. Куда же ты, Тэхён, вляпался? — М-да уж, — Юнги брезгливо морщится, когда видит, как его друг с предмета своего обожания буквально глаз не сводит. — Я-то думал, какой-то крутыш на байке в кожаной куртке, а тут обычный задрот… Мин учится на другом факультете, но Тэхёна знает со школы, а именно с того самого момента, когда они подрались и разбили окно рядом с учительской, после чего оба огребли по самое не хочу. Так и завязалась крепкая дружба. — Ой, блять, ничего ты не понимаешь, — Ким вздыхает, откидывает со лба светлые пряди волос, зачёсывает назад и нахлобучивает задом наперёд ярко-красную адидасовскую кепку. — Чонгук не такой как все, этим и нравится. Тянет, понимаешь?.. — По-моему, у тебя просто давно не было секса, — Юн зажимает сигарету губами, зажигалкой чиркает. — Я бы понял, найди ты себе кого-то прикольного, но, блять, обыкновенный заучка… Наверняка только и делает, что на порнушку дрочит. — Да ты-то откуда знаешь? — Тэхён почему-то раздражается. — На пару развлекаетесь? — Меня, в отличие от тебя, нормальные альфы привлекают, а не те, которые выглядят, как ученики средней школы. Ким не находит, что сказать. В какой-то степени омега прав — Чонгук иногда действительно напоминает внешне какого-то заучку да и не общается толком ни с кем. Тэхён его даже ни разу в компании других омег не видел. Это почему-то интерес ещё больше подогревает. Хочется узнать, что же это за человек, чем он дышит, чем занимается. Кажется, у Тэ совсем не здоровое желание разворошить всю его жизнь. — Всё равно своего добьюсь, — Тэхён делает глоток газировки, пальцами постукивает по металлической красной банке. — Этот альфа просто обязан быть моим. — Не думаю, что у тебя есть шансы. Посмотри на себя и посмотри на него, у вас хоть одна общая тема для разговора есть? — Мин хмыкает. — Найду. Это не так сложно. Тэ прикрывает глаза, вспоминая горьковатый запах чабреца, который умудрился пару раз уловить, когда специально прошёл мимо Чона. С его сладковатым цитрусом он, кстати, сочетается очень даже неплохо. — Слушай, — Юнги неожиданно толкает его в плечо, вырывая из приятных воспоминаний. — А хочешь, забьёмся? Если переспишь с Чоном за пару недель, отдам тебе свой аккаунт в Геншине. Ты же, вроде, давно меня просишь… Тэхён недовольно цокает языком. — Айщ, хочешь, чтобы я поступил, как последнее мудло? — омега, кажется, рассердился не на шутку. — Нет уж, спорить на Чонгука мы не будем, у меня к нему спортивный интерес, но я не хочу, чтобы это потом всё вылезло и ему было больно. — Ну и чёрт с тобой, — Мин нос морщит в ответ на его слова. — Не думаю, что тебе вообще с этим Чонгуком что-то светит. Ты себя видел? Ему точно такие не нравятся. — А какие же ему нравятся? — Паиньки-заучки, как он сам, скорее всего, — Юнги пожимает плечами и тушит сигарету о металлическую ножку лавочки, за что раз уже получил от декана, когда тот случайно это увидел. — Миленькие омеги, которые будут смущаться и краснеть от знаков внимания и комплиментов. А ты у нас, — он ладонями обхватывает лицо Тэхёна с двух сторон, сдавливает так, чтобы пухлые губы превратились в бантик, — полная противоположность. Куришь, пьёшь, материшься — и это малая часть всех твоих грехов. А ведь правда. Тэхён, наверное, под стандарты альфы совсем не подходит… Чонгук действительно не такой, к каким его обычно тянуло: он не ездит на крутом байке, не забит с ног до головы татуировками, не занимается ничем таким, чем мог бы привлечь к себе внимание, не ходит на университетские тусовки, на которых сам Ким появляется с завидной регулярностью. Ничего же из этого в нём нет. Зато наверняка есть что-то другое, не менее интересное. — Противоположности притягиваются, — Тэхён несильно хлопает омегу по руке, чтобы тот выпустил его лицо. — Как раз проверим эту теорию на практике. — Ну, попробуй проверь, — Юн усмехается. — План действий-то у тебя какой? Тэхён нижнюю губу жуёт, размышляя над тем, как к Чонгуку можно будет подобраться. Конечно, для начала нужно побольше о нём разузнать, а уж после действовать, чтобы не выглядеть дураком и не опозориться. Слухи ещё потом поползут какие-нибудь противные, чего Ким допускать не хочет. — Я пока ещё не придумал, но обязательно решу этот вопрос, — отвечает честно. — Пифагор хренов. Тэхён начинает изучать альфу тем же вечером: откопал все его странички в социальных сетях, изучил подписки и друзей, много нового, между прочим, узнал. Чонгук, оказывается, регулярно посещает тренажёрный зал, много читает и частенько бывает в кофейнях, любит активные виды отдыха. М-да, Ким будто нарочно нашёл человека, интересы которого диаметрально противоположны его собственным. Тяжело… Омега откидывается на спинку стула на колёсиках, голову подпирает рукой. Ну, должно же быть хоть что-то, что может стать их точкой соприкосновения. Неужели совсем ничего?.. Он нижнюю губу закусывает, по сотому кругу пролистывая ленту фотографий в Инстаграме: Чонгук сделал селфи на горе Намсан, выложил интерьер одной из кофеен, сфотографировал себя в зеркале в тренажёрном зале. На этом снимке Тэхён задерживается особенно долго, даже к экрану придвигается, пытается разглядеть, что же там скрывается под объёмной белой футболкой. А руки-то у Чонгука очень красивые, по правде говоря, наверное, они бы шикарно смотрелись на… Стоп. Тэхён головой встряхивает, понимая, что уже свернул не туда. — Какой же ты красивый… Он подпирает голову рукой, локоть ставит на стол, вдруг неожиданно цепляет компьютерную мышку. В центре фотографии загорается красное сердце… У Тэхёна глаза округляются моментально, сердце в груди ёкает. Он что, только что поставил Чону лайк?! Какого, блять… — Нет! — Тэхён в растерянности пялится на оценку «Нравится», не знает, что ему сделать — уведомление-то Чонгуку точно уже пришло. — А-а-а! Как тебя, блять, убрать?! Омега даже со стула вскакивает, бешено мечется из стороны в сторону. А если… Просто оставить его? Ну, мол, увидел в рекомендациях, вот и лайкнул. Айщ, что за бред вообще, Ким Тэхён?! Ну нельзя же быть таким очевидным. Нет, надо просто убрать его. Вряд ли Чонгук пойдёт спрашивать, зачем это он его фотку оценил, тут этих сердец почти двести штук, так что одним больше, одним меньше — никто и не заметит… да? Тэхён аккуратно приближается, дрожащей рукой накрывает мышку, курсор наводит на красное сердечко, медленно щёлкает левой клавишей, будто за ним сейчас следят. Рука непроизвольно дёргается и лайк появляется снова спустя мгновение после того, как Ким его убрал. Тэхён воет ещё громче, оседает на пол и голову руками обхватывает. Чонгук теперь точно о нём много интересного подумает. Какой адекватный человек будет ставить лайк, потом убирать его, а потом снова ставить? Ну, полный пиздец! — Да почему я… — Ким с большим трудом садится на корточки, из-под стола выглядывает, будто надеется, что этот лайк испарится сам по себе. — А может, чёрт с ним реально?.. Он несколько секунд буравит взглядом фотку, глаза опускает на красное сердце, недовольно хмурится. Это, конечно, совсем не его методы завоевания… Обычно Тэ строил из себя омегу недоступного, и практически каждый альфа с радостью плясал под его дудку, даже если у него не было шансов на что-то большее. А тут мало того, что его кто-то заинтересовал, так он ещё и… Так, стоп! Тэхён хватает стул, что откатился куда-то ему за спину, пододвигает к себе, усаживается на него и снова всматривается в экран. А что, собственно-то, произошло? Он всего лишь лайкнул фотографию альфы, который учится с ним в одной группе. Что в этом такого? Если Ким придал этой ерунде столько значения, это не значит, что так же сделает Чонгук. Он, может, вообще не заметит даже, а надо, чтобы заметил. Да. Надо обратить на себя внимание. Тэхён пролистывает страницу вверх, курсором ловит голубую панель «Подписаться», не задумываясь, нажимает на левую клавишу, снова возвращается к фотографиям — надо поставить ещё парочку лайков. Однако оценивает омега только те фотографии, на которых изображён Чонгук. Все эти пейзажи, книги и интерьеры заведений, где он был, ему не особо интересны. Так, ну допустим. Ким откидывается на спинку стула, наблюдает всё, что он натворил, довольно улыбается. Да, пусть по-детски, а как ещё?.. Только теперь надо придумать, как действовать дальше. Хочется за Чоном целенаправленно понаблюдать со стороны, понять, как он взаимодействует с другими одногруппниками, с которыми Тэхён его никогда не видел. Хотя, может быть, просто не получалось поймать нужный момент. Однако теперь Ким его точно поймает.

