Старый дом Насти

А потом Григорий-не-Георгий купил дом в Крыму, где собирался писать этюды… или сниматься в каких-то этюдах… Просто поразительно, что я опять забыла. И поехали они туда вместе с нашей тетей Юлей. Конечно, об отъезде мы узнали в самую последнюю очередь. Но это-то как раз было совершенно в Люли-ном стиле. Она сообщила нам накануне отлета, да и то только потому, что собиралась одолжить у моей мамы чемодан. Бабушка, конечно, немного поплакала. И мама с Лю-лей сильно из-за этого поругалась. Но чемодан отдала. А я, если честно, в душе была очень рада. Меня постоянно держало в напряжении это двойственное ощущение, что со мной рядом живет моя родная тетя, которую я знаю с самого своего рождения, и одновременно совершенно незнакомое, опасное, ужасное существо, которое тетей только притворяется. Папа, который отказывался вмешиваться «в эту вашу Санта-Барбару», на следующий же день после теткиного отбытия вызвал мастеров из ТСЖ или откуда-то там, и они за один день управились с трещиной в Люлиной комнате. – Вы заметили это совпадение? Трещину заделали у Люльки, а люстра прекратила вертеться у нас! – радостно сообщила нам с папой мама. «Никакое это не совпадение», – хотела сказать я, но промолчала. Мне подумалось, что любое мое объяснение, произнесенное вслух, может снова приоткрыть ту самую дверь, которую ни в коем случае нельзя больше ни толкать, ни даже за ручку дергать, проверяя, хорошо ли заперто. – М-да, удивительное дело. А у нее вообще люстра крутилась или только у нас? – призадумался папа. Родители посмотрели друг на друга, и ни один не смог вспомнить, вертелись все люстры или нет. У бабушки точно с люстрой был порядок, потому что там конструкция не позволяла ни крутиться, ни качаться. Так они говорили. Конечно, я ни словом не обмолвилась, что своими глазами видела, как и эта люстра крутилась. Но теперь я сама не могла вспомнить: когда именно я это видела, в переходе или нет? Впрочем, размышляли над этим странным явлением недолго и вскоре совершенно выбросили из головы. Я же потратила ровно пять минут, стоя на пороге бывшей детской и до рези в глазах пялясь на люстру. Она не шелохнулась.