kill problems for salvation.

Мингю снова ловит на себе этот, когда-то холодный, даже угрожающий, до Чудиков тяжелый взгляд Вону. До недавнего времени они никак не контактировали, Чон изредка спрашивал у Кима почему он всегда улыбается, а тот отвечал что проблем нет, значит можно и улыбаться. И Вону всегда верил, верил что у того все в жизни хорошо. Бывало что Вону время от времени, в шутку как бы издевался над младшим, на такие издевки Ким почти не отвечал, краткого «тебе то что» было достаточно, сейчас же, уже долгое время Мингю не слышал и слова от Чона в свой адрес, а все из-за его невнимательности. /// — ну и пошел ты! Кричит в след парню, мужчина средних лет, и максимально громко и быстро хлопает входной дверью. Парень же в свою очередь вытирает очередную дорожку слез, текущую по красным щекам. Мингю не смотрит под ноги, ни вперед, ни назад, он не видит ничего, кроме темноты, блядской темноты. Он быстро бежит по лестнице вниз, и буквально вырывается из подъезда на улицу, лето, не так уж и холодно, но ночь явно не время для прогулки в мокрой майке и рванных джинсах, ну а Киму все равно, хоть голым, лишь бы подальше от отца. Он медленно идет по аллее, фонари на которой не работают уже третий год, а всем плевать, может это даже и к лучшему, сейчас никто не увидит красных, мокрых глаз Мингю. Ким слышит только собственные всхлипы, и чертыхания под нос, он не замечает как со спины к нему подбегает..парень? По голосу уж точно не девушка. — извините! Вам нужна помощь? Я могу вас выслушать. с немного спёртым дыханием говорит тот, рука его спокойно лежит на плече несчастного парня, Ким к нему поворачивается, лица не различить, а ему и все равно, его так все достало что он готов хоть десятилетнему мальчику все рассказать. — Пожалуйста, если тебе не сложно. Уже более спокойно говорит тот, и тянет незнакомца за руку на скамью, стоящую совсем рядом, тот не сопротивляется и послушно идет за Мингю, садясь рядом с ним. — мой отец, он такой уебок, он..он бьет меня, морально, если так можно сказать..хах..я живу с тяжелым депрессивным расстройством уже несколько лет, вечно на таблетках, а ему, ему плевать! Еще, мои друзья, их много, но я не думаю что и вправду нужен кому-то, мне не нужны друзья, мне нужен лишь тот, кто меня правда полюбит, поймет, не будет давить, может это прозвучит, лицемерно? Но я хочу чтобы он был только моим, никого кто заботился бы о нем так как я, я хочу быть уверен в нем, а еще, я педик. Прости.. просто все заебало. Спустя пару секунд, Мингю почувствовал жутко холодный ветер, осознание его положения пришло медленно, он понимал что ему придется торчать на улице в таком виде, понимая что он сейчас в до ниточек мокрой майке сидит на скамье, а ему в спину дует ледяной ветер. «если пойдет дождь, считай, я умер» думал Ким, пока не решился задать один единственный вопрос. — я могу..тебя обнять? Парень уже был готов к отказу, когда услышал громкое и четкое: — конечно. Незнакомец открыл свою кофту, как бы приглашая Мингю нырнуть к нему в руки, Ким именно это и сделал. Незнакомец же постарался закрыть Мингю сзади своей кофтой, ведь и так уже видел что тот в мокрой одежде. — у тебя такой низкий, красивый голос, я бы даже сказал сексуальный, тебя как звать? Тихо сказал Ким, только сильнее прижимаясь к теплому телу напротив. Парень что его обнимал был совсем не против, он спокойно гладил младшего сзади по спине, успокаивая как маленького ребенка. — Чон Вону. Услышав это, Мингю хотел было отпрыгнуть и убежать, сгорая со стыда, он сейчас рассказал всё парню, который над ним издевался? Думал что у него нет проблем? Какой позор. — сиди, не съем я тебя, Мингю, где же ты ночевать собираешься? После этих слов Чон только сильнее