***

Тэхён глазами цепляется за Чонгука, что уже сидит на своём месте, практически сразу, как только входит в аудиторию. Вставать к первой паре раньше казалось для него непосильной задачей, однако сегодня он буквально подскочил спустя пару мгновений звона будильника, предвкушая предстоящий день. Интересно? Конечно. По правде говоря, Тэ полночи и глаз сомкнуть не мог, в голове прокручивал все возможные варианты, как можно будет вникнуть в интересы и увлечения альфы, который уже не кажется таким далёким и непостижимым, как раньше. К счастью, место рядом с альфой пустует, что Тэхёну сейчас на руку — решил, что надо начать с самых обычных вещей. — Здесь не занято? — он подходит к альфе, рюкзак опускает на стол. Чонгук поднимает на него глаза, хмурится, видимо, удивлён заданным вопросом, однако качает головой и тут же снова утыкается в телефон, где листал что-то до того, как его отвлекли. Тэхён выдыхает, опускаясь на стул, кажется, альфа про вчерашние лайки спрашивать не собирается, что не радовать просто не может. Он быстро достаёт ручку и тетрадь — всю пару будет строчить эти чёртовы конспекты, которые никогда в жизни своей не писал. А всё, блять, из-за Чонгука. Да, Тэхён решил стать немного похожим на него, решив, что сможет хоть так немного произвести на Чона впечатление. Всё же Юнги частично был прав, что они слишком разные, вот и приходится теперь стараться быть таким же… — Что ты вчера мне за спам-атаку в Инстаграме устроил? Тэхён на месте подскакивает. Он что, реально видел, как он то ставил, то убирал лайк?! Вот же… — А, — Ким старается выглядеть как можно более непринуждённо, плечами пожимает, — да это, наверное, просто глюк какой-то был. — Таких глюков не бывает, — Чонгук в его сторону даже не смотрит, всем своим видом показывает, что ему этот разговор неинтересен, продолжает что-то читать на экране. — Но я сделаю вид, что поверил. — Хах, — омега закатывает глаза, языком толкается в щёку, — не хочешь — не верь. Твоё дело, ничего доказывать я не собираюсь. — Хм, — Чон улыбается уголками губ, но голову не поднимает. Краем глаза Тэхён цепляет эту самую улыбку и тут же отворачивается. М-да, Чонгук правда красивый, даже, наверное, красивее, чем на фотографиях, на которые омега вчера весь вечер слюни пускал. Он поправляет чёрную кепку, переворачивает её козырьком вперёд, чтобы та прикрывала лицо. Вообще, дай Тэхёну волю, он сейчас готов сквозь землю провалиться, но, к огромному сожалению, нет никакой возможности это осуществить — три этажа придётся падать. Лекция по теории государства и права проходит на удивление спокойно. За ней ещё одна по философии, которую Ким тоже написал практически слово в слово за тем, что рассказывал преподаватель. Чонгук за всё это время даже парой слов с ним не перекинулся, тоже строчил, чем сбивал Тэхёна, который несколько раз откровенно залипал на его руки, которые так и притягивали к себе внимание: на изящных запястьях проступают голубоватые вены, длинные тонкие пальцы… Омега сглатывал и отворачивался, кепку ещё ниже натягивал. Остался большой перерыв и ещё одна пара, к счастью, последняя, после которой со спокойной душой можно будет пойти домой, а о Чонгуке Тэ так ничего и не разузнал. Альфа даже покурить не выходил, в то время как почти все одногруппники, в том числе и сам Тэхён, так и норовили сбежать, чтобы хотя бы пару тяжек сделать. Киму, конечно, хотелось, но он убедил себя, что ему сейчас важнее находиться в аудитории, если он хочет хотя бы что-то о Чоне узнать. Однако тот его будто не замечал: как только пара заканчивалась, сразу же утыкался в телефон. Ну, благо хоть на перерыв свою задницу от стула оторвал. Тэхён за ним направился спустя буквально несколько секунд. Омега держится в стороне, стараясь внимания к себе не привлекать. Да, сегодня он один — Юнги отсыпается после вчерашней смачной тусовки, на которую Тэхён не пошёл, за что выслушал кучу подколов по поводу того, что Мин так его вообще может потерять. Плевать. У Тэ сейчас цель совсем другая. Он спускается за альфой на первый этаж, где расположен кампус, и они буквально друг за другом идут в столовую. Ким передвигается мелкими перебежками, думая, что так он не попадётся. Нет, Чонгук, конечно, его не заметил, однако парочку удивлённых взглядов он на себе поймал. Да и пофиг. Чон берёт облепиховый морс, овощной салат и чжаджанмён, отчего Тэхён морщится. И тут их вкусы не совпадают — омега отдал бы предпочтение какому-нибудь большому бургеру с говядиной, а не траве, однако аппетита сейчас нет, и Ким просто берёт тот же самый морс, который, кстати, раньше никогда до этого не пробовал. Чонгук садится за столик у окна, боком к Тэхёну, из сумки достаёт ноутбук. — Вот же трудоголик… — Тэ хмыкает, садится за столик, что находится в другом конце помещения. — Хоть в перерыв бы спокойно отдохнул. Тэхён берёт телефон и делает вид, что тоже очень сильно занят, но из-под козырька то и дело на альфу поглядывает. Чонгук ест, одной рукой что-то печатает на ноутбуке, постоянно отвлекается, на несколько секунд забывая про еду. Ким нервно нижнюю губу кусает, наблюдая за Гуком, который выглядит слишком уж сосредоточенно, а оттого и привлекательно. Омеге до ужаса нравится глазами скользить по линии напряжённой челюсти, по прищуренному взгляду, по пухлым губам, которые Чонгук то и дело задумчиво покусывает. Как же это всё… Во рту пересыхает мгновенно, и Тэхён вспоминает про морс, что стоит рядом, быстро открывает бутылку и прикладывается губами к горлышку, но давится практически сразу же, как только достаточно большое количество ягодного напитка оказывается у него во рту — кисло. Он с большим трудом проглатывает, рукавом чёрной толстовки закрывает рот; не может не поморщиться. — Фу, какая кислятина, — от неприятного вкуса даже глаза едва ощутимо слезятся. — И он это пьёт? Тэхён приглядывается: Чонгук уже больше половины выпил, ни разу не поморщился. У него что, вкусовые рецепторы убитые или вообще отсутствуют? Омега принюхивается к морсу, нос морщит, вспоминая, как только что неприятно жгло во рту от едкой кислятины. Нет, надо допить. Вдруг распробует? Он какое-то время буравит взглядом оранжевую жидкость, обречённо вздыхает и наконец делает ещё пару глотков, которые даются, к счастью, уже не так тяжело. Всё ещё невкусно, но глаза себе вырвать, по крайней мере, уже не хочется. — М-да уж, — Тэхён затылок чешет. — Специфические у тебя вкусы, Чон Чонгук, но надеюсь, они ограничиваются лишь едой. Чон неожиданно отрывается от своих занятий, отвечает на телефонный звонок, выуживая из кармана брюк смартфон. С кем это он там?.. Альфа внезапно улыбается и запрокидывает голову, тихо смеётся. Чего?.. Тэхён раньше никогда его таким не видел, и это настораживает, между прочим. Он прислушивается, стараясь различить редкие едва долетающие до него реплики, но не выходит от слова совсем. Ким раздосадовано откидывается на спинку стула, снова глотает морс, который уже кажется очень даже сносным. Вот же… Неужели у Чонгука кто-то есть? Это что же тогда получается… Тэхён теребит вдетое в ухо колечко, смотрит в стол, стараясь себя не выдать. У него вообще шансов нет и с самого начала не было?.. Это вообще-то ещё обиднее будет. Нет. Он кулаки сжимает. Не попробуешь — не узнаешь. Если у Чонгука кто-то есть, он сам потом об этом скажет, а если нет — грош ему цена, и такой альфа Тэхёну точно не нужен. Решено. Пока что Ким сделает всё, что сможет, а проблемы будет разгребать по мере поступления. Тем временем Чон доедает и быстро складывает ноутбук в рюкзак, относит посуду на стол, где её принято оставлять и спешит к выходу из столовой, вдруг останавливается и шарится по карманам. Тэ голову в плечи вжимает — слишком близко. Однако наблюдать не перестаёт. Чонгук достаёт из маленького кармана на передней части рюкзака свой пропуск, но неожиданно из него же выпадает что-то маленькое, за что омега глазами цепляется в тот же момент, в отличие от Чонгука, который быстро идёт дальше, не заметив пропажи. Ким дожидается, пока он скроется в фойе и, захватив недопитый морс, спешит подобрать потерянный предмет. Короткие ногти с огромным трудом цепляют пластиковую карту, что так и норовит по кафелю в противоположную сторону ускользнуть. Абонемент в тренажёрный зал… Тэхён рассматривает его: название зала, имя и фамилия, персональный номер. Стоп. Название зала? То, что нужно. Омега быстро достаёт телефон и фотографирует переднюю часть карты, чтобы не забыть, и спешит в аудиторию. Через несколько минут уже следующая пара начинается, а ему еще на четвёртый этаж подниматься и Чонгуку надо абонемент отдать. Он ускоряется, надеясь догнать альфу до того, как они войдут в аудиторию — обычно перед самым началом пары людей в коридоре почти нет, а следовательно, и лишних глаз тоже нет. Тэхён бегом поднимается по лестнице, хотя последние два пролёта даются ему с огромным трудом — ноги сводит, а дыхание сбилось, но всё будто нормализуется, когда он видит Чонгука, что остановился в паре шагов от него, снова залипнув в телефоне. — Чон! — Тэ выдыхает, стараясь выглядеть совсем не запыхавшимся, воздух втягивает через нос, поднимает в воздух абонемент, держа его двумя пальцами, как только альфа оборачивается. — Ты обронил в столовой. — Оу, — Чон вскидывает брови, забирает у Тэхёна карту, невесомо до чужих пальцев дотрагивается. — Спасибо. А я даже не заметил, как она выпала. — Да не за что… Он разворачивается и быстрым шагом направляется к открытой двери аудитории, из которой слышны голоса и смех студентов их группы. И что? Это всё? Тэ даже сказать ему в ответ толком ничего не успел, промямлил что-то максимально неразборчивое. Ким стоит, молча смотрит альфе вслед, стискивая в руке бутылку с кислым облепиховым морсом, который уже не кажется ему таким отвратительным.

***

Тэхён обессилено откидывается на спинку кожаного диванчика, что стоит в углу библиотеки, пальцами впивается в твёрдую обложку книги, что взял у библиотекаря только что. Эту же книгу перед ним взял Чонгук, который сидит сейчас на другом диванчике через три ряда, увлечённо читая. Омега вздыхает, буравя взглядом название — по всей видимости, какой-то психологический детектив. Да, у Чона и на литературу вкусы достаточно странные. Тэ пересиливает себя, первую страницу открывает. Судя по тому, что за последние полчаса Чонгук даже головы не поднял, читает он взахлёб. Прочитав пару страниц, Ким понимает, что это не его точно, зубы стискивает, но читать упорно продолжает. Напоминает облепиховый морс, который он сейчас пьёт каждый день, считая его, по правде говоря, вкусным. А Чон точно так же каждый раз именно его в столовой берёт. Кажется, интерес Тэхёна перешёл в стадию нездоровой одержимости, когда думаешь о человеке круглосуточно и семь дней в неделю вне зависимости от окружающих тебя людей и сложившихся обстоятельств. Омега даже спать стал плохо несмотря на то, что активно занимается в тренажёрном зале. Кстати, в том же, что и Чонгук, которого он теперь видит гораздо чаще. Когда Ким пришёл туда в первый раз, они с Чоном разминулись, и омега даже немного духом пал, но во второй раз предмет его обожания был на месте, что придало ему сил. Они несколько раз пересеклись взглядом, но никто из них подойти или хотя бы кивнуть в знак приветствия не захотел. Да и плевать. Тэ начал понимать Чонгука, что не может не радовать: альфа просто не отличается общительностью с малознакомыми ему людьми, а вот с друзьями ведёт себя уже более приветливо. А ещё, это в университете он выглядит официально, а повседневная его одежда совсем немного отличается от той, что носит Тэхён, который, конечно, иногда действительно выглядит, как парень с района, ну, или гопник. Тэхён не замечает, как втягивается в книгу. А она, оказывается, не так уж и плоха. Сюжет неплохой, повороты иногда приятно удивляют своей внезапностью, а герои действуют достаточно зрело, что делает их похожими на настоящих людей, а не на картонки, которые глупо поступают лишь потому, что так захотел автор. Такое ценится. — Молодой человек, — Тэхён поднимает голову на библиотекаря, которой даже за плечо его пришлось тронуть, — библиотека через десять минут закрывается. Ким подскакивает, смотрит на часы, что висят над дверью — без десяти семь. Он что, просидел тут два часа и даже этого не заметил?! Вот же… И в библиотеке уже нет никого, в том числе и Чонгука. — Извините, зачитался, — Ким слегка кланяется перед омегой, что старше по возрасту, и закрывает книгу, — уже ухожу. До свидания. — Да ничего-ничего. Всего хорошего. Тэхён торопится, понимая, что опять облажался. Чонгук ушёл, а он этого даже не заметил. И где он теперь?.. Когда ушёл? Видел же его, наверное. Ким выбегает на улицу, оглядывается по сторонам, надеясь хотя бы глазами зацепиться за знакомую фигуру среди студентов, которые припозднились после второй смены и ещё не разошлись по домам, однако тщетно. Тэ заглядывает в телефон, на время смотрит, быстро заходит в соцсети, чтобы посмотреть, когда Чон был онлайн в последний раз. — Меня потерял? Омега подскакивает на месте, едва не роняет смартфон и оборачивается. Чонгук стоит прямо у него за спиной, усмехается, будучи довольным его реакцией. — Какого ты, блять, так подкрадываешься?! — Тэхён вспыхивает практически моментально — он с детства ненавидит, когда к нему так подскакивают. — А мне казалось, что тебе такое нравится, — альфа прячет руки в карманы. — Неужели я ошибся? А? Ким Тэхён? — Не понимаю, о чём ты. Понимает. Тэхён понимает, что все его разведывательные мероприятия раскрыли достаточно быстро — всего за неделю. И не удручать это не может. Хреновый из него получился разведчик. — Серьёзно? Не прикидывайся, — Чонгук подбородком дёргает. — Ты думаешь, я не заметил, что ты за мной хвостиком ходишь, вертишься постоянно вокруг? Что тебе нужно? — Мне? — Тэ пожимает плечами. — Мне ничего от тебя не нужно. — Тогда, может быть, ты псих и мне стоит поволноваться за свою жизнь? Тэхён закатывает глаза. Он реально не знает, как объясниться, ситуация получилась глупой до ужаса. Да, он хотел узнать о Чонгуке побольше и сделать это как можно быстрее, но кто же знал, что тот так быстро его раскусит. Он выдыхает, надувая щёки, глаза на Чона поднимает, но тут же отводит взгляд. — Наверное, я пойду, — омега делает шаг в сторону, пряча руки за спину, стискивая взятую домой, чтобы дочитать, книгу. — Уже поздно, домой пора… — Послушай меня сюда, — Чонгук хватает его под локоть, не давая улизнуть. — Я задолбался везде о тебя спотыкаться: в университете, в столовой, в зале, в библиотеке. Пока ты мне не ответишь, по какому поводу прилип ко мне, как жвачка, домой не уйдёшь. Тэхён тактику меняет моментально, хитро улыбается, смотрит альфе прямо в глаза, привстаёт на носочки, приближаясь к его лицу. — А что, если понравился? — он языком проводит по своей нижней губе. — Вот и захотел узнать о тебе побольше: чем ты дышишь, чем занимаешься и что любишь. Чон указательным пальцем упирается омеге в грудь, явно давая понять, что приближаться к нему так сильно не надо. Он не фанат тесного контакта с людьми, которых он плохо знает. А Тэхён его своим поведением даже немного пугает — кому будет приятно, когда за тобой следят уже целую неделю. — Ну, допустим, — альфа кивает. — Но мне это не нравится. Твое вечное присутствие рядом со мной раздражает и пиздец как нервирует. И если ты не прекратишь, я на тебя заявлю. — Сходи со мной на свидание, — Тэхён губу закусывает. — И я так делать больше не буду. Чонгук смеётся. — А ещё что? Миллион долларов и яхту? — Было бы неплохо, конечно, но пока меня интересуешь только ты. Альфа слегка наклоняется к Тэ, антрацитовыми глазами сверкает, отчего у Кима дыхание спирает. Его рецепторы забивает горьковатый чабрец, от которого он едва на ногах стоит. Чон, кажется, его специально подавляет, даёт понять, кто здесь сильнее. — Нет, и точка, — произносит одними губами, лбом прижимается к козырьку чужой кепки. — Я не хочу тебя больше видеть, Тэхён, мне не нравится твоё поведение. — Тогда я продолжу крутиться вокруг тебя, — Тэхён будет идти до последнего. То, как Чонгук его раззадоривает, нравится до безумия — такой реакции он никак не ожидал. — Пока ты не согласишься или пока от моих феромонов тебя тошнить не начнёт. — Я заявлю на тебя, — повторяет грозно. — Заявляй, — Тэ негромко хлопает в ладоши, улыбается. — Только мне ничего не будет, потому что ты физически сильнее, и я для тебя никакой существенной угрозы не представляю. До завтра. Он ответа не дожидается, разворачивается и идёт к выходу с территории университета. Да, он, конечно, не ожидал такой реакции, хотя она достаточно логична, но сдаваться не собирается, раз уж начал. Любого бы такое выбесило, самого Тэхёна тоже, просто он никогда не попадал в такие ситуации. Теперь Чона ещё больше хочется себе.