прижал к себе дрожащее тело младшего, а тот в это время думал что ответить, ведь ответ «на улице, я так уже много раз делал» звучит ужасно. Тишина, которую через минуту прерывает глубокий, тихий голос: — не дам я тебе здесь ночевать, пойдешь ко мне, я знаешь ли, не ублюдок, готовый оставить тебя тут. Вону уже предпринимал попытки встать и отвести несчастного к себе, как тот откинул его руки и сильнее вжался в его грудную клетку, сжимая кофту на спине. — ты такой теплый, пожалуйста, не отпускай меня! Чон по блестящим в темноте глаза младшего понял, что тому совсем плохо, поэтому он быстро встал, сняв с себя кофту, он одел ее на Мингю и взял его холодную ладонь, накрыв своей, совершенно теплой, сказав медленно: — сейчас мы придем ко мне домой, ты сходишь в душ, покушаешь, и мы с тобой хоть спать в обнимку ляжем, пошли. —и быстрым шагом пошел к своему подъезду. /// И вот Мингю уже сидит на чужой кухне, в теплом белом халате, и смотрит на широкую спину готовящего ему еду парня. — слушай, а почему ты издеваешься надо мной? Почему спрашиваешь что я улыбаюсь? Тихо спросил младший, на что Чон, повернулся лицом к нему, опираясь руками о столешницу. — издеваюсь? Я лишь мелко подшучиваю, и то.. в общем, прости меня за это, а вопросы, тебе честно сказать? Вону смотрит парню прямо в глаза, в самую душу, и после осторожного кивка продолжает: — ты всегда так, светишься что ли, так солнечно улыбаешься, и я, не особо эмоциональный человек, просто не знал как с тобой заговорить, и вот, когда прям очень хочется, задаю этот вопрос. Ким в оцепенении смотрит на легкую ухмылку парня напротив, который уже через секунду отворачивается обратно к варящимся макаронам, аккуратно помешивая их, проверяя, не пора ли выключать плиту. — это можно считать признанием в любви? Аккуратно спрашивает младший, все еще пристально следя спиной Чона. — ну, не знаю. После этих слов, он осторожно ставит перед Кимом тарелку с макаронами, призывая поесть, а сам сначала пару минут следит за тем чтобы он точно ел, а после берет и свою порцию, принимаясь за еду. После еды, и парочки банок пива на двоих, Вону собирает посуду и намереваясь ее помыть, кладет в раковину. — стой, дай мне сделать для тебя хоть что-нибудь! Ты мне очень помогаешь, так что посуда на мне. Он шутливо толкает старшего бедром в сторону, на что тот немного ухмыляясь, идет в спальню, и пока младший моет посуду, он заправляет постель, аккуратно кидая свое одело и подушку на пол, дабы лечь там, не смущая нового гостя в его доме. Через пару минут в комнату заходит Мингю, на что старший не оборачиваясь указывает на аккуратно сложенную на стуле одежду, кидая краткое: — это тебе переодеться. Ким бегло оглядывает комнату, беря одежду в руки, он все-таки решается спросить, то что очень хотелось бы прояснить: — я сплю на полу? Он спросил это совершенно спокойно, на что в его сторону полетел осуждающий взгляд Вону. — ты серьезно? Нет, господин Ким Мингю, ваши хоромы это моя кровать, а ваш верный слуга Чон Вону, достаточно провинившийся сегодня, будет спать на полу. Ким слегка усмехнулся, но уже через секунду покраснел от мыслей, крутящихся в его и без того больной голове. — Вону~я, ты обещал спать в обнимку, как же мы так спать будем? Тем более это же твоя квартира, ложись на кровать, а я с тобой, если ты не против! Младший с улыбкой смотрел старшему в глаза, которые тот по привычке закатил, расслаблено отвечая: — хорошо! Только переоденься уже! Показывая старшему свой длинный язык, Ким убегает в ванную комнату, и уже переодевшись в вещи старшего, он смотрит на себя в зеркало, вспоминает все что произошло, все что ранило, он аккуратно достает свой телефон из кармана теплого халата, который так любезно ему предоставил