***

Чонгук устал. Устал от Тэхёна, который постоянно таскается за ним и глаза мозолит. Это уже перешло всякие границы, ведь теперь они видятся практически двадцать четыре на семь — Ким своё обещание сдержал. Альфа даже сменил время занятий в тренажёрном зале, но Тэ как-то узнал про это и тоже стал заниматься именно тогда, когда занимается Чон. Чонгук не любитель внимания, особенно такого. Даже сейчас Тэхён сидит на соседнем тренажёре и совсем не занимается, а просто болтает ногами, наблюдая за ним, что нервирует ужасно. Гук нервно втягивает воздух через нос, проглатывает холодную воду и снова запрыгивает на снаряд, чтобы выполнить последний подход и отправиться домой. Дом стал единственным местом, где он может побыть в одиночестве и отдохнуть от навязчивого омеги. Чон подтягивается резко с негромким выдохом, чувствует, как моментально напоминают о себе забитые мышцы рук и груди. Нет, он зубы сожмёт и доделает свои контрольные двадцать — не привык сдаваться. Тэхён, видимо, тоже. Тэ уже закончил свою запланированную тренировку, вот и сидит теперь в качестве зрителя. В первом ряду, между прочим. Ему до бабочек в животе нравится наблюдать за тем, как влажная футболка липнет к крепкому телу. Тэхён губу закусывает, глаз оторвать от выделяющихся мышц не может никак. Ну кто виноват, что Чонгук такой привлекательный? Только если он сам. Так что пусть расплачивается теперь. Омега сдаваться не собирается, что ясно Чону даёт понять каждый божий день — именно с такой частотой они сейчас видятся, а иногда и чаще: по два-три раза на дню. Чонгук пересаживался от него уже шесть раз, но Ким хвостиком следовал за ним, сгонял всех, к кому альфа подсаживался. Наконец Чонгук спрыгивает с турника, сдёргивает с него махровое полотенце, залпом допивает оставшуюся в бутылке воду и направляется в раздевалку, усмехается, когда слышит за спиной торопливые шаги — Тэхён за ним идёт. Вот же… Ни на секунду не отстаёт. Альфа останавливается возле своего шкафчика и стягивает с руки красный браслет, к которому прикреплён ключ. Вообще, он устал и домой хочет ужасно, чтобы отдохнуть: заказать вкусной еды, посмотреть какой-нибудь фильм и отоспаться после тяжёлой рабочей недели. Как хорошо, что завтра суббота… Тэхён входит вслед за ним, тоже подходит к своему шкафчику, что находится напротив, дверцей тихонько скрипит. Чона действительно уже начинает подташнивать от цитрусовых феромонов, которые раньше ему очень даже нравились, потому что никто и никогда так не пах. Нет, дальше так продолжаться просто-напросто не может. Надо этот цирк заканчивать. — Долго это будет продолжаться? — Чон спортивную сумку швыряет на лавочку, что стоит тут же. — Я ведь тебе уже говорил, — он затылком ощущает, что омега улыбается, даже при том, что они оба друг к другу не поворачиваются. — Пока ты не согласишься хотя бы на одно свидание, я буду вечно следовать за тобой. Чонгук оборачивается. — И что изменит одна встреча? Мы видимся каждый чёртов день, неужели тебе этого мало? Тэхён смеётся, голову запрокидывает и через плечо оглядывается на Чона, зачёсывая назад блондинистые волосы, чтобы те не липли ко лбу. Чонгук сейчас кажется ему таким наивным. Забавно. Похоже, он всё ещё не понимает всю серьёзность его намерений и желаний. — Если я прошу, значит, для меня это важно, — Ким складывает руки на груди, смотрит на альфу, с которым их сейчас разделяет невысокая скамейка. Он встаёт на неё ногами, практически пинает чужую сумку, впритык подходит к Чонгуку, будучи теперь немного выше. — Я не тот человек, который будет размениваться на бессмысленную хрень. — Значит, одно свидание, и ты от меня отстанешь? — Чон смотрит ему в глаза. — Именно, — Тэ кивает, не сдерживает уголки губ, что непроизвольно ползут вверх при виде серьёзного лица напротив. — Всего одно. Не думаю, что для тебя это будет так сложно. Ты вон уже сколько меня терпишь. Две недели почти. — Хорошо. Завтра в девять вечера на набережной. Устроит? — Почему так поздно? — Устроит? — альфа раздражённо дёргает бровью, демонстрирует нежелание что-либо объяснять. — Я тебя спрашиваю. — Устроит, — Ким понимает, что своего добился, правда, ещё нужно будет хорошенько продумать всё до малейших мелочей, чтобы эта встреча не стала последней. Чонгук, кажется, взглядом его насквозь прожигает. Он ненавидит идти у кого-то на поводу, ненавидит поддаваться, и эта ситуация его бесит ужасно. Хочется поскорее поставить жирную точку в их взаимоотношениях. — Обычно в это время я бегаю, так что можешь присоединиться ко мне. Думаю, этого будет достаточно. — Боишься потратить на меня лишние два часа своей драгоценной жизни? — Тэхёна одолевает азарт. Да, для него это всё как настоящая игра, на кону которой стоит Чонгук. Тэ ни в коем случае не рассматривает Чона в качестве вещи, исключительно как альфу, которому хочется принадлежать, которого себе до ужаса хочется. Чтобы рядом, чтобы можно было трогать, обнимать и целовать, когда захочется. Чтобы феромонами его пропитаться насквозь и чтобы все знали, чей он омега. — Именно, — неприятно, однако Тэхён это в себе давит — понимает, что сам нарвался. — Хорошо. В конце концов, я ведь просил тебя изначально об обычной встрече, так что… Твоё право. — Да, моё, — альфа облизывает сухие губы, смотрит на Кима, у которого в глазах сверкает нечто. — Буду у входа ровно в девять, опоздаешь хоть на минуту — ждать тебя я не собираюсь. Тэ кивает, чувствуя, как чужое дыхание опаляет румянцем щёки, как от одного взгляда антрацитовых глаз внутри полыхает настоящий пожар. Он влюбляется всё больше в человека, который, наверное, уже его действительно ненавидит. Чонгук хватает свою сумку и пулей вылетает из раздевалки, даже не переодевшись — осточертело всё. Он сдаёт ключ и, получив обратно абонемент, покидает тренажёрный зал, который когда-то был для него местом отдыха и умиротворения. Здесь он избавлялся от накопившегося негатива, отдыхал от переживаний и того, что не давало покоя много дней. Только вот теперь Чон не помнит, когда последний раз оставался наедине с самим собой. Для него это гораздо важнее, чем контакт с окружающими его людьми. Так с детства пошло — альфа особо никогда ни к кому не тянулся, никогда ни в ком не нуждался, а после того, как год назад его предал партнёр, с которым они были вместе несколько лет, вообще абстрагировался от новых знакомств. Тэхён в его планы не входит. Этот навязчивый, местами слишком упёртый омега, кажется, совсем не понимает, что человек может его общества не желать. А Чонгук уже не знает, как от него отделаться, как дать понять, что не хочет с ним контактировать, не хочет общаться, не хочет разговаривать даже. Да, возможно не стоит быть таким категоричным, в конце концов, каждый заслуживает хотя бы один шанс, второго Ким явно не попросит. Прельщает лишь то, что несмотря на свою навязчивость, Тэхён не унижается, собственное достоинство умудряется сохранить. Не каждый так сможет. Чон ускоряется, прибавляет громкость в наушниках. Вообще, ему от зала до дома пешком минут пятнадцать-двадцать, но судя по тому, как стремительно небо затягивается серыми тяжёлыми тучами, добраться нужно как можно скорее. Если бы Тэхён не занял столько его времени, он точно пришёл бы вовремя и торопиться бы не пришлось, а теперь приходится едва ли не бежать. Чтобы ты, Ким Тэхён, до нитки промок под этим чёртовым дождём, редкие капли которого уже обжигают своим холодом разгорячённую после физических нагрузок кожу…

***

Тэхён хлопает входной дверью своей квартиры, выдыхает тихое «блять», ощущая, как промокшее тело пробирает неприятная дрожь. Одежда липнет неприятно — всё промокло насквозь: джинсы, футболка и зипка, которая теперь кажется очень тяжёлой. Омега сбрасывает с себя всё прямо в коридоре, босыми ступнями шлёпает по тёплому, как ему кажется, ламинату в ванную. Сейчас он согреется, избавится от холодной липкости по всему телу и перестанет злиться. Да, Ким злится. С одной стороны, поводов особых нет, поскольку Чонгук наконец согласился на так называемое свидание, а вот с другой… Он столько сил угрохал на это всё, что их теперь совсем не осталось на что-то большее. Неправильно будет сказать, что Тэхён совсем не обрадовался тому, что Чонгук сдался, однако теперь ему ещё важнее будет выложиться по полной на этом единственном свидании, на которое он надеется как ни на что иное. Омега встаёт под тёплые, почти горячие, струи воды, что тело согревают практически моментально, и глаза закрывает. Вот сейчас он определённо начинает чувствовать себя лучше, если бы не мысли, мысли, мысли… И ещё кое-что. Тэхён опускает голову, глаза закатывает, когда видит свой привставший член. В последнее время это происходило всегда, когда он думал о Чонгуке, но проблема заключалась в том, что стоило Киму снять напряжение, оно возвращалось спустя каких-то полчаса от одних только мыслей. Вот это, конечно, действительно высшая степень зависимости, с которой справиться никак не получается. Плевать. Тэхён уже заебался. Он быстро отогревается под тёплой водой, стоит, закрыв глаза, каждый клеточкой своего тела ощущает приятное расслабление. Вот сейчас действительно хорошо. Омега кожу намыливает кокосовым гелем для душа, шипит, когда случайно цепляет член кистью руки. Возбуждение совсем немного усилилось, но этого достаточно, чтобы разозлиться заново. Ким вылезает из душевой кабины, быстро натягивает на себя махровый белоснежный халат и назад зачёсывает осветлённые пряди, что намокли и ко лбу прилипли. — Лишь бы всё получилось… — Тэ голову втягивает в плечи, чувствуя, как тяжёлая ткань впитывает влагу. — Меня Юнги засмеёт, если я облажаюсь. Это точно… Будто в ответ на его слова из коридора, где он бросил вещи, раздаётся телефонная трель. Ким тихо чертыхается, идёт на звук, пару раз на кафеле едва не поскальзывается, отчего матерится, но всё равно идёт дальше. Упорство у него точно в крови. Тэхён находит телефон в кармане сумки, закатывает глаза, когда видит имя друга, но по экрану вбок всё же смахивает. — Алло. — Ты что, про меня забыл со своим Чонгуком?! — Мин практически кричит в трубку, отчего Тэ морщится и телефон от уха отодвигает на безопасное для слуха расстояние. — О друзьях тоже надо помнить, между прочим! Совсем охренел?! — Юнги-я, — Тэхён выдыхает, понимая, что виноват — он другу не звонил уже четыре дня, точно так же, как и не писал, а в университете они почти не пересекались. — Прости. Я правда сейчас занят всем этим, не злись… — Слушай, если ты в жертву приносишь меня, то постарайся уж, чтобы это было не зря, — Юнги уже вроде бы не так сильно разъярён, но в голосе всё ещё скользит заметное возмущение. — Как там дела, кстати? Есть успехи? — Есть. Я дожал его, по крайней мере, он согласился на встречу. Не знаю, правда, можно ли назвать это свиданием… Тэхён садится на диван в гостиной, ноги вытягивает и откидывается на мягкую спинку, расслабляется. Он правда очень устал. Хочется уснуть прямо сейчас на миллион часов. — Главное, что получилось хоть как-то этого заучку растормошить, — Юнги пытается его хоть немного подбодрить. — Не знаю, конечно, чем он тебе так нравится… — Не начинай, — Ким недовольно цокает, теребит пальцами кончик махрового пояса халата. — Чонгук на самом деле не такой, каким кажется. У него много увлечений, он просто другой, поэтому может показаться странным, но он действительно классный… — Так, всё-всё, — Юн скулит в трубку. — Умоляю, не продолжай свои сопливые вот эти вот… Можешь это сделать, только когда узнаешь, что он в постели зверь, вот тогда я буду рад, а так неинтересно. Тэхён снова глаза закатывает. Кому что… Для Юнги совместимость в постели гораздо важнее, чем другие качества, наверное, именно поэтому он всё ещё не нашёл никого на постоянку, мечется от одного альфы к другому. Нет, Мин не спит со всеми подряд, просто его люди привлекают не те — не по тем качествам он альф выбирает, вот и попадает вечно впросак. — Уж этого я не знаю, твои бы слова да Богу в уши, так что… Остаётся только надеяться. Но Чонгук реально не такой, каким кажется на первый взгляд. Вот серьёзно. — Ой-ой-ой, — Юнги смеётся, в динамик рвано выдыхает. — Всё, я теряю тебя, Ким Тэхён! Умоляю, не бросай меня, мне больше пить не с кем. — Обещаю, как только решу эту грёбаную головоломку, угощу тебя выпивкой, — Ким подлизывается умело, знает, на что давить, чтобы друг смилостивился над ним. — Дай мне ещё пару недель. Ну или чуть побольше. — Ладно-ладно, только ты не забывай про меня. — Не забуду, — Тэ улыбается. Он чувствует, что несмотря на вечные препирательства, Мин хочет для него лучшего. — Юнги-я, я очень устал, давай завтра ещё созвонимся. — Окей, давай, пока. Омега сбрасывает звонок и укладывается на диван, складывает руки на груди и смотрит в потолок. Только восемь вечера, а заняться нечем, да и спать хочется ужасно. Да, он в последнее время даже учиться лучше стал, в зале реально пашет, и рельеф на теле стал проявляться, что выглядит очень даже эстетично. Тэхён от природы стройный, однако физическими нагрузками особо никогда не увлекался, довольствовался просто активным образом жизни. Да ему и этого было вполне достаточно, чтобы хорошую форму держать. Интересно, а какие омеги нравятся Чонгуку?.. Скорее всего, более феминные и изящные, но точно не такие, как сам Тэхён. Да уж, в этом аспекте он действительно проигрывает многим, хоть и на мордашку симпатичный. Ну нет в нём этого изящества, которое многие альфы в омегах просто обожают, так что ж теперь? Он что, не достоин любви? Достоин. Ещё как. И Тэхён борется за эту любовь, хотя никогда так не делал — всегда считал, что этим должны заниматься альфы, будучи сильным полом. А тут шаблоны приходится рвать ради этого Чонгука, который ещё неизвестно как, в конце концов, к нему будет относиться. Может, вообще на хрен пошлёт после этого «свидания»… Ну нет уж. Тэхён такому произойти не позволит.