Чон. — Хансоль? А ты то зачем звонил? Решив не нервировать друга, он все таки нажимает злосчастную кнопку «перезвонить» и под звуки гудков прокручивает в голове самые ужасные сценарии произошедшего. — Хансоль, зачем звонил? Нервно спрашивает младший, все еще смотря на свое лицо в зеркало, разглядывая глаза, он всегда мечтал о комплиментах в сторону своих глаз, они ему так нравились. —«Боже! Жив! Мне твоя мама звонила, сказала ты ночевать не вернулся! Как объяснятся будешь?» как гора с плеч, никто не умер, но зато все искали самого Мингю, ну а ему ли не плевать? — я у Вону, долго объяснять. —«….Вону!?» — я жив, пока Хансоль. Он быстро сбрасывает трубку, друзья из их компании уже привыкли к такому поведению, со всеми бывает, когда Мингю плохо, он начинает вести себя немного не так как всегда, перестает быть солнечным мальчиком. Он стремительно выходит из ванной комнаты, и направляется в спальню, где в кровати уже лежит старший, который выключает телефон и кладет его экраном вниз когда видит Мингю. «мило» думает Ким, и ложится в кровать, рядом со своим спасителем. — знаешь, мне часто снятся кошмары, с участием моего, безумного бывшего. Вону говорит тихо, абсолютным шёпотом, а голос его низкий, сводит Мингю с ума, он поворачивается к старшему и задает очередной вопрос. — просыпаешься по ночам? Чон смотрит в глаза младшему и кратко кивает, уже чувствуя как тяжелеют веки, хочется спать, а до этого хочется обнять Мингю и извинится перед ним за все и всех. — двигайся ко мне, будем спать вместе, так будет спокойнее. Вону послушно залезает в объятия младшего и через несколько минут оба уже во всю сопят. Три часа спокойного сна, и тут вону становится безумно жарко, осознание панической атаки приходит медленно, и когда Чон открывает глаза, он машинально вскакивает садясь на кровати. От этого просыпается и Ким, видя испуганный взгляд Вону, он аккуратно обнимает его за плечи. — кошмар? Спокойным шепотом говорит Гю, поглаживая Чону плечи, пока тот пытался успокоится, Мингю кидает быстрое «я за водой» и медленно встает с кровати, возвращаясь уже через пару секунд со стаканом холодной воды, и протягивает его в дрожащие руки Вону, аккуратно поддерживая снизу, дабы не разлить воду на постель и самого старшего. Пока Чон сидит на кровати, Ким делает ему легкий массаж, какой умеет, чтобы расслабить старшего, и у него это замечательно получается, через пару минут они снова ложатся спать, и стараясь окончательно расслабить старшего, Мингю говорит: — Вону~я, солнце, я всегда буду рядом, и помогу с твоими кошмарами, как ты помог мне. А теперь спи. И сам ныряет в открытые объятия Чона, уже через пару минут оба сопят в унисон, больше их ничего не потревожит, последней мыслью Мингю, перед тем как провалится в крепкий сон, было «почему я раньше не общался с ним?» Но ответ он знать и не хочет вовсе, главное он что сейчас все хорошо, главное что сейчас они есть друг у друга. // На утро запланирована встреча с компанией, классические их посиделки у старшего, когда одни играют в новенькую приставку, купленную Сынчёлем именно для таких посиделок, другие играют в настольные игры, принесенные Джуном, остальные занимаются своими делами, сидят, осторожно попивая слабоалкогольное пиво из жестяной бутылки, носятся по дому, в попытках найти укромное местечко чтобы выплакаться другу. Встреча назначена на 11;30, поэтому Вону встает в десять, оставляя гостя спать, пока сам идет в душ, после чего идет готовить завтрак, чтобы потом не идти голодными, Мингю спит крепко, в первые за несколько лет, в тишине, без отца, его криков, без вечно орущих в соседней комнате, сестры и ее ухажера, в спокойствии, не волнуясь ни о ком, ни о матери которая ищет его, ни о отце, который