***

Ким хлопает входной дверью своей квартиры и поправляет наспех нахлобученную на голову любимую красную кепку. Ему через пятнадцать минут надо быть на набережной, где они договорились встретиться с Чонгуком. В принципе, как раз столько же до неё и идти. Тэхён почему-то волнуется, что ему в таких ситуациях не свойственно совсем. Он весь день перебирал свой гардероб, пытаясь найти то, что подошло бы для пробежки, но не выглядело бы слишком стрёмно и так, будто ему вообще наплевать на Чона. А ещё омега уже успел передумать четыре раза так точно, однако к вечеру в руки себя всё же взял. Да и в конце концов, он с таким трудом добивался этой встречи, что просто не прийти было бы полной тупостью. Но предчувствие плохое… Он голову вжимает в плечи, чувствуя приятную ночную прохладу, что лёгким ветерком практически моментально пробирается под одежду. Сейчас бы в крепких объятиях любимого человека сидеть, а не вот это вот всё… Вернее, хочется оказаться в объятиях Чонгука, который явно ему этого дать не сможет. Ну да ладно... Сейчас перед ним стоят другие задачи: расположить к себе, заставить хотя бы пару раз улыбнуться и захотеть встретиться ещё раз. Тэхён ускоряет шаг, ощущая, что начинает опаздывать, телефон достаёт из кармана — действительно осталось всего пять минут, а пройти ещё нужно две улицы. Ким замечает статную широкоплечую фигуру у выхода на набережную практически сразу. Чонгук смотрит на вечернюю Ханган, что отражает сверкающие огни города, к Тэхёну стоит спиной. Омега ещё ускоряется, почти на бег переходит, хочет поскорее оказаться рядом, чтобы снова ощутить этот горьковатый чабрец, что и так мерещится ему почти везде. Но одно дело, когда мерещится, а другое — его вдыхать на самом деле. — Чонгук! Альфа оборачивается на зов, недовольно дёргает бровью, постукивая указательным пальцем по запястью левой руки, где предположительно должны находиться часы. — Я же не опоздал, — Тэхён подходит к нему, дышит слегка загнанно от бега трусцой. — У меня ещё пара минут в запасе точно есть. Чонгук достаёт из кармана смартфон, разворачивает его к Киму дисплеем, тут же включая его: три минуты десятого. Блять. Неужели опоздал? Тэ глаза закатывает и горбится разочарованно, вздыхает. Наверное, у него в крови влипать в подобные ситуации… Чон ничего не говорит, просто разворачивается и идёт вглубь небольшого парка, что расположился на набережной. — Куда мы? — Тэ спешит последовать за ним, чтобы ни на шаг не отстать. — Разминаться перед пробежкой. — Мне это не нужно, — омега поднимает на Чонгука голову, кепку переодевает козырьком назад, чтобы была возможность на него посмотреть. — Это всего лишь бег. К тому же, я, считай, уже пробежался сюда. Чонгук челюсти сжимает, понимая, что нужно стать немного мягче — в конце концов, всего часик осталось потерпеть, и это всё закончится. Правда ведь? Он воздух втягивает носом, чтобы унять своё раздражение, которое готов прямо сейчас вылить на Тэхёна в виде очередной колкости. — Тогда подождёшь, пока разомнусь я, — альфа на ходу снимает лёгкую ветровку, когда они подходят к небольшой спортивной площадке с тренажёрами и турниками. — Но тебе всё равно лучше тоже размять ноги на всякий случай. — Сам разберусь, — Тэхён пренебрежительно машет рукой, на автомате тянется за сигаретами, что лежат в кармане, но останавливается — тут же нельзя, наверное. — Ты чего это такой добрый стал? — Я не добрый, — Чонгук одной рукой подхватывает другую и через грудь направляет в противоположную сторону, мышцы плеча аккуратно растягивает. — Ты меня конкретно подзаебал. Я жду, когда это уже всё закончится и ты перестанешь за мной таскаться. — М-м-м… Омега садится на скамейку, что стоит рядом, руками опирается по бокам от своих бёдер, с Чона глаз не сводит. Он слишком красив: серый рашгард прекрасно подчёркивает всю красоту его тела, от которого взгляд отвести невозможно. Тэхён залипает на в меру виднеющиеся мускулы, на сосредоточенное серьёзное лицо. Он понимает, что в открытую пялится на Чонгука, который выполняет различные простые упражнения, чтобы разогреть мышцы. Да, такое уже и в зале происходило не раз, но Ким тогда видел альфу в огромных футболках, которые тело скрывали, поэтому всё происходящее сейчас будоражит вдвойне. Чонгук закидывает ногу на перекладину для отжиманий, тянется вперёд, растягивая мышцы задней поверхности бедра, а Тэ вновь залипает, только теперь на округлые ягодицы, что сейчас из-за очень удачной позы обтянуты шортами поверх чёрных тонких тайтсов. — Хватит пялиться на мой зад, — Гук меняет ногу, руками хватается за перекладину. — Тебе бы тоже растяжка не помешала. Правда. Тэхён знает, что он в этом плане деревянный, и его, честно говоря, то, как может гнуться во все стороны Чонгук, удивляет. Он там на шпагат случайно не садится? Нет? Интересно было бы посмотреть, конечно. Когда-то года два назад Ким решил основательно заняться растяжкой, даже записался в студию, но на следующий день после первого занятия, когда всё его тело отказывалось передвигаться и нормально функционировать, он понял — не его. Не готов он такое терпеть ради того, чтобы быть гибким и пластичным. Да и кому это надо вообще? — Терпеть её не могу, — Тэхён видит, как Чон отходит от перекладин и забирает свою куртку, что повесил на одну из соседних. — Ты закончил? — Да. Чонгук накидывает ветровку и направляется к дорожке, что идёт вдоль всей набережной, шаг ускоряет и достаточно быстро переходит на бег. Тэ недовольно цокает языком, когда видит, что его даже ждать не стали, на бег срывается сразу же, чтобы догнать, рядом оказывается спустя несколько секунд, тут же выравнивается. — И долго мы так будем бежать? — омега локтем несильно толкает Чонгука, что недовольно морщится и теснится к реке, будто старается избежать прикосновения. Альфа смотрит на наручные смарт-часы, хмурится, прикидывая расстояние и калории, которые планируется потратить за время пробежки. — Сорок минут, с двумя перерывами по две-три минуты. Бля-я… Тэхён закатывает глаза — он к такому не привык, поскольку зачастую игнорировал стоящую в тренажёрном зале беговую дорожку, в основном ограничиваясь парой километров пешком. Он старается не сбить дыхание, поэтому держит в себе очередную порцию возмущений, которая сейчас явно будет некстати. Неожиданно в голову приходит идея, и Ким сразу же её озвучивает: — Давай наперегонки до конца набережной, а потом нормально обратно побежим. — Ц, зачем это? — Чонгук воздух втягивает носом, тут же производит резкий выдох ртом. — Разнообразим наше оздоровительное мероприятие, — Тэхён вдруг разворачивается и бежит спиной вперёд, чтобы Чону смотреть в лицо при разговоре. — Ну же, давай, погнали. Не будь таким занудой. Чон хмыкает в ответ на его слова. Да, он прекрасно понимает, что у омеги шило в одном месте, которое, по всей видимости, ему очень мешает вести спокойный образ жизни, но потакать его желаниям не горит. Хотя… Уделать Тэхёна действительно хочется. Хоть где-то на место поставить, раз уж отделаться от него не получается. — Ладно, — неожиданно соглашается Чонгук. — Раз, два, три. На третий счёт он ускоряется настолько, что оставляет Тэ позади. А он неплох. Ким бросается следом, старается хотя бы немного сократить расстояние между ними. Чонгук не даётся, бежит действительно очень быстро, причём достаточно стабильно и будто бы легко. Тэхён начинает задыхаться уже спустя полминуты — не привык к такому темпу, ещё и раздражается от того, что не может альфу догнать. Нет уж, он это просто так не оставит, раз уж сам предложил. Ким собирает в кулак остатки сил и ещё быстрее ногами перебирает, сокращает расстояние до заветного метра, который превращаться в сантиметры явно не планирует. Неужели Чонгук и тут лучший? Ну не может такого быть. Альфа даже не оборачивается, бежит ровно, проносится мимо редких пешеходов, что, видя бегунов, расступаются в разные стороны — привыкли уже к этому нередкому явлению. Тэ стискивает зубы и пытается приблизиться к Чону хотя бы немного, цепляя взглядом край набережной, до которой остаётся всего метров сто. Вдруг Ким неудачно ставит ногу, и голеностоп неожиданно простреливает резкой болью, от которой он вскрикивает и валится на асфальт, чувствует, как перед глазами резко замерцало. — Тэхён! — знакомый голос раздаётся чуть поодаль, Чонгук тут же спешит к нему. — Тэхён, что произошло?! Омега лежит на земле, держится за болезненно пульсирующую лодыжку, на собственное имя не отзывается, и Чонгук пугается. Неужели от болевого шока сознание потерял? Чон садится рядом и приподнимает Тэхёна за плечи, заглядывает в бледное сморщенное лицо. — Нога… — Тэ выстанывает едва различимо, нижнюю губу закусывает, всё ещё держась за больное место. — Так, давай дыши, — Чонгук осторожно подхватывает его под коленями и за спину поддерживает. — Понимаю, больно, но постарайся держать себя в руках. Тэхён его голос будто сквозь какую-то пелену слышит, чувствует, как его поднимают на руки, голову опускает на чужое плечо. Лодыжка пульсирует какой-то ноющей болью — неужели связки порвал? Вот так сходил на пробежку. И ради этого Ким преследовал альфу всё это время? Да