наверно опять сидит на кухне, чертыхаясь под нос такими фразами как «воспитал же педика на свою голову». Но сейчас Кима ничего из этого не волнует. За полчаса до назначенного времени, Вону возвращается в комнату, где сладко сопит младший, и тихонько трясет его за плечо, призывая открыть глаза, ведь пора уже вставать. — Мингю, пора просыпаться. Шепотом говорит старший, продолжая сидеть на краю кровати, ожидая пока гость встанет, ведь завтрак уже готов и стынет на кухне. От осознания того, что будит его не сестра, а Вону, Ким буквально вскакивает с кровати, память возвращается быстро, за что Мингю благодарит всех богов, одним из которых, точно был Чон Вону, не бывает людей с настолько чудесной внешностью, как недавно понял Ким, и характером. С улыбкой на лице, Мингю извиняется за такую реакцию,и плетется за Чоном на кухню. — я не знаю что ты любишь, но от яичницы еще никто не блевал. с некоторой усмешкой, сказал старший, принимаясь за еду, на что Мингю посмеялся и последовал примеру Чона. Глотая безумно вкусную яичницу, приготовленную самим Вону, он быстро кинул младшему: — твоя одежда высохла, в ванной лежит. — спасибо тебе. Одаряя своего собеседника лучезарной улыбкой, Мингю облизнул вилку и пошел к раковине дабы помыть за собой посуду. // И вот компания сидит вместе уже шестой час, а Вону и Мингю и словом не перекинулись, но младший постоянно чувствовал на себе тяжелый взгляд Чона, на Кима все это жутко давило, он хотел близости, хотел разговаривать так же как и ночью, когда они Чон сказал что любит улыбку младшего, когда Ким хвалил его до Чудиков красивый голос, когда Мингю успокаивал напуганного ночными кошмарами Вону. И уже к вечеру, на восьмой час, младший решился на первый шаг, на первый шаг к своей любви, может, раньше, когда все говорили о любви с первого взгляда он не верил в это, но сейчас, когда после одной проведённой вместе ночи, Мингю не мог вынести и часа без взгляда на своего старшего, Ким понял что это такое. И вот все разошлись по дому в своих делах, а Вону остался один сидеть на диване в комнате Сынчоля, через буквально минуту тишины и спокойствия к нему подошел Мингю, осторожно сел рядом, и смотря прямо в глаза прошептал: — я сегодня обнял всех, даже Чана с Джихуном, но все они безумно холодные, никто не может заменить мне тебя и твое тепло. Легонько усмехнувшись, Чон распахнул свои руки, приглашая младшего его обнять,ни секундой немедля Мингю нырнул к нему в объятия, прижалась к теплой грудиной клетке, чувствуя быстрое биение чужого сердца. — я могу считать это ответом, на мое вчерашнее признание? Аккуратно кладя свою голову на голову любимого, которая покоилась на его же плече. — считай это предложением стать навсегда только моим. Поднимая свою голову с, ну очень удобного, плеча своего возлюбленного, он осторожно кладет свою руку на щёку старшего и не спрашивая прижимается своими губами к мягким напротив, медленно сминая нижнюю губу старшего, пока тот еще в некотором ступоре сидит, не понимая что ему делать, через пару секунд он отвечает на поцелуй, но увы, уже через секунду Мингю разорвал поцелуй, и снова лег на плечо Вону. — продолжения не будет? Максимально серьезно спрашивает Чон, смотря на макушку Кима. — хах, когда-нибудь потом, посмотри на дверь. Легко смеясь, тихо сказал Мингю, вновь прижимаясь к старшему. На его слова Вону поворачивается на двойной проход, и видит там заинтересованное лицо Хансоля, немного ниже которого сидит шокированный Сынкван. Улыбаясь друзьям, Чон кладет голову на макушку младшего, слыша как уже в коридоре, Вернон шипит на Бу. — ну ты! Они нас из-за тебя спалили! Чхве легонько стукает Квана по голове, быстро закрывая за собой дверь и напоследок кивает парням в комнате.