ты по жизни везунчик, Ким Тэхён! К тому моменту, как Чонгук опускает его на одну из лавочек, что стоят на площадке, он приходит в себя, уже чётко осознаёт всё происходящее вокруг. — Ты головой не ударился? — Чон присаживается перед ним на корточки. — Это всё из-за тебя… — озлобленно бурчит себе под нос. — Из-за тебя, блять. — Что? Почему? Альфа смотрит на него непонимающе. Действительно, причём тут он? Чонгук же омегу не толкал, не ставил ему подножек, даже не он предложил пробежаться наперегонки вместо того, чтобы спокойно побегать перед сном. Что он-то такого сделал? — Да потому! — Тэхён голос повышает. — Из-за тебя я подвернул ногу, из-за тебя уже две недели давлюсь этим идиотским облепиховым морсом, от которого меня тошнит, настолько он кислый! Из-за тебя я вынужден читать всякую муть, чтобы понять, почему тебе нравится именно это! В этом зале идиотском тоже поселился из-за тебя! Ни спать, ни есть нормально не могу. Да пошёл ты на хрен, Чонгук! У Кима уже глаза неприятно щиплет — слёзы от злости и обиды подступают. Он сделал всё, что мог, пытался обратить на себя внимание всеми правильными и неправильными способами, а в итоге что? Ничего. Теперь он сидит на этой идиотской набережной с ногой, что ужасно болит при малейшем движении, и понимает, что опять проебался. Причём так по-тупому… — Неужели ты пошёл на всё это, чтобы я обратил на тебя внимание? — Чонгук хмыкает, костяшкой указательного пальца убирает с нижнего ряда его тёмных ресниц выступившую слезинку. — Тэхён, я правда тебе так сильно нравлюсь? — А что, непонятно, да? — омега шмыгает носом и чужую руку от себя отталкивает, отворачивается от Чона. — Ты просто конченый идиот. Чонгуку почему-то становится неловко. Он Тэхёна явно недооценил, думал, что тот просто прикалывается над ним, забавляется, выводя каждый раз на эмоции. Да, Ким определённо не похож на того, кто будет так усиленно добиваться чужого внимания. Обычно Гук замечал, что вокруг омеги вьются альфы постарше или вовсе крутышки не из их университета, но он и подумать не мог, что Тэ будет так себя вести… Ладно, это всё потом. Сейчас есть кое-что поважнее. — Сильно болит? — Да, — обидчиво, но без капли лжи или преувеличения с целью вызвать жалость. Чонгук осторожно подхватывает тэхёнову ногу в районе икры, приподнимает, сгибает и разгибает в колене, проверяя, не повреждено ли что-то ещё. Тэхён спокойно за этим наблюдает, время от времени только носом хлюпает, правда непонятно, от холодного ветра или от обиды. — Пошевели аккуратно стопой, — Чон всё ещё его ногу держит на весу. Тэхён шипит от боли практически сразу же, как только пытается пошевелить вроде бы притихшей лодыжкой, ногтями впивается в деревянную лавочку под собой. — Чёрт, нужно ехать в больницу, — альфа недовольно хмурится. — Боюсь, может быть разрыв связок, тогда дело плохо. Ну, вроде бы сустав несильно подвижен, так что, надеюсь, обойдётся. — Ты что, врач? — Ким смотрит на него с явным недоверием, всё ещё дуется. — Нет, просто уже сталкивался с подобным. Чонгук встаёт, достаёт из кармана телефон, чтобы вызвать через приложение такси. Он себя сейчас реально почувствовал виноватым после выслушанной достаточно длинной тирады. Тэхён старался его узнать получше, понять, что ему нравится, а что нет, наверняка ещё и уйму времени на это всё потратил. Однако он сам выбрал изначально неправильный метод достижения своей цели. Вместо того, чтобы сделать всё гораздо мягче и аккуратнее, начал вести себя так, будто в момент стал одержим. Чон к такому тоже не привык, но, кажется, Тэ по-другому просто не умеет. Как умеет, так и танцует, как говорится. — Такси будет через четыре минуты, — альфа прячет телефон, заранее запомнив марку и номер откликнувшейся на вызов машины, и поднимает Кима с лавочки, тут же его руку себе на плечо закидывает. — На больную ногу не вставай, только хуже сделаешь. — Даже ничего не скажешь мне по поводу того, что я сказал тебе? — Тэхён на него смотрит испытующе, действительно ждёт от него хоть какого-нибудь ответа. — Давай сначала разберёмся с твоей ногой, — Чон снова подхватывает омегу на руки, делая это предельно легко. — А после обсудим и то, как ты облепиховым морсом давился, и то, как ты книжки нудные читал, и как решил состроить из себя легкоатлета. Всё обсудим, не переживай.

***

— К счастью, никаких разрывов нет, — врач быстро перевязывает повреждённую лодыжку Тэхёна эластичным бинтом. — Обычное растяжение. Такое часто бывает, если плохо разогрели мышцы перед бегом, так что ничего страшного. Женщина отходит к рабочему столу, оставляя омегу так и сидеть на кушетке, что-то помечает в документах, выписывает рецепт. Ким поднимает глаза на стоящего в метре от него Чонгука, который так и стреляет в него глазами, будто пытается укорить за то, что тот его не послушался. — Ближайшие несколько дней вам нужно будет обеспечить полный покой, ногу не перегружать, — она помечает основные пункты на специально отведённом под рецепт бланке. — Если будет сильно беспокоить ночью, выпейте ибупрофен или любое другое обезболивающее, я вам здесь же укажу мазь. Первые пару дней поделаете холодные компрессы, чтобы снять отёк. Растяжение не слишком серьёзное, так что через неделю-полторы снова будете бегать. Только, пожалуйста, разминайтесь лучше и нагрузки увеличивайте постепенно. — Я прослежу, — Чон кивает, на что в ответ врач улыбается. Тэхён куксится, нижнюю губу закусывает, когда видит, как доктор, по его мнению, строит глазки Чонгуку, который его должен быть, между прочим. Он головой понимает, что ничего в этой улыбке страшного нет — женщина просто умилилась его реакции, однако сердцу не прикажешь. Наконец, их отпускают. Ким едва себя сдерживает, чтобы не показать врачу язык, когда Чон, забрав рецепт, снова поднимает его на руки. Тэхён за его шею цепляется и обнимает покрепче, будто свои права на альфу заявляет. Они выходят на улицу, и Гук усаживает его на ближайшую лавочку возле входа, чтобы вызвать такси. — Какой адрес? — уточняет. Тэхён называет улицу и дом, следит за каждым его движением, глаз оторвать от альфы не может, что в свете вечерних фонарей выглядит ещё более привлекательным. Чонгук на него взгляд поднимает, когда чувствует, что его разглядывают, хмыкает и тут же снова утыкается в телефон, ждёт, пока на вызов кто-нибудь откликнется. На самом деле, Тэ сегодняшнему дню даже благодарен немного: альфа на руках его потаскал, ещё и чуточку потеплел, кажется. — Машина будет минут через десять, так что придётся подождать, — Чон садится рядом. — Как нога? Болит? — Угу. — Надо будет зайти за мазью. У тебя рядом с домом есть аптеки? — альфа смотрит на задумчивого Тэхёна, который кивает, всё ещё смотря прямо на него. — Подождёшь меня, я забегу. — Мы можем поговорить сейчас? — Тэхён подталкивает его на разговор. — У нас же есть немного времени. Чонгук вздыхает, понимает, что отвертеться теперь точно не сможет — никто его за язык не тянул. Пообещал — выполняй. Гук нижнюю губу несколько секунд кусает, смотрит в одну точку прямо перед собой, видит, как вдалеке мигает неисправный фонарь, опускает взгляд, когда глаза уже начинает неприятно щипать. — Тэхён, я правда не понимаю, что ты хочешь услышать, — говорит честно. — Да, ты симпатичный омега, не знаю, как описать твой характер… Он… Ну… своеобразный, что ли. Не подумай, я ничего плохого не имею в виду, просто никто никогда меня в такую ситуацию не ставил, поэтому я даже не знаю, как мне следует отреагировать. — Я тебе совсем не нравлюсь, да? Чонгук поворачивается к омеге, долго его разглядывает, видимо пытается понять, что чувствует, когда его видит. Тэхён действительно красивый: аккуратные черты лица, большие тёмные глаза, небольшой нос с маленькой родинкой на самом кончике и пухлые губы, которые он постоянно покусывает. Чон прислушивается к своим ощущениям, но в груди как-то спокойно, будто и не происходит ничего. И как вот это объяснить?.. — Я не знаю, что тебе ответить, но могу сказать, что ты… — слова подбирает, — просто удивительный и ни на кого не похожий. Ты так старался понять меня и мои интересы, хотя до тебя никто особого внимания им не уделял. Думаю, нам стоит пообщаться, чтобы понять, подходим ли мы друг другу, получше друг друга узнать. Наверное, тогда мне будет проще дать тебе ответ на этот вопрос. Что думаешь? Тэхён Чона понимает в какой-то степени. Глупо было ожидать, что альфа с ходу скажет, что без ума от него, да и это в принципе нелогично. Надо побольше времени вместе проводить, общаться, гулять, куда-то ходить, чтобы получить представление о характере, жизненных ценностях. В конце концов, им обоим уже не по шестнадцать лет, чтобы размениваться на детские влюблённости и руководствоваться только своими чувствами, которые иногда могут ослепить. — Ты прав. Я ведь изначально хотел, чтобы ты меня заметил и обратил на меня внимание. — У тебя получилось, — Чонгук неожиданно треплет омегу по голове, отчего тэхёново сердце в груди радостно подпрыгивает. — Не думаю, что тебе бы понравилось, скажи я тебе прямо сейчас, что ты очень сильно мне нравишься. Нам действительно нужно получше узнать друг друга. — Хорошо.

***

Утро начинается с громкого стука крупных дождевых капель по оконному стеклу, от которого Тэхён нехотя открывает глаза. Морщится, переворачивается на другой бок и кутается в толстое одеяло, не желая вставать. Заснул он поздно: они с Чонгуком приехали к нему около двенадцати, потом альфа сходил в аптеку и помог ему улечься, поскольку передвигаться всё ещё было тяжеловато. Только вот часов до трёх Кима мучила неприятная боль в лодыжке, из-за которой не получалось найти удобное положение, и даже таблетки подействовали не сразу. Тэ понимает, что больше не уснёт, переворачивается на спину, смотря в потолок над собой, на пробу шевелит стопой: уже не так больно, но всё ещё заставляет поморщиться. А может, это просто ещё лекарство действует. Омега из-под подушки выуживает телефон, смотрит на время и закатывает глаза, раскидывая руки в разные стороны. Почти двенадцать, но вставать совсем не хочется. В спальне всё ещё витает лёгкий чабрец, немного пьянящий и такой… Тэхён полной грудью его вдыхает, прикрывает глаза и улыбается, вспоминая, что у него получилось. Теперь его шансы выросли в разы, Чонгук его не оттолкнул, согласился постепенно узнавать друг друга, не прогнал. Ким руки под голову кладёт и прокручивает все моменты вчерашнего вечера. Если бы не эта чёртова нога, может, и не вышло бы ничего. Да уж, нет худа без добра. Он помнит, как Чонгук за него перепугался, как нёс на руках до такси и потом поднимался с ним по лестнице на третий этаж больницы, потому что лифты были заняты. Альфа ни разу не пожаловался, что ему тяжело, не вздохнул, не закатил глаза, лишь спрашивал о его самочувствии. Ну идеальный просто… Размышления прерывает звонок в дверь, и Тэ от неожиданности садится. Он никого не ждёт, ни с кем о встрече не договаривался, но любопытство берёт верх, и Тэхён сползает с кровати. Ходить всё ещё тяжело, поэтому больную ногу он подволакивает и наступает предельно осторожно. Дверь открывает, когда уже третья трель неприятно режет слух. — Я уже хотел сам заходить, думал, ты встать не можешь, — Чонгук не ждёт приглашения, достаточно бесцеремонно входит в квартиру, с куртки стряхивает дождевую воду. — Пока от парковки дошёл, промок весь, — комментирует. — Как чувствуешь себя? — А… нормально. Тэхён хлопает глазами, не веря им. Это что, Чонгук приехал к нему в такую погоду?! Он ногтями щипает себя за бедро сквозь пижаму, тут же нос морщит от боли — не сон. Ну не может такого быть… — Чего застыл? Даже войти не пригласишь? — Чон дёргает бровью. — Извини, проходи на кухню. Но я только встал, поэтому не готовил ещё ничего. И куда делся тот спокойный воспитанный альфа, который себе такого никогда не позволял? Чонгук разувается и идёт на кухню, тащит за собой большой крафтовый пакет, который Ким изначально даже не заметил. Тэхён ползёт следом, явно торопится, забыв про наставления врача о том, что первое время ногу нельзя перегружать. — Я привёз тебе еду и ещё лекарства, которых вчера в аптеке не было, — Чон на стол ставит контейнеры с купленной едой, тут же достаёт таблетки и эластичный бинт. — Нога ночью беспокоила? — Немного, — Тэхён пожимает плечами, всё ещё в упор смотря на альфу, которого, кажется, вовсе ничего не смущает. — Чонгук… Ты приехал потому, что переживаешь, или есть ещё какая-то причина? Чонгук кулаками опирается о поверхность стола, опускает голову, стараясь, видимо, сосредоточиться. Он, если честно, сам не до конца знает, почему сорвался к омеге в такую погоду. Да, беспокоился, что тот будет не в состоянии о себе позаботиться — боль на второй день обычно становится сильнее. — Переживал. От этого слова уши закладывает, и Тэхёну хочется схватиться за сердце. Неужели Чонгук действительно за него волновался?.. Он тыльной стороной ладони прикрывает горящую от смущения щёку, отворачивается на несколько мгновений. Да что ж это такое?! Ким никогда ни перед кем так не смущался, а тут сгореть готов на месте… Вдруг Чон подходит, за плечи его усаживает на стул и садится на корточки рядом, тут же подхватывает больную ногу. Тэхён оторопело за ним наблюдает, руками хватается за край свободной пижамной рубашки, нижнюю губу закусывает в то время, как альфа осторожно снимает повязку. — Синяк большой, — констатирует, кончиками пальцев касается синеватой кожи, надавливает осторожно, отчего Тэ вдруг дёргается. — Больно? — Немного, — омега кивает. — Чонгук, спасибо, что приехал. Чон вдруг поднимает глаза, смотрит долго, будто изучает каждую чёрточку тэхёнова лица, хмыкает. Тэхён тонет в темноте антрацитовых глаз, со взглядом которых сейчас сталкивается. — Не мог не приехать. Эти слова эхом звенят в голове, и Ким пытается сдержать рвущуюся наружу улыбку, голову втягивает в плечи. Чонгук тут же взгляд отводит, достаёт из пакета купленную мазь, вскрывает тюбик и выдавливает немного себе на пальцы, старается растереть, чтобы согреть, но Тэхён всё равно вздрагивает от контраста температур. Однако щёки снова заливает румянец, когда лекарство аккуратно наносят на кожу, втирают мягкими бережными движениями, а после снова накладывают повязку. Тэ за всё это время ни слова не сказал, лишь молча наблюдал за каждым действием. — Сегодня ещё отдохни, завтра потихоньку можешь начинать нагружать ногу, — Чонгук встаёт и вдруг вместе со стулом разворачивает Тэхёна к столу. — А сейчас поешь. — Я собирался выбраться подышать свежим воздухом, — омега открывает рисовую кашу с орешками и курагой, носом втягивает сладковатый молочный запах. — Ты погоду видел? — Чон пододвигает ему латте на кокосовом молоке, садится напротив. — Дождь хлещет с самого утра. Мерзость. — А мне нравится… Ким ложкой цепляет миндаль и кусочек кураги, отправляет в рот, задумчиво пережёвывая. Ага, а ещё про чужие «специфические» вкусы что-то говорил… Сам-то не лучше. Погода, по мнению большинства, действительно мерзкая, что уж тут говорить, поэтому реакция Чонгука вполне логична и понятна. Тэхён ест кашу, даже глаз не поднимая на альфу, что задумчиво на него смотрит всё это время, запивает кофе с ванильным сиропом. Вкусно. — Нравится, говоришь? — Чонгук хмыкает. — Доедай и одевайся. Тэхён едва не давится, таращится на альфу, который прямо сейчас сидит и смеётся с его неожиданной реакции. Неужели человек может так сильно измениться всего за каких-то двенадцать часов?.. То рычал на него и пытался прогнать, а сейчас заявился к нему домой, привёз поесть и лекарства, ещё и говорит, что они куда-то собираются в такую мерзкую для него погоду. — Куда?.. — Ким откашливается, внимательно всматривается в хитрое лицо напротив. — Ты же хотел подышать свежим воздухом. Уже передумал? — Нет, не передумал, — омега прячет довольную улыбку за очередной ложкой с кашей, пачкая губы. Чонгук тут же протягивает ему салфетки, что лежали на другом конце стола. Тэхён ощущает себя странно, будто и вправду начинает влюбляться. Чон открывается ему с другой стороны, которая ему нравится ничуть не меньше. Она кажется такой ласковой… — Ну вот. Свожу тебя в одно место, там во время дождя должно быть красиво, — Чон пожимает плечами. — По крайней мере, моему другу там нравится. Может быть, тебе тоже понравится. Я на машине сегодня, поэтому добраться будет несложно. Тэ едва не давится во второй раз. Чонгук что, ещё и водит, оказывается? Мурашки пробегаются по коже от одних мыслей о том, как шикарно этот альфа смотрелся бы за рулём какого-нибудь Мерседеса. — Ни разу не видел тебя на машине, — Ким старается выглядеть максимально незаинтересованным во всём этом, а то уж совсем закраснелся, пора бы брать себя в руки. — Редко катаюсь. Да и всё в шаговой доступности почти, поэтому как таковой надобности не возникает. — М, ну да, — омега допивает кофе и отправляет в рот остатки каши. — Давно купил? — Напополам с отцом на свой предыдущий